Daughter of the Goddess

— Сара! Са-а-а-а-ра-а-а! Вставай, соня! Старшая сестра отчаянно трясёт её за плечо, заставляя открыть глаза. Солнечный свет заставляет Сару жмуриться, не позволяя сделать это сразу. — Ну чего ты кричишь, — сонно бурчит девочка, — я тебя с первого раза услышала. — Ты вообще помнишь, что сегодня за день? — возмущённо упирает руки в бока Исла. — Конечно помню! Жрица должна знать и соблюдать все традиции и праздники Колеса! — Будешь так долго спать — жрицей никогда не станешь! — дразнит сестра, показывая язык. Сара выпутывается из одеяла и с угрожающим рычанием бросается на сестру, пытаясь ткнуть ей пальцем в бок — ее слабое место. Исла ловко уворачивается, перехватывая ее руки, и смеётся. — Ладно-ладно, я шучу. Но правда вставай, надо помочь маме на кухне. Сара со стоном упала обратно на подушки. Особой любовью к готовке она не отличалась. Исключением были разве что сладости. В конце концов, всё же кое-как одевшись, она поплелась за сестрой. Стол сегодня обещал быть богатым: ни один Мабон не обходился без ростбифа, всевозможных пирогов и запечённых фруктов и овощей, которые обожали все без исключения дети. — О, девочки, ну наконец-то! — встретила их тёплой улыбкой мама. Её черная коса была сейчас надёжно упрятана под косынку, а руки и фартук поверх домашнего платья были в муке. — Солнце давно встало! — Сара — соня! — вздёрнув нос, заявила Исла. — А вот и неправда, я уже вставала! — Ну конечно! — Девочки, не ссорьтесь, — прервала их перепалку мама. — Давайте, завтракайте, и будете помогать мне готовить, пока бабушки нет. — Ла-а-а-дно, — в один голос согласились сёстры. — Будете хорошо себя вести — получите по блину с мёдом, — сообщила старшая Алдер, хитро сверкнув глазами. Воодушевления у сестёр сразу прибавилось, и они принялись энергично жевать хлеб с сыром, запивая его ароматным травяным чаем. День им предстоял очень насыщенный и интересный. С самого утра за окнами были слышны бурные приготовления деревенских жителей к предстоящим ярмаркам: громко блеяли перегоняемые ругающимися пастухами овцы, тарахтели набитые различными — полезными и не очень — товарами купеческие повозки, радующиеся наступившей поре ярмарок дети наполняли своими криками до того тихие йоркширские улицы. Где-то среди всего этого балагана должна была сейчас устанавливать свой прилавок и бабушка Алдер, чьи травяные сборы пользовались большой популярностью у местных. — Сегодня природа начинает увядать, — спустя некоторое время говорит Джен, привлекая внимание сосредоточенных на нарезке овощей девочек, — начинается тёмная половина года. Ночи становятся всё длиннее и холоднее, солнце всё больше места уступает звёздам и луне, чтобы в конце концов умереть и возродиться на Йоль, ибо всякая жизнь всегда завершается смертью, а там, где что-то умерло, всегда рождается новая жизнь. Девочки затихают, внимательно ловя каждое слово матери. Особенно Сара, которая хоть и слышала эти истории уже не один раз, а всё равно смотрит на неё своими большими, полными любопытства голубыми глазами — единственным, что она унаследовала от отца. Вторая её дочь была совершенной копией покойного Эдварда. Две сестры, так непохожие друг на друга. — Земля дарит нам второй урожай, и мы начинаем готовиться к зиме. Уже сейчас следует решить, что мы оставим, чем поделимся с другими, а что выбросим. И это не только урожая касается. — Джен очень серьёзно посмотрела на Ислу: девочке в этом году исполнялось четырнадцать, и она уже была готова постигать Ремесло. — Хорошенько подумайте над этим, девочки. — Хорошо, мам, — улыбнулась Исла. Сара же промолчала, задумчиво глядя в пространство. Джен дала им немного времени, чтобы они могли обдумать услышанное. — А теперь можете идти готовиться к походу в рощу. С остальным я справлюсь сама. — Девочки заулыбались. — Спасибо, мам! — радостно прощебетала Сара, с явным облегчением отложив в сторону кухонный нож. Исла последовала ее примеру, и они наперегонки помчались с кухни, о чём-то перешептываясь. Джен улыбнулась им вслед. День обещал быть очень хорошим. — Тебя сегодня официально представят Старейшей! — восхищённо выдала Сара, когда за ними закрылась дверь общей комнаты. — Точно, — гордо улыбнулась Исла. — Бабушка