Бродячие псы попадают в рай

      В детстве страх не имеет чётких границ, это нечто иррациональное и необъяснимое. Но с возрастом он трансформируется во что-то конкретное, у каждого оно своё. Маленькая Юми боялась темноты и того-кто-возможно-жил-за-шкафом. Она вообще не была уверена, что там кто-то живёт, но на всякий случай она боялась. Позже её страх под влиянием её же матери, трансформировался в боязнь эсперов. И долгое время это казалось ей логичным. Но сейчас она уже и не знала кого именно она боится.       Те двое эсперов, которые разговаривали с ней вчера, конечно не могли не пугать. Насколько же они могли быть сильны, что их взяли в Вооруженное детективное агентство. А ещё мафия...       В Йокагаме о портовой мафии ходило столько слухов, что впору было собирать их как местный фольклор. Говорили, что Портовая мафия подгребла под себя не только сам порт и все морские перевозки, но и кое-какие предприятия Йокагамы. Взрослые перешептывались, рассказывая друг другу, что шеф Портовой мафии мог бы уничтожить весь город одним только щелчком пальцев. Что у него был слух как у охотничьей собаки и зрение, которому уступал даже орёл. О нём было известно то, что он носить только самую дорогую одежду, шелк для которой добывают исключительно девственницы. В последнее верилось слабо, во-первых, до сих пор она не встречала человека, который бы носил исключительно шелк, во-вторых, промышленная добыча шелка эффективнее чем десяток девственниц, вымачивающих в чане тутовых шелкопрядов. Однако... Тот факт, что никто не знал как выглядит шеф Портовой мафии, сам по себе о многом говорил.       Но случившееся за последние несколько дней, заставили страх Юми перерасти в нечто совершенно иное. Теперь она боялась человека. Одного и совершенно конкретного. Не сказать, что она знала его лично, но зато он знал её и это было куда страшнее.

***

      – Юми-тян, я прекрасно понимаю твои чувства, но и ты тоже пойми нас, мы просто не могли сказать этого раньше.       Юми на минутку зажмурилась. То, что говорил ей этот парень, буквально ломало всю её жизнь. То, что ещё недавно казалось крепким и незыблемым, вдруг оказалось хрупким как ледяная скульптура.       – Я тоже имела право знать... – возразила она.       Её собеседник, молодой мужчина с трёхдневный щетиной на лице и впалыми уставшими глазами человека, которому уже давно не удаётся нормально выспаться, только вздохнул.       – Имела право? Это были её жизнь и её же решение. Она не хотела, чтобы кто-то знал.       – Но я... Я её единственная подруга...       Мужчина ещё раз тяжело вздохнул и осторожно почесал подбородок. Юми-тян всегда была излишне наивна и как с ней разговаривать, чтобы донести до неё свою мысль он не знал.       – Я тоже так думал... – решив не продолжать свою мысль, он встал и, попрощавшись, ушел. Юми оставалось только сидеть и размышлять над несовершенством этого мира.

