Начать всё с чистого листа

      На улице уже стемнело. Птицы, что звонко пели весь день, попрятались по гнездам. Наступила прохлада. Дул лёгкий ветерок. Покой. Тишина.       Две фигуры, словно укутанные в чёрные покрывала, скорее спешили найти пристанище от наступающей тьмы и согреться в теплоте и уюте дома.       — Аккуратно, ступеньки, — вдруг разрезал тишину голос одного из юношей. — Нам на четвёртый, — произнеся это, парень обернулся к собеседнику, будто желая удостовериться, что тот рядом и всё хорошо.       — Угу, — послышалось в ответ.       Подъезд многоквартирного дома был достаточно простым: светлые серые стены, тёмные перила, тускло горящий свет. Местами виднелись царапины и пятна, которые уже следовало бы закрасить. Подъезд был совершенно обычным. И всё же было в этом нечто уютное и прелестное, что и привлекло одного из медленно идущих вверх по лестнице парней поселиться именно здесь. Спокойствие и тишина.       Но освещение всё же было плоховатым, поэтому искать нужную дверь пришлось практически на ощупь. Один из юношей достал из кармана ключи, по подъезду разнёсся легкий шорох и стук, сигнализирующий о возвращении одного из жильцов. Дверь широко распахнулась, раскрывая хранящиеся за ней секреты новоприбывшим из темноты людям.       — Проходи, — произнес хозяин апартаментов, ловко добравшись до выключателя следом за вошедшим гостем. — Да будет свет!       И всё вокруг из мрачного и гнетущего вдруг превратилось в уютное и столь приятное глазу. Квартира, в противовес подъезду, была довольно красивой и слегка необычной: ремонт в стиле минимализма, но то тут, то там виднелись сочетания японских и американских традиций и деталей, которые хорошо гармонировали между собой. Начиная низеньким столиком в центре гостиной и заканчивая парой картин в стиле импрессионизма — всё выглядело таким обжитым и казалось крайне комфортным. Вот он — дом.       — Проходи, чувствуй себя как дома, — вдруг неожиданно смутившись от такой банальности, хозяин квартиры было хотел исправиться и сказать нечто иное, но ничего стоящего в голову не пришло.       — Спасибо, — нежно раздалось в ответ, и лицо гостя озарила мягкая улыбка.       «Дом... — подумал он. — Как давно я не слышал этого слова. Неужели и я наконец-то дома? — улыбка на его лице стала ещё шире, а в сердце затрепетал тёплый огонёк. — Я дома...»       Но тут идиллия была прервана чьими-то тяжелыми вздохами, словно кто-то вот-вот упадёт в обморок от нехватки кислорода. Ранее такое состояние одного из юношей вызвало бы много вопросов, а поэтому и оставалось незамеченным до сих пор.       — Эш, ты в порядке? — послышался обеспокоенный голос одного из молодых людей.       Тут-то парень, которому был адресован вопрос, и обратил внимание на то, как сильно вздымалась и опускалась его грудь, и что, хоть и выглядело это не очень, чувствовал он себя в рамках обычного. Но сказать всю правду и успокоить собеседника — слишком легко и скучно, ведь так?       — А, ты про это... — замялся Эш, потрогав щеку пальцем. — Кажется, я всё-таки старею. Ох! Годы и меня не пощадили! Не всем же быть спортсменами, как ты, Эйджи, — за этим изречением последовала наигранно-детская ухмылка. — Вон, у меня даже морщины есть! Не стать мне больше моделью! Как же грустно!!!       — Да нет у тебя морщин, не стоит так переживать по... — и юноша, уже сделавший недовольную моську, не смог завершить фразу, так как был нагло прерван.       — Да как нет?! Вот, смотри! — и Эш указал на область около глаза, — Подойди ближе и полюбуйся на этот нонсенс!       Эйджи, пристально всматриваясь, начал приближаться к лицу собеседника, прищурив глаза. У того же на лице промелькнула ехидная ухмылка, а глаза ярко блеснули.       В тот же миг рука Эша, бережно очерчивающая кожу у глаза, вдруг рванула навстречу приближающейся фигуре. Через мгновение она мёртвой хваткой вцепилась в воротник и начала ещё сильнее притягивать к себе.       Одно лицо потянулось навстречу другому и, словно замешкавшись на мгновение, резко сменило направление своего движения, слегка отклоняясь в бок.       Раздался легкий «чмок».       Эйджи, находясь в лёгком смятении, отпрянул назад, дотронулся рукой до щеки и удивленно посмотрел на Эша. Перед ним открылся вид на хищника, гордившегося ловко пойманной добычей. Некоторые люди никогда не меняются.       — Испугался? — с искренними добротой и нежностью в голосе произнёс «шутник».       Собеседник же, покачав головой, легонько провёл пальцами по своей щеке.       — Нет... — слегка смутился Эйджи. — Просто не ожидал и ничего более! — и он, стараясь скрыть лёгкое смущение, с деланной обидой отвернул голову и сморщил носик.       Хищник же, в свою очередь, насытился долгожданной победой и тоже отвёл взгляд в сторону, расплываясь в улыбке.       В воздухе повисло молчание. Слегка неловкое, но при этом и достаточно комфортное, чтобы не прерывать его ещё какое-то время. Интересно, о чём оба юноши размышляли в тот момент?       Потом тишину разрезало еле слышное урчание. Кто-то был голоден, и живот предательски всех оповестил об этом.       