Minlix blog

      Возможно, Феликсу действительно стоило научиться сдерживать себя и свои порывы, чтобы не испытывать чье-либо терпение на прочность.       Чанбин к нему давно привык. Со знал, что Ликс мог неожиданно завалиться на него и начать тискать как плюшевого медведя, потому что так он расслаблялся, снимал стресс и банально подкреплялся чужой энергией, когда своей уже не доставало. Поэтому к внезапным проявлениям нежности относился спокойно. Видишь Ликса - раскрой руки шире, Ликс отвлекся на что-то другое - отпусти и займись своими делами дальше. Все просто. Феликс был явлением приходящим и уходящим так быстро, как ураган. Казалось, он мог находиться везде одновременно. Пытаться его удержать подле себя или контролировать было невозможно. А применение против него силы или давления могло вызвать лишь негативную реакцию.       Хёнджин же был, словно фитиль. Подожжешь и уже не остановить, только если не залить водой вовремя. И в случае с Хваном именно Ликс был плюшевым мишкой, которого начинали тискать и растягивать, пока не надоест. И обычно это не приносило неудобств. Йенни и тот больше подвергался всяким милым "пыткам" со стороны старших. Но иногда Феликс чувствовал, что Хвана в его жизни становилось слишком много.

***

      Хёнджин, закинув на плечо руку, повис на нем, смеясь над шутками Хана. Ликс, уже давно привыкший к подобной манере друга, бессознательно расставил ноги шире для большей устойчивости и напряг мышцы спины, чтобы та не гнулась под чужим весом. Хван хоть и выглядел тощим, словно палка, но легким никогда не был, поэтому уже через пять минут Феликс устал и стал заваливаться. Хван продолжал заливисто смеяться над словесной перепалкой Джисона и Чанбина. Сам же Феликс поймал себя на том, что не может оторвать свой взгляд от Минхо.       Хён улыбался и шутил вместе с остальными. И Феликс понял, что не услышал последние слова Хана, решившего продолжить шутку Минхо. Ликс смотрел на старшего, подмечая, как Минхо лишний раз поправлял черный берет, боясь, что тот слезет, ляжет криво или вовсе упадет с головы из-за интенсивных движений, хотя стилисты всегда были очень внимательны к таким деталям, и берет Минхо не должен был слететь, даже если бы старший начал вдруг крутиться на голове. Но Ли продолжал тянуть руки к головному убору. И Феликс задумался, было ли это из-за волнения или сказывалась привычка Минхо избавляться от всего, что приносило неудобства. Будь то челка или одежда, Минхо нервировало все, что доставляло дискомфорт и отвлекало от важного. Возможно, старший даже не осознавал, что продолжал теребить берет, хотя тот лежал на голове идеально. И, выбрав момент между сменой кадра, Феликс быстро приблизился к нему, чтобы поправить головной убор, а точнее сделать вид для успокоения старшего. Это сработало, потому что руки Минхо перестали тянуться к берету.       Феликс вновь почувствовал на себе вес Хвана, попытался незаметно отстраниться и уйти в другую сторону, но Хван лишь сильнее сжал на шее руку, не замечая его уклонения.       Было время, когда они с Хваном были близки не меньше, чем с Чанбином. Хван терпел все причуды Ликса, нередко участвуя в них, порой становясь их инициатором. Был его личным фотографом, впрочем, эта часть не изменилась, но в остальном... Феликс сам не знал, что именно произошло. Может, были виноваты время и обстоятельства, а может, что-то другое. Хван то приходил, то уходил от него. Но после длительного перерыва в работе Хёнджин тянулся к нему еще меньше, чем раньше. Это было не так заметно поначалу. Хван общался с другими, а затем внезапно будто вспомнил про него. Хенджина всегда мотало из стороны в сторону. Вот только если самому Хвану было все равно к кому пристать, то в обратном случае, когда люди выбирали не его, а