Гэгэ и маленькая колючка

POV Сюэ Яна Я смотрел на нее. Она была такой большой и надежной. Когда прижимаешься к ней кажется, что никто в мире не сможет тебя обидеть. Она такая большая, а ты такой маленький, но совсем не страшно. Мир плывет вокруг, огромный и громкий, удивительный и полный чудес. А она несет тебя на руках навстречу этим чудесам. Навстречу миру. Мама пахла как цветы. Моя мама часто кричала. И на меня, и просто так. Работа у нее такая. Каждый день она заходит в комнату с новым дядей. Она часто покупает глиняные кувшинчики. Мне никогда не дает попробовать. У меня словно две мамы. Одна хорошая и добрая, лучшая в мире. А вторая и не мама вовсе. Говорят, в человека может вселится злой дух. Такой дух живет в моей маме, когда-нибудь я вырасту и стану заклинателем. Я изгоню злой дух и буду летать вместе с ней на мече. Мы полетим к облакам и посмотрим на землю внизу. На маме иногда появляются синяки. Иногда к ней приходит не один человек. В такие дни мне особенно тревожно. В тот раз крик мамы был какой-то не такой. Что-то падало раз за разом. А люди в комнате смеялись. Мне нельзя было выходить наружу из кладовки, а я так хотел. Изо всех сил тянул запертую дверь, но она все не открывалась. Все стихло, и через время я услышал какой-то звук. Дверь открыла мама. У нее появились новые синяки. С губ капала кровь. Она была на её белом платье. Казалось, что кровь была везде. Она попросила привести хозяина. Я нашел его. Он схватил ее за одежду и потащил куда-то. Он говорил, что оплата просрочена и теперь он возьмет ее вещами. Мы долго шли и остановились у оврага, он бросил маму туда. Я спустился за ней следом. Я кричал ему, но он так и не вернулся. Казалось, душа мамы то уходит, то возвращается на краткие мгновения. Она не хотела меня оставлять и боролась изо всех сил, просила прощения. Она говорила, что любит меня. Но если она меня любит, то почему умерла? Я знал, что мертвых людей нужно засыпать землей и помолиться. Мне об этом рассказывала мама. Я пытался засыпать ее землей, но у меня никак не выходило. Слишком тяжело было ее набирать, она была слишком твердой. Тогда я засыпал ее листьями. Их было полно вокруг. Получилась большая куча. А потом я уснул на этих листьях. Они были такими мягкими. Теперь мама пахла прелой листвой. Я вернулся обратно в наш дом. Но хозяин прогнал меня. Было больно от его побоев. Но, непонятно почему, меня это совсем не волновало. Я ушел, куда, и сам не знал. Просто шёл, до тех пор пока не упал. *** У меня появились друзья! Много друзей. Раньше я все время был с мамой и редко с кем-либо виделся. А вот теперь можно было играть хоть целый день. Мы играли и веселились. Они научили меня, где можно раздобыть еды. А от каких людей нужно убегать. Однажды одна моя подруга заболела. Она не смогла бежать достаточно быстро и ее поймали. Так я узнал, что происходило за той дверью. Наверно это очень больно. У нее платье в крови испачкалось. А на следующий день она спрыгнула с моста. Но даже после этого мы продолжали дружить. Когда я приходил к речке, она выплывала ко мне. Нам было весело вместе. Она иногда приносила мне деньги, а я приносил ей цветы с луга. В реке она не смогла бы сплести венок, но кажется ей нравится жить там. Может и мне там поселиться? С каждым днем становилось все холоднее. Река замерзла. Пожалуй, селиться там не очень хорошая идея, очень уж холодно. Странное дело. Я не болею. Другие дети поутру не смогли проснуться. Но во мне словно горит костер. Он согревает меня. А еще моя мама действительно злой дух. Только теперь она никогда не обижает меня. Она делает больно тем, кто причиняет боль мне. Мне нравятся лошади. Они никогда не возражают, когда я пробираюсь к ним в конюшню. Возле них так тепло, и едой своей они делятся. Она не вкусная и колючая, но если быстро проглотить, то ничего, голод утихает. Потом живот болит. Но иногда сил нет терпеть. Даже если потом будет хуже, я не могу себя остановить. Летом, поздней весной и ранней осенью так хорошо. Еды намного больше. Ее легче достать. Ночью можно пробраться на поле и сорвать себе что-нибудь. Главное не попасть в ловушку или к собакам. Стая детей слабее стаи собак, но мы умнее. Мы делаем ловушки. А потом жарим их. Мы ловим птиц и крыс, а также рыбу. Вполне можно наесться, если умеешь охотиться. *** Время идет. Разве что по-одному я скучаю. Конфеты. Иногда