9 огней: перемены

      Юки уходила домой после того, как так и не получила никаких ответов от Хатхор. Марина уже не вела её за руку, т.к. японка посчитала это более ненужным. Уже будучи дома, она решила, наконец-таки, набрать маму. Однако, почему-то в трубке были слышны лишь гудки.       Проходясь по дому, она время от времени перезванивала маме, которая почему-то не брала трубку. И вот в какой-то момент она услышала звонок маминого телефона — он звучал из спальни родителей. Вспомнив, что сейчас день и оба её родителя должны быть на работе, девушка заглянула в спальню, но через секунду тут же отшатнулась. Женщина лежала в кровати, причём ни то мёртвая, ни то просто без сознания.       -О нет…       Девушка подбежала к маме и начала судорожно щупать шею, лоб… У женщины был жар, при этом ощущалось, что её пульс на порядок медленнее, чем у обычного человека. То, что мать так быстро и внезапно слегла с некой лихорадкой, сильно напугало Юки. Она не понимала, что вообще могло такого произойти, пока она была слепая, из-за чего сейчас всё это происходило.       Юки решила позвонить отцу. Она обрадовалась, когда он взял трубку, но тут же радость улетучилась, когда она услышала, что её папа был явно чем-то недоволен. Поэтому она решила побыстрее рассказать суть проблемы.       -Пап, а ты знаешь, что случилось с мамой?       -Слушай, Юки. Я не знаю, что тебе, моей ослеплённой рыбке, придумал твой мозг…       -Я всё вижу. Теперь.       Несколько секунд в трубке стояла тишина, затем, кажись, папа говорил более ободрённо.       -Как? Когда? Кто помог моему медвежонку?       Юки растерялась — не могла же ведь она рассказать про Хатхор и то, что она сделала! Поэтому она растерянно ответила:       -Эм-м… Эля, вроде как, иглоукалыванием заниматься стала. Хах, я аж удивилась, когда узнала об этом!       -А, понял. Ну тогда, птичка моя, не подпускай больше эту ежиху к себе, чтобы она тебя обратно не ослепила.       -Хи-хи, ладно…       -Кстати, это всё, что ты хотела сказать?       Глупо улыбающаяся Юки вмиг погрустнела.       -Нет, на самом деле. Я увидела маму без сознания. Что с ней?       Опять пауза. Девушке пришлось начать ныть, чтобы голос в трубке, наконец, всё рассказал:       -Честно, я думал, что пока ты ничего не видишь, врачи успеют поднять маму на ногу. Но раз ты всё уже увидела… Это произошло ещё вчера, причём абсолютно внезапно. Ты тогда была дома, помнишь? Я тебе ещё аудиокнигу включил. Ну вот, я на самом деле в это время вызвал скорую. Они приехали и осмотрели маму, но ничего конкретного они не сказали. Ну, разве что, сказали, что если она не проснётся, то её придётся везти в больницу.       И без того обеспокоенная Юки повысила голос:       -И, то есть, ты хотел, чтобы я не знала о том, что мама в больнице? А если бы она уже умерла? Тогда что? А?       -Ну не кричи, не кричи. Не надо, в конце концов, накаркивать плохое. К тому же, мы сейчас ей ничем не поможем уже, так что остаётся надеяться только на её организм. Или ты думаешь, что я хотел бы её потерять? Я тоже не хочу, хоть она и старше.       -Пап, тебе же 42!       -Ну да, и что? Я солидный зрелый мужчина, у которого…       Юки холодно перебила:       -Маме 38.       Отец тут же замолчал. Когда девушка напомнила ему про его странное сравнение возрастов, он повесил трубку. Тогда она поняла — кто-то её точно обманывает.       Чтобы на всякий случай себя проверить, она покопалась я одном из ящиков в спальне родителей. В одном из них, как она и предполагала, лежали паспорта. В мамином было написано: «Арано Кико, 13.11.1977». В папином же было: «Арано Реми, 16.03.1974».       -Не, мам, ну я же права — ты младше папы.       Обращаясь к лежавшей без сознания женщине, она жаловалась на то, что отец, видимо, что-то напутал. Положив паспорта обратно, она вышла из спальни.