Эш, моментально приложив руку к желудку, уже было хотел в очередной раз пошутить про свой возраст, тем самым разбавив слегка напряженную атмосферу. Но Эйджи начал раньше.       — Ой, прости, я совсем забыл про еду! Я по вечерам редко ужинаю, вот и… Так, дай мне десять минут!       И юноша, словно с головой погрузившись в свою стихию, завязал фартук, помыл руки и зашуршал-загрохотал кухонной утварью, попутно доставая свежие продукты из холодильника.       Эш же, в свою очередь, сел на барный стул у стойки неподалёку и, словно кот, стал внимательно наблюдать за действиями увлеченного готовкой человека, стараясь запечатлеть в голове как можно больше деталей этого процесса.       Зрелище было очень милым. Эйджи, с головой ушедший в любимое дело, готовку, и Эш, погруженные в наблюдение за самым дорогим, что только было в его жизни.       И так, время от времени обмениваясь фразами, они провели около десяти-пятнадцати минут. Эйджи слегка отставал от графика, так как знал вкусовые предпочтения гостя, которые слегка разнились с привычным японским рационом. Вскоре повар, поставив несколько тарелок с блюдами на обеденный стол, убрал фартук и позвал Эша к трапезе, а сам сел напротив.       — Приятного аппетита!       — Приятного аппетита!       — Эш, надеюсь, еда тебе понравится. Знаю, что ты любишь мясо, но его у меня было не столь много. Приготовил, что смог… — легкая улыбка появилась на лице Эйджи. — Эш? Всё в порядке? — полетел вопрос в сторону будто зачарованного собеседника, сидящего за противоположной стороной стола.       — Да, извини. Просто нахлынули воспоминания, знаешь, о былом… — он слегка опустил голову и перевел взгляд на еду. — Выглядит вкусно! Шеф-повар молодец!       — Спасибо, — тихо раздалось в ответ.       И оба юноши налетели на пищу. Даже Эйджи, который не любил поздно есть, уплетал еду за обе щеки. Вполне вероятно, что этот день был очень сильно наполнен эмоциональными переживаниями от долгожданной встречи, причем у обоих. Хоть юноши и израсходовали немало энергии, сил на разговоры было вполне достаточно. Парни решили немного предаться ностальгии и стали обсуждать то, как они жили вместе ранее в Америке, время от времени обмениваясь смешками. Давно они так не беседовали. И как же им было хорошо.       Потом еда закончилась. Вдоволь наевшись, юноши развалились каждый на своём стуле. Первым собрался с силами хозяин апартаментов. Аккуратно поднявшись, Эйджи стал складывать посуду для более удобной транспортировки в раковину.       — Я помогу? — поинтересовался Эш и тоже начал укладывать тарелки.       — Нет нужды, я и сам…       — Я помогу, — прозвучало утверждение. И Эйджи решил не спорить.       И так юноши, груженные кружками и тарелками, поползли в сторону кухни. Эйджи подошёл к самой раковине, медленно и аккуратно начал складывать посуду, которую нёс сам. Потом, повернувшись, взял содержимое из рук Эша.       Только последняя кружка была поставлена, как сзади что-то холодное коснулось шеи Эйджи. Он вздрогнул и, обернувшись, слегка отшатнулся, прикрывая потревоженное место ладонью.       В ответ юноша получил лишь полный непонимания взгляд: «Что это с тобой сегодня, Эйджи?» Тут же поняв, что он только что сделал, Эйджи немного зарделся от собственной пугливости и отвел взгляд.       — Извини, — произнёс он.       — Нет, ты меня извини. Я не хотел тебя пугать. Я просто… — Эш слегка задумался и замолк, пытаясь подобрать нужные слова. — С каких пор у тебя такие длинные волосы?       — А с каких пор у тебя короткие? — легкая ухмылка появилась на лице Эйджи.       — Понял. Вопросов больше нет! — Эш ладонями показал «сдаюсь», приподнял брови и комично опустил уголки губ вниз. Капитуляция прошла успешно.       Раздался смех. Оба юноши разразились хохотом. Вполне вероятно, что они впервые за много лет смогли так сильно порадоваться от какого-то пустяка. На душе стало тепло. Им было хорошо — и это главное.       Пока они отходили от смеха, взгляд Эйджи случайно упал на часы. Почти полночь. Уже нужно ложиться отдыхать. Но юношам было так хорошо вместе, что и вовсе не хотелось обрывать этот день и расставаться. Вдруг долгожданная встреча окажется лишь сном, который оборвётся с пробуждением?       И тут раздался зевок. Предательская сонливость застала Эша врасплох.       — Да что же со мной сегодня такое? Неужто я действительно постарел? — с несчастным видом поинтересовался Эш, прикрывая рот рукой и слегка щуря глаза.       — Уже довольно поздно. Нужно принять душ и идти спать. Я тоже как-то устал, — проговорил в ответ Эйджи. — Иди за мной, поищем тебе сменную одежду. Эм, то есть… Ты же не собираешься уходить в такой час, верно? — сказав и не подумав, Эйджи опять себя смутил. Вот это дела. У Эйджи просто талант.       — Ну, если ты настаиваешь…       И Эш послушно проследовал за гостеприимным хозяином квартиры.       — Так, посмотрим, что у меня есть… — Эйджи начал задумчиво перебирать вещи в шкафу спальной комнаты.       Как ни странно, большинство вещей юноши было тёмных или нейтральных тусклых оттенков. Яркий цвет отсутствовал вовсе. Мелькали лишь приглушенные тона, близкие к чёрному. Эша это слегка удивило, но он не придал этому большого значения. В тот момент, по крайней мере.       