кого-то другого, он начинал ревновать. Был за ним этот грешок. До него порой туго доходило, помимо этого сыграло длительное отстранение от работы и последующий стресс, поэтому Хван как-то поздно узнал о том, что Феликс теперь не просто зависал в компании Минхо, но и делал с ним немного другие вещи за закрытой дверью. Принимая этот факт во внимание, Феликс догадывался, что Хван не успел подстроиться и, возможно, ревновал его, когда видел Ликса с Минхо, ведь вне объектива они проводили вместе довольно много времени. И не обязательно делая что-либо или разговаривая, им достаточно было просто находиться рядом. Поэтому Феликс понимал, что Хван пытался урвать часть внимания к своей персоне хотя бы на мелких интервью или передачах. Но даже так Феликс в большинстве случаев был под присмотром Минхо или уже давно привычно, но чуть меньше Чанбина. В этот раз Минхо расслабился, и Хван, интуитивно уловив этот момент, тут же оказался рядом. Вот только он не знал, что Феликс в этот самый момент был не настроен находиться длительное время игрушкой в чужих руках. На днях Ликс чувствовал себя неважно и хотел отдохнуть перед очередным марафоном съемок, фотосессий, интервью, репетиций и прочего.       Хван же продолжал подходить и закидывать на него свои руки, притягивая ближе или смеясь в его плечо и шею. О том, что ему немного надоело, виду Феликс не подал. В зале перед ними сидел стафф с кучей камер, каждая из которых снимала их практически со всех ракурсов. Хван, вроде как, еще не успел перейти черту, и пока это казалось ему терпимым, он решил не устраивать сцен, лишь бросил обеспокоенный взгляд в сторону и наткнулся на изучающий пристальный взгляд Минхо. Кажется, тот тоже заметил сверхактивное поведение Хёнджина и выглядел из-за этого напряженно-задумчивым.       Ждать себя долго старший не заставил и довольно быстро нашел решение назревающей проблемы. Во время небольшой рубрики "Жалобы на поведение мемберов в общежитии" (изначально эта рубрика должна была выглядеть по-другому, но вышедший первым Хан с претензиями к Чанбину, и подхвативший его настрой Ликс полностью убили первоначальную идею), Минхо, посеяв смуту из-за незакрытого колпачка зубной пасты, передал вызвавшемуся говорить следом Хёнджину красный рупор, после чего демонстративно пересек площадку, игнорируя свое прошлое место, и занял освободившееся рядом с Ликсом. Хёнджин, обернувшись к мемберам лицом, был на секунду сбит с толку, увидев, что старший зачем-то занял его место, но благополучно забыл об этом, начав жаловаться на то, что кто-то пользовался его дорогим средством по уходу за волосами. Феликс смог облегченно вздохнуть и расслабиться, но, как оказалось, ненадолго. Хван словно намагниченный вернулся и подсел к нему позже, когда дело дошло до подшучиваний над Чанбином. В конце концов, когда все шутки закончились и парни из кучки тел начали рассаживаться, вытягиваясь по широте паркета, Хван схватил его и потащил за собой. Давление со стороны Хвана напугало и вызвало раздражение Феликса. Он наплевал на камеры и потянулся рукой к Минхо. Все равно большая часть отснятого материала вырезалась из-за ненадобности или несоответствия цензуре.       Настойчивое царапание его колена вынудило Ли отвлечься от обсуждения и обернуться. Ему хватило секунды, чтобы прочесть во взгляде младшего немую просьбу. Минхо незамедлительно придвинулся ближе, садясь почти вплотную и позволив Феликсу облокотиться на его ноги, несмотря на то, что те затекли от долгого сидения на жестком полу. Однако, это того стоило. Так как младший практически улегся на него, Хван перестал тянуть свои руки к Ликсу.       Съемки закончились небольшим интервью в парах и репетицией номера, после которых Минхо уже по собственной инициативе не отходил от младшего.

