Учащённый пульс

Арсений Сергеевич стоял у окна, смотря на падающий снег. Он позвал Оксану, та даже не ложилась спать. Она не терапевт, а педиатр, но разницу почти, наверное, нет. - Я, думаю, что это отравление, - через осмотр сказала Оксана. - Живот постоянно болит? - она повернулась к Антону. - Нет, может с промежутком минут десять он начинает ныть, а через минуту проходит, - и Антон болезненно застонал. Шастуну было хреново. Ему то жарко, то холодно; руки трясутся; когда он резко встаёт, то у него начинает болеть и кружиться голова, а если он лежит, то она гудит; живот периодически ноет; после тошноты остаётся горький неприятный комок в горле и даже вода не помогает убрать вкус. Антон закрыл глаза, погружаясь в мысли и хоть чуть-чуть поспать. Первые несколько минут он дремал т.к. слышал - хоть и не чётко - о чём говорят Арсений и Оксана. Вроде бы они обгаваривали, что его надо сводить к терапевту и токсикологу. Вроде и поспав, Антон проснулся от того, что кто-то целовал его в лоб. Не открывая очи свои, Антон произнёс: - Дай поспа-а-ать, - и зевнул, переворачиваясь на бок, но почувствовал как к горлу подкатывает тошнота. Он резко встал, открывая глаза, а тошнота подкатывает сильнее. - Антош, сюда, - перед глазами, в которых уже сияли звёздочки, появился специальный пакет куда и стошнило Шастуна. - Тоша-Тоша-Тоша, - по голове кто-то его гладил. По голосу это был Арсений Сергеевич. Антон жестами показал, что хочется стакан воды, Арсений тут же принёс и наблюдал как Антон залпом выпил воду, а по подбородку и дальше за ворот футболки скатилась капля воды. - Тош, как ты себя чувствуешь? - Арсений Сергеевич сам положил градусник Антону под футболку, задевая его кожу, отчего у парня прошлись мурашки по всему телу. - А почему вы меня Тошей называете? - вопрос сам вырвался из рта, а вернуть его уже никак. Вот нахрена тебе эта информация?! Совсем уже плохо? И вообще какого хрена ты лезешь к человеку? Видишь же, что он не может уйти потому что ты умудрился отравиться. Долбоёб и Шастун синонимы. - Ну ты просто милый, - со смущённой улыбкой ответил Арсений Сергеевич. Арсений почувствовал как краска появилась на его лице. К обеду Антону стало ещё хуже. Тошнота усилилась, а температура поднялась до 38'5. Арсений Сергеевич вызвал своего коллегу токсиколога. Тот поставил примерный диагноз отравление пищей и достаточно злокачественное отравление. - Проверь, Арс, других пациентов и возьмите у Антона анализ, - и коллега ушёл, а Арсений прошёл проводить утренний обход, сказав Антону, что если что-то случится, то он ему звонит и дал парню свой номер. Антон записал этот номер как "Арс. Серг". А через минуту добавил к надписи сердечко. Глупо... Но оставил. Что Антон чувствует любовь к Арсению Сергеевичу, он сомневался. Он не гей. Он бисексуал. Можно ли это понять по тому, что переспал в клубе с мужчиной по пьяни? Похоже, что можно. Те воспоминания ярко отметелись в его голове... Парень зашёл в клуб под названием "The best". Этот клуб ему посоветовал Илья Макаров - его школьный друг. В заведении было душно, а людей как будто не меньше ста человек ( что вполне возможно). В воздухе витал запах алкоголя и секса. Он пришёл сюда просто отдохнуть. И, если честно, то это был не его первый клуб. Антон подошёл в барной стойке, бросая взгляд на бармена и стоящих рядом со стойкой девушек достаточно опустившихся по социальной лестнице. За счёт роста у него никогда не просили показывать паспорт, поэтому ему легко продали какой-то алкогольный напиток. Через три таких коктейля он почувствовал, что уже достаточно, но напиток был очень вкусный и поэтому количество его в организме парня стало на два раза больше. - Может тебе хватит? - из-за тёмного освещения Антон не увидел даже примерно лицо бармена. - Тебе какая разница? - грубость возникла не только на почве алкоголя, но и внутри. - Хочу и пью. Бармен только хмыкнул, промолчав. А Антон пытался присмотреться к нему, но кроме голубых глаз, сверкающих в полу тьме, и достаточно пошлой улыбки, когда замечал чужой взгляд на себе, ничего не различил. Антон не очень любил танцевать в клубах, но алкоголь в крови сказывался. И позже, на трезвую голову, он оценил свой танец, как сносно. Шатавшись, Шастун вышел на середину танцпола, начиная двигать телом под такт музыки. Назвать это сексуальным? Да, очень даже. Антон всегда достаточно принижал некоторые свои достижения. А танцевать у него очень даже получалось. После некоторого времени дрыганий конечностей, парень вернулся к барной стойки, отмечая, что