Последний человек

      Санс не привык к тому, что на него смотрят как на идиота. Папирус в целом не так часто на него глядел, а насчёт остальных монстров Санс придерживался правила — молчи, и будешь казаться умнее. Срабатывало раньше, и срабатывало хорошо, никто и прознать не мог насколько он конченный. Все думают о нём как об опасном парне, вообще-то! По крайней мере он очень на это надеется.       Салли о нём так не думает. Глазами они хоть и не пересекались, но он спиной чувствовал как она, топая за ним, не отводила свой странный взгляд. Взгляд, которым смотрят только на идиотов. Да ещё и молча. В целом, а что ей говорить? Хотя скелет сейчас точно бы не отказался от глупых вопросов и лёгкой беседы, а то уже как-то надоело всё это. Нихуя вокруг лёгкого, всё очень тяжелое. Но молчание хотя бы не сильно неловкое, на том спасибо. И сомнений больше нет, что уж точно не могло не радовать, через город он её как миленькую проведёт. Хотя…да уж, себя в роли защитника он никогда не представлял. Даже Папируса в детстве от хулиганья защищать как-то не доводилось, времени не было, оттого тот и вырос такой суровый. А тут, ебать, благородный принц, девушку уберечь решил. Самому смешно, и ещё смешнее от того, что это почти правда. Только принц юродивый. Но всё-таки благородный, тут уже не поспоришь, в любой другой ситуации Санс ни за что бы не сунулся в Жаркоземье.       Жаркоземье было худшим местом в Подземелье — таким было его скромное мнение, с которым бы многие не согласились. Бары, кафешки, пекарни, бордели — всё это, безусловно, хорошо и замечательно, если не находится среди трущоб, лавы и маргиналов похлеще, чем сам Санс. Он терпеть не мог местный контингент. В сравнении даже монстры Снежнеграда будут пиздец интеллигенцией, тебя хотя бы не обворуют и не выебут.       Так, стоп.       Последняя мысль его испугала. А если они допрут, что с ним человек, так это каков пиздец может случиться.       Остановившись, он преградил дорогу Салли и надел на её голову капюшон, натянув узелки и заплетя ей бантик под подбородком. Теперь она выглядела странно, будто в чепчике, но её нелепый вид может отвести от монстров подозрения и желание надругаться. — держись меня, окей? — Окей.       Они пошли дальше, а Санса аж передёрнуло от её вида. Но он понимал что тут нет её вины, всё дело в его вине. Ему попросту было стыдно. К этому он, кстати, тоже не привык, но, походу, всё бывает в первый раз. Он, почему-то, был уверен, что на пути его ждёт ещё достаточно потрясений. И из-за этого ебучего человека в том числе. Но он теперь не мог на неё злиться, просто не получалось. Да и не заслужила она его злости. Она заслужила чтобы её покормили и погладили. Да, точно, он даже пинка себе за такие мысли не даст, ведь он точно был в них уверен. Если уж забрать домой котёнка не получается, то стоит хотя бы как-нибудь позаботиться, как уж возможности позволяют.       Котёнок прижался к его предплечью, крепко схватившись за ткань куртки. В своих глупых раздумьях Санс и не заметил, как они подошли к первым торговым точкам и оказались в одном из оживленных переулков. Он глянул на Салли, та настороженно смотрела по сторонам, а цветок и вовсе спрятался глубоко в рюкзаке. Сансу стоит быть внимательнее, но он завитал в «облаках», копаясь в собственных необычных ощущениях. Они друг друга до этого не касались, вроде? Да, всё ограничивалось на лечении, а сейчас, казалось скелету, тот мог и на руки её схватить, и это было бы уместно, ведь он, ебать, защитник, настоящая стена, за которой она может упрятаться. Только пока не понятно из чего сделана эта стена. Из говна. Мнения о себе Санс был не лучшего после всего случившегося. Всего случившегося. В какой-то момент он даже пожалел, что между ног у него нет яиц, ведь, если бы кто-то на таких серьезных щах пожелал ему сдохнуть, то он точно бы попытался зарядить обидчику по самому уязвимому месту. А ведь сам знал прекрасно, даже в моменте догадывался, что аукнутся ему ещё те слова, и даже не от Салли — он сам себя изведёт, ведь издевательство над собой было тем немногим, с чем он справлялся по-настоящему хорошо. И даже эти мысли о себе уже были издевательством, проверенным и почти любимым способом самоуничижения. Они могли продолжаться ещё очень долго, если бы из ближайшего переулка не выскочило существо, одним рывком своего миниатюрного тела оторвав Салли от черного рукава.       