Формула лидера

Прослушав сообщение от коченеющего Сулу и отделавшись от него общими словами, что все будет хорошо, Джеймс сложил голову на руки. Температура на планете стремительно падала, а телепорт все еще сбоил. Он не мог рисковать здоровьем людей, предприняв попытку перебросить их на корабль, как не мог оставить их замерзать. Даже обогреватели, переправленные ученым, раздваивались и выходили из строя. Капитан оказался между двух огней и ни одно решение не казалось ему единственно верным. Множество мыслей переполняло голову Кирка, но ни за одну он не мог ухватиться. Джеймс никогда в жизни не чувствовал себя настолько рассеянным и потерянным. Принимать решения становилось сложнее с каждой секундой, детали то и дело ускользали от него, будто мозг расползался по швам. Если так пойдет и дальше, то капитан ЮСС Энтерпрайз станет бесполезнее сгоревшего литиевого кристалла. - Или умрет, - произнес Джим вслух. В ответ на его бормотание пристегнутый к кровати двойник застонал, завыл, точно раненый зверь. Злые золотистые глаза следили за каждым движением оригинала - по крайней мере, Джеймс считал себя таковым; зубы оскалены - не иначе гильотина, готовая откромсать ему голову. - Пусти меня, - шипела темная часть Джима, - Ты! Я тут главный! Кирк зачарованно смотрел на то, как извивается его собственное сильное тело, стремясь избавиться от полимерных оков. Клубок из пороков, которые Джеймс не открывал никому, даже себе - похоть, вспыльчивость, страх, эгоизм. Казалось бы, он должен радоваться, что транспортатор извлек все эти первобытные качества из него, и теперь он мог бы запереть это... это существо на нижней палубе и жить счастливо. Капитан Кирк был уверен - огромное множество людей в галактике отдало бы все что угодно, чтобы оказаться сейчас на его месте и очистить себя от неприглядных, неприемлемых в обществе и попросту вредных мыслей. Низменные желания мешали его работе, отягощали нежелательными эмоциями, испытывали его чувство долга, а также частенько заставляли подвергать себя цензуре в ответственные моменты, но... - Без меня ты сдохнешь, - осклабилась в какой-то неприличной улыбке его половинка, и Кирк вздохнул, нехотя соглашаясь с ней. Как странно. В сочетании с его лучшими качествами этот котел слабостей давал амбиции, силу, решимость. Джеймс встал, меряя шагами изолятор, по спирали приближаясь к кровати. Единственным его утешением оставалось то, что он еще был способен трезво мыслить, тогда как его "плохая" часть была в глубокой панике, хоть и умело скрывала это. - Как и ты без меня. Темный Кирк рванулся в его сторону, щеря зубы. Хоть Джеймс и потерял изрядную долю своей способности тревожиться, он все же поежился - лицезреть свое собственное лицо, искаженное столь откровенной ненавистью, было неприятно. - Ты всегда сдерживал, дрессировал и прогонял меня, не давая почувствовать вкус к жизни, оторваться по-настоящему. Думаешь, я не знаю, как ты украдкой пялишься на аппетитные ножки старшины Рэнд? Как ты засыпаешь, мечтая о теплом теле в своей постели?.. - Скотти, как дела в транспортаторной? - громко спросил Джим через передатчик, перебивая двойника, - Вы починили телепорт? Скотти начал говорить, но его заглушил хлопок, затем что-то явно начало искрить. Инженер грязно выругался, и Кирк все понял без дальнейших пояснений, отключаясь. Мерзкие повизгивания сменили брань Скотти - это копия тряслась от хриплого, почти демонического хохота. - Заткнись, - попробовал рявкнуть на него Джеймс, но вышло слабовато. - Не слышу, подойди-ка поближе, - издевалось его второе "я", - Слизняк! Джим качнулся к нему, шлепнув по лицу. Пощечина вышла неловкой, скользящей. Темный Кирк только громче рассмеялся, и этот смех парализовал волю Джеймса. - Тише, пожалуйста... - Джим стиснул голову руками. - Заставь меня, - показал клыки двойник, - О нет, забыл, что ты слишком кроткий для