Эйджи обернулся к молчавшему собеседнику, оглядел его с головы до пят, прикинул что-то в уме и вернулся к шкафу.       — Ты в плечах шире, чем я, но, думаю, что-нибудь точно подберём.       Эйджи копался несколько минут. Он нашёл чёрные спортивные штаны и положил их на кровать. Пока Эйджи упорно искал футболку, взгляд Эша от скуки метнулся на верхнюю полку в шкафу. И тут его сердце дрогнуло. Там, наверху, виднелась зелёная клетчатая рубашка, точно такая же, какая была у него в день их с Эйджи первой встречи. Это была та самая рубашка? На ней местами были те же дыры и потёртости, что и на рубахе Эша после передряги… Вглядевшись ещё внимательнее, он обнаружил и синюю куртку, пару футболок, джинсы — его вещи. Необычно. Мысли заметались в голове.       «Откуда он это достал? Зачем ему все эти вещи? Не лучше ли было избавиться от всего, что хоть как-то связано с теми ужасными воспоминаниями? Эйджи, я тебя не понимаю...»       — А вот и футболка по размеру. Красивый оттенок серого, да? — но ответа не последовало. — Эш?       Не желая расстраивать только ожившего от грусти Эйджи, Эш рукой потрепал волосы на своей голове и в шутку произнёс:       — Да я устал, наверное, вот и выпадаю куда-то, — и Эш зевнул для правдоподобности.       — Хорошо. Тогда держи одежду, полотенце. Пойдем найдём тебе зубную щетку, и я покажу тебе, что где лежит.       И они направились в ванную. Эйджи, спешно поведав гостю, что, где да как, вышел и уселся на мягкий диван в гостиной.       «До сих пор не верится, что ты вернулся, Эш… Это всё похоже на прекрасный сон… — на лице Эйджи засияла мягкая улыбка. — Так, а где же ты будешь спать? На диване? Слишком неудобно. На кровати? Можно. А тогда где расположусь я? Не думаю, что стоит напрягать Эша моим присутствием в спальне. Нет, точно не стоит. Тогда я займу диван! Да, так и сделаем. И не будем нарушать личные границы друг друга, да? Интересно, ему всё ещё снятся кошмары? Хотя… Эйджи, тебе ли об этом спрашивать? Сам-то ничем не лучше...» — раздался протяжный вздох.       Где-то через пол часа дверь из ванной распахнулась. К этому времени Эйджи уже убрал посуду, поправил постель и вышел Эшу навстречу, держа в руках свой комплект сменной одежды.       — У меня тут беспорядок, извини. Не часто у меня бывают гости, хах.       Эш, оглядев чуть ли не до блеска вылизанную квартиру, в недоумении наклонил голову.       — Не извиняйся, всё в порядке. Ты просто не видел, в каком состоянии моё съемное жильё, — за этим изречением последовала неловкая улыбка.       — Ну, может быть. Если тебе больше ванная не нужна, тогда я пойду?       — Угу, — раздалось в ответ.       И Эйджи, прихватив одежду, скрылся в царстве водном.       Эш же, подумав, решил посидеть в гостиной и подождать Эйджи, как вдруг пересохло во рту. Мятная зубная паста была очень ядерной, иначе не скажешь.       «Так, и где тут были стаканы?»       Именно с такими, казалось бы, безобидными мыслями парень пошел искать нужный предмет на кухню. Небольшой графин с водой Эш заприметил сразу, а вот стакан или кружку — нет. Даже тот, которым он пользовался во время ужина, и тот не был виден.       И юноша, раздираемый муками совести за нескромный обыск и сильной жаждой одновременно, стал поочерёдно проверять кухонные шкафы и тумбы, попутно извиняясь за вторжение в личное пространство. И вот, открыв очередную дверцу, он увидел нечто, удивившее его.       Полка была полностью забита бутылками с вином и другими подобными напитками, часть из которых была открыта. У Эша сразу промелькнул вопрос об алкогольных пристрастиях Эйджи. И он тут же помотал головой.       «Нет, когда мы были в Америке, Эйджи практически не пил, и то лишь неохотно составляя нам компанию. Но чтобы так… Ведь и гостей, по его словам, тут не бывает. Что же с тобой произошло в моё отсутствие, Эйджи? Как же всё так обернулось?»       Лёгкое волнение закралось юноше в сердце. Но он, услышав щелчок открывающейся двери, сразу же захлопнул шкаф и отворил соседний. И бинго! Стаканы!       Взяв один, Эш поспешно прикрыл дверцу, набрал воды и, прислонившись спиной к тумбе, развернулся в сторону идущего хозяина апартаментов, отхлебнув добытой с боем водички.       — С возвращением!       — Угу, — приглушенно раздалось в ответ от Эйджи, теревшего волосы небольшим полотенцем.       Эш, слегка очнувшись от тревожных размышлений, пощупал свои волосы. Мокрые. И он без полотенца! Наверняка всё вокруг уже было усеяно водным капельками. Вот беда!       И тут Эш внимательнее посмотрел на Эйджи в тёмной синей футболке и тёмно-кирпичных клетчатых штанах. По его шее ручейками стекла вода с длинных волос. И, несмотря на упорные попытки юноши высушить голову полотенцем, это было почти бесполезно. Эш же, наблюдая за этим, смог уловить ещё несколько интересных деталей в новом образе Эйджи.       «Прекрасный...» — пронеслось у Эша в голове.       И тут парню в голову пришла необычная идея. Он поставил уже пустой стакан на столешницу и немного приблизился к Эйджи, всё ещё потиравшему копну тёмных волос.       — Эйджи?       — Да? — юноша с лёгким удивлением глянул на гостя, спуская влажную ткань с головы на плечи.       — Могу ли я?.. — было начал Эш, но тут же был прерван.       — Да, — без колебаний вымолвил Эйджи, кивнув. — Тебе всё можно.       — Даже не спросишь, что я задумал? Не боишься? — с ухмылкой поинтересовался оскалившийся хищник.       — Нет. Я тебе полностью доверяю, Эш. Я знаю, что ты мне не навредишь, — уверенно сообщил Эйджи, а потом вспомнил, как недавно испугался. Бывает.       И всё же он сглотнул, возможно, таким образом пытаясь подавить излишние эмоции.       И Эш, приняв такой ответ, проскользнул к выключателю. Свет погас. Наступила темнота. Комната стала освещаться лишь тусклыми лучами луны, проскользнувшими в окно. Но их было недостаточно. Из-за резкого наступления темноты обоим парням понадобилось время, чтобы дать глазам привыкнуть.       Через несколько секунд Эш, развернувшись обратно к своей «жертве», подошёл к Эйджи почти вплотную. Изумрудные глаза поймали лёгкий отблеск тёмно-шоколадных глаз. Эйджи опять сглотнул, будто борясь с нахлынувшим напряжением. Эш же неотрывно смотрел на Эйджи немного сверху вниз и ловил любые изменения в еле видном силуэте его лица. Уверенность и смятение одновременно — прекрасное зрелище. Эйджи всё так же стоял без движения, а капли воды стекали по вискам и шее. Его губы были слегка приоткрыты, но он молчал. Эта картина просто завораживала.       — Закрой глаза, — нежно попросил Эш, и просьба сразу же была выполнена.       Ресницы Эйджи слегка дрожали, да и сам он точно не оставался совершенно спокойным. Но он не боялся, а лишь в предвкушении ожидал того, что будет дальше. И десятки мыслей промелькнули в его голове тогда. Парень и сам толком не знал, чего хотел от сложившейся ситуации. Или всё же знал?       И тут Эш, словно набравшись храбрости для прыжка с большой высоты, двинулся вперед. Эйджи, будто чувствуя это, слегка сжался. Но то, что последовало далее, заставило его глаза широко распахнуться от удивления.       Эйджи очутился в… объятьях? Необычайно нежных, тёплых и приятных. В этот раз в них были нечто особенное, иное. Более интимное, наверное. Словно это не Эш обнял Эйджи, а его душа соприкоснулась с душой Эйджи. И сделала это очень ласково.       Эйджи ватными руками обнял Эша в ответ. И сразу же после этого почувствовал нечто горячее на своей макушке. Эш, закрыв глаза, уткнулся носом в копну свежевымытых тёмных волос и зарылся в них, словно котёнок в клубках мягкой шерсти. Потом юноша начал медленно тереться лицом сначала о лоб Эйджи, потом спускаясь ниже к скулам. И Эш ластился, словно котёнок в объятьях любимого человека: нежно, ласково и так искренне. От столь приятных тактильных ощущений и сам Эйджи закрыл глаза и начал полностью утопать в этой теплоте. Удовольствие от приятных поглаживаний росло с каждой секундой. Давно уже Эйджи не было так хорошо и уютно с кем-то рядом.       «Я словно в Раю...» — подумал он.       Тут Эйджи и сам решил проявить инициативу и начал ласкаться в ответ. Одной рукой он коснулся лица Эша и, притянув к себе ближе, начал тереться носом о его носик. И так, словно котики, они ластились, всё сильнее и сильнее погружаясь в эйфорию своих чувств, годами скрываемых глубоко внутри.       У Эйджи от столь приятных ощущений даже начали подкашиваться ноги. Эш, почувствовав эту слабость, начал медленно спускаться на пол, придерживая Эйджи за талию. И так они, опустившись на колени, вновь посмотрели друг другу в глаза. Полотенце с волос Эйджи, оказавшись совсем без внимания, уже тоже переместилось на пол.       Атмосфера вокруг Эша и Эйджи царила поистине волшебная: ночь, тишина, лёгкий лунный свет пробивается сквозь окно, освещая две тёмные фигуры серебряным светом. И больше никого в их мире нет. Только они двое.       И тут послышалось, как кто-то нервно сглотнул. В этот раз это был Эш. Он, словно обдумывая свои дальнейшие действия, решился на что-то очень безрассудное, но слишком манящее. Эш всё так же внимательно смотрел Эйджи в глаза. Потом дотронулся одной ладонью до его щеки, а второй сжал руки Эйджи, находящиеся у него на коленях. Эш прикрыл глаза и потянулся вперёд. В этот раз точно в цель. Мягкие тёплые губы Эша накрыли дрожащие от волнения губы Эйджи. Нежно, аккуратно, словно прикосновение к хрупкому лепестку, который может оторваться от малейшего дуновения ветерка.       И Эш тут же отпрянул, ожидая реакции от Эйджи. Открыв глаза, ещё раз внимательно глянул в тёмные омуты напротив, будто спрашивая: «Уверен, что хочешь продолжить?»       И Эш тут же был поцелован в ответ. Нежно, по-юношески невинно и неумело. Эш опустил веки и полностью отдал инициативу Эйджи. И он нежно то касался мягких губ, то отстранялся, и вновь касался. Но Эйджи, в силу своей неопытности, не смог поддерживать ритм растущего напряжения, как бы он не старался. Поэтому в игру вступил Эш, углубив невинный поцелуй и всем телом наседая на Эйджи, отчего тот даже прогнулся в пояснице.       Эш действовал умело, каждым прикосновением заставляя вздрагивать от удовольствия. Казалось, будто бы он умел читать мысли, насколько приятны были все его действия. Когда же воздуха уже стало не хватать, Эш оторвался от сочных губ и стал покрывать поцелуями лицо самого дорогого человека в его жизни: лоб, веки, скулы, щеки, подбородок… Нежность от его касаний вводила Эйджи в своеобразный транс, и ему оставалось лишь обмякнуть в этот теплоте, время от времени пытаясь неумело отвечать на ласки.       