Спасите Кэйю

В ту ночь Кэйа наконец ощутил долгожданное спокойствие. Он впервые за долгие годы сидел с братом возле камина и вел беседы о радостном прошлом. Рыцарь ощущал тепло. Словно он больше не умирает от проклятия. Тогда Дилюк крепко прижимал к себе холодное тело. Рядом с ним будто бы сидел настоящий труп. Рагнвиндр чувствовал вину. Из-за его глупой обиды пострадал тот, кто был абсолютно не виноват. Слишком поздно винодел осознал, что то признание много лет назад было настоящим открытием души Альбериха, в то время, как его брат не признал этого. Он видел лишь себя, а гордость так и шептала: «Тебе лгали много лет»… Неужели то, что произошло в таверне — знак? Это последний шанс?.. Карие глаза с любовью смотрели на то, как жизнерадостно названный брат повествовал об их детских приключениях. Рагнвиндр сжимал его холодную руку, отдавая тепло пиро элемента. Он стал замечать, как утихает дрожь, как медленно зарастают трещины на лице, как меркнет голубое свечение проклятого глаза Кэйи. На душе становилось спокойнее обоим. Ближе к рассвету Кэйю начало снова клонить в сон. Он то и дело зевал, стараясь не опускать тяжелые веки. Слишком сильная усталость накопилась в его теле за это время. — Хэй, не спи, — Дилюк немного подтолкнул брата. — Я не знаю как поведет себя проклятие, когда ты уснешь в этот раз, и смогу ли я его подавить. Нужно уйти в безопасное место. Альберих устало кивнул. Он не хотел доставлять проблем Мондштату. — Давай отправимся на винокурню. Сейчас не сезон винограда, так что там только мои доверенные лица в данный момент. Они не будут распространяться о проклятии. Рыцарь Ордо Фавониус потупил взгляд в пол. Они столько лет не общались с братом. Хорошая ли это идея? — Я не уверен. Лучше я буду сам решать свои проблемы. — Как? Ты не справишься без пиро элемента? Ты словно не понимаешь! — разгорячился Рангвиндр. На лице Кэйи заиграла грустная улыбка. — Почему тебя так волнует, справлюсь я или нет? Тебе ведь глубоко плевать на меня и мою жизнь. Ты ведь не считаешь меня своим братом. Лишь лжецом и дьявольским отродьем Каэнри’аха. Помнишь тот раз, когда Джинн просила тебя прийти в госпиталь. Это я ее попросил, но ты так и не пришел. Я мог умереть в тот день. Чудом выжил… Или когда писал тебе письма, а ты не отвечал. Ты хоть раз за эти годы подумал обо мне? Что я чувствовал, через что мне пришлось пройти? И сейчас заявляешь, что хочешь помочь?! — Да! — Дилюк перешел на крик, чем заставил Альбериха вздрогуть от неожиданности. — Я копил обиду все эти годы. Я считал, что ты врал мне! Что мне было делать?! Я не мог смириться… Прости меня за это… А сейчас я тебя не спрашивал, я сказал: поедем на винокурню. Все, точка. В таверне воцарилось гнетущее молчание. Лишь потрескивание дров в камине немного разбавляло обстановку. — Хорошо, — Кэйа как был эгоистом, так им и остался. Дилюк — его последняя надежда на хоть какое-то душевное и физическое тепло. Этим нужно пользоваться. Рагнвиндр смягчился, но его взгляд оставался тревожным. — Сможешь не спать еще немного? Дорога займет около часа. — Да… Они и правда быстро добрались до винокурни, но Альбериху она показалась вечностью. Холод пробирал до костей, а изо рта шел леденящий пар в такое тёплое время года… — Кэйа? — Дилюк зашёл за названным братом во внутрь повозки. Он гнал лошадей как можно скорее, на протяжении всего пути, но не сдержал грустного вздоха при виде рыцаря. Теплая рука мягко прильнула к щеке Альбериха. Тот тяжело дышал, ощущая как снова стухает сила проклятия и боль. Не было сил даже встать и выйти из повозки. — Тебе явно нужна помощь, — Рагнвиндр затащил названного брата на спину и понес в дом, продолжая согревать своим теплом. Кэйа аж завыл от боли. Все тело снова пробрало холодом от резких движений. Винодел понурил голову. Он дал надежду, но не знал, как помочь. Рагнвиндр поднялся на второй этаж винокурни и усадил Альбериха на диван. Тот лишь прильнул ближе к горячей руке брата. Становилось чуточку легче. Так они сидели, пока рыцарь совсем не успокоился. — Тебе нужно переодеться. Я принесу свои вещи. Думаю, подойдут, — старший брат накрыл младшего одеялом и направился на чердак в поисках вещей. Теплый свитер и штаны — все, что смог найти подходящего Дилюк. — Сделайте чаю, — бросил он попути девушке-горничной. — И позовите Гая ко мне. Рагнвиндр вернулся в комнату и бросил вещи на диван рядом с Кэйей: — Надевай, теплее будет. Парень вздрогнул от неожиданности. Рыцарь Ордо Фавониус дрожащими руками расстегнул рубашку, представив спину испещреную шрамами и ссадинами. Трещины от Крио элемента были уже на шее и стали подбираться к груди. Больно было смотреть, но тут в дверь постучали и Дилюк вышел из комнаты. Альберих успел переодеться и укутался в одеяло. С каждым днём его знобило все больше, а руки постепенно синели от холода, как и ноги. Парень расправил челку так, чтобы она прикрывала все трещины проклятья на теле. Как хорошо, что он покинул Мондштат…

