Не помнят

Шли дни, Северус пристально присматривал за Гермионой. С девушкой кажется было все в порядке. Она ходила с друзьями на уроки, по прежнему готовилась к ним и упрекала других за то, что те того же не делают. Помогала кому не лень, а главное абсолютно спокойно реагировала на втречи с профессором ЗОТИ на лекциях. Шок после внезапного порыва чувств гриффиндорки у студентов заметно прошел, и как бы это было не странно, даже шуточек на эту тему не было слышно. Она смотрела в глаза зельевару без страха и сомнений и отвечала с тем же настроем. И даже проводя обход, он больше не видел замученную Грейнджер среди кипы книг. Северус был почти готов поверить в то, что девушка обрела душевный покой, но не мог. Видел её сухие улыбки, слышал разговоры между знаменитой троицей, из которых делал вывод, что мужская часть трио до сих пор не вкурсе родителей подруги. А ещё эти печальные взгляды на ёлку или хоть какие-то рождественские атрибуты. "Ну и что? Она потеряла родителей, ни уж то ты думаешь будто вся её боль от осознания рассеится, и она засияет подобно рождественской ёлке?" Это были здравые мысли, но что-то даже в этом вполне логичном рассуждении он видел нечто такое, за что его волнение возрасло до почти лимитной отметки. На самом деле и не зря. Гермиона не видела себя. А в конце обхода, приходила на астрономическую башню, где долго смотрела вниз. Только там она могла видеть свое будущее. Оно было трагичным, девушка хотела бы другого, но не видела. Там внизу было так далеко и близко одновременно. Воздух подхватывал волосы, утирая капли слез. Он был её другом, который ненадолго уносил мысли. Холод атрофировал боль и тоску, оставляя небольшое покалывание на кончиках пальцев. Вся эта симфония бренности звучала в мыслях девушки. "Сделай ещё шаг - всё закончится, мы обещаем..." Напевали голоса в голове, но совесть не позволяла ей такой роскоши. Рон и Гарри так много потеряли на войне, чтобы сейчас под рождество оплакивать подругу. До больного смешно, что даже свою предпологаемую смерть она рассматривала нежелательное событие в жизни других. В конце концов Гермиона может и дальше приходить сюда, а в остальное время притворяться живой. Да, на том и остановилась девушка. "Так будет лучше для всех" Но для неё, будет ли это лучше для неё самой? Этот вопрос остался витать в воздухе среди других, ждя ответа. Её мир напоминал мыльный пузырь, в центре которого была она сама. Совсем скоро он должен был лопнуть, а она полететь вниз, разбиваясь о реальность. Если конечно воздух в нем не закончится быстрее. Поэтому Гермиона жила на опережение, только.. Что если конца в ближайшее время ей не видать? Ответ пришёл внезапно, а что важнее, он был концом этого начала. Решение было таким простым и легким, что она даже удивилась, что не думала об этом раньше. Девушка решила сделать всё правильно, именно потому отсчитывала дни до рождества. И наконец. Завтра она попрощается с болью. Все студенты собирали вещи домой, чтобы встретить праздник в кругу близких. Рон готовился отмечать рождество со всей четой Уизли, уговаривал и Гарри присоединиться, но у того были свои планы. Гарри твердо решил ехать к Тедди с Андромедой, ведь мальчик был его семьёй. Теперь, когда он знал, какого это иметь крестного, который любит тебя всей душой, он не мог бросить малыша. А главное не хотел, этот мальчик стал его надеждой на светлое будущее. А к Уизли он зайдет обязательно, но чуть позже. О планах подруги парням было известно, она едет домой к родителям, Гермиона даже для видимости решила собрать вещи. - Ну всё, вы собраны и укомплектованы, теперь можете отправлятся, - приговаривала гриффиндорка поправляя шарф то одному, то другому как маленьким. Рон, ожидаемо, быстро клюнул девушку в щеку и утащил в медвежьи объятия не оставляя место кислороду. Пожелал ей счастливого рождества и направился к камину. А Гарри остался смотреть своими серьезными глазами на подругу. - Герм, я знаю что, что-то не так и знаю, что говорить об этом ты не желаешь, - герой вздохнул, волнуясь за девушку и собирая последние мысли в слова. - Я лишь хочу, чтобы ты знала, что очень дорога для нас, ты стала частью моей жизни в тот самый момент, когда сказала Рону о его пятне на носу. Чтобы не было не так в твоей жизни, я готов помчь, выслушать, сделать что угодно лишь бы тебе было лучше. Гермиона смотрела на друга такими