Эш же уже полностью вошёл во вкус и, забывшись, начал спускаться ниже.       Теперь под удар попала шея Эйджи. Обхватив её левой рукой, Эш слегка отклонил голову Эйджи так, чтобы тот ещё сильнее прогнулся в спине. Правая же рука Эша опустилась Эйджи на бедро, немного сжав его.       Но тут Эйджи словно током ударило. Он несильно оттолкнул Эша и опустил голову, но, сразу опомнившись, обратно заключил Эша в объятья и прижался лбом к его лбу. Прикрыв глаза, Эйджи потёрся носом о мягкую бледную щеку напротив.       — Эш, — разбил тишину дрожащий голос Эйджи, — подожди… Я не могу… Не сейчас… Прости…       По спине Эша пробежал холодок. Только сейчас он осознал, что только что хотел сделать. Эш чуть не навредил своему сокровищу, в очередной раз он был слишком близок к этому. Поэтому Эш, аккуратно подняв и встряхнув упавшее полотенце, поместил ткань на уже почти высохшие тёмные волосы и, прижав эту голову к своей груди, лёгкими движениями стал её поглаживать.       — Хорошо, Эйджи. Прости. Давай посидим так ещё немного, хорошо?       Эйджи бережно обнял широкие плечи Эша в ответ. И юноши начали успокаивать своё дыхание и сердцебиение, попутно наслаждаясь сладким запахом шампуня с волос друг друга.       Первым оторвался Эш. Спешно обронив: «Я в ванную», он быстрым шагом покинул комнату. Как только он захлопнул за собой дверь, то сразу же включил в умывальнике воду и упёрся руками в края раковины. Потом Эш ополоснул лицо ледяной водой и, закрыв кран, вернулся в прежнее положение, пытаясь унять нахлынувшую дрожь.       «Идиот! Просто идиот! Ты же обещал не делать глупостей! Обещал, что не навредишь! Ты можешь хоть что-то не разрушать в своей жизни?! Боже… — Эш разочарованно посмотрел на своё отражение в зеркале, приложив к лицу мокрую ладонь, и ужаснулся. — Я же не смог бы ему навредить, ведь так?»       Но вопрос остался без ответа. Эш помотал головой, потом опять посмотрел в зеркало: светлые растрёпанные волосы, покрасневшее лицо, дрожащие ресницы и быстро пульсирующая венка у виска. И припухшие губы… Эш дотронулся до них, всё ещё не веря, что Эйджи к ним притрагивался ещё каких-то пару минут назад. Суровый взгляд зелёных глаз разбавила печальная улыбка.       «А хотел ли я?.. Нет, не так. Был ли я готов? Был ли он готов? Были ли мы готовы? Почему-то я в этом не уверен...»       Раздался протяжный вздох. Эш, в очередной раз потрепав свои волосы, пришёл в себя. Но, решив дать Эйджи времени собраться с мыслями, остался в ванной комнате ещё ненадолго.       Эйджи же в это время сидел всё в том же положении на полу. Спустив полотенце на плечи, он убрал щекочущие ниспадающие пряди за уши и мягко улыбнулся, ощущая, как горят у него щёки.       «Эш действительно похож на кота: иногда он нежный и добрый, словно котёнок, а иногда он может разорвать обидчика на части, будто бы настоящая рысь. Не удивительно, что я...» — не закончив, Эйджи улыбнулся, поднялся и направился поправить спальное место ещё раз, надеясь таким образом развеяться и успокоиться.       Эйджи всё же выделил гостю свою кровать. Она была двухместной и мягкой, с одной подушкой и уютным одеялом. Расправив складки на простыне, Эйджи направился к выходу из комнаты. И, с головой погрузившись в свои мысли, чуть не сбил искавшего его Эша с ног.       — О, Эш! Проходи. Я уже подготовил тебе спальное место, — слегка зардевшись, но не подавая виду, уверенно сказал Эйджи.       — Спасибо. А ты? — Эш обратил внимание на одиноко лежащую подушку на постели и хотел было спросить кое-что, но посчитал это неуместным и промолчал.       — Я посплю на диване в гостиной, там тоже вполне уютно, не переживай.       Только Эш хотел озвучить ещё один вопрос, как прозвучало томное: «Спокойной ночи» и неловко улыбающийся Эйджи вышел из спальни. Эш остался наедине со своими мыслями.       В очередной раз вздохнув, он решил не противиться и прошёл к кровати. Аккуратно присев, он ещё раз окинул взглядом дверь, а потом, расслабившись, лёг на спину, примостив голову на руках вместо подушки. Эшу было жарко, поэтому одеяло осталось валяться где-то в ногах.       Эйджи же, достав плед, свернулся на диване, крепко обнимая небольшую подушку в форме котика. Спать на диване было для него, конечно, непривычно, но что поделать, так будет лучше для них обоих. Особенно в сложившейся ситуации.       Таким образом пролетел час. Никто из юношей так и не сомкнул глаз, что было и не удивительно. У обоих было много причин для бессонницы.       Эйджи, перевернувшись в тысячный раз, всё же решил встать и пойти попить водички. А вдруг поможет? Просыпаться средь ночи было Эйджи не в новинку. Однако сейчас он уже находился в полудрёме и действовал скорее по привычке, нежели по необходимости. Иногда это помогало уснуть, а иногда нет.       И тут Эйджи, что-то вспомнив, шлёпнул себя по лбу. Так и не осушив стакан до дна, он направился в сторону спальни. Эш в это время лежал на левом боку, внимательно всматриваясь в свою же вытянутую вперёд руку, то сжимая её в кулак, то расслабляя. Другая же ладонь мирно лежала у него на пояснице. Эш не спал. Ровно как и гость, тихо просочившийся в комнату в полумраке.       