***

      Кабинет главы детективного агентства был знаменит как минимум по двум причинам: во-первых, если кто-то и был в Йокагаме, о ком ходило слухов лишь немногим меньше чем о главе Портовой мафии, то это был Юкити Фукудзава, а во-вторых, те, кто побывал в этом кабинете, как правило впоследствии не могли даже примерно описать его убранство. Но Дазая это обстоятельство пугало меньше всех.       – Входи, Осаму-кун, – пригласил его шеф.       Дазай был мало известен в кругах обывателей Йокагамы и только по этому не удостоился чести быть увековеченным в городских легендах. Среди эсперов же его знали даже более чем хорошо. Бывший приближенный главы Портовой мафии, он знал массу секретов этих ребят, но при этом не только умудрился покинуть их ряды, но даже и выжить после этого. Для того, кто хоть немного понимал расстановку сил в городе, это было очень даже серьёзным фактом, непрозрачно намекавшим на то, что переходить дорогу такому человеку как Осаму Дазай не стоит.       Однако, он же был известен в рядах "одарённых" ровно на столько, чтобы у подавляющего большинства тех, кто хоть немного о нём слышал, от одного упоминания его имени начинался понос на нервном фоне, у гораздо меньшей части нервный тик и непроизвольный вопль "куда его опять нелёгкая понесла?!". Вторые в основном работали в ВДА, но, возможно, это просто совпадение. Юкити Фукудзава не относился ни к первым, ни ко вторым, и по тому его отношение к Дазаю не вписывалось ни в один из двух шаблонов.       Дазай сел прямо напротив него и закинул ногу на ногу.       – Тебе явно есть что сказать... – звучало это скорее как утверждение, чем как вопрос. Дазай усмехнулся:       – И тебе тоже.       Шеф кивнул, при всей своей ребячливости, Дазай легко считывал эмоции даже с его лица, про остальных можно было вообще не говорить. А уж про таких как Куникида, у кого любая мысль моментально отражается на лице... Может быть именно по этому Дазай так легко с ним сработался.       – Начинай ты.       – Вся эта история выглядит немного не так. Во-первых, таинственная болезнь... Родственник так и не открыл нам чем же болела девушка, подруга не знает. Вроде бы девушка ездила куда-то к врачу, а может, не ездила. В общем всё очень сложно и ни черта не понятно. Во-вторых, тот таинственный приятель. Конечно, возможно всё куда проще, а Эми-тян просто надоело жить под колпаком и она решила сбежать, но... Увидев сегодня меня, Юми-тян развернулась и бросилась бежать. Уверяю, я не кусал её и даже не предлагал ей... Ну ты понял.       Фукудзава молча выслушал. Ему и самому история нравилась ни чуть не больше, чем Дазаю. И более того, даже Куникида заметил явные несостыковки в ней. Однако, ВДА числилось именно как детективное агентство, а потому и разбираться в этом всём тоже предстояло им.       – Я навёл справки по поводу родителей девушки. Тут её дядя нисколько не покривил душой. Да, с рождения девочку воспитывал отец, Нобу Такира и впрямь погиб, правда, при странных обстоятельствах. Повесился на жгуте, который сам же сделал, разорвав простыню на тонкие полосы и сплетя их.       Дазай слушал молча, клиенты детективного агентства часто не считают нужным выкладывать всю информацию, а они потом тратят драгоценное время на то, что выживают из других источников то, что могли бы узнать с самого начала.       – Красивый суицид, но сложный. Почему не верёвка? Что значила эта простынь?       Кто о чём, а Дазай о суициде, – усмехнулся Фукудзава.       – Потому что он сидел в следственном изоляторе. Он был главным подозреваемым в деле об убийстве Мидори Синдзи.       – Вот даже как, – пробормотал Дазай.       – Собственно, именно он и обнаружил исчезновение Мидори Синдзи. Точнее: он принял вызов от некой Мидори Синдзи, приехал проверить, что там случилось, так как в тот день был на дежурстве в одном из отделов полиции Йокагамы. Дом, в котором жила Мидори, был открыт, кругом были следы борьбы, но самой хозяйки не было, равно как и того, кто на неё напал. Нобу Такира вызвал подкрепление и остался осматривать потенциальное место преступления. Через два дня его арестовали как главного подозреваемого.       Фукудзава посмотрел на свои ладони и замолчал. История и впрямь выходила презабавнейшая.       – А где нашли тело? – Дазай умел задавать правильные вопросы. Отталкиваясь того где убийца спрятал тело, можно было строить предположения зачем он это сделал. Конечно он не заканчивал университетов, но и несколько лет в рядах мафии для него, любознательного и сообразительного от природы, оказалось достаточно для того, чтобы научиться делать верные выводы.       – А тело не нашли. И это ещё одна странность. Не знаю какое это имеет отношение к Эми Такира, но её отец покончил с собой в тюрьме, после того как его обвинили в смерти женщины, чьё тело так никто и не нашел. С тех пор Эми жила с единственными живыми родственниками – с дядей и тётей.

***

      Дазай вышел из кабинета шефа в состоянии глубокой задумчивости, что вообще не было свойственно для него. Обычно мыслил он быстро и продуктивно, но не в этот раз.       – Он тебе тоже рассказал, да? – спросил Куникида, сидевший на диване с маленькой книжечкой в руках.