Она звонко плюхнулось задницей на землю, пока неизвестный монстр метался в её руках, всё не решив: сбежать ему, или остаться и взвалить свою проблему на незнакомцев.       Санс даже не успел прокомментировать эту внезапную ситуацию, как наступила следующая. Из всё того же переулка на Салли упало остриё огромного меча. Упало бы, если бы не ахуительно молниеносная реакция скелета — он аж сам удивился тому, как быстро схватил Салли за шкирку и вытащил из-под удара. Аж загордился немного, прежде чем понял с кем они столкнулись.       Вот так встреча. Скелет никогда никому особо не был рад, но его «коллеги» по бывшей «работе» вызывали особо яркую неприязнь. Об этих двух стражниках Папирус иногда упоминал, никогда лестно, и даже Санс по сравнению с ними был галантным джентльменом. Скелет даже имени их не знал, про себя называя просто «первый и второй» с красочной припиской «долбаёб». При других обстоятельствах королевские рыцари были бы посланы нахуй, но ситуация выходила из ряда вон. Придётся быть вежливым. — О-о-о, это Саня! Санек, здарова! — радостно завыл один из стражников гулким басом.       Замахнувшись, он схватил костлявую руку скелета в тяжёлом рукопожатии, на которое тот не имел возможности не ответить. — какой я вам, блять, Саня? — совсем не наигранно возмутился он. — Санс меня звать. давно уже, сука, надо было запомнить.       Вежливым пришлось быть лишь по возможности. Нельзя было показывать не излишние горе, не радость, да и приличие сверх меры нигде не приветствовалось. Всё-таки, у него брат умер, и надо было держать лицо. Но как бы он по-настоящему отреагировал? Что бы с ним было?       Но от мыслей этих отвлекли. — Блять! — выкрикнул один из стражи. — Ебанный кот сбежал! — Черт! — так же возмутился второй. — Да и плевать! Человека возьмём, пожирнее улов. — какого человека? — невозмутимо прервал Санс их новые планы.       Салли успела встать с земли и упрятаться на его спиной, боязливо вцепившись пальцами в ткань куртки. Она молчала, полностью возлагая на него поиски выхода из ситуации. — вы где тут, блять, человека увидели? — Так она человек! — не отступал первый страж. — а я новая невеста Азгора тогда, ёпта! если слепошара такой, бля, то сам погляди.       Санс демонстративно отступил в сторону, никакой особенной реакции, кроме озадаченных лиц, не ожидая. Он надеялся задавить их уверенностью, это всегда у него по жизни прокатывало, да только он успел забыть, что эти два шкафа ни с кем не церемонились. Один из стражников схватил Салли за ткань толстовки и, словно та была маленьким зверьком, поднял над землёй к своему лицу. Салли ахуела на всех фронтах, даже по началу не начиная отбиваться, а задрыгалась лишь позже, когда закончился кислород — ткань пережала. — Ну не знаю. — задумчиво пробубнил первый страж. — Вроде похожа. — Хотя те мелкие были! Раза в два точно! — задумался второй. — Ладно!       Нехотя они согласились с тем, что человека им сегодня не поймать. Салли дали прочувствовать всё их разочарование, её обиженно бросили об землю. Быстро поднявшись, она снова забежала за спину своего временного защитника. Лучшим вариантом сейчас было бы свалить, скелет бесконечно жаждал этой возможности, но два стражника не собирались их отпускать. — Саня, скажи, — жалобно проскулил один из них гортанным басом. — босс и правда…тово, да? — пизда. — Так и знал. — проныл второй, и тут же плюхнул тяжёлую ладонь на плечо Санса. — Нам очень жаль, братишка. Мы слышали, его проткнули насквозь.       Скелет молчал, думал. — что ещё слышали? — Да знаешь… мы не верим так-то. — ответил стражник с вычурным сомнением. — Да-да, не верим! — добавил другой. — Говорят, что он это… предатель. Человека не кокнул, и теперь тот гуляет где-то по его вине.       Слухи расходятся быстро. Ахуительно быстро, что за хуйня? Не прошло и часа. — это пиздеж. — уверенно ответил на это Санс. — он бы тогда вообще не стал ебучей главой гвардии. понимаете?       