Его ангелы

Конечно, будучи маленьким авантюристом, Антон хотел сделать Арсу сюрприз, а, когда узнал, что тот, по факту, лишился праздника, ещё больше захотел помочь ему восполнить те эмоции, которые люди испытывают раз в году. Если вы любимы, вам крайне повезло. Люди, которых любят, иногда могут даже и не подозревать, как для них жертвуют другие. Взять того же Антона. Он никогда бы не стал устраивать праздник чужому человеку, который ему не симпатичен. А когда ты любишь человека, кажется, что он достоин большего, и ты будешь стараться предоставить ему это «большее». Возможно, в ситуации Антона любовь — слишком громкое слово. Симпатия, может быть, влечение, интерес и некоторая привязанность — да. Пролистав все прогнозы погоды на следующий день, Антон понял, что, возможно, снегопад и в правду не пройдёт мимо столицы, как это зачастую бывает, и поэтому твёрдо решил: Арсения он завтра постарается уговорить надеть шапку, как и Иру с Ильёй — тот вроде тоже собирался на собеседование. Антон ещё около десяти минут слушал забавные рассказы девочки о, как оказалось, нескучных выходных, а потом усадил её себе на колени, поворачиваясь к столу. Он помнит, как мальчик, с которым он когда-то работал, постоянно отвлекался на мультики, и, пока Антон рисовал его рукой, тот просто смотрел в экран, расслабившись. Когда парень выключал телевизор, мелкий начинал исполнять песенки из «Синего трактора», всё ещё не напрягая руку, а потом ныть, что устал. Благо Кьяра сейчас сидит и аккуратно выводит волны на белой бумаге, иногда делая небольшие неровности, из-за чего расстраивается и с опаской глядит на Антона, так, будто её кто-то когда-то бил за ошибки. Нет, конечно нет. — Кьяр, а кем ты хочешь стать, когда вырастешь? — А кем можно? — Ну как, ты не знаешь, что такое профессии? — Девочка отрицательно помотала головой, заинтересованно глядя на Антона. — Твой папа, например, — актёр. Он играет в кино и реже — в театрах, его любят люди по всей стране. А я — няня. Раз я мальчик, чаще склоняют как «нянь», но мне так не очень нравится. — Склоняют? — Меняют. Так кем ты хочешь стать? — Актёр и няня! — Почему? — Наверное, потому что девочка не знает других профессий, очевидно. — Не знаю… — Ну хорошо. — Может быть, Антон вернётся к этому позже, а пока он помогает ей дорисовать волны, а на них — и кораблик. К вечеру он хочет сделать Арсению сюрприз, но квартиру украшать он не собирался. Во-первых, это не его квартира, да и Арсений вряд ли обрадуется такому сюрпризу, ведь убираться, скорее всего, придётся ему. Но зато Антон мог приготовить вкусные салаты, сварить глинтвейн и, если останутся силы, сделать печенье. Чтобы успеть к вечеру, начинать нужно было уже сейчас. — Кьяр, хочешь спать? — Нет! — Звонко и уверенно, всё как надо. — Хорошо, тогда вперёд, будешь мне помогать! Следующие пару часов Антон суетился на кухне, нарезая два вида салатов почти одновременно, пока не заметил, что девочка, уставшая наблюдать за вечно перемещающимся парнем, задремала, чуть ли не падая со стула. Ополоснув руки, парень подхватил уставшую малышку и отнёс в кровать, оставляя дверь в комнату приоткрытой. Времени не хватало даже на то, чтобы включить музыку. Антон просто хотел поскорее расправиться с едой и тоже пойти отдохнуть. После долгих выходных возвращаться к такой активной работе оказалось очень тяжело. Салаты были готовы уже скоро, пряное вино нужно подавать с приходом Арсения, а с печеньем — дождаться помощи Кьяры. Поскольку отговорки найдены, Антон мог спокойно лечь на диван, вытянувшись во весь рост, и прикрыть глаза. Ох, наконец минутка спокойствия. Можно расслабиться и ни о чём не думать… — Антон! — О, ты уже проснулась? — Антон честно очень пытался замаскировать свой измученный стон. Ну, может, это и к лучшему: сейчас они быстро приготовят печенье, и на душе, возможно, будет спокойнее. — Будем готовить печенье, как в прошлый раз? — Та! — Они направились на кухню, по дороге синхронно зевая. — Кьяр, слушай, у нас нет порошка для теста — придётся замешивать самим. Надеюсь, у нас уйдёт не намного больше