бармен куда-то ушёл. А он как раз хотел выпить того коктейля. - Э-эй, - крикнул Антон, думая, что бармен где-нибудь рядом. Неожиданно над правым ухом ощутилось чужое горячее дыхание: - А ты хорошо танцуешь... Повернувшись, Шастун уже никого не обнаружил, а повернувшись обратно, увидел бармена на положенном месте. - А, эм... Можно тот напиток? - Антон сам удивился от довольно спокойного тона голоса. - Конечно, милый... Не обращая внимания на последнее слово, Антон взял напиток из рук мужчины, соприкасаясь с ним пальцами. По телу прошла дрожь. И похоже не только он один почувствовал это. Антон скинул это на свои бушуюшие гормоны подростка. Выпив ещё два бокала, Антон всё таки решил, что хватит. Пора найти и какую-нибудь девушку и потерять с ней свою девственность. Почему именно сейчас и сегодня? Настроение такое... Но ни одну нормальную девушку он не нашёл, сколько ни присматривался к ним. - Кого ты ищешь уже как десять минут? - опять этот голос в самое ухо. Обернувшись и столкнувшись носом с чужим носом, Антон увидел бармена и почувствовал как румянец покрыл его щёки. - Я... Не твоё дело! - А мне кажется, что моё! - бармен взял его за подбородок, смотря прямо в зелёные глаза. - Может я помогу найти... Может сыграл алкоголь может какое другое чувство, но Антон первый поддался и поцеловал человека напротив. Вообще бармен чтобы прошептать надо было перекинуть верхнюю часть тела, а поцелуй ещё более заставил его подвинуться. Но за несколько мгновений он перекатился через стойку, не разрывая поцелуя, прижимаясь к Антону ещё сильнее. Шастун чувствовал пульсацию в районе паха. Чувствал чужой горячий язык, булждающий по его собственному рту. Своими руками он начал ласкать чужие волосы, а чужие руки уже исследовали его тело. Всё чужое. Чужое. Но - сука - как родное. Антон чувствует как бармен отодвигается от него. Он хватает последнего за воротник рубашки. - Тише-тише, милый... - мужчина придвинулся к Антону обратно, но не целуя. - Просто найдём другое место. Антону было наплевать. Хоть здесь, прямо на барной стойке, где достаточно будет зрителей. Бармен схватил Антона за талию, а тот в ответ обмотал свои ноги вокруг чужой талии. Вспоминая позже куда его отнесли, так он думал, что это было что-то типо склада для работников. Пока они шли до этого места Антон кусал чужую кожу, а потом зализывал. И именно он был прижат к холодной стене, сливаясь в поцелуи. Кожа горела от чувства зарождающиеся внутри, от прикосновений к своей коже. Антон резко вскрикнул от неожиданного укуса в районе шеи, но бармен тут же зализывал эти места. Когда именно футболка слетела с него, Шастун не вспомнит, но прикосновения его он запомнил. Музыка сквозь, возможно, металлическую дверь раздавалась глухо и вряд ли кто-то слышал довольно громкие стоны Шастуна. Антон сам царапал чужую спину, показывая, что он хочет большего. Но бармен как будто дразнил его: целовал, ставил засосы, но и не приблизился хотя бы к сниманию штанов. Всё ещё обнимая чужую талию, Антон специально пытался подтолкнуть к большему, говоря (и издавая стоны одновременно): - Хочу-а-ах...Бо-о-ольш... Его поняли. Но приступал бармен медленно, дразня. Антон не выдержал - нащупал чужой пах, приятно сжал его и услышал выдох-полустон. - Ах, ты... Похоже бармен решил действовать наоборот. Антон сам не понял, как уже оказался без штанов и даже без трусов. Его член стоял колом. Тем временем бармен снял с себя всю одежду и приставил ко рту Шастуна три пальца. - Давай, малыш. Открой ротик. - Антон послушно и обильно облизнул языком чужие пальцы. - Хороший мальчик. Раздвинув ягодицы, первый палец медленно вошёл. Антон застонал от боли, но почувствовал нежные поцелуи по всему своему лицу. Второй палец был менее болезненным, да и стоны были более пошлые. Третий палец был встречен очень громким стоном. И бармен начал двигать их. Резкий громкий стон раздался, когда бармен нашёл нужную точку. Грёбанную простату. Антон был готов кончить прямо сейчас, но, как чувствуя, бармен вытащил все пальцы и приставил головку своего члена к анусу. И вошёл. ли. Позвоночник выгнулся в пояснице не в человеческой форме. А бармен всё ускорялся и ускорялся. Если бы можно было измерять в км/ч, то скорость их секса была бы бесконечность км/ч. Шлепки друг об друга раздавались по всей комнате...запах пота и страсти смешались... - Я, кстати, Антон, - через несколько минут оба стояли в развратных позах и тяжело дышали. - И это был мой первый раз. - А для меня самый лучший раз. - И они слились в нежном поцелуи.