***

      Всех конфликтов не избежать, когда ты не просто живешь в одном месте с совершенно другими людьми, а сосуществуешь с ними всегда и везде. Идеальные отношения - это все миф. Мемберы ссорились и делали это довольно часто. Иногда ругань поднималась из-за пустяка, а бывало, что за этим стояло что-то намного весомее. Конфликты, связанные с работой в дом тянуть никто не стремился. Но порой рабочий день мог испортить настроение настолько, что это могло продлиться до самого вечера, разрушив на время их тихий домашний уют общежития.       Феликс всегда был самым спокойным и терпеливым в этом плане. От него жалобы в общежитии можно было услышать крайне редко, и нужно было сильно постараться, чтобы вывести его из себя. Поэтому, когда в гостиной внезапно раздался недовольный крик Феликса, это заставило всех присутствующих на тот момент в доме напрячься и прервать свои дела.       Они все поужинали, и большинство парней разбежались по своим комнатам, за исключением Чанбина и Бан Чана, которые отправились в студию. Феликс остался в гостиной вместе с Йенни и Сынмином, чтобы поиграть в приставку. Макнэ взял его на слабо, и Ликс не смог удержаться, согласившись на пару раундов. На самом деле выигрыш был не важен, Йенни не хватало внимания, и Феликс был только рад дать его младшему столько, сколько тому потребуется. Сынмин же был у них судьей и болельщиком одновременно. Феликс так и не понял, кого из них двоих Ким поддерживал больше, но кричал тот громко и бурно, будто сам играл.       Игра стала казаться полным хаосом, когда к ним присоединился Хван и, втиснувшись между Ликсом и Йенни, начал отвлекать первого. Сначала это была просто мелкая щекотка и щипки за щеки, но затем Хёнджин просто нагло взял его за талию и притянул на свои колени, стискивая и зарываясь носом в пушистые волосы.       - Хён, ты мешаешь, - первым на странное поведение отреагировал макнэ, заметив, что его соперник, Феликс, начал косячить намного больше и практически не следил за игрой. Однако, его замечание проигнорировали, и Чонин протянул еще настойчивее: - Хё-он!       Феликс, пытавшийся все это время отбиться от очередной порции щекотки, вторил младшему:       - Джинни, ты действительно мешаешь. Подожди минуту.       - Не хочу, - ответил Хван, укладывая свою голову и давя подбородком подключичную ямку. - Ты сегодня очень милый. Удели и мне немного своего внимания.       - Хён!       - Позже, дай закончить игру, - Феликс попытался продолжить, соскользнув с колен, но его вновь утянули назад, сжимая бедра до боли. - Хёнджин, мне больно!       Феликс не любил злиться на мемберов. Даже если он ни в чем не виноват, то чувствовал он себя после ссоры не лучше. Хван же был порой слишком эгоистичным. Столкнувшись днем со стеной в лице Ли Минхо, он пытался наверстать упущенное вечером. Вот только если обычно у Феликса хватало сил исполнять все его капризы, то сейчас ему нужен был перерыв. Усталость, которую он испытывал днем, вернулась и переросла в огромное раздражение.       Отбросив джойстик в сторону, Ликс ухватился за руки Хвана, попытавшись расцепить их, но Хёнджин, не видевший его лица, воспринял его попытки сопротивления как игру. И только Сынмин, который сидел лицом к Ликсу, видел, что тому было больше не до смеха.       - Отпусти меня! - раздался надрывный крик Феликса. На секунду ему удалось разорвать кольцо из рук Хёнджина и сделать рывок вперед, но Хван тут же перехватил младшего за локти, не позволяя ускользнуть полностью. - Хватит, отпусти!       Шум быстро привлек к себе внимание. Хан вышел из комнаты, застав странную картину: двое младших застыли в ужасе, тем временем сами виновники шума уже катались по полу перед телевизором. Хёнджин немного завелся и вышел из себя, когда Ликс, отбиваясь, заехал ему локтем по челюсти. В итоге игра перестала быть таковой и почти переросла в настоящую драку.       - Что у вас здесь происходит?       - Хён, останови их! - сидевший на полу Чонин, увернулся от ноги Феликса и запрыгнул на диван, пока тот продолжал вырываться.       - Он его задушит, - голос Сынмина потерялся среди шума, но Минхо, вышедший следом за Ханом, каким-то образом расслышал сказанное и перевел взгляд на сцепившуюся парочку прямо в тот момент, когда Ликс смог таки оттолкнуться от Хвана и подняться с пола, вот только его запястье все еще находилось в крепкой хватке Хёнджина. Вместе с рывком рука Феликса неестественно выгнулась, и младший громко и болезненно вскрикнул.       Минхо не отдавал себе отчета, когда оказался между сцепившимися и, схватив Хёнджина за плечо, оттащил того от Ликса, зажав у стены. Приложившись спиной и немного головой о стену, Хван поднял на старшего шокированный взгляд.       - Ты ударил меня?!       - А ты заигрался, Хёнджин, - Минхо встал напротив младшего, чтобы перекрыть тому доступ к остальным мемберам. Первая вспышка гнева прошла, и Ли сам был немного в шоке из-за того, что поднял руку на Хвана, но виду не подал, продолжал держать лицо. Будто не слыша его, Хёнджин повторял:       - Ты ударил меня!       - У тебя пластинку заело?       - Хён, ты, блядь, сделал мне больно!       - Я ударю тебя снова, если не прекратишь вести себя как самовлюбленный кретин.       - Да что я сделал-то?       - Вот именно, что?! - услышать рык от Минхо было не меньшей неожиданностью. В комнате тут же стало тихо. Хван застыл, раскрыв широко глаза. - Взгляни на кого-нибудь еще кроме себя. Здесь есть люди, которым ты сделал больно, - Минхо, медленно и глубоко вдохнув, шумно выдохнул, заставляя себя успокоиться, и чуть развернулся, позволив Хёнджину увидеть остальных за его спиной. Он заметил, как Джисон приблизился к Феликсу и осторожно погладил того по плечу, боясь зацепить пострадавшую руку. - Хан, - тут же позвал Минхо, - как Ликс?       - Д-да, - неуверенно протянул тот.       Ликс, прижимая к груди пострадавшую руку и сжимая губы от боли в тонкую линию, предусмотрительно молчал. Он мог бы сказать, что ничего серьезного не случилось, но знал, что это только больше вывело бы Минхо из себя. Старший и так был очень зол. Феликс не хотел, чтобы хён переживал еще больше. Поэтому, почувствовав крепкие руки Хана на своих плечах, позволил другу отвечать за него. Спина Минхо чуть расслабилась, но старший продолжал говорить напряженно:       - Уведи его и, пожалуйста, посмотри, что с его рукой. Я подойду через пару минут.       - Пойдем, Ликс, - шепнув на ухо, Хан мягко, но настойчиво потянул Феликса в свою комнату. Чонин последовал за ними, но перед этим быстро сбегал на кухню за аптечкой. Дверь спальни плотно закрылась за ними, и Феликс не увидел виноватого взгляда Хёнджина, потому что не смотрел на него вовсе, но услышал все такой же строгий голос Минхо:       - Не спеши, с тобой я не закончил.       В гостиной стало тихо. Заглянувший к ним Сынмин сообщил, что Минхо увел Хвана на улицу. А еще понадеялся, что Чан не узнает о произошедшем. Слова Кима немного разрядили обстановку.

***

      - Снова играешь в игры? - Минхо остановился напротив Хвана, развернув того к себе лицом, когда они вышли. Было прохладно, оба вышли без курток, в одной домашней одежде, но Минхо холод игнорировал. Адреналин чуть притуплял его ощущения, и он все еще был взбешен из-за выходки Хенджина. Хван молчал, но и виноватым уже не выглядел, теперь он казался оскорбленным. - Играйся сколько хочешь, но Феликса трогать не смей.       - Что, мне уже разговаривать с ним нельзя? Ты запретишь мне и это? - раздраженно произнес Хван и сделал шаг вперед, смотря на Минхо с высоты своего роста. Но вот только подобный выпад мог задеть Чанбина из-за комплексов по поводу его роста. Минхо же было все равно. Все мемберы ссорились друг с другом, некоторые даже не единожды. Чанбин, как и Чан, был очень требователен, когда дело касалось музыки и ее выражения, поэтому с ним ссориться поводов было больше. Хван выработал определенные привычки, выясняя отношения с Бином. Но эти привычки не работали против Ли. Вообще, Хван не знал, как вести себя, защищаясь перед старшим, потому что Минхо действительно большую часть времени сдерживал себя и до угроз никогда не опускался. Поэтому Хёнджин снова растерялся, когда Минхо спокойно оттолкнул Хвана от себя.       - Не цепляйся к словам. Ты знаешь о чем я. Если тебе хочется внимания - попроси его у других. Ликс такие шутки не понимает. В прошлый раз Чан тебе говорил об этом. Похоже, он был слишком мягок, и ты уже все забыл. Сейчас я напоминаю тебе: Феликс не игрушка. А если подобное продолжится, то следующая наша беседа тебе не понравится.       - Что у вас там опять происходит? - Минхо обернулся на голос и увидел приближающихся Чана и Чанбина. Оба были одеты в черное и почти одинаково, их различал только рост и немного разное телосложение. Чан, подойдя ближе, стянул с себя черную маску, но оставил на голове капюшон кофты. Чанбин же оставался спрятанным за кепкой и черной маской, внимательно оглядывая двух спорщиков. Минхо сдержанно улыбнулся и ответил:       - Ничего. Решали один вопрос.       - На улице?       - В доме было шумно, - пожал плечами Минхо.       - И как? Решили?       - Я очень на это надеюсь.       Минхо бросил предупреждающий взгляд на Хвана, тот снова молчал, однако, на реплику Ли согласно кивнул. Минхо продолжать разговор дальше не собирался. Даже если бы Чан и Чанбин не вмешались, став свидетелями беседы, основную мысль он донести успел. Ли собирался оставить их и вернуться в общежитие, но Чан явно был не удовлетворен его объяснением. Он выглядел сосредоточенным и хмурым, рассматривая их, как ранее это делал Чанбин, и пытался понять, что произошло. Рука лидера обманчиво мягко перехватила руку Минхо, и Чан вынудил того снова взглянуть на себя.       - Лино, - по тону старшего Минхо понял, что некий пазл в голове Чана все же сложился. На самом деле было не трудно догадаться. В последнее время мало что могло по-настоящему задеть Минхо за живое, тем более, чтобы тот начал выяснять отношения из-за этого. Поэтому, да, Чан догадывался, в чем могло быть дело, а Минхо понимал, что уйти от ответа не получится. - Объясни все с самого начала.