Эйджи, мягко ступая по полу, добрался до тумбочки по левую сторону от кровати. Он присел на постель, что-то взял. Раздался легкий шорох, потом глоток. Эш лежал с закрытыми глазами, сам не понимая почему. Может, он боялся спугнуть очередное видение в полудрёме? Нет. Он точно не спал. Это было реально.       Раздался стук. Эйджи поставил стакан на тумбочку. А потом послышалось шуршание: кто-то нагло откинул одеяло, заполз в постель и уютно примостился на чьём-то очень тёплом и мягком плече.       Эш, не веря своим тактильным ощущениям, открыл глаза. Всего в нескольких дюймах от него мирно примостилась копна тёмных локонов. Человек, нарушивший бессонную атмосферу комнаты, теперь лежал в объятьях Эша и крепко обнимал его, видимо, перепутав с мягкой игрушкой. Руки и ноги Эйджи оплели Эша словно лозы так, что тот был не в силах пошевелиться. Да он этого и не хотел. Эйджи спокойно засопел. Заснул?       У Эша же и до этого сна ни в одном глазу не было. Он, сначала растерявшись от столь неожиданного действа, думал разбудить Эйджи. Но Эш прислушался к его спокойному дыханию, ровному сердцебиения, почувствовав, как сильно Эйджи вжимался в него, будто бы в поисках защиты от кошмаров — от всего этого сердце Эша растаяло. И он обнял Эйджи в ответ, уткнувшись носом в его приятно пахнущие мягкие волосы.       И стало очень тепло. И уютно. Юноши, словно два котёнка, зарылись друг у друга в объятьях и крепко заснули. Наконец-то пришли долгожданные сновидения.       Увы, ночь не может длиться вечно. Так и счастье от совместной дрёмы обязательно должно было закончиться. Наступило утро.       «Давно я так не высыпался!» — потянувшись, подумал Эш, разбуженный яркими лучами солнца, пробирающимися сквозь шторы. Силясь открыть слипшиеся глаза, Эш начал ощупывать пространство вокруг себя. И никого не обнаружил. Ничего не понимая, он привстал на локтях и решил осмотреться. Пусто. Эш был один.       «Неужели мне всё это приснилось?» — с огромной досадой предположил Эш. На сердце стало грустно.       «Так… Я точно слышал шорохи у тумбочки. Если там что-то стоит, значит я ещё не окончательно сошёл с ума!»       И Эш, полный решимости, подполз к левому краю кровати. Направляя все силы на фокусировку взгляда, он внимательно всмотрелся в поверхность тумбы.       «Что? Таблетки? Эйджи чем-то болеет? — Эш удивился. — Неужели из-за тех ранений?..» — сердце ушло в пятки.       Эш дрожащей рукой потянулся к баночке, поднёс её ближе и попытался прочитать. Но всё было на японском. Неудивительно. Однако было несколько фраз на английском. Правда, на химическом английском.       «Что-то седативное? Эйджи, что же с тобой происходит?»       Эш решил прямо сейчас об этом и спросить. Он поднялся с кровати, поправляя растрёпанные волосы, вышел на кухню. Время показывало второй час дня.       «Как же долго я спал! Вау...» — восхитился Эш.       И он обошёл весь дом. Но хозяина квартиры так нигде и не нашёл. Небольшое волнение окутало Эша. И он, решив охладить голову, пошёл к графину с водой. И обнаружил записку.       «Доброе утро, Эш!       Я ушёл на работу. Буду после 15:00. Еда в холодильнике. Чувствуй себя как дома и не скучай! Если захочешь прогуляться, оставляю запасной ключ. Только не вздумай сбегать, теперь-то я точно тебя из-под земли достану! Не скучай там без меня.       Обнимаю, Эйджи»       И Эш протяжно и облегчённо выдохнул. «Он в порядке. Хорошо.»       Для Эйджи же утро началось с того, что он проспал. Будильника, который бы разбудил юношу вовремя, под рукой не оказалось. Точнее, он не сработал. Видимо, Эйджи забыл его завести. А вот «природные часы» тем утром юношу и вовсе подвели.       Он, еле открыв глаза, чисто случайно увидел время. И понял, что проспал. Слегка дёрнувшись, Эйджи обнаружил тяжёлую и большую руку у себя на пояснице. И он понял, что сзади крепко спал Эш.       По щекам пробежал румянец. «Неужели я по привычке забрел не на то спальное место? Ой!»       Но работа есть работа. И Эйджи, подобно змее, пришлось выползти из нежной и тёплой хватки. Он вдруг понял, что этой ночью его не преследовали кошмары. Даже, кажется, он видел какой-то хороший сон. Это было… необычно.       Эйджи, всё ещё сидя на кровати, улыбнулся и убрал с лица Эша светлые щекотавшие нос локоны, отчего парень слегка поморщился. Эйджи же поспешил покинуть спальню.       Быстро приведя себя в порядок и оставив Эшу еды, Эйджи уже было собрался лететь в школу. Но тут он подумал немного и решил оставить записку, так, на всякий случай, чтобы Эш точно не волновался. И Эйджи не прогадал.       После прочтения маленького письма, Эш значительно расслабился. Он умылся, переоделся, позавтракал. Потом, движимый желанием чем-то себя занять, Эш сел на диван в гостиной. И заметил небольшую игрушку в форме кота, лежащую на полу.       «Забавно, — подумал Эш и поднял её, усаживая рядом с собой. — Мягкая. Но он мягче...»       И всё же игрушка заняла Эша ненадолго. Стало скучно. Хозяйничать в квартире Эйджи было немного… неудобно? А сидеть без дела — скукотень.       