Попасть в Средиземье, или Что значит быть ненормальной фанаткой

Предупреждение: Ужасы. Опять как бы. Вечер. По крайней мере, темно. Нет, наверное, уже ночь. Лес. Шумит кронами где-то ниже. Значит, снова гора. Под боком камни. Холодно. Снова холодно. Всё затекло, надо пошевелиться. Очень хочется чихнуть, но сначала надо проверить, где оказалась. - Господа, смотрите, она очнулась! - произнёс мужской голос на чистом Всеобщем. От такого голоса уже не мурашки, а лёд пробежал по спине, схватил душу и уволок её в пятки там дрожать. Юля вздрогнула, открыла глаза, закрыла, притворилась спящей, по тихому хихиканью поняла, что маскировка не прокатила. Снова распахнула глаза. Перед ней по-турецки сидел мужчина воин труп с пустыми глазницами и почти без зубов. Если бы было, чем смотреть, то заглядывал бы Юле в душу. Ещё двое "господ" веселились неподалёку: кидали друг другу какой-то предмет и отбивали ножнами мечей. Всё было прозрачное, а предмет - материальный.. И это оказался Юлин рюкзак. Только косметика валялась среди камней, раскрытые книги перелистывал ветер, а нож танцевал в руках сидящего... Назгулы... Короли древности, уступившие Кольцу. Те, кем не успел стать Исильдур и не стал Боромир... Юля завизжала. Сидящий не шевельнулся, но сморщился, играющие даже не отвлеклись. Юлька вскочила и припустила наверх по холму. Услышала за спиной мирное: "ой, зря", обернулась, а назгулы испарились, оставив целёхонький заполненный рюкзак. Возвращаться и подбирать его Юля не рискнула, тем более, что по лесу бродило неприятное шевеление. Она вздохнула и посмотрела наверх. На фоне луны высился замок. Тяжёлый, громоздкий, опасный. Только тоже с какими-то багами: изображение подёргивалось, как на плохой голограмме. А вот звуки за спиной были самыми что ни на есть прилично качественными, и ноги сами направились к шедевру готики. ...На половине дороги Юля провалилась в подземелье. С разъезжающейся под ногами землёй, с дикими криками и грохотом, с комками грязи за шиворотом и во рту, с корнями, за которые проще было уцепиться шеей, чтоб повеситься, чем руками, чтоб удержаться. Приземлилась она не на пол, к счастью, а на уходившую вкось стену, заскользила по ней, сбавляя скорость, но всё же ощутимо приложилась об другую стену. А дальше, как в кино: с потолка льётся неясный свет, покачиваются потревоженные корни (замок, что ли, корни пустил - растений же нет), раздаются поскрипывания, шорохи, вздохи и даже похрюкивания... В обе стороны уходил коридор. С провалами дверей, где на крюках висели цепи, на цепях сундуки кости и кожаные приспособы. Если и было когда-то что деревянное - оно уже сгнило. В одной из комнат стоял железный стол с наручниками, металл был весь изъеден бурыми устрашающими пятнами... Юля решила больше никуда не заглядывать, а спокойно вернуться, поймать какую-нибудь коренюку потолще и по скользкому склону подняться обратно в дырку, подобрать рюкзак и спокойно и гордо пойти в лес... Здесь не менее опасно, чем в лесу. Но неудачи начались уже тогда, когда она по покатой глине не смогла сделать и трёх шагов, чтобы дотянуться до самого низенького хлипенького корешочка. А когда она с разбегу за него уцепилась, то он оборвался, и Юля снова съехала вниз, теперь уже на пузе. Пока отплёвывалась, заметила, что свет из дыры наверху на миг померк, и после этого к хозяйке мирно спустился её рюкзак. Алиса в крольчатьей... крольчонковой (да как же там?!) кроличьей норе, ёпс! Ладно, эти всякие они хотят, чтоб Юля боялась тут, а не в лесу. Здорово. И она направилась в другую сторону коридора, где не ходила. Там, в самом дальнем углу, зашевелилась высокая фигура в балахоне. Юлька замерла, зажав себе рот ладонью. Потом сообразила и попыталась вытереть руку об грязные штаны, потом лицо грязной рукой. Потом замерла, села и как можно тише вытащила из рюкзака косметичку, где были салфетки. Стала прислушиваться к нарастающему бурчанию фигуры, которая, вроде, и не собиралась к ней приближаться и пугать. И вообще её пафосное сошествие в подвал почему-то не услышала. Кажется, это был старик, с посохом, бородой и всеми признаками чёрно-белого деда Мороза без шапки... Выглядел вполне мирным. О чём-то говорил с другой фигурой, лежавшей в углу на полу. "Дед Мороз" огляделся и зажёг небольшой огонёк на посохе. Юлины глаза потихоньку привыкали к свету. Она различила гнома: бледного, окровавленного, умирающего. Юле стало безмерно его жалко и