***

— Мистер Рагнвиндр! Вызывали? — Гай ожидал новых приказов хозяина винокурни. — Я хочу, чтобы ты передал три письма. Синий конверт отдай магистру Джинн, зелёный отнеси Альбедо и Сахарозе, а белый доставь Лизе в библиотеку. Сможешь сделать это для меня как можно скорее? У меня нет времени на ожидание. Парень опешил: — Л-ладно… Я не подведу! — Спасибо, Гай, — немного выдохнул винодел. Он хотя бы попытается все исправить. — Ваш чай, — горничная подала Дилюку чашечку чая в приветливом реверансе. — И вам спасибо, — Рагнвиндр поспешил вернуться в комнату, но увиденному он однозначно был удивлен. На стенах гостиной тонким слоем вырисовывались снежные узоры, в то время как сам Кэйа мирно спал на диванчике посреди комнаты. Изо рта винодела сразу начал идти пар. Как же быстро развивается проклятие? Что он чувствует? О чем думает? Почему не позволяет себе помочь?.. В голове Дилюка варилась каша из давящих мыслей, пока он разжигал камин. Как только появилось некое тепло — узоры на стене рядом стали исчезать, но Альберих продолжал съеживаться под одеялом. Интересно, ему помогает только Пиро элемент, или другие источники тепла — тоже? Рагнвиндр зажёг свечу и поднес практически вплотную к открытой руке названного брата, но синева на пальцах даже не собиралась отступать. Тогда парень дотронулся собственной рукой до ледяной кожи и только тогда синева начала отступать. Кэйа облегчённо вздохнул, а узоры на стенах тут же прекратили переростать в ледяной покров. Одинокая слеза скатилась по щеке Дилюка. Сколько важных моментов в жизни брата он пропустил из-за своей проклятой гордости! Сколько раз тот просил о помощи, а он и ухом не повел… А теперь приходится бороться за его жизнь с нечистой силой и самими Богами. Но Рагнвиндр всегда умел прыгать выше головы, значит, и сейчас тоже сможет. За своими раздумьями винодел и не заметил, как прошло целых четыре часа. Его выдернуло из бурного потока мыслей легкое шевеление под одеялом. Кэйа выглядел болезненно. Щеки были горячими, единственный рабочий глаз покраснел, а смуглая кожа словно побледнела. — Я долго спал? Ты сидел здесь все это время? — сонный голос Альбериха заставил винодела выйти из своих мыслей и вернуться к реальности. — Нет, не долго. Выспался? — рыжеволосый обеспокоенно оглядывал брата. Трещины от проклятия уже перешли на грудь, а синева, что была изначально лишь на пальцах — захватила ладони парня. Сердце Дилюка предательски сжалось от отчаяния.  — Как себя чувствуешь? — Нормально. Наконец-то смог поспать, спасибо, братишка. Рагнвиндр видел эту разницу между ними. Он никогда не повышал Кэйю до статуса брата, всегда говорил о нем как о сводном или названном брате, словно они и не родственники вовсе. В тоже время Альберих считал винодела своей семьёй и самым близким человеком даже после того, что произошло между ними. Дилюк поднялся за чашкой чая, что он поставил у камина: — Грейся, он ничуть не остыл, — коротко бросил он. — Лучше бы это было мое любимое вино, — Кэйа, как всегда, постарался съязвить. — Обойдешься, — улыбнулся в ответ Винодел. В дверь постучали, прервав их милую беседу. — Мне нужно идти. Не хочу, чтобы тебя видели в таком состоянии. Альберих немного сник, что сразу же заприметил старший брат: — Что-то не так? — Да нет, все впорядке. Просто устал. Иди, у меня хватает сил на то, чтобы держать контроль, — очередную обиду рыцарь Ордо Фавониус был вынужден проглотить…