Тут-то Эш и решил осмотреть гостиную на признак чего-нибудь интересного. И ему приглянулась небольшая книжная полка, расположенная на стене над диваном. Эш внимательно оглядел содержимое.       «А где манга? Эйджи же любит мангу. Или уже нет?»       Большая часть содержимого полки, конечно, была на японском. Среди английских книг были лишь пара словарей и самоучитель. И ведь, действительно, Эйджи стал лучше говорить по-английски. В разы лучше, чем во время пребывания в Америке.       «А он хорошо подтянул свой уровень, да? Молодчина!»       А вот Эш так и не занялся японским. Как-то и возможности что ли не было. Да и Эйджи сам обещал обучить, к чему тогда самодеятельность?       Но, так как делать Эшу больше было нечего, он достал два словаря и случайную книгу на японском. Самое время разгадать её название!       И… Из этого не вышло ничего хорошего, увы. Эшу обрывками удалось понять лишь, что эта книжка из области психологии. Эйджи работает с детьми — ничего удивительного в том, что он такое читает. Потом Эш достал ещё одно произведение. «Как наладить режим сна? Хм, интересно, связано ли это как-то с теми таблетками?..»       От чего-то Эш вновь заволновался. Он понимал, что состояние Эйджи было не в лучшей форме, но целиком картины он не видел. Пока. Эш не мог прочувствовать того, что чувствовал Эйджи на протяжение долгих лет разлуки. От этого на сердце становилось больно, а беспомощность мёртвой хваткой цеплялась за горло.       Эш решил просмотреть ещё пару книг. Эти оказались произведениями японских классиков, о которых юноша слышал лишь мельком. Потом Эш обнаружил том стихов. А далее шла книга: «Как… справиться… утрата близкого… Что?»       «Эйджи… Боже… Ты действительно пострадал не только физически, но и душевно? И я не смог тебя от этого защитить… Всё это из-за меня. Не лучше бы было, если бы мы вообще не встретились тогда? Я разрушаю всё вокруг себя, я испортил жизнь даже самому дорогому мне человеку… Я приношу лишь боль. Есть ли у меня шанс исправить хоть что-то? Как бы я хотел подарить тебе жизнь, которую ты по праву заслужил...» — Эш запнулся, брови спустились к переносице, а внутренний гнев на самого себя окутал пуще прежнего.       Эш, конечно, нашёл интересный способ себя развлечь. Зато не скучно. Наверное…       Сделав глубокий вдох, Эш взял последнюю книгу. На большее сил у него просто не хватит. И начал искать перевод иероглифов. И словарь с грохотом полетел на пол.       «Как выйти из?.. Из?.. Неужели?! Эйджи!»       Глаза Эша широко распахнулись, сердце остановилось. Он был готов разорвать себя на части в ту же секунду. Боль, которую Эш причинил Эйджи, была несоизмеримо велика.       — Прости меня, Эйджи… Прости… — словно в бреду прошептал Эш.       Но, взяв себя в руки, он решил не бросать дело нераскрытым на пол пути. Поставив книги обратно и взяв с собой лишь один словарь, Эш направился в спальню. Он отворил дверь, шторы всё ещё были плотно закрыты, в комнате царил полумрак. Эш включил свет. Под кроватью сверкнуло что-то светлое. Коробка из-под обуви? Здесь?       «Из меня выходит очень нескромный гость. Но я должен разобраться!»       И Эш достал коробку, явно хранящуюся под кроватью не просто так. Аккуратно присев на кровать, он всё еще надеялся найти лишь пару красивых ботинок. Но обуви в коробке не оказалось.       Зато там оказалась фотография. Его, Эша. Юноша взял рассмотреть её поближе. Снимок был сделан в оформленной на Макса Лобо квартире. Как же давно это было… Место, где Эш действительно чувствовал себя как дома. В тихие и спокойные дни оно было похоже на настоящий Рай. Жаль, что такие дни бывали редко.       Эш грустно улыбнулся и отложил фотографию в сторону. Дальше в коробке он заметил флешку с пометкой «А.»       «Немногословно. Что же там может быть? Так, где-то здесь я видел компьютер… Нет, стоп! Слишком. Это уже точно личное. Я и так сую свой нос куда не следует. Вероятно, здесь хранятся очень важные для Эйджи файлы. Так, что дальше?»       В коробке остались лишь письма. Десятки тонких конвертов. И на всех отправителем был Эйджи Окумура, а получателем Аслан Джейд Калленриз. Но адреса не было.       «Письма? Мне?»       Эш достал из кармана джинс бумажник и вытащил оттуда ещё одно письмо, всё усеянное каплями крови. Тот же почерк.       Все конверты в коробке были аккуратно запечатаны, нужные строчки были заполнены. Только адрес одиноко пустовал на их фоне.       Эш взял самый верхний конверт. Он датировался несколькими месяцами ранее. Дрожащими руками Эш открыл его, достал письмо и начал читать. Из глаз непроизвольно потекли слёзы.       «Дорогой Эш, …» — начиналось письмо с обычного обращения. Эш читал дальше. И всё было таким же… обычным, словно письмо и не было адресовано умершему человеку, а лишь продолжало переписку с далеко живущим другом. Здесь Эйджи описал несколько интересных событий, произошедших в последнее время, поделился новостями об их общих друзьях и знакомых, пару раз пошутил.       А закончилось письмо словами: «Эш, надеюсь, у тебя всё хорошо. Где бы ты ни был, что бы ни происходило, я всегда буду рядом с тобой. И когда-нибудь мы обязательно встретимся вновь!       