Яд, который медленно убивает

Мы говорим друг другу ложь. Иногда пытаемся Создать ощущение, что Мы правы.

      Тихое постукивание, служившее фоновым звуком, вводило в некий транс. Липкая тянущаяся жидкость противно обволакивала каждый участок кожи, образовывая в горле комок. Андреа потерла плечи, покрывшиеся гусиной кожей. Облизнув обветренные губы, сглотнула.       В таком состоянии она находилась уже более получаса, но открыть глаза не осмелилась. Страшно. Разум жил на два фронта: отчётливо чувствовал каждое дуновение сквозняка, каждый шорох, запах, но в то же время парил в царстве Морфея. Как бы она не пыталась проснуться, барьер между сном и реальностью не поддавался. Мозг активно пытался напомнить об убитом маньяке, о том, что пришлось ей пережить. Хотелось побыстрее проснуться.       Дрожащей рукой она потянулась в сторону, где должен был лежать спящий Мёрфи. Тоненькие пальцы перебирали складки мягкой постели, каждый раз соприкасаясь с воздушной тканью. Она хотела прикоснуться к его лицу, почувствовать себя в безопасности, услышать его голос, такой приятный, раздражающий каждую клетку её души, но вместо этого — ледяной покров. Отдёрнув руку, Андреа распахнула сомкнутые глаза. Настороженный взгляд упал на обездвиженное тело пропавшего брата, лежащее напротив. Резко откинув одеяло, она спрыгнула с кровати и отошла в дальний угол комнаты. На глаза навернулись слёзы. Дрожащая рука легла на приоткрытый рот, пытаясь заглушить всхлипы.       — Т-т-том…       Сердце сдавили в тисках, стук его участился. Ноги начали сами вести её вперёд, обратно к брату, словно ими кто-то управлял. Ладонь ещё сильнее прижалась к губам. Подойдя ближе, Андреа склонилась над замершим телом, в неверии мотая головой.       «Это всё наяву?»       Протянула к нему свою руку, подушечками пальцев касаясь холодной скулы. Она всё ещё убеждала себя в обратном, всё ещё пыталась сдержать поток солоноватых рек, рвавшихся наружу. Ком в горле давал о себе знать, перекрывая доступ кислорода. Пальцы её переместились на веки, словно впервые изучая лицо Тома. Приблизилась ещё ближе, намереваясь поцеловать брата в лоб, но тут же с ужасом отпрянула, заметив распахнутые белые глаза, от которых кровь холодела в жилах. Властная рука схватила её за запястье и с силой сжала.       — Никому не доверяй!       Андреа сидела на кровати, руками зарывшись в растрепанные волосы. Грудь её тяжело вздымалась, слёзы безвольной струёй скатывались по щекам. Крупная волна дрожи прошлась по телу, когда она перевела свой взгляд на соседнюю подушку. На ней лежал очередной белоснежный клочок.       — Какого чёрта…       Выпустив свинцовый воздух из легких, провела ладонью по лицу, размазывая слёзы. Медленно поднявшись, машинально схватила лежащую бумажку, которая больше напоминала потрепанное временем письмо.       «Наверное, Мёрфи оставил».       Дрожащими руками развернула сложенный пополам лист и тупо уставилась на одну единственную фразу:       Дневник.       Скомкав послание, отбросила его к приоткрытому окну. Почерк был дико схож с почерком брата. Андреа закусила большой палец. Стала судорожно вспоминать всевозможные детали, которые когда-либо связывали её с дневником, но ничего существенного не приходило на ум. Да и вся эта история с записками начинала напрягать. Ей уже казалось, что Том никуда не исчез, что это просто очередная дурацкая шутка. Он ведь любил подшучивать над ней? Правда?       Входная дверь хлопнула, вырывая её из раздумий. Тихие шаги стали приближаться, заставляя тело съёжиться, сжаться в бесформенный комок. Она зажмурила глаза, словно ожидая удара, и сжала в руках одеяло. Сердце замерло, боясь сделать следующий стук.       — Андреа?       Едва расслабив веки, она заметила стоящего в дверном проёме Мёрфи, пристально разглядывающего её. Он не разделся, даже не удосужился снять грязную обувь, оставляющую за собой темные следы. Подошёл ближе.       — Что случилось?       — Ничего.       Склонивши голову на бок, он снова оглядел её.       — Врёшь?       — А ты не веришь?       — Много раз говорила правду? — посмотрел в сторону.       