А ведь главное всем видом показывать что сам веришь в этот бред. Но всё же, его бро всегда был слишком мягким и излишне справедливым. По меркам Подземелья. — Да понимаем… — понуро согласился первый стражник, опустив голову. — А ведь был зачетным боссом. Не пиздил нас даже. Почти не материл. — Только за дело! — бодро добавил второй. — да-а, ебано вам теперь будет, — продолжил Санс их мысль. — при Андайн ваши жопы будут заполнены копьями до краев.       Стражникам было не смешно, а вот Санс подумал, что точно не стал бы шутить после смерти своего брата. Даже случайно.       Всё, пора валить.       Взяв Салли за руку, он потянул её обратно в поток толпы, но новый удар тяжёлой ладонью по плечу остановил его. — Стой, братишка. Раз такое дело, это… — первый замялся, второй продолжил. — Мы хотели в бар сходить, босса помянуть, так сказать. Давай с нами, ты же ему брат родной.       И всё же, этим двум бесконечно повезло, что Папирус на самом деле жив. Поминки, блять, в ебанной баре. Санс не был злым или жестоким, вопреки многим мнениям, но разорвать этих двух уродов для него было бы высшей радостью, окажись его горе истинным. Да и Салли бы, в таком случае, с ним не было.       В этот раз пришлось через себя переступить — надо быть прагматичным. Бары в Жаркоземье неплохие, а Салли надо было покормить.       Он согласился.

***

      Все вокруг либо тупые, либо делают вид, что тупые, ведь Салли, что даже капюшон сняла, никого не смущала. Может, тут и правда никто не знает как выглядит человек? Абсурд ебанный. Он же откуда-то знает! Хотя, судя по местечку, в которое их привели стражники, тут просто все были отбитые.       Раньше в баре дочери Гриллби он не был, не доводилось, но, зная отца, не думал, что их заведения сильно друг от друга отличались. На деле, отличий было дохуя до неприличия. Всё было розовым.       Бархатные сиденья цвета нежной розовой пастели, каменные столы с имитацией розового кварца и меню с блюдами, стилизованными под всякую недомультяшную блевоту. И много тортов, все вокруг жрали сладости. Опасные отпетые ублюдки сидели и поедали дохуя изысканные для Жаркоземья пирожные в антураже комнаты девочки-дошкольницы.       Сансу казалось, что он ёбнулся, но всем вокруг было нормально. Даже Салли на хуе вертела его удивление, всё её внимание было адресовано огромному сэндвичу с утятиной, который скелет вытребовал у стражников, что очень любезно решили их угостить. Цветок тоже что-то жадно жрал в своем рюкзаке на коленях у блондиночки, не чураясь хватать со стола.       Чтож, хотя бы кто-то тут доволен. Скелет тоже хотел бы сосредоточить на чем-то внимание так сильно, чтобы не участвовать в разговоре. Двое стражников что-то говорили, но Санс слабо понимал суть. Это были какие-то истории из службы, что незаметно перетекали из одной в другую. Везде участвовал Папирус, что логично, и везде он демонстрировал свой строгий нрав. Молодец у него братишка, всё-таки. От этих мыслей и эмоции его стали естественнее, он ненадолго загрустил. Жаль, подумал, что всё обернулось именно так. Да и иначе быть не могло. Его брат был слишком хорош для этой должности и для этого королевства. Да и для Санса тоже.       В итоге скелет загрузился так сильно, что его лицо и правда приняло скорбную гримасу. Он себя не сдерживал. Но не стоило думать, что стражники были достаточно эмпатичны, что бы выразить своё сочувствие чем-то более тяжёлого удара по плечу. А вскоре они и вовсе ушли в туалет. Вдвоём.       Ну и славно! Санс «выдохнул» с облегчением, а Салли начала пиздить с их тарелок. Она с цветком пытались набить животы, не замечая ничего вокруг. Скелет не решился её прерывать. Особенно голодные кошки могли начать сражаться за пачку корма, а некоторые, поедая его подношения, устрашающе рычали с каждым укусом. Авось ещё и эта цапнет, если с пасти вырвать.       В попытке обезопасить себя, Санс пододвигает в их сторону и свою порцию — та быстро исчезает в глубине бездонных ебальников. Угорал он, конечно, надо было хоть чуть-чуть отвлечься. Салли помогала, но все равно особо не обращала на него внимание. Почему скелет был уверен, что раньше она бы точно тактично поинтересовалась о его «делах». О самочувствии там, блять. Сейчас — нет. А жаль. Значит надо будет самому как-нибудь с ней поговорить.