***

Запыхавшийся Гай сидел на ступеньках. — Как все прошло? Парень обернулся и грустно глянул на хозяина винокурни. — Лиза отбыла в Ли Юэ. Она вернётся через месяц в лучшем случае. Не думаю, что сможет оказать помощь. Зато магистр Джинн подписала указ и просила передать его вам, — конверт мягко лег на ладонь Дилюка. — Альбедо и Сахароза решили не ждать и прибыли вместе со мной. Они ожидают вас внизу. — Спасибо, Гай. Я оплачу твой труд, — винодел уже тяжело шагал вниз по ступеням, на встречу с уважаемыми гостями. Молодой юноша и стеснительная девушка ждали у входа на винокурню. — Все действительно так, как вы и описываете, господин Рагнвиндр? — алхимик даже не поздоровался. — Боюсь, что да. — Нам все равно нужно его осмотреть. Тогда сможем помочь. Н-наверное, — тихо вторглась в беседу девушка, поправляя очки. — Поднимайтесь за мной, — обратно на второй этаж идти было гораздо сложнее. Ноги словно стали ватными. Кэйа все также сидел на диване, попивая чай под треск дров в камине, когда в комнату вошли новоприбывшие гости и хозяин винокурни. — Вы все внезапно решили меня проведать? Или вас прислала действующий магистр Джинн? — Альберих совершенно не ожидал увидеть здесь алхимиков. — Я рассказал им. Думаю, Альбедо сможет помочь, — признался Дилюк. Алхимик подошел ближе вместе со своей помощницей. — Проклятие земель Каэнри’ах и… глаз Бога? Удивительно, — парень прикоснулся к трещинам на лице Кэйи, но тут же отдернул руку. Синева начала распространяться по рукам алхимика, обжигая кожу, но Альбедо оставался все также холоден и непоколебим. — Это возможно остановить? Рагнвиндр неуверенно дотронулся до руки парня и синева в мгновение исчезла. — Так значит, проклятие подавляет Пиро элемент? — Не совсем. Дает лишь временный эффект обладателю «хвори», — ответил Винодел. — Хорошо, я подумаю над этим и завтра покажу свою работу, но я не обещаю что она принесет желаемый результат. Мы никогда не сталкивались с подобным. Значит, по сути мы будем проводить опыты… Дорогостоящие опыты, мистер Рагнвиндр. — Это не проблема, — ответил «заказчик». — Отлично, моя помощница доставит плоды наших усилий завтра во второй половине дня, — Альбедо сразу же вышел из комнаты после этих слов. — Досвидания, мистер Рагнвиндр, сэр Кэйа. Простите, господин Альбедо бывает холоден и груб, но он настоящий гений, — Сахароза поскорее побежала за напарником, оставив братьев наедине. Альберих покачал головой: — Они вряд ли чем-то смогут помочь. — Я верю в их умы и способности. Мы тебя вытащим. Кстати, Джинн подписала твой отпуск. — Ей ты тоже все рассказал? — Нет, просто попросил об одолжении. Воцарилось гнетущее молчание. — Все будет хорошо, — Дилюк не сдержался и крепко обнял названного брата. — Не давай мне ложных надежд, — холодная рука коснулась горячей кожи Винодела, словно обжигая холодом…