Через тернии к звёздам

      Мне было трудно дышать несмотря на то, что на улице всё ещё было прохладно. Я согнулся пополам и упёрся ладонями в колени, широко открыв рот и пытаясь вздохнуть, но у меня ничего не получалось. Паника охватывала меня с головой и я понятия не имел, что мне делать. В моей голове не могла прижиться мысль о том, что Даюн ни разу не навестила нашего сына. Наш ангел, наш Богён. Как бы я не пытался понять свою бывшую жену, это выходило за рамки всякого понимания. Даже если ты решила жить дальше, если тебе было слишком больно и ты не могла с этим справится, ты ведь была матерью. Ты любила нашего сына. Чёрт, ты очень сильно любила его. Как мать, может забыть о своём ребёнке? — Тэхён?       Слышу голос за спиной и едва не вздрагиваю. Меньше всего я мог ожидать, что именно она выйдет вслед за мной. Потому что очевидно, что ей нет дела до нашего прошлого и до меня в целом. — Что? — спрашиваю я и даже не поворачиваюсь. Просто не могу. Это слишком больно. Если я сейчас повернусь и посмотрю в её глаза, наполненные безразличием, то точно сорвусь. — Почему ты так резко убежал? — нет, всё-таки не сдержусь.       Я резко поворачиваюсь к Даюн и слегка пошатываюсь от резкого движения, она с беспокойством в глазах подлетает ко мне и поддерживает за локоть. Я хочу оттолкнуть её, но в глазах всё мутнеет и я понимаю, что меня сильно тошнит. — Тэхён? Господи, что с тобой? — голос Даюн звучит как-то отдалённо и когда я поднимаю голову и пытаюсь взглянуть на неё, то вижу лишь расплывчатую картинку перед глазами. — Чимин, Чимин! Иди скорее сюда, ему плохо, я не могу его удержать. — Твою мать! Что с ним случилось? — Я не знаю, он начал пошатываться и я подхватила его под локоть, — возможно мне и кажется, но я слышу в голосе Даюн искреннее беспокойство и мне хочется верить в то, что она и правда переживает за меня. — Меня сейчас вырвет, — тихо предупреждаю я и прежде чем Чимин и Даюн успевают хоть как-то среагировать, меня сгибает и начинает рвать прямо на землю.       Из-за того, что Чимин держал меня за талию, я частично блюю на его ботинки и джинсы, но спасибо другу, он не отталкивает меня, а лишь покрепче обхватывает и помогает наклониться ближе к земле, а потом и вовсе сесть на колени, продолжая поддерживать меня и гладить по спине. — Даюн, вызывай скорую! — Я уже вызвала, — слышу я голос Лу. — Тэхён~а, скажи пожалуйста, у тебя что-то болит? — неуверенно качаю головой, так как не могу понять. — Попытайся сосредоточится. Что ты чувствуешь помимо тошноты?       Закрываю глаза и прислоняюсь к плечу Чимина, практически ложась на него телом. Я обливаюсь холодным потом, но внутри мне ужасно жарко, вся брюшная полость как будто в огне. — Живот, ккажется у меня бболит живот, — наконец-то у меня получается выдавить из себя ответ на вопрос. — Наверное, у него аппендицит, — неуверенно протягивает Лу. — Разве аппендицит должен начинаться так резко? А как же несколько часов лёгких болей? — с сомнением спрашивает Чимин. — Я не знаю, я не врач, но Тэхён выглядел плохо с самого утра. — Тогда почему вы не отправили его к врачу? Почему не отменили встречу? — не без возмущения спрашивает Даюн. — Мы выпивали вчера, так что подумали, что у него просто похмелье. — Просто похмелье, — с издёвкой повторяет Даюн. — Эй, — возмущенно говорит Лу. — Мы не могли знать, что у Тэхёна проблемы со здоровьем. Чимин не виноват в этом. — Девочки, давайте вы потом обсудите ваши разногласия, — устало просит Чимин и продолжает поглаживать меня по спине.       Я слышу всю перепалку, но сил на то, чтобы вмешаться и сказать, что тут никто не виноват, просто нет и я молча принимаю плечо друга и молюсь, чтобы скорая приехала как можно скорее, потому что мне и правда всё хреновее.