Молчание. Долгое-мучительное-молчание витало в воздухе тяжелой пыльцой, которая то и дело оседала в легких. Они смотрели друг другу в глаза, словно играли в игру, где каждый надеялся на победу, которая, по сути, ничего не значила. Андреа сдалась. Опустив взор, стала комкать край одеяла.       — Как рука? — уже будничным тоном спросил он.       — Нормально.       — Я принёс тебе перекусить.       — А ты?       — Не голоден, — махнул рукой и двинулся назад в коридор.       Андреа болезненно поморщилась, делая первые шаги затёкшими ногами. С удивлением уставилась ему вслед. Кое-как дойдя до кухни, уселась на стул, внимательно наблюдая за Мёрфи. Он выглядел весьма раздражённым, поэтому она не сразу же отбросила идею всё-таки рассказать ему про сон и записку. Во второй раз навлекать беду на себя и Мёрфи было бы слишком даже для неё. Она не считала себя самым умным человеком на планете, но настолько очевидные вещи понять смогла.       — Твои вещи почти высохли, — поставил на стол миску с хлопьями. Полез в пакет, доставая бургер.       — О…спасибо. А мы сегодня не будем отдыхать?       — Обещал отвезти тебя в особняк. Ньюман переживает.       — Я не хочу ехать, — фыркнула, хватая бургер.       Мёрфи облокотился на стол и по-доброму улыбнулся.       — Тогда продолжим то, на чём остановились вчера.       — А на чём мы…       Андреа закашлялась: воспоминая яркой вспышкой мелькнули перед глазами. Прикрыла рот рукой, старательно пытаясь удержать откушенный бургер во рту, сквозь пелену слёз убивая Мёрфи взглядом. Он сочувственно постукал её по спине и как бы невзначай коснулся лба, затем, наклонившись через стол, коснулся губами.       — У тебя жар, — отодвинувшись, подал ей стакан воды.       — Это после сна, — откашлявшись, благодарно кивнула.       — Иди-ка сюда.       — У меня вообще-то есть ноги.       — Да? — наигранно удивился. — Не замечал.       Мёрфи аккуратно подхватил её на руки и, обогнув стол, подошёл к навесной тумбе. Открыл дверцы, пробегая взглядом по захламленным полочкам. Схватив прозрачный футляр термометра, перемотанный лейкопластырем, торжественно вручил его Андреа. С одной стороны ей была приятна забота с его стороны, — очень редкая, между прочим — а с другой — она не хотела принимать её; старые обиды никак не хотели полностью исчезать.       Он перенёс Андреа обратно в спальню и усадил на кровать.       — Справишься?       — Да, — благодарно кивнула.       Напоследок взглянув на Андреа, Мёрфи направился в прихожую. Андреа плюхнулась на подушку, засунула прибор под мышку и стала ждать. Тихо постукивая пальцами по прикроватной тумбе, задумалась.       «Нутром чувствую, что это только начало. Дальше — хуже. Я должна как можно скорее отыскать тот чёртов дневник. Он не должен попасть в чужие руки…даже к Мёрфи».

➳➳➳

      Холодный воздух беспощадно бил щёки. Андреа прикрыла глаза и выставила голову, словно щенок — только языка вываленного на бок не хватало. Ей нравилась атмосфера, царящая внутри её воображаемого мира, где они с Мёрфи сидят на радуге и кушают магические тосты вместе с розовыми единорогами. Она неосознанно улыбнулась. Будь это всё на самом деле, Мёрфи не выдержал бы и пяти минут такой трапезы, его бы сразу вывернуло от этих розовых цветочков, однорогих лошадей и прочей ерунды.       — Чего улыбаешься? — не отвлекаясь от дороги, провел кончиками пальцев по колену витающей в облаках Андреа.       — Да так.       — Воодушевляет предстоящая встреча?       — Не особо, — шлёпнула по руке.       Мёрфи приглушённо засмеялся. Смерив его укоризненным взглядом, она стала задумываться над тем, не расспросить ли его о том, как они с Эдрианом умудрялись так быстро мириться после ссор, — конечно используя его любимый скрытый подтекст — но передумала слишком быстро. Не хотела опускаться до его уровня.       Откинувшись на сиденье, Андреа стала наблюдать за сменяющимися пейзажами. Время в машине тянулось непозволительно долго. В какой-то момент ей подумалось, что они едут вовсе не в особняк, а в какое-то красивое место. Ей всегда хотелось побывать в атмосферном кафе, встретить рассвет на крыше или съездить на выходные в другой город. Иногда казалось, что моменты с Эдрианом не отпускали, но она быстро одёргивала себя, говоря, что вся проблема в пагубном влиянии любовных романов и слезливых песен про трагическую любовь.       