***

      Вообще, встреча с этими двумя дебилами оказалась полезной. Счёт вышел в круглую сумму, а из кошелька Папируса не ушло ни копейки. К тому же, их проводили вплоть до дверей небольшого мотеля у окраины — такой и был нужен. Всё проходило даже слишком спокойно.       Ночку переждать им стоило.       Заселили их в номер с раздельными кроватями. Иной и не рассматривался, между ними уже было заметно напряжение, что тянулось с их последней встречи ещё у водопадов.       Салли молчала. Она села на кровать у окна и глубоко вздохнула. В её виде не хотелось ложиться на чистые простыни, но и бежать мыться сразу тоже не было сил. Надо просто спокойно посидеть, хотя бы немного побыть в тишине.       Санс был в похожем настроении. Хотя, то, в какой ситуации он был на данный момент, его изрядно смущало. Когда-то давно, по молодости и в моменте социофобного бунтарства, он решил, что лучше будет сидеть в четырех стенах, чем хоть когда-либо попадёт в любую неловкую ситуацию. Не вывозил он недомолвки, обиды, пассивную агрессию и прочую когнитивную хуйню, что рано или поздно всплывает в общении с любым живым существом. Он так жил очень долго и справлялся. По крайней мере так ему казалось, пока у такого образа жизни не появились свои последствия. Самое яркое последствие произошло совсем недавно.       По костям прошла холодная дрожь. Мысли о брате лишь ненадолго ушли на второй план, но теперь страшная картина вновь появилась перед глазницами. Захотелось вернуться к Папирусу и никуда его больше не отпускать, не отводить от него взгляда и не позволять видеть другим. Вдруг его снова попытаются убить? Салли рядом уже не будет, никто не сможет помочь.       Хотя, будто бы кто-то ещё захотел. Будто бы кто-то раньше когда-то им помогал. Помогал, не требуя оплаты по двойному тарифу, блять. — Эй. — тихо, почти шепотом, произнесла Салли.       Их небольшой номер освещала лишь тусклая лампа на комоде между кроватями. Салли показалось, что в такой обстановке не стоит говорить слишком громко. — Ты чо? — продолжила она. — чо? — не понял скелет. — Выглядишь так, будто сейчас сам себя ударишь. — ебать проницательно.       Салли цыкнула, поставив Флауви на ближайший к кровати стул и повернувшись к скелету. — Чего пригорюнился? — да это, спросить хотел… — Что? — почему ты помогла нам?       Скелету потребовалось много сил, чтобы задать этот вопрос, но Салли просто пожала плечами. — Ты что, из-за этого так загрузился? — отчасти. — Просто так. — ответила она.       Плохой ответ. Санс не оценил, потому что ожидал совсем не его. Да что угодно, лишь бы ответ состоял больше, чем из двух слов. Он разозлился, резко и внезапно даже для самого себя. — правда, блять? и ты так живешь по жизни? готова ради первого встречного сдохнуть? — А что мне терять? — жизнь, наверное, детк? — спросил скелет, заметно повысив тон. — слышала о таком? — Ты так угараешь надо мной?       Салли возмутилась, но совсем беззлобно. Грустно даже как-то, с чистым и искреннем недоумением. — Тебе, типа, смешно? Ты шутишь так? — продолжала спрашивать она.       Санс не знал что ответить. Шутки у него обычно смешные. Сейчас не было смешно никому.       Салли не стала больше напирать. Она не злилась, в ней было слишком мало этого чувства. Море глубокой обиды гасило любой намёк на праведный гнев. И обида эта была далеко не на скелета, на него она не имела права обижаться. Так она сама считала. — Я просто не желаю вам зла. — всё же ответила она. — Страшно близкого потерять, и я просто не хотела чтобы это случилось с тобой. Вот и всё. Весь ответ. — ясно… — Пидарасно. Ведёшь себя как еблан, если честно.       