***

Даюн

— Девушка, я повторяю вам ещё раз и это последний. Во-первых, пациент только что перенес операцию по удалению аппендицита и ближайшие несколько часов, его нельзя навещать, — с усталостью и уже с легким раздражением, повторяет доктор. — А во-вторых, мы можем пустить к нему только родственников. — А если родственников нет рядом, к нему никто не может зайти? — спрашивает нахмуренный Чимин. — Как только пациент очнётся и даст разрешение на его посещение, вы сможете его навестить, а до тех пор — только родственники. — Но я его жена! — Простите, но судя по его документам, Ким Тэхён не женат, — парирует доктор, чем заставляет меня неловко потупить взгляд. — Я его бывшая жена, — уже гораздо тише проговариваю я. — Бывшая жена — это не родственник. А теперь, прошу меня извинить, но меня ожидают другие пациенты, — доктор уходит, а я продолжаю стоять на месте и молча глотать слёзы.       Чимин и Лу приехали вместе со мной, ну или это я была той, кто приехала вместе с ними, не знаю, как будет правильнее. Тем не менее, я была благодарна им за помощь Тэхёну и за поддержку, которую они оказывают мне. Если честно, то я понятия не имела, что мне делать и как реагировать на всё происходящее. Когда я столкнулась с Тэхёном в магазине несколько недель назад, то почувствовала какое-то странное облегчение, я не могу этого описать, но я определенно была счастлива. На протяжении многих лет я гнала из своей головы мысли о бывшем муже, но когда всё-таки позволяла себе расслабится, то начинала выдумывать в голове сценарии о том, какой будет наша первая встреча спустя несколько лет. В моей голове были разные сценарии, от слёз, до крепких объятий, но не в одном из сценариев не было ненависти. Ей было неоткуда взяться и когда Тэхён взглянул на меня, я сразу же поняла, что была права.       Не знаю понимает ли он, но все эмоции отображаются на его лице так чётко, как будто мне показывают фильм в hd качестве, ну или только я вижу всё это. Когда по эмоциям Тэхёна я поняла, что он искренне счастлив видеть меня, то в моей груди разлилась такая теплота, что захотелось разрыдаться, но я лишь натянула на лицо улыбку и вела себя непринужденно. Почему? Наверное потому, что так правильно. У нас с Тэхёном было прошлое и оно было счастливым, стоя сейчас в отделении реанимации, я как никогда чётко понимала, что всегда буду любить его. Но есть ли какой-то смысл в этой любви? Больше всего на свете мне хочется быть сейчас в палате Тэхёна и держать его за руку до тех пор, пока он не очнётся, но мне страшно. Очень страшно потому, что когда он проснётся, я опять увижу разочарование в его глазах и услышу вопросы, на которые не могу дать ответов. — Даюн, давай мы отвезём тебя домой? — ко мне подходит Лу и мягко приобнимает за плечи. Мне немного легче от того, что я не одна, но уходить точно не собираюсь. — Нет, я побуду тут и дождусь, пока он не придёт в себя. — Может стоить позвонить кому-то? Его близкие? Может позвонить его маме? — задумчиво спрашивает Чимин, скорее у самого себя и уже даже тянется за телефоном, но я резко кладу руку на его плечо и одним взглядом прошу остановится. — Не надо звонить его маме, у неё сердце слабое, не стоит ей переживать. Позвоним, когда Тэхён уже придёт в себя и сможет самостоятельно с ней говорить, — я в нерешительности закусываю губу и думаю о том, что собираюсь сейчас предложить. — Возможно, стоит позвонить кому-то из друзей Тэхёна.       Идея кажется мне убийственной, ведь с тех пор, как я развелась с Тэхёном, я не виделась ни с кем из его (моих?) друзей, но хоть и не виделась, стабильно поддерживала общение с одним из них. Об этом не знал никто, не Тэхён, не другие его друзья. Мы решили, что так будет правильнее и не хотели вспарывать старые раны Тэхёна. В какой-то степени, я считала справедливым то, что и у меня в жизни остался человек, благодаря которому я могла узнавать об изменениях в жизни бывшего мужа. Ведь я знаю о том, что он продолжал связываться с моей мамой не смотря на то, что она всегда была груба с ним. Наверное, это была одна из причин, почему я всё-таки переехала от неё и вернулась в Корею. Не могла больше делать вид, что ничего не знаю. Это так глупо, мы оба вели себя как дети, узнавая о жизнях друг друга, через третьих лиц, хотя могли просто позвонить или встретится. — У тебя есть номер? — Да, я сейчас позвоню.       Отхожу в конец коридора и трясущимися пальцами нажимаю на кнопку вызова. Проблема ещё и в том, что мы не созванивались, всегда только списывались и я почему-то волнуюсь из-за того, что сейчас услышу голос старого друга. — Алло? — голос на том конце сонный и я понимаю, что он скорее всего даже не посмотрел на дисплей телефона. — Эм, Чонгук? Ты не мог бы приехать в больницу? Тэхёну вырезали аппендицит, а я не хочу заставлять его маму волноваться.