***

      Минхо обещал проведать его позже, но так и не пришел. Феликс слышал шум из коридора, когда вернулись Хван и Чанбин, бурно что-то обсуждавшие. Спустя несколько минут входная дверь снова хлопнула, а затем по общежитию разнесся голос Бан Чана. Ликс старался не обращать внимание на гул за пределами комнаты специально, но все равно ловил себя на том, что сосредоточенно вслушивается в малейший шорох.       С рукой не случилось ничего страшного. Всего лишь небольшое растяжение. Чан предложил ему одну из своих повязок, которые носил, когда болели его запястья. Феликс сначала отказывался, но почувствовав, что ограничение движения кисти, вызывало меньше ноющей боли, попросил разрешения у старшего поносить его повязку чуть дольше. Чан, разумеется, отказывать ему не стал, своих вещей для Ликса ему было не жалко.       Феликс задержался в комнате Хана и Чонина чуть дольше, возможно, подсознательно боясь встретиться снаружи с Хваном. Разговаривать с ним он был пока не готов. Но вскоре волнение о другом человеке заставило его выйти из укрытия. Хвана в общежитии не оказалось, ему доложили, что тот ушел тренироваться в зал. Минхо же заперся в своей собственной комнате.       Тихо, пытаясь не привлекать к себе внимание, Феликс быстро проскользнул в спальню старшего, захлопнув за собой дверь. Хотелось еще и замок защелкнуть, но он не сделал этого из уважения к другим хозяевам комнаты. Хотя, что-то ему подсказывало, что в ближайшее время к ним двоим никто не сунется, боясь вызвать на себя гнев Минхо. Сам Минхо полулежал в своей постели и смотрел в телефон, шумно стуча пальцем по экрану. Феликс сразу понял, что тот еще не остыл. Не говоря ничего лишнего, он залез на кровать старшего и лег рядом, положив голову тому на плечо. Очень скоро Минхо выключил телефон и, отбросив в сторону, опустил голову на подушку. Взгляд его нашел руку Феликса, которую тот осторожно положил на его живот. Пальцы огладили края черной повязки, и Минхо, узнав чья она, хмыкнул.       - Чан сильно ругался? - шепотом спросил Феликс, боясь нарушить тишину комнаты.       - Нет. Но все еще будет впереди. Первую вспышку гнева он смог подавить в себе, - Минхо, увидев, что Ликс начал грузиться из-за его слов, вплел пальцы в светлые волосы и, погладив затылок, сказал: - Не бери в голову. Хван умеет быть придурком. Это был не первый и не последний такой раз.       - Я думал не о нем, - признался Ликс, медленно проведя рукой по животу Минхо. Рука поднималась выше, пока не остановилась на груди, затем Феликс приподнялся и, обернувшись лицом к старшему, заглянул тому в глаза. - Таким злым я тебя никогда не видел.       - Напугал? - Феликс ответил ему отрицательным мотанием головы, и Минхо грустно усмехнулся. Он знал, каким Феликс мог быть добрым. - Прости.       - За что ты извиняешься?       - Не ожидал, что так сильно разозлюсь.       - Мне уже почти не больно, - успокаивающе проговорил Ликс.       Слова младшего вновь вынудили Минхо обратить внимание на перевязанную руку. Накрыв маленькую ладонь сверху своей, он осторожно, чтобы не вызвать лишних болевых ощущений, сжал хрупкие пальчики. Их кончики оказались холодными, Ликс вообще мерз довольно часто. Потянув младшего на себя, Минхо подставил плечо, заставив Ликса лечь обратно. Феликс покорно опустился и прижался теснее к теплому телу. Подумав немного, он закинул на старшего еще и свою ногу. Минхо против не был, лишь усмехнулся, погладив его по спине.       - Не бери в голову, - вернул Феликс старшему его же слова и развернул лицо так, чтобы прижаться губами к плечу. - Просто забудь.       