Часть 3
3 сентября 2021 г., 13:20
Мы друг для друга давно стали как зеркала —
Видеть тебя, и всё чаще себя узнавать
Нитью незримой нас намертво сшила игла
Так больно, когда города нас хотят разорвать
Порнофильмы — Я так соскучился
Несколько месяцев после того знаменательного разговора они все провели как в сказке. Только Алексей с Вячеславом с грустью переглядывались иногда, прекрасно понимая, что их в этой сказке ждёт плохой конец, но это не мешало им искренне, от всей души наслаждаться каждой минутой рядом со своими пассиями. Пусть это пройдёт — воспоминания останутся с ними. И хотелось успеть отхватить как можно больше этих воспоминаний. Было много разговоров, прогулок, поездок на выходные и праздники за город и в соседние большие города на концерты. Вячеслав глупо улыбнулся, вспоминая, сколько чистого восторга и восхищения было в глазах Рихарда после концерта «Скорпионс», хотя, казалось бы, уж ему-то в своей Европе на такие концерты можно было ездить хоть каждый день! Он тогда долго не мог уложить в голове, как так получилось, что это был первый в его жизни рок-концерт. Или как Лёшка, с трудом сдерживая возмущение, рассказывал, как они с Вирджинией ездили на концерт Элтона Джона в Москву — девушка, живущая в Лондоне, даже не знала, что такое живой концерт, и чем он отличается от обычного прослушивания музыки в записи. И потом через слово осыпала ошарашенного Лёшу благодарностями и восторгами.* * *
— Я не думал, что смогу любить тебя сильнее, — прошептал Рихард, уютно устраиваясь в руках Вячеслава после феерической новогодней ночи в сказочном двухэтажном домике. Они с братом успели снять его в последний момент, прямо в центре самого большого горнолыжного курорта в соседней области, с одной стороны — горы, с другой — заснеженный хвойный лес, прямо как в сказке. — Что ты делаешь со мной, боже… Ты просто нереальный. Вячеслав довольно улыбнулся, потягиваясь, и обнял его, прижимая к себе. Новый год встретили просто волшебно — внизу, у камина и нарядной ёлки, под рождественский плей-лист, который собирали все вместе. Пришлось потесниться, приглашая и охранников, но куда их девать, не прогонять же в комнаты, раз они не могли оставить охраняемых объектов в незнакомой местности. Завершение вечера плавно переместилось в уютные комнаты на втором этаже, к удовольствию всех присутствующих.* * *
— Родионов, опять в облаках витаешь?! — Алексей поморщился, откладывая самоучитель по английскому в стол — уже до сорокового урока дошёл! Начальник отделения, Влад Терентьев, старый сослуживец по срочной службе, с которым они вместе ездили в командировку на Кавказ, окинул его хмурым взглядом и позвал на улицу, покурить. — Колись, во что ты вляпался? — Терентьев мрачно выругался на его тупое озадаченное молчание, и уточнил. — По твою душу какие-то типы важные из ФСБ приходили. Смотрели личное дело и спрашивали, как работаешь, с какими делами, не было ли чего необычного в последние полгода, — последнюю фразу он выделил особенно язвительно — чуть ли не весь отдел уже прошёлся по его мечтательно-идиотской физиономии, когда он думал о Вирджинии. А о ней он думал всегда, когда не работал с жуликами. Алексей бросил на него хмурый взгляд и с тяжёлым вздохом закурил сигарету. Опять придётся отрывать мозг от мыслей о Вирджинии и отвечать что-то этому зануде. — Ни во что я не вляпался, — проворчал он, пожимая плечами. Конечно, он понимал, что принцы и принцессы других стран не могут не привлечь к себе внимание спецслужб, особенно когда они так сконцентрировались вокруг двух братьев, один из которых имеет второй уровень допуска. Но не думали же они, что он с Вирджинией обсуждает особенности функционирования дырявых допотопных ментовских баз по судимостям и административкам? Или розыскные дела, одно скучнее другого? Бред же. Ах да, конечно, оперативки по осведомителям и контрольные дела по закупкам. Прекрасная тема для романтического ужина. — Ты лапшу не заливай мне, блядь! — возмущённо прошипел Терентьев, кидая на него обеспокоенные взгляды. — Свою жопу не жалко — мне скажи, с какой стороны пиздец ждать? Отделаться от настырного начальника ему удалось не сразу, только после третьего торжественного обещания, что он совершенно точно никуда не вляпался и никакой пиздец всему отделу из-за него не грозит. Терентьев выглядел не особо убеждённым, но Алексею было плевать, он с чувством выполненного долга докурил сигарету и вернулся в кабинет — у него там пол-урока не доделано было, а скоро Вирджиния обещала устроить ему первую контрольную.* * *