С любовью, твой Эйджи»       Эш отложил письмо, резко поднялся и, схватив ключи и запрыгнув в свои кеды, пулей выбежал из квартиры. В этот раз он не мог позволить себе безрассудство. Даже если и казалось, что ему ничего не угрожает, нельзя было терять связь с реальностью. Нельзя больше ошибаться, просто нельзя.       Поэтому Эш освободил голову от навязчивых мыслей и сосредоточился на дороге. Он гнался за еле достижимым счастье и не мог позволить себе ошибиться ещё раз. Только не сейчас.       И Эш прибежал к школе, около которой встретился с Эйджи днём ранее. Он остановился у высокого дерева не очень далеко от тренировочной площадки, пытаясь успокоить дыхание.       — Окумура-сенсей, мы сегодня нашли кое-что, — прозвучало из группы учеников, окруживших Эйджи.       — Да! Письмо, на нём ваше имя. Мы нашли его на дереве.       — Да, да. Вы его потеряли?       И дети вручили тренеру письмо, которое он вчера случайно упустил из-за сильного порыва ветра.       — Ох, да, спасибо вам большое. Вы у меня молодцы! — спрятав конверт в сумку, Эйджи подозрительным тоном поинтересовался подробностями. — И где же было это дерево? Никто не ушибся? Впредь лучше не рискуйте и зовите старших сэмпаев, хорошо?       — Да! — утвердительно раздалось в ответ.       — Сэмпай, оно было вон на том дереве, — одна из учениц указала пальцем Эйджи за спину. — Ой, там кто-то стоит.       И Эйджи обернулся. Перед его взглядом предстал рослый юноша с пшеничного цвета растрёпанными волосами и покрасневшим лицом, одной рукой упиравшийся о ветку дерева. Он выжидающе смотрел прямо Эйджи в глаза.       — Это ко мне, не беспокойтесь.       — Это ваш друг?       — Ну… — Эйджи от чего-то замялся. — Это очень близкий мне человек, с которым мы давно не виделись. Так, ребята, тогда я вас отпускаю, собирайтесь и по домам. И аккуратнее на дорогах! Ещё раз спасибо за письмо, хороших выходных!       И Эйджи, быстро собрав свои вещи в сумку, направился в сторону ждавшего его Эша.       — Эш, привет! Как ты? Всё норма?.. А?       Но, не успел Эйджи договорить, как был прерван крепкими объятьями. От такого напора он даже выронил сумку, а его плечи с спина начали немного побаливать. Послышались всхлипы.       От чего-то и на глазах Эйджи заблестели слёзы, будто его душа почувствовала эмоции, исходившие от души Эша. Эйджи, стараясь успокоить Эша, нежно обнял его за спину и прижал дрожащую голову к своей груди.       — Малыш, ты чего? Что случилось? — тело в его объятьях содрогалось, а Эйджи не знал, чем помочь. Он мог только быть рядом и согревать своим теплом.       — Эйджи, прости меня… — еле выговаривал сквозь слёзы Эш. — Я не знал, как тяжело тебе было… Я правда не знал…       Эйджи широко распахнул глаза, словно чего-то испугавшись. Нет, он не думал о всевозможных «уликах», которые мог найти Эш, нет. Дело было не в этом. Эйджи испугался за то, что Эш опять будет винить во всех грехах этого мира себя. Эйджи переживал за чувства Эша, хотел успокоить его боль, хотя и понятия не имел как. Эйджи было больно смотреть на то, как самый дорогой человек в его жизни плачет навзрыд. Эйджи хотел успокоить словами, но в горле будто застрял комок, не позволяя ничего произнести.       Поэтому Эйджи продолжил слушать, лишь поглаживая дрожащие плечи в своих объятьях, уже не сдерживая собственных слёз.       — Знаешь, я много думал над тем, что, исчезни я из твоей жизни, у тебя всё наладится и ты будешь счастлив, — Эш замялся и сглотнул. — А если бы я действительно погиб тогда? Ты… Ты бы… Лучше бы я вообще никогда не появлялся в твоей жизни! Я всё разрушаю, всё!.. Прости… Я лишь хотел, чтобы ты был счастлив, Эйджи…       На этих словах Эйджи больше не смог молчать. Он отпрянул, усадил дрожащего Эша перед собой и пристально и серьезно посмотрел тому в глаза, взяв за руки.       — Эш, здесь ты сильно ошибаешься! Помнишь, в том письме я сказал, что ты мой самый лучший друг? — В ответ последовал кивок. — Так вот, это не вся правда. Ты для меня нечто большее, самый дорогой человек на свете. Жаль, что я осознал это слишком поздно. Эш, я не жалею ни о секунде, проведённой с тобой, это время было самым лучшим в моей жизни, несмотря ни на что. Знаешь, Шин как-то мне сказал, что наши с тобой души связаны. И я чувствую, что это так. Все эти годы я верил, что ты жив, ждал, и ждал, и ждал... Так не разрушай эту связь сейчас! Ещё не поздно начать всё с чистого листа! Обещай, что всегда будешь рядом и больше никогда не исчезнешь! И больше не говори подобных вещей. Слышишь? Обещай!..       Слёзы взяли верх над словами и Эйджи не смог выговорить ни словом более.       — Эйджи… Обещаю, что никогда тебя не брошу. Ни в этой жизни, ни в следующих. Я обещаю всегда быть рядом с тобой, — слёзы из изумрудных глаз потекли с новой силой. — И спасибо тебе, за всё.       И так Эш и Эйджи, обнявшись, ещё долго сидели на траве и давали своим эмоциям выйти наружу. Юноши сжимали друг друга в объятьях, будто хотели стать одним целым в тот момент. И им стало легче, они почувствовали настоящее счастье, и их души наконец успокоились. И с этого дня всё точно должно наладиться.       И всё у них будет хорошо…