Диалог на этом закончился. Салли заебало всё уже давно, на разговор о чувствах уже не хватало сил. Пошел этот скелет нахуй со своим дерьмом. — Не пересритесь тут насмерть, я в ванную. — кратко осведомила она своих спутников и ушла.       И всё же нет ничего на свете приятнее, чем помыться после того, как много часов пропитывался грязью и кровищей. Салли прям кайф поймала, ощущая, как засохшая черная корка сходит с груди и живота. Она даже забыла насколько бледная у неё кожа. Будто и правда сдохла. Ещё большим кайфом оказалось наличие подобия стиральной машины и сушилки. Отель пять звёзд просто, это был восторг.       Довольная выйдя из ванной, она вспомнила где и с кем находится, и хорошее настроение тут же её покинуло. Надо было кое-что сделать. Вытащив из рюкзака телефон, она вернулась обратно в ванную. Так, где там номер этой рогатой одинокой женщины?       Спустя несколько гудков забитый грязью динамик разразился радостным возгласом: — Салли! — прозвучало на всю ванную, отчего звук поспешно пришлось убавить. — Это ты? Неужели это ты? — Да-да, это я. Ещё жива. — без энтузиазма, но с попыткой в вежливый тон ответила Салли. — А это ты? — Ну конечно, дорогая. Я и Герсон говорим уже который день на пролет! Я будто снова молодая, Салли, деточка. Спасибо тебе большое! Я даже не знаю как тебя отблагодарить! — Я знаю. — тут же сказала она, пропустив мимо ушей неудержимый поток приятных слов. — Приюти у себя скелетов. Пожалуйста. — Что? О чем ты говоришь? — Они оба попали в беду из-за меня. — вздохнула Салли. — И теперь за ними… что-то типа охоты. Папирус теперь изменник или типа того. — Какой кошмар… — Да. Ты можешь им помочь? — Ну конечно! Им стоит только прийти ко мне, в этом нет проблем. — тут же вернула коза свой бурный настрой. — Спасибо. Я им скажу. Пока. — Подожди-подожди!       А чего ждать? Салли было достаточно вежливой, чтобы молча не сбросить звонок, но у неё не хватило сил сдержать раздраженный вздох. — Слушаю, Тори. — Ты уже познакомилась с ними? А с Сансом? Ты сейчас где? Как у тебя дела? — коза сыпала вопросами, не давая вставить ответ. — Да… нормально всё. Жива ещё. С этими двумя да, познакомились будь здоров. — Санс тебя не обижает? — обеспокоено спросила коза так, будто скелет был школьным задирой. — Нет. С чего бы ему? — Он тебя защищает? — Пытается. Он зачем-то пошел со мной. — Ох, отлично. — выдохнула Ториэль. — Я боялась, что он пропустит мою просьбу мимо ушей. — Просьбу? Ты его попросила за мной пойти? — Салли хотелось удивиться, но не вышло. — Да. А что такое? Я же волнуюсь. — Ничего. Мне стало понятнее просто. Думаю, это уже не важно. — Что ты имеешь ввиду? — Мы уже в этом вашем Жаркоземье. — ответила Салли. — Вроде, после него уже ничего не идёт? — Уже? Так быстро, значит… — у Ториэль было достаточно сил для демонстрации эмоций, и это было внезапное глубокое сожаление, будто она наблюдала за скорым концом важной эпохи. — Это не было быстро.       Ответ был ровным, Салли не знала что больше добавить. Все слова Ториэль для неё звучали как издёвка. От груди в рукам расползалась холодная неприязнь к каждому из них. — Может, — кроткий голос козы перекрыл густую тишину. — ты вернёшься назад? — Нет.       Другой ответ глупо было ожидать, но Ториэль не могла не спросить. — Понятно… — произнесла она на выдохе, но потом, судя по тону, на её морде вновь появилась улыбка. — Если сможешь, позвони мне ещё раз напоследок, хорошо? Я верю, что ты сможешь попасть домой. Сохраняй решимость, и всё будет хорошо.       Ничего не ответив, Салли всё-таки бросила трубку.