***

      Юки сидела в гостиной и проверяла свой телефон. Оказалось, что она достаточно много пропустила, особенно записи Марины в ВК, где девушка описывала свои какие-то впечатления от того, где она теперь второй месяц как учится. Хотя, конечно, многое у рыжей танцовщицы было опубликовано, по всей видимости, просто для привлечения внимания.       Пока японка листала достаточно «длинную» ленту своей подруги, она почувствовала, как в одном из шкафов её что-то манит. В шкафу, который стоял в углу, что-то подзывало к себе. Девушка не выдержала и подошла посмотреть, что же там. Открыв дверцы, она увидела лишь какие-то старые наряды. Неужто мамины… Приглянув себе какое-то сиреневое ципао, девушка закрыла дверцы, грустно при этом вздохнув.       Однако, через пару мгновений она почувствовала, что на самом деле её что-то манит из ящика внизу. Испугавшись этого ощущения, Юки подумала, что её манит обувь. Она быстро отошла от шкафа, но теперь этот ящик внизу манил лишь сильнее. Опять не выдержив, девушка подошла обратно к ящику и открыла его. Внутри она увидела какие-то старые документы. Самые верхние бумаги были документами, которые родители когда-то подавали для смены гражданства, в том числе там были документы и для смены гражданства Юки. Ниже девушка нашла красный паспорт, действительный до 2008 года, в котором было написано: «Миронэ Кико, 13.11.1956». Японка внезапно выпалила:       -НУ НИХУЯ СЕБЕ!       Осмотрев паспорт внимательнее, она поняла, что он не поддельный. Ей стало страшно — ведь получается, что её мать на самом деле старше аж на 21 год. Судя по документам ниже, она при смене гражданства успешно смогла как-то поменять год рождения, который позже вписывали в паспорт гражданина РФ. Девушка понимала — подобные махинации без приличных сумм не обошлись бы. Возможно даже, что у матери был не один российский паспорт — японка со связями могла легко уверить нужных людей в утере документа и необходимости из-за этого делать новый.       -А потом, блин, всем чешут про некую борьбу с коррупцией…       Копаясь дальше среди старых бумаг, японка заметила, как в самом низу что-то светится. Когда она что-то нащупала, то удивилась — на ощупь это был некий камень, причём, скорее всего, драгоценный. Но для драгоценности он был слишком большим. Тогда, наступая на горло собственным опасениям, она достала это нечто. Светящимся нечто оказалась светло-сиреневая палочка: полупрозрачный стержень, обвитый какой-то малиновой спиралью, и рабочая часть в виде большого гранённого треугольного самоцвета, который был прикреплён к стержню одной из своих «вершин», казалось, при помощи малиновых «лиан». Внутри большого самоцвета поначалу ничего не было, но стоило девушке подержать палочку в руках — и через какое-то время там появился тёмно-малиновый рисунок. Едкой малиной был нарисован знак планеты Меркурий.       Юки внезапно вспомнила про сиреневое ципао, которое она увидела в шкафу. Убрав обратно все старые бумаги, японка вновь открыла дверцы шкафа и достала оттуда нужную вещь. Конечно, ничего примечательного, кроме того, что ципао подходило к палочке, не было. Зато на полочку, разделяющую шкаф и нижний ящик, откуда-то упала бумага.       Повесив тряпку обратно, девушка взяла в руки эту бумагу. Это оказалось фото, причём такое же, как и у Хатхор в альбоме, который та показывала Холли. Девушка среди изображённой девятки узнала свою маму. Та за это время мало изменилась внешне. Но то, что это — их с девочками предшественницы, Юки узнала по двум вещам — рядом с её мамой стояла девушка в белом платье, поразительно похожая на нынешнюю Хатхор, и этих девушек на фото было 9. Правда, возникал вопрос — кто делал фото? Но по важности он мерк на фоне другого: мать Юки — предшественница Огня Меркурия?       Хотя, конечно, ответ на этот вопрос наверняка был прямо сейчас в руках Юки — вряд ли чьё-то чужое магическое оружие могло оказаться у них в доме. Однако, японка хотела быть уверенной на все 100%.

***

      Проснувшись дома, женщина пожалела о том, что заболела, ведь теперь ей приходилось сидеть дома вместо того, чтобы выйти на работу. Зато она увидела в этом небольшой плюс — хотя бы можно было выспаться. Ну, или уже нет. Потому что откуда-то послышался тонкий высокий голосок:       -Mama, shi ha pu-pu!       Тут же в комнату вбежала милая девочка с тёмными волосами и пухленьким милым личиком. Она в своём милом зелёном платьице залезла маме на колени. Женщина ощутила что-то тёплое и влажное. Оказалось, что ребёнок после своего «большого дела» не сделал ту гигиеническую часть, которую делают взрослые. И всё же, несмотря на это, мама обняла свою дочь. Девочка, не зная о том, что с её мамой, попыталась как можно крепче обнять её своими маленькими пухлыми ручками. Казалось, что она пытается вылечить захворавшую японку своей детской любовью…       Но женщина тут же ощутила, как её плеча касается уже не маленькая пухлая ручка, а прохладная ладонь с длинными тонкими пальцами. Японка открыла свои узкие глаза. Над ней стояла девушка, которая обеспокоенно смотрела на свою мать.       -Юки…       Юки, увидев, как просыпается её мать, тут же грустно спросила:       -Мам, тебе 59?       В этот момент, казалось, разрушился весь привычный мир. Женщина быстро встала, но сразу после этого, кажись, её узкие глаза — и то расширились до невозможности. Её уже выросшая дочь, вся аккуратная, но с обеспокоенными глазами, держала в руках магическую палочку. На удивление матери дочь не задавала вопросов относительно этой палочки, как будто она не в первый раз сталкивается с подобным. Женщина поняла — отпираться бесполезно.       -И как же ты…       Она не договорила. В ответ Юки достала свою палочку Меркурия — белую, с красной ручкой и розовыми узорами на рабочей части. Казалось, что она уже холодела к этой ситуации.       -Честно — я бы не стала просто так это показывать и, скорее всего, скрывала бы и дальше. Но я, и даже не только я, увидела Хатхор. Она упомянула твоё имя. А то, что я это нашла — ну, видимо, это воля судьбы…       Кико впала в шок.       -Хатхор? Она что же, жива?