этого. Боунс! Приди и останови меня, Боунс! Боунс! Кирку совершенно не хотелось, чтобы на эти истошные вопли приперся кто-нибудь из лаборатории. Спок говорил... Спок говорил что-то про то, что он не должен выглядеть уязвимым перед командой... как же трудно сосредоточиться... - Замолкни, - Джеймс накрыл его рот дрожащей ладонью. Джим почувствовал, что губы под ней еще шире раздвигаются в улыбке и отстранился. Он смотрел на самого себя с покрасневшей, исцарапанной щекой, со слезинками, собравшимися в уголках глаз от смеха. Пустота грызла и терзала его изнутри, грозила схлопнуться вакуумом и смять, вывернуть наизнанку, уничтожить. Джеймс проехался ладонями по желтой форме своей половины, задевая ногтями золотые нашивки - словно хотел забраться под кожу, собрать две части в единое целое. - Не спрашивай, что я делаю, - свистящим шепотом произнес Кирк, прижимаясь лбом ко лбу двойника, - Просто... не могу больше так. Мне тяжело даже находиться вдалеке от тебя. Я словно распадаюсь на части. - О, тебе одиноко, Джимми? - фыркнула копия ему в подбородок. - Если тебе от этого легче, то да. Странное, почти интимное выражение застыло в глазах темной его версии. Он точно рыскал в глубине зрачков Кирка, пытаясь нащупать дыру в его ауре. Коммуникатор опять зазвонил - сигнал с поверхности планеты. Джеймс даже не повернулся в его сторону, продолжая дышать в лицо своей половине. - Я не знаю, что им ответить. Что мне делать? Скажи мне. Прошу. - Освободи меня, и я помогу. Джейс замер в нерешительности. Радужка напротив блестела уж слишком лукаво, яркая, как полированная латунь. Гипнотизируя его, высасывая остатки воли, деморализуя. Будто во сне он взялся за хирургические ножницы, разрезая путы на плечах и лодыжках темного Кирка. Звонок оборвался. - Умничка, - зловеще ухмылялась копия, - Тобой так легко управлять. Ума не приложу, почему я раньше вообще тебя слушался. Джеймс еще успел окинуть двойника взглядом и как-то отрешенно заметить, что его форменные брюки топорщатся в самом интересном месте. А потом цепкие руки схватили его и потащили на себя, обвивая, точно лианы. - Попался! Накачанный агрессией под завязку клон оказался очень сильным, какими бывают буйные психи. Темный Джим знал все его-свои трюки наизусть, блокируя каждый выпад еще на этапе зарождения напряжения в мышцах. Он быстро подмял под себя оригинал, опаляя шею дыханием: - Посмотрим, какой капитан им понравится больше. Спок был так любезен, что подсказал тебе скрыть мою истинную природу, называть меня "самозванцем". Экипаж с радостью от тебя избавится. От тебя и твоей нерешительности. Кирк боролся скорее инстинктивно и для вида, сам не понимая, что это изменит. Он так устал думать, устал выбирать. Он устал быть капитаном. - Никчемное слабое дерьмо, - продолжал горячечное бормотание темный Джеймс, - Ты только мешаешь, тормозишь вечно все своим нытьем, чувством долга, желанием спасти как можно больше народу. Твои люди устали от этого занудства. А я как устал! Мы ведь с тобой уже десятки лет вместе, Джимми. Урча, как животное, копия потерлась ширинкой о его промежность; бедра с силой вжали молчаливо и слабо сопротивляющегося Кирка в жесткий лежак. - Мне насрать на ничтожных червей, оставшихся внизу. Они облажались и поплатятся за это. Мы отправимся с этого куска льда немедленно. Джеймс не выдержал и застонал, ощущая, как возбуждение поднимается в нем, точно ртуть в старом градуснике, а голова кружится. Он опустил руки, позволяя целовать себя, позволяя делать с собой все, что угодно. Ловкие пальцы живо расстегивали его ремень: - Хороший мальчик, - выдохнуло альтер-эго ему в висок, - Наконец-то я смогу поиметь тебя и в реальности. Это даже лучше, чем мять перезревшие сиськи Джанис. Нечто лопнуло в мозгу Джеймса Кирка, ошпаривая его кислотой настолько пронзительного одиночества, что хотелось взвыть громче двигателей