времени, чем обычно. Мне нужна твоя помощь. Достань масло из холодильника, пожалуйста. — Девочка встала на носочки и дотянулась до масла, лежащего на нижней полке. Обычно Антон для выпечки использовал маргарин: он не понимал, зачем тратить лишние деньги на масло, если разницы особо-то и нет. Пока он высыпал обычный и ванильный сахар в маленькую кастрюльку, возле его руки на столешницу приземлилось масло, и девочка с двумя лохматыми косичками задорно улыбнулась, выглядывая из-под локтя Антона. — Эх, где же какао? Какао, какао, какао… — Какао? — Какао. — Антон завершил их занимательный разговор победным жестом, когда наконец увидел заветную коробочку на полке за одной из дверец кухонных шкафов. Замесив тесто, Антон выложил его на дощечку и пододвинул стул к столу, чтобы девочка могла активнее участвовать в процессе. Конечно, за счёт того, что тесто делалось вручную от и до, получилось оно не таким идеальным, как из порошка, но по вкусу, кажется, ничем ему не уступало. Маленькие ручки со знанием дела ложились поверх формочек и надавливали, получая забавные фигурки одну за другой. В этот раз печенья получилось меньше: почти ровно на один противень — туда бы влезла ещё одна печенька. Убрав в духовку выпечку, Антон отряхнул руки. Он направился к раковине и посмотрел на малышку, которая тоже крутилась у его ног в просьбе помыть руки и ей. — Эх, тебя бы ещё в порядок привести, да и себя, а то на головах у нас непонятно что! — Кьяра посмотрела на Антона с растрёпанной чёлкой и звонко рассмеялась. — А что? У тебя не лучше! — Антон в шутку надул губы, что вызвало у девочки очередной приступ смеха. С печеньем они быстро покончили, и Антон на какое-то время даже забыл о своей усталости, но потом она вернулась к нему с большей силой. Время шло медленно и тягуче, словно оттягивая отдых бедного парня. Он присел на диван буквально на пару минут, а опомнился, когда до прихода Арсения оставалось меньше часа. Сказать, что Антону повезло, — не сказать ничего, ведь, прибежав на кухню, он обнаружил, что время на таймере духового шкафа закончилось всего две минуты назад. Печенье не сгорело. Быстро нарезая яблоки и апельсины, бросая их в кастрюлю и заливая вином и соком, он вернулся к девочке, которая всё то время, пока он спал, заботливо сидела рядом, приглядывая за своей няней. Конечно, она пыталась силой открыть глаза Антона, уверенно выдавливая их, на что Антон мычал и отворачивался, не обращая ни малейшего внимания на усердные попытки разбудить его. Да, благо, что этого не видел Арсений. Любой уважающий себя родитель сразу уволил бы такую няню, но Антону сегодня несказанно везёт. — Так, у меня для тебя есть сюрприз! — Сюрприз? — Ага, сейчас принесу. — Антон буквально на секунду скрылся в коридоре и достал из рюкзака два красивых мягких свитера. Новогодние красно-зелёные цвета красивым узором растекались на кофтах, и Антон надел одну на малышку поверх боди, а другую — на себя поверх футболки. — Мы — команда! — Та! Антон снова отошёл в коридор к рюкзаку и достал оттуда какую-то шелестящую упаковку, под которой скрывался тёплый плед, — Антон планировал использовать его как покрывало. Бросив плед на диван, он добежал до кухни и выключил горячий напиток, который как раз приготовился. — Чёрт, печенье без глазури. Ладно, кажется, оно и так достаточно вкусное. Кьяр, у тебя всё хорошо? Папа скоро приедет, ты как? — И ты уйдёшь? — Конечно, меня же тоже дома ждут. — А кто тебя ждёт? Твой папа? — Нет, я живу с друзьями. — Антон тихо рассмеялся, потрепав девочку по волосам. — У тебя нет папы? — Нет, но есть мама. Она живёт далеко-далеко. А где твоя мама? — Подло поступаешь, Антон, очень подло. — Я не знаю. Дома, наверное. — Ну хорошо. — Не потеряв остатки совести, Антон не стал выуживать из ребёнка ненужную ему информацию. Он повернул голову и чуть перегнулся через подоконник, прижимаясь лбом к холодному оконному стеклу. — Кьяр, смотри, папа приехал! — Он поднял девочку на руки и поднёс к окну — внизу притормозила чёрная машина, из которой вышел Арсений. — Ура! — Арсений направился к подъезду.