Тепло Минхо ощущалось даже через плотную ткань футболки. Пальцы, рисовавшие до этого момента узоры на сильной груди, стали скользить вниз по тому же маршруту, пока не опустились еще ниже, подцепляя пальцами край футболки. Феликс чуть настойчиво потянул ее, оголив часть пресса, и, наблюдая за внимательным взглядом Минхо, отпустил ткань, произнеся чуть хрипло:       - Сними ее.       Бровь Минхо вопросительно изогнулась, но старший подчинился. Осторожно, высвобождаясь от рук и ног Ликса, он привстал, затем стянул с себя майку и лег обратно. Руки и ноги Феликса тут же вернулись на прежнее место. Лежать или спать ровно он вообще не умел, любил закидывать ноги, ему нужно было постоянно что-то обнимать, поэтому длинная розовая подушка с принтом лица Чанбина стала постоянным атрибутом его кровати. Закинув ногу на старшего, достав коленом почти до живота, Ликс обнял его на манер той самой розовой подушки. Минхо хмурился, чувствуя, как с его телом проводили разные манипуляции, но в противовес выражению лица, рука его опустилась на бедро младшего и, крепче ухватившись, притянула ближе, полностью сокращая расстояние между ними, как Ликс того и хотел. Чувствуя руку старшего на своем бедре и мягкие поглаживания, Феликс довольно выдохнул, на этот раз прислоняясь губами к уже обнаженной коже. Мазнув ими и оставив призрачный след, он устремился выше и уткнулся носом в шею старшего.       - Ты спать собрался? - удивленно выдохнул Минхо тому в волосы. Феликс полностью расслабился, навалившись на Минхо всем телом, и смог издать лишь мычание:       - Мгм.       - Здесь?       - Мгм, - Минхо явно порывался сказать что-то еще, но Феликс опередил его, мягко положив пальцы на губы. - Плевать на Хвана и остальных. Хочу побыть с тобой чуть дольше.       Пальцы соскользнули с губ, и ладонь опустилась на грудь. Минхо неосознанно облизал губы, все еще чувствуя прикосновение к ним, и, вздохнув, признавая свое поражение, дернул темную штору, чтобы прикрыть их от возможных гостей и других хозяев комнаты. Из-за положения рывка немного не хватило, и темная ткань соскользнула лишь на половину, оставив ноги открытыми. Минхо раздраженно щелкнул языком, но вставать и поправлять не стал, смирился. Ликс, кажется, действительно почти уснул на нем. Не хотелось беспокоить его.       Прошло некоторое время, когда дверь тихо скрипнула, и в комнату кто-то вошел. Феликс к тому моменту уже крепко уснул и не слышал этого, а Минхо, держа глаза закрытыми, пытался узнать вошедшего по создаваемому шуму. Вошедший был довольно аккуратным. Если бы это был Хван, то тишине в комнате пришел бы конец. Во-первых, Хенджин не умел быть тихим. Во-вторых, он был для этого слишком неуклюж. К тому же, Хван не решился бы заглядывать в его личное пространство, пусть и не до конца, но все же отгороженное шторой. А Минхо четко ощущал на себе пристальный взгляд. Открыв резко глаза, чем немного напугал наблюдателя, Ли уставился на Сынмина.       Минхо, хитро улыбнувшись, поманил младшего пальцем.       - В чем дело? - спросил Ким шепотом, подойдя ближе.       - Зачем подглядывал? Хочешь присоединиться? - дразнить Сынмина у Минхо вошло в привычку. Это было забавно и происходило само собой. Вот и сейчас, услышав провокационный вопрос старшего, Ким закатил глаза, недовольно цыкнул и уже собирался уйти, но Минхо окликнул его, вынуждая вернуться. - Что делают остальные?       - Большая часть собирается ложиться спать. Чанбин-хён, кстати, искал Ликса. Он... - Ким осторожно посмотрел на Феликса, и Минхо слегка кивнул на не озвученный вопрос.       - Спит. Уже давно. Хёнджин вернулся?       - Нет еще.       - Тогда скажи, чтоб не шумел, когда вернется. Я тоже ложусь спать, - Ким кивнул и попытался снова улизнуть, но Минхо окликнул его снова. В этот раз он намеренно тянул с настоящей просьбой, чтобы понаблюдать и посмеяться над смущающимся младшим. Ким пытался смотреть куда угодно, но только не на парочку, особенно сильно он избегал взглядом Минхо, так как тот был по пояс обнажен. - Закрой штору.       - А сам чего раньше не закрыл?       Минхо усмехнулся и демонстративно указал пальцем на себя и на лежащего на нем Феликса. Ким в очередной раз закатил глаза и быстро задернул штору до конца, буркнув напоследок что-то неприличное и не совсем цензурное о нем. Минхо беззвучно рассмеялся и бросил в ответ, что тоже его любит.        Феликс заворочался, сползая чуть вниз, но продолжал спать. Минхо воспользовался случаем и сменил позу, повернувшись на бок, лицом к Ликсу. Тот негромко причмокнул губами и прижался носом к груди старшего, глубоко вдохнув. Минхо вдруг почувствовал, как рука Ликса начала соскальзывать вниз, и вовремя среагировал, перехватив ее до того, как она окажется там, где в данный момент ей быть неуместно. Аккуратно опустив руку на безопасное место, Минхо еще раз окинул взглядом спящего. Сегодня он действительно вышел из себя, чувствуя и разделяя ранее нервозность и раздражительность младшего в течение всего дня. Минхо было неприятно, но теперь от злости не осталось и следа. Феликс, придя к нему и оставшись на ночь, словно разогнал все негативные эмоции. Ли чувствовал себя выжатым, но это было приятное ощущение. Словно Феликс пригладил шерсть, которую ранее продолжительное время чесали против роста волос.       Минхо зажмурился, почувствовав мурашки, Феликс шумно выдохнул, кожу ласкало теплое дыхание. Это и тихое сопение Ликса под боком действовало не хуже любого успокоительного и снотворного разом.

***

      Утром Минхо встал, как всегда, раньше других и попытался осторожно выползти из постели. Но Феликс все равно проснулся, выработав привычку реагировать на отсутствие тепла старшего рядом. Этим днем у них была запланирована очередная фотосессия, и до прихода менеджера оставалось два свободных часа. Позавтракав, Минхо решил ненадолго спуститься и размяться в спортзале, Феликс же ушел в свою комнату и завис там на все оставшееся время. К моменту, как Минхо вернулся и принял душ после небольшой тренировки, проснулись все мемберы. Их менеджер, зная привычки отдельных личностей ложиться поздно, решил прийти чуть раньше, чтобы расшевелить ребят. После начались быстрые сборы и привычная утренняя суматоха.       В машину Феликс запрыгнул первым. Заняв задние кресла, он яростно отбивался, защищая места от других, а затем затащил к себе Минхо. Утренние поездки громкими бывали редко, многие в машине досыпали по дороге. Хан вырубился сразу, как залез. Чонин тоже сидел тихо, залипая в телефон, и лишь иногда с любопытством оглядывался назад, слыша тихие смешки Феликса. Ликс оказался неожиданно разговорчивым этим утром. Сидел, оттянув ремень безопасности, чтобы не мешал, и тихо рассказывал Минхо то, что успел подглядеть в общежитии, пока его самого там не было.       Прибыв на место и, наконец, добравшись до первого стакана кофе, парни стали намного бодрее и активнее. В гримерке, пока над ними хлопотали стилисты, подбирая одежду и делая макияж с укладкой, стало шумно. Минхо, сидя прямо под рукой мастера, укладывающего ему волосы, внимательно наблюдал в зеркале за Феликсом и подошедшим к нему Хваном. С начала разговора Ликс был немного напряжен, но когда Хёнджин, неловко улыбаясь, начал ему что-то объяснять, тот расслабился, однако сразу же тянуться обниматься как раньше не спешил, лишь натянуто улыбнулся и поспешил быстро удалиться. Взгляд младшего растерянно метался по комнате, ища место, куда податься, и случайно пойманный через зеркало взгляд Минхо как раз вовремя подсказал куда именно он должен пойти. Рядом с Ли освободилось кресло, и Феликс тут же занял его, дожидаясь своей очереди. На немой вопрос в глазах Феликс искренне и мягко улыбнулся, прошептав, что он в порядке, а следом, как будто желая убедить и себя в правдивости своих же слов, протянул руку, схватившись за старшего. Минхо мгновенно перехватил удобнее ладонь младшего и начал методично поглаживать большим пальцем тонкое запястье.       