Энтерпрайза. К Споку усиленно подкатывала связист Ухура, у Маккоя была, хоть и бывшая, жена, а у него только этот чертов корабль и ни капли надежды на личную жизнь. Он взял копию за грудки, вглядываясь в свои собственные потемневшие, голодные, страшные глаза. - Технически ты не предаешь сейчас свои идеалы целомудренного капитана ведь я - это ты, а ты - это я, - темный Кирк подмигнул, - Давай же позабавимся хоть так, между собой. - Ты уговариваешь меня? - Джим бледно улыбнулся и отпустил себя, целуя кривую усмешку. Он уже смирился с тем, что ему нравится, как похабно охватывают горячие руки его тело и беспорядочно шарят по груди и бедрам. Не удивлялся больше, что стонет на бесконечную болтовню, сальные замечания, хрипло пророненные прямо в ушную раковину. Кирк с готовностью толкнулся в мозолистую от тренировок с фазером руку, вынувшую окрепнувший член из белья. - Ну да. Не все ж ругать тебя. О, ты иногда мне даже нравишься. Такой милый и безгрешный. Позволь своему дьяволу немного испачкать тебя. Последние капли здравого смысла полетели в тартарары. Джеймс выгнулся до хруста в пояснице навстречу грубым ласкам, давясь воздухом от ввинчивающегося в полость рта напряженного языка. Горькие запахи пота и саурианского бренди расплавленой медью жгли низ живота. Темный Кирк впихнул ему пальцы в рот, царапая неровно остриженными ногтями внутреннюю сторону щек. Вкус крови и машинного масла. Твердые фаланги промеж ягодиц. Джим откинул голову назад, краем сознания улавливая, что сканер пищит, регистрируя нарастание пульса. - Помнишь того милого кадета из Академии? - Ммм... - Ты делал это с ним. Я делал это с ним. Мы скучаем по этим временам, правда? Джим вместо ответа гаркнул что-то нечленораздельное. Он весь покрылся испариной. Шероховатые, едва влажные пальцы забрались в анус, поглаживая нежную плоть. Второй ладонью темный Кирк стиснул их члены, яростно надрачивая. - Ахх, - предсмертным хрипом просипел Джеймс. Боль проникала в удовольствие, делая его крепче, гуще, насыщеннее. Развязывая на запретах шнурок за шнурком. Двойник часто дышал, подрагивая, навалившись на Кирка так, что почти перекрыл тому кислород. Разноцветные круги горелыми конфетти ползали перед глазами, и Джеймс ощутил, что тоже балансирует на грани. "Пожалуйста, пусть это поскорее закончится". - Джим! Спок и Маккой разняли их, с трудом удерживая беснующегося, точно почуявший кровь хищник, темного Кирка. Пена на его губах, белое пятно на форме и близкое к отключке расслабление в теле самого Джима говорили о том, что все было кончено. Слишком быстро. Слишком мало. Джеймс сожмурил веки, усиленно втягивая спертый, душный воздух и пытаясь прийти в себя. - Вот дерьмо, Джим… Послышался глухой стук тела об пол - похоже, Боунс на время вывел его копию из строя. Кирка подняли на ноги, натянули штаны, вытерли, сменили футболку на свежую - он не помнил, чьи это были руки. - Идемте, капитан, транспортаторная снова функционирует… Будто в тумане Джеймс проследовал в телепорт, прижал к себе бессознательную копию. Темный Кирк показался ему невесомым, словно дух и гибким, как бумага. Джим изо всех сил старался устоять на очерченном для телепортации круге. Но после того, как его тело расщепило на атомы и пересобрало, он мешком свалился на пол. "И снова здорово, Джим, - прошептал голос в голове, заглушая обеспокоенные возгласы друзей, - "Спасибо, что не сдох. Кстати говоря - тебе ведь понравилось наше маленькое приключение? Не отвечай, я и так вижу. Темная сущность усмехнулась, неторопливо размешивая его сознание чайной ложкой. Кирк судорожно вздохнул, сопротивляясь медленному, но неотвратимому спуску в небытие. Белые и черные ступеньки. Белые и черные краски его души втекали друг в друга и смешивались, образуя грязноватые, несовершенные цвета. "Продолжим у тебя в каюте, как только придешь в себя. Ты и я. А сейчас - отдыхай".