говорит, что лучше всего получить благословение перед началом Пути именно у неё. — Это серьёзно… Я бы тоже так хотела. — Да не переживай ты, ещё немного — и тоже его получишь. Исла принялась раскладывать на кровати праздничную одежду. У неё была такая же, как и у Сары, бордовая накидка с капюшоном, которую она доставала только в исключительных случаях. Сара же наводила порядок в своем импровизированном святилище на тумбочке у кровати. Сегодня она собиралась набрать для него дубовых веточек и желудей из рощи. — Ещё пару лет как минимум, — вздохнула Сара. — Имей терпение, девочка! — сдвинув брови к переносице, проговорила сестра, копируя наставнический тон бабушки. Для убедительности даже пальцем пригрозила. Сара рассмеялась. — Ты, главное, бабушке такое не показывай! — Что мне не показывать? — ответил им низкий голос. Девочки подскочили. Бабушка стояла в дверях, сложив руки на груди. — Да ничего, — буркнула Исла. — Привет, бабушка! — одновременно с ней выпалила Сара. Женщина улыбнулась. — Ну что, готовы к празднику? — Сёстры закивали. Они стали показывать бабушке свои наряды, разные камушки, ленточки, сделанные из соломы фигуры. Эбигейл одобрительно улыбалась и хвалила их. Так они провели достаточно много времени. Бабушка, следуя традиции Мабона, рассказывала внучкам о женщинах их семьи — живых и давно почивших родственницах. О тех, с кем была знакома лично и о тех, о ком только слышала когда-то от собственных бабушек. Именно благодаря этим рассказам линия преемственности ведьм не терялась в веках: старейшие женщины рода тщательно хранили семейные истории и легенды и передавали их из уст в уста всем последующим поколениям. Кого только не было в их роду! И талантливые травницы, и мастера амулетостроения, и женщины, способные голосом поднимать мертвых из могил. А ещё были там и таинственные женщины пустынь. След их терялся в глубине поколений, но память рода была жива, и старинные песни бережно хранились Алдерами. Но звучать в общем хоре этим песням было не суждено. Тайное знание разрешалось применять лишь в исключительных случаях, и ни при каких обстоятельствах эти песни не должны были использоваться против людей. Таков был завет предков. — Бабушка, а какая из наших песен самая сильная? — спросила Исла, когда бабушка закончила рассказ о троюродной прабабушке со стороны матери. Эбигейл задумчиво смотрела на неё, не торопясь с ответом. Взгляд её строгих серых глаз приобрел немного стальной оттенок, а слегка побитая сединой длинная черная коса, казалось, на миг стала седой полностью. Но когда Сара моргнула, это видение исчезло. Девочка смотрела на бабушку, затаив дыхание. — Самая сильная песнь ведьмы, дитя мое, это песнь скорби, — тихо проговорила она. — Эта песнь способна сворачивать горы и сметать с лица земли города. Но не дай Богиня однажды хоть кому-нибудь из вас ее исполнить. С этими словами старейшая из рода Алдер поднялась, погладив по волосам только что слушавших её девочек; поправила тонкий шерстяной платок, которым укрывала плечи; и вышла из комнаты, бросив напоследок: — Одевайтесь, девочки. Скоро выходим. Вся семья Алдер, включая приехавших по случаю праздника дядюшек и тётушек, праздничной процессией отправилась в священную рощу, надёжно скрытую от глаз людей сильнейшими и старейшими ведьмами деревни. Посторонним она казалась непроходимым болотом, поросшим зарослями ядовитых растений. Сара и Исла шли рядом с бабушкой, и у каждой в руках был мешочек с подношениями для богов. Мама шла впереди, неся кастрюлю с печёными овощами. И каждый присоединившийся тоже нёс с собой что-нибудь к общему столу. Они шли и шли, и могучие дубы обступали их со всех сторон, приветственно шелестя начавшей желтеть листвой. Им вторило щебетание птиц, прячущихся в широких кронах. К их процессии потихоньку стекались люди с окрестных деревень и самого города, решившие в этом году принять участие в церемонии. Впереди всех шла Верховная Жрица ковена, она же Старейшая из ведьм их деревни. Старушка казалась очень маленькой, больше потому, что сильно горбилась. Её хрупкая фигурка, казалось, вот-вот рассыпется от сильного порыва ветра. Но Сара знала, что это впечатление обманчиво. Если внимательно к ней присмотреться, становилось