Ехать пришлось не дольше пары часов. Огромных размеров гараж под особняком встретил гостей не самым приятным образом: везде было темно. Андреа приподняла бровь, переводя взгляд с бокового зеркала на Мёрфи.       — Экономят?       — Контакты окислились или пробки выбило. Не вникал.       — И как идти? — раздражённо выдохнула, одновременно с Мёрфи выходя из машины.       — За ручки. Буду твоим поводырём.       Она не успела даже возразить, как он схватил её за руку и повёл вдоль длинных рядов, выстроенных из машин. Аида всегда была заядлой любительницей скорости. Каждый год в её коллекции появлялось как минимум пять новых малышек, которых она часто выгуливала, и как минимум десять отправлялось под брезенты.       Грубо толкнув дверь ногой, Мёрфи завел Андреа в узкий проход. Преодолев нескончаемое количество ступенек, остановилась. Годы спортивной жизни словно улетучились. Где та выдержка, которая была ранее? Где сила воли в конце концов?       Мягкий свет уже не встречал её, напротив — противно резал глаза; кариатиды не казались величественными. Заправив выпавшую прядь за ухо, Андреа заглянула на кухню, где совсем недавно рекой плыла от прикосновений Эдриана. Заметив удаляющегося Мёрфи, последовала за ним. Он шёл уверенно, не сбавляя темп. Дойдя до нужной двери, остановился и взглянул на Андреа.       — Нам обязательно идти туда?       — Тебе.       — Ты не настолько большой засранец, чтобы бросить меня наедине с ним.       — Людям свойственно меняться, — налепил искусственную улыбку и толкнул дверь. — Входи.       Эдриан, сидящий до этого за столом, подорвался, за считанные секунды оказываясь возле Андреа. Сразу же заключил её в объятья, довольно прикрывая глаза. Андреа поморщилась, взглядом следя за тем, как Мёрфи, развалившись на кожаном диванчике, покачивал ногой. Они бы стояли ещё долго, если бы не внезапно раздавшийся скрип.       Эдриан обернулся.       — Извини. Дурацкая привычка, — улыбнулся Мёрфи, убирая пальцы со спинки дивана.       Андреа облегчённо выдохнула и сделала два шага назад, мысленно сооружая стену. Ей было не по себе, хотелось как можно быстрее убраться прочь. Эдриан слегка опешил.       — Сильно перепугалась? — вернув невозмутимый вид, спросил Эд.       — Немного, но это было ожидаемо.       — Тогда зачем пошла туда, если знала, что там ловушка?       — Ты о… — глаза расширились. — А, ты о заброшке.       — Ну а о чём ещё.       Мёрфи прыснул.       — С тобой все хорошо? Никто тебя не ранил? — прочистил горло, деловито засовывая руки в карманы.       — Эм… да, спасибо.       — Хорошо, что все обошлось, — он оглядел Андреа, беспокойство на его лице резко сменилось неодобрением. — Почему ты в одежде Мёрфи?       Андреа натянула на руки длинные рукава водолазки, прикрывая бледные пальцы.       — Трахались, — ответил Мёрфи, подходя к Андреа. — Немного поэкспериментировали с позами. Неплохая наездница, но можно было и лучше. Наверное, это из-за недостатка практики.       — Что, прости?       Андреа истерично хохотнула, толкая Мёрфи локтем в бок.       — Промокла под дождём. Пришлось стирать вещи, а они ещё не высохли, — улыбаясь во все тридцать два, неловко почесала затылок. — Ничего такого.       «Боже, почему я вообще должна оправдываться?»       Андреа ясно дала понять, что её жизнь вообще не должна волновать его; давно выстроила личные границы, ограждающие её от беспокоящихся рук Эдриана. Её в принципе не должно волновать, что подумает о ней бывший. И уж тем более не должны волновать его чувства.       — Неудачная шутка? — Мёрфи вопросительно взглянул на Андреа.       — Ох уж этот болтливый язык, — неестественно громко произнесла она, хлопая Мёрфи по спине, выдавливая из себя смех.       Мёрфи подошёл к Эдриану и вложил в раскрытую ладонь ключи от машины.       — Уезжаю. Много дел, — проходя мимо Андреа, зацепил пальцами её руку. Некий жест поддержки.       Дверь захлопнулась. Оба молчали. Андреа не находила себе места, всё время заламывала пальцы и глядела в потолок, словно там была фреска «Сотворение Адама», которую она так любила рассматривать часами.       — В университет сегодня идёшь? — тихо спросил он.       — Нет, не планировала. А что?       — Подари мне свое время.