печальными, но в то же время благодарными глазами, ценя каждое из его слов. - Гарри, - так тепло и нежно сказала девушка, - я это знаю, поверь, совсем скоро я вам расскажу, обещаю, а пока.. Счастливого рождества, Гарри. Она улыбалась так искренне, впервые за долгое время юноша увидел в ней неподдельную эмоцию. Схватив её в те же объятья, что ранее Рон, он прошептал "Счастливого рождества". - Ну сколько можно, через два дня уже встретимся ведь, а вот рождественский ужин через уже час я на вряд-ли увижу, давайте быстрей! - С неподдельным негодованием прокричал Уизли, на что друзья улыбнулись. Гермиона послала им воздушный поцелуй и самую тёплую улыбку, а затем они скрылись в камине. Это теплое чувство задержалось в сердце лишь на секунды, чтобы вновь оставить холодную чёрную дыру. Но это стало поводом для еще одной идеи. "Сегодня Рождество, а значит чудеса могут случаться.." С этой неоднозначной мыслей она направилась в покои профессора. А Северус тем временем сидел за своим рабочим столом и проверял работы шестого курса. В его комнате, как и кабинете не было и намека на грядущий праздник. Все его мысли были заняты тем, что сейчас делает гриффиндорка? Где празднует рождество, если не с двумя её дружками? Все ли с ней в порядке? От этих мыслей становилось беспокойно, поэтому он стал проверять работы, как вдруг к нему в комнату постучались. На самом деле он не мог представить, кто же захотел лицезреть угрюмого профессора, неким образом схожим с Гринчем своим отношением к рождеству, в этот день. Но ответ был с пышной копной каштановых волос и немного расстерянным взглядом. - Добрый вечер, профессор, - улыбнувшись и часто моргая пролепетала Грейнджер. - Мисс Грейнджер, чем обязан таким поздним визитом в моих покоях? - Его тон не был распологающим, но он был до одури рад вновь увидеть её улыбающееся лицо и в панике от того, что на стоит буквально на пороге его комнаты. - Я.. я хотела пригласить вас отметить Рождество вместе, - она теребила край своей рубашки от волнения, - я знаю, что вы останетесь здесь и хотела предложить отметить праздник вместе, ведь это лучше, чем поодиночке. - С чего вы взяли, что я лучшая компания для подобного мероприятия? Вы видите радость на моем лице от этого события или его перспективы? И вообще, почему вы не поедете к своим родным, ну или к вашим дрожайщим Уизли? - Он привык ненавидеть себя, поэтому слова слетели легко, ей будет больно, но она отправиться к Уизли, где её утешат. - Вы знаете. - Ответ был тверже чем сталь. - Знаете почему я не еду к родным. И да, я должна поблагодарить вас за тот информативный буклет, он внес немного ясности. Что на счет Рона.. Их семье и так не легко праздновать без Фреда, мои проблемы будут лишними. Северус знал, что девочка совсем не глупа, а даже наоборот, но все же он надеялся, что его роль во всей этой истории ей будет не известна. Она ждала его ответа и была непокалебима в своем намеревании быть рядом. И это, именно это сейчас пугало. Никто не хотел быть рядом с ним, та же Лили выбрала когда-то не его, а тут вдруг милая девушка стоит на пороге его покоев и просит отметить с ней Рождество. Он не был готов к такому. - Мисс Грейнджер, - почти мягко начал он, - мне жаль ваше положение, но я не думаю, что совместное проведение праздника будет уместным. Не забывайте, что я по прежнему ваш профессор и подобное препровождение может порицаться уставом школы. Я все же советую вам отправиться к мистеру Уизли или мистеру Поттеру, уверен, они смогут вам помочь и поддерживать. Гермиона вновь погрустнела, она хмурила брови и сжимала губы, в попытке болезненного переваривания информации, а за тем вновь так же вымученно улыбнулась. - Простите, что отнела ваше время, счастливого рождества профессор.. - сказав это, она быстро ушмыгнула куда-то, лишь бы быстрее не видеть это полное жалости лицо. Герми правда думала, что профессор заботится о ней, что возможно между ними появилась какая-то тонкая связь, которую каждый из них ценит, но видимо девушка ошиблась. Это была простая жалость и возможно немного чувство долга перед гриффиндоркой, она ведь все же помогла спасти Северуса. Эта боль была как последний пункт в её плане. Она пыталась найти покой другими способами, но видит Мерлин, весь мир не хочет помогать ей в этом. Теперь она вновь шла к астрономической башне, где её ждал ветер, холод и высота.