понятно, что в ней скрыта великая сила. От неё тянуло какой-то древностью, а глазами её, казалось, смотрит сама Мудрая Богиня. Старейшая повела их вокруг самого большого дерева, под которым был расположен алтарь. Она встала рядом с алтарём, обвела взглядом присутствующих и подняла правую руку, привлекая их внимание. За её спиной суетились младшие жрицы, проводившие последние приготовления к ритуалу. Сара с любопытством наблюдала за ними и едва не подпрыгивала от нетерпения. — Да благословит вас Великая Богиня, братья и сёстры! — обратилась жрица к присутствующим. — Сегодня мы благодарим богов за то, что они послали нам в этом году. Я приглашаю вас в круг, чтобы вы могли разделить с нами радость и силу Осеннего Равноденствия. Да будет так! — Так и есть! — отозвались все хором. Сара прикрыла глаза и глубоко вдохнула. Начинается. По кругу прокатилась волна силы, и она ощутила нечто, напоминающее прикосновение шёлковой ткани к коже. Одна из младших жриц подала Верховной дымящийся пучок трав, и та пошла по кругу, заметая полами тёмно-синей мантии опавшие листья, приговаривая: — Мы приветствуем в нашем кругу духов воздуха. Пусть будут благосклонны к нам осенние ветры! Да будет так! — Так и есть! — чуть громче, чем в первый раз, отозвались присутствующие. По роще поплыл сладковатый запах шалфея, смешиваясь с ароматами мокрой земли. От всего этого у Сары немного закружилась голова. Вторая младшая жрица подала Верховной зажжённый факел. — Мы приветствуем в нашем кругу духов огня! Пусть солнце наполнит нас своей животворящей силой! Да будет так! — младшие жрицы сопровождали слова Старейшей удивительными песнями, их голоса сплетались в единый длинный звук. — Так и есть! — почти задыхаясь от прокатившейся по кругу мощной горячей волны, выдохнула Сара. Рядом точно так же глотала резко раскалившийся воздух сестра. Тем временем Старейшая пошла по кругу, неся в вытянутых руках чашу с водой и окропляя ею каждого, мимо кого проходила. Когда Старейшая проходила мимо Сары, она подставила лицо летящим в неё каплям, прикрыв глаза. — Мы приветствуем в этом кругу духов воды! Пусть эта вода смоет всё, в чём нам больше нет нужды. Да будет так! — Так и есть! Зачерпнув прямо из-под алтаря горсть земли, старейшая ведьма сделала последний круг, произнося: — Мы приветствуем в этом кругу духов земли. Пусть наши земли, скот и наши семьи будут богаты и плодородны, как она сама. Да будет так! — Так и есть! — дружным рёвом взорвался круг. Натиск силы стал ощутимо слабее. Сара открыла глаза. Мама и Исла стояли по обе стороны от неё, остальные разбрелись куда-то по кругу, а бабушка с другими старыми ведьмами стояла позади алтаря. Сара видела, что они сплетают цветные ленты. Это значило, сегодня кого-то ждал хендфастинг. Когда круг распался, бабушка жестом подозвала к себе Сару и Ислу. Мама кивнула им, и они стали осторожно пробираться сквозь разбрёдшуюся по поляне толпу. — Доставайте ваши подношения, — объявила бабушка, обходя алтарь. Девочки последовали за ней, попутно копаясь в своих мешочках. Сара принесла с собой большое яблоко и сплетённый из цветных ленточек браслет, а Исла — буханку хлеба, который утром испекла собственноручно. Бабушка одобрительно улыбнулась им и взглядом пригласила их встать рядом. Она положила руки им на плечи и зачитала старую как мир молитву, и девочки тихо повторяли её за ней слово в слово: Бог и Богиня, мы взываем к вам. Даруйте нам вашу защиту, А в защите вашей — силу, А в силе — свет разумения, А в разумении — истину А в истине — справедливость А в справедливости — любовь, А в любви — любовь вашу, А в вашей любви — истинное счастье. Да будет так! Сару окутал благоговейный трепет. Ей показалось, что сама Богиня гладит её по волосам. А ещё в ветвях старого дуба она видела Бога. Перед её взором возник рогатый охотник, держащий в своих могучих руках лук. Сара восхищённо охнула. — Теперь можешь идти съесть что-нибудь и поиграть с остальными детьми, — обратилась бабушка к Саре. Ислу же она взяла за руку и повела к Старейшей. Сегодня её сестра должна была официально получить посвящение в ремесло. Сара рассеянно кивнула, но так и не сдвинулась с места, зачарованно вглядываясь туда, откуда мгновение назад на нее смотрел Бог.