сильно захотелось на воздух. Гном что-то говорил на своём языке. Юля читала-то на нём плохо, не то, что узнавать на слух. Но товарищ с посохом его понимал, пытался помочь ему сесть, а потом Юля уловила имя "Торин", дрожащей рукой гном протянул высокому что-то блестящее и скончался. Первая фигура ещё постояла рядом, спрятала блестящую штуковину в складки плаща, быстро задула огонёк на посохе и двинулась в Юлину сторону. Та прижалась к стене, ничего не видя и не дыша, слушая лишь шелест ног и подола по полу. Высокий тоже крался. Он не был хозяином здесь и старался побыстрее смыться. Осторожно прошёл мимо дыры в потолке, будто и не заметив, и мирно растворился в темноте подземелья... Именно растворился... ...Кто-то заорал! Резко и отчаянно, и Юля закричала тоже. Звук оборвался, Юлю ещё трясло. И только она очухалась, успокоила дрожащие руки и засунула нос во флакончик с её любимыми успокаивающими духами, как в зоне видимости появился новый призрак. Он двигался уверенной походкой, ступал элегантно и выверял каждый шаг. Как на подиуме. Он был в серой майке и штанах с надписью и трилистником на одной штанине и галочкой на другой. Когда он проходил мимо дыры, лунный свет озарил точёное лицо, скулы, о которых можно порезаться, властный взгляд... И по всему лицу были налеплены белые шарики, как у актёров в 3 D. А когда он снова вошёл в тень, то мгновенно превратился в белое привидение и полетел прямо на Юлю. Она и отскочить не успела, а "Каспер" её проглотил в традициях всё того же 3 D... Юлька припустила по подземелью к своей дыре, расстегнула и вывалила всё из рюкзака, схватила нож, принялась вырезать себе на глине ступени. Получалось неплохо, но белое чудище наступало снова. Юля подхватила спрей-кондиционер для волос и пшикнула в наглую белую морду. И если вы думаете, что это возымело эффект - вы ошибаетесь... Юлю снова проглотили, но теперь она меньше обратила на это внимание. А когда отмахнулась от призрака в третий раз, как от назойливой мухи, он сконфузился, надулся и ушаркал в какую-то из камер. Кентервиль, тоже мне! Наконец, Юля выскребла себе несколько ступенечек, подхватила футболки, запихнула за пояс джинсов и полезла наверх. Юля выбралась на поверхность. Перед ней стояла девушка: величественная, статная эльфийка смотрела на остов замка, превратившийся теперь в руины. "Ёпс, это я его так разбабахала, что ли",- не успела подумать Юля, как ощутила волны дикого ветра. Причём, деревья оставались спокойны. Юльку они тоже не задевали, но она их как будто видела... Вихри кружились вокруг эльфийки, её идеальное лицо покрылось испариной от напряжения. Она говорила что-то, тихо и мелодично, призывая силы природы и мощь, дарованную ей при рождении. Столько древней мощи, веками хранившейся во благо, обрушивалось сейчас на руины замка... Юля в восторге следила за магией, почти ощущала её движения... Как вдруг рядом с ней грохнулась непомерная каменюка от замковой стены. Разлетелась дождём осколков, задев Юлю, она упала. Ничего не повредила, но ударилась. Прикрываясь рюкзаком, она поползла в сторону эльфийки, не глядя вверх, не слыша грохота и свиста камней... Юля подняла голову - эльфийка исчезла. Обернулась - и не обнаружила ни замка, ни руин, ни камней... холм был пуст, стоял голый и серый на фоне заходящей луны. Ничего не было. Ночной мираж, рассеявшийся к утру. Юлька села, попытавшись унять дрожащие руки, всхлипывая и стараясь не расплакаться от нахлынувших запоздалого ужаса и облегчения, что всё закончилось... - Ааа-уу! - возопил лес, и стая огромных волков принялась собираться на поляну со всех сторон леса и из-за холма. - Ну всё, прощай, Средиземье! - пробормотала Юля и приготовилась к окончанию третьей жизни. И тут лучи рассвета озарили холм, а над лесом разнеслась лёгкая, мирная и жизнеутверждающая птичья трель. Волки растворились в свете, будто и не было их вовсе. Юля завизжала, не выдержав,припустила по лесу. Рюкзак цеплялся за ветки, Юлька падала, обдирала колени даже сквозь джинсы, впечатывалась в паутинки, прилипала к соснам. Ревела, захлёбывалась, еле дышала. Бежала, не видя ничего вокруг, не замечая, какой мирный утренний лес принимает её. Бежала, уставала и уже успокаивалась. И не заметила, как очутилась возле... ээ... строения. Не муравейник, не гнездо. Вроде, дом. Но не дом. Юля задрожала и попятилась, решив больше никуда не влезать. Но из окна высунулась... борода. И сказала: - О, заходи.