На посторонних никто из них не обращал внимания. Хотя они, конечно, старались обычно не светиться, но их стафф уже привык закрывать глаза на подобное, а парни привыкли к "отсутствию" пристального внимания. В конце концов, они не делали ничего вызывающего, а стафф лишний раз просто не будет наводить на них камеры, чтобы потом не мучиться, вырезая для финального показа все моменты, не прошедшие цензуру. Минхо в такие моменты, когда он беспокоился за самочувствие младшего, было плевать на всё и на всех.       Руки Феликса снова были прохладными. В этот раз больше из-за нервов. Минхо успокаивал тот факт, что нервы эти были вызваны предстоящей работой перед камерой, нежели внезапным и немного несвоевременным желанием Хвана помириться. Феликс даже забыл, что буквально пару секунд назад разговаривал с Хенджином. Сам Хван пристал, кажется, к Йенни, и его было не видно и не слышно. Ликс завис, смотря в одну точку перед собой, настраиваясь на работу и, возможно, обдумывая позы для фотосессии. Минхо всегда удивляло такое серьезное отношение младшего абсолютно ко всему. Иногда Феликсу нужно было быть более расслабленным, нежели серьезным, но по-другому тот не умел. Поэтому Минхо крепче сжимал его руку, приводя таким образом в чувства.       Эмоциональный кризис, вызванный Хваном, остался позади. Минхо надеялся, что подобные конфликты в группе не станут повторяться хотя бы в ближайшие недели. Предстоящий промоушен, следующий сразу за камбэком, еще до своего начала уже выжал много сил, и подобные эмоциональные встряски облегчения не приносили. Ликс не изменится, будет таким же доверчивым и эмоционально уязвимым, Минхо это прекрасно осознавал и, отметая все ненужные мысли, настраивал себя на будущее.       - Идем, - уже давно готовый Минхо дождался, когда стилист закончит работу с младшим, и, поднявшись, мягко потянул Феликса за собой, осторожно подталкивая того к площадке для съемок. Феликс был немного неловким, но под легкой встряской и шутками Минхо довольно быстро обретал былую подвижность. - Расслабься, - Минхо наклонился и в последний раз прошептал Ликсу в ухо, положив руки на его талию. Дальше уже стояли чужие камеры и люди, на этом все их взаимодействия должны были прекратиться. - Ты хорошо выглядишь.       - Ты тоже, - Феликс обернулся, произнеся слова тихо почти одними губами без звука. - Очень.       Минхо на похвалу младшего и на его говорящий взгляд отреагировал усмешкой и, негромко хлопнув того по бедру, отстранился, выходя на площадку первым. Феликс дождался появления Сынмина и Чонина прежде, чем последовать за Минхо.       Чонин что-то тихо бурчал под нос о своем внешнем виде, в частности об опухшем лице. Феликсу с Сынмином пришлось убеждать младшего, что с его лицом все было в порядке. У них бы ничего не вышло, не приди к ним на помощь Крис со своими еще опухшими после сна губами. Феликс громко рассмеялся, зная, что Чан отчасти специально чуть надул их, чтобы губы казались еще больше. Крис тихо шикал на несдержанные смешки своего брата-австралийца и притворно обижался, надувая губы еще больше. За всем этим Ликс не заметил тайного обмена серьезных взглядов между самыми старшими. Ровно как и не заметил того, что Минхо продолжал осторожно оттеснять от него Хвана. Чанбин, наблюдая за всем со стороны, лишь тяжело вздохнул и по привычке раскрыл руки шире, когда Феликс внезапно накинулся на него с объятиями.