Второй раз Алексей столкнулся с ФСБ, когда они с братом пошли в ФМС, получать загранпаспорта. Он — новый, потому что у старого срок истёк, а Слава — первый раз. Если бы не настоятельные просьбы Рихарда и Вирджинии, они бы на этот квест не решились — об очередях в этом ведомстве слагали легенды, и Алексей беззастенчиво воспользовался всеми возможными знакомствами, чтобы всё-таки пробиться туда, не угробив на очередь весь день. Двое мрачных типов в костюмах ждали их перед кабинетом инспектора, и до того, как попасть на приём, пришлось потратить полчаса на беседы. Вячеслав достаточно быстро справился с удивлением, но на вопросы, касающиеся Рихарда, отвечал предельно кратко и обтекаемо. — Мы знаем, что у тебя в квартире два месяца нелегально жил иностранный гражданин, — уже не утруждая себя формальной вежливостью, процедил вальяжно развалившийся в кресле полковник ФСБ. — Это вообще-то, уголовное преступление. Не говоря уже о нарушении врачебной этики. В твоих интересах сейчас всё рассказать, а не строить из себя здесь неизвестно что. Вячеслав пожал плечами и ответил, спокойно глядя ему в глаза: — Я рассказал. Он жил у меня, потому что мне стало жаль оставлять человека на улице. Не понимаю, где вы увидели здесь нарушение врачебной этики. О том, что он иностранный гражданин, он вспомнил через два месяца. И сразу же связался со своей семьей, которая поставила в известность соответствующие органы. Никакого закона я не нарушал. — Знаешь что, умник, — прошипел ФСБ-шник, окидывая его презрительным взглядом, — не в твоём положении выёбываться. Пакуйте, пусть посидит пока. Алексей вышел после разговора с ФСБ-шниками, весь кипя от ярости. И увидел, как из другого кабинета в наручниках выводят Славу. Его собственная «иностранка» в стране находилась вполне легально, приехала в первый раз, и предъявить ему какие-либо серьёзные подозрения не могли. Поспрашивали, дали подписать пару расписок о неразглашении гостайны, припугнули пару раз, и всё. А со Славой было не так просто. На его возмущения просто ответили, что задерживают на 48 часов, для выяснения. И он только мог, сжимая кулаки, уйти, чтобы не сорваться здесь, давая им повод закрыть и его. — По идее, его не могут больше чем на 48 часов задержать, — докуривая третью сигарету, он зябко поёжился от того, с каким помертвевшим лицом Рихард выслушал новость о задержании Славы. За период жизни в этой стране он уже успел понять, что в руки местных спецслужб лучше не попадаться. — Я не могу понять, что они надеются ему предъявить. Не думают же, что официальный принц может быть каким-нибудь шпионом, — он фыркнул, проводя руками по лицу. — Обо мне официально знают только посол Швеции и министр иностранных дел вашей страны, — севшим голосом проговорил он, доставая телефон. — Стандартные меры безопасности, если мы уезжаем учиться в другую страну инкогнито. Во всех ваших базах я числюсь как обычный гражданин Швеции. Как и Вирджиния — рядовой британской подданной. Он сделал несколько звонков на своём, отрывистом языке, и один звонок на английском, но таком быстром, что Алексей мог уловить только отдельные слова, которые не складывались ни в какой понятный смысл. — Я сообщил отцу, он свяжется с послом Швеции и вашими высшими должностными лицами. До местного управления ФСБ доведут информацию обо мне. Этого должно быть достаточно, чтобы его выпустили. Вирджиния сделает то же самое. Мы даже представить не могли, что с вами могут так поступить из-за нас, — он закусил губу и всхлипнул, закрыв лицо руками.* * *
— Прости, пожалуйста, прости меня, это всё из-за меня! — Рихард осыпал вернувшегося на следующий день немного помятого Вячеслава поцелуями прямо на улице, и крепко прижал к себе, уткнувшись ему в плечо. — Всё нормально, — криво улыбнулся Вячеслав, обняв его в ответ. — Официально все претензии сняты. Ты ни в чём не виноват, не расстраивайся. Посидел, отдохнул, — он невесело усмехнулся, предвкушая, как будет писать объяснительную за прогул целого рабочего дня. Через полчаса подошёл и Алексей, с хмурым и мрачным видом, и простым русским матерным языком, который мог себе позволить в отсутствие Вирджинии, высказал всё, что он думает об «этих тупых козлах из ФСБ и ещё более тупых ментах». — Они ещё на той неделе приходили ко мне на работу, мне надо было включить мозги и сказать вам, а не витать в розовых облаках, — буркнул он, с ходу выходя на балкон и закуривая сигарету. — Но я правда не подумал, что они могут предъявить тебе, Слава! Я-то ладно, у меня какой-то допуск, блядь, вшивый есть. Естественно подозрительно, когда возле меня иностранцы ошиваются. Но ты-то, блядь! — Он выругался, покачав головой. — Не парься, — устало отмахнулся Вячеслав. — Зато теперь всё прояснилось и больше к нам таких вопросов не будет. — Боже, ребята, мне так жаль, что это происходит с вами из-за нас, — тихо проговорил Рихард, цепляясь за Вячеслава как за спасительный круг. — Мы хотели сделать вам сюрприз и попросили сделать загранпаспорта… Мы подумать не могли, что вас могут из-за этого заподозрить в чём-то антигосударственном. — Да проехали, — отмахнулся Алексей, — это мне тут надо было головой думать немного. Теперь уже что говорить, помурыжили немного, да отстали, — он пожал плечами. — А что за сюрприз?