мама покупала мне их. Можно найти или поймать разную еду. Но вот конфеты найти нигде нельзя. Как же мне повезло. Тот добрый господин заклинатель даст мне кучу пирожных. Так и представляю их вкус. Всего-то выполнить поручение. Ну вот. Мама не смогла помочь мне. Она почему-то не может к ним подойти. Меня опять избили. Но это происходит время от времени. Я все еще радуюсь при мысли о сладостях. Тогда все будет не зря. Наконец я снова попробую их. Вот только господин заклинатель и слушать меня не захотел. И он тоже меня избил. А потом та повозка проехалась по мне, и я почувствовал ужасную боль. А еще я понял, что мамы со мной больше нет. И она уже не вернется никогда. Заклинатели изгоняют злых духов. Я снова лежал в крови. Так больно, так страшно и так несправедливо. И так громко? Кто-то кричал. А потом я посмотрел вверх. Там, в ореоле небесного света, я увидел самое странное лицо из всех. Что-то в нем было неуловимо чуждое. Глаза этого человека были пронзительно светлые. Серо-голубые, похожие на хмурое небо. Этот человек плакал и смотрел на меня так странно. Никто еще так не смотрел на меня. Я вызываю у него страх? Почему? Что я сделал такого ужасного? Он протянул ко мне руку, неужели хочет добить? Все закончится так? Но вместо ожидаемого удара моей головы коснулись совсем легонько. Снова и снова. Что это? Неужели он гладит меня по голове? Так непривычно. Словно из далекого прошлого, которое никогда не существовало. Не бойся меня, хорошо? Он поднял меня на руки, пачкая белые, сияющие одежды. Кажется, на секунду я закрыл глаза, и вот мы в переулке. Такой огромный. Почему он постоянно плачет? Ну и плакса. Он тем не менее пытался мне помочь. Перевязал мои раны… А затем дал мне конфету! Она была такая вкусная. Необыкновенный вкус был ярким, словно взрыв. На красивой серебряной обертке была нарисована красная ягода, совсем как настоящая. А потом он дал мне еще вкусности. Никогда ничего подобного не пробовал. Запах такой странный. А потом он достал волшебную картину в светлой раме. Черный прямоугольник внезапно засиял. Появилось прекрасное звездное небо. Палец незнакомца описал затейливую загогулину. Картинки быстро замелькали. Прямоугольник снова почернел и показал сначала реку, а затем невероятный замок. Огни фейерверков расцветали вокруг него… Так красиво. Вот только, кажется, господин заклинатель собирается уходить. Я попытался встать, сам не зная зачем, но он уложил меня обратно. Он махал руками, издавал странные звуки. Я не понимал его, а он меня. Но он все же ушел. Почему-то стало вдруг так обидно. Чего я ждал? Что он останется со мной? Или что даст больше еды? Он ведь и так сделал многое. Никто из взрослых не стал бы меня лечить. Никто бы не дал мне конфету просто так. Мне повезло, что он мне помог. Не стоит надеяться. Это так глупо. Я ведь уже сталкивался с этим. Добрый человек может дать что-то, но если пойти за ним, то обязательно прогонит. Одна тетушка после того как заканчивала торговать отдавала пару нераспроданных маньтоу уличным детям. Они были подсохшие, но такие вкусные! Однажды я пошел за ней к ее дому. Там кроме неё было еще много детей. А еще ее муж, который побил меня, когда я зашел в их двор. Не стоит повторять эту ошибку. Никому в целом мире не нужен уличный оборванец. Стоит запомнить это и смириться. Мало тех, кто захочет помогать такому, как я. Куда больше таких, как тот богатый господин. Рука ужасно болела впрочем, как и все тело. Боль была слишком яркая. Сколько бы меня не били, такого прежде я не испытывал. Я запомню, хорошо запомню это чувство. Нужно отлежаться, а потом поискать еду. Тот незнакомец оставил мне теплую одежду. Скоро зима и это весьма кстати. Те, кто не находят ничего подходящего, умирают первыми. Хотя нет. Первыми умирают больные. Если недостаточно быстро бегаешь - станешь добычей собак. Или работорговцев, но эти здоровых ловят. Любое ранение для бездомных почти приговор. Народ здесь не богатый. Бродяг много, так что бесполезно просить милостыню. Я видел, как умирают те, кого покалечили… По-настоящему страшно долгое время умирать от голода и жажды, пока твои раны гноятся, и в них копошатся черви. Не хочу! Я ведь всегда выдерживал там, где другие гибли. Я обязательно выживу и отомщу этому уроду. Хотя бы для этого стоит пожить еще чуть-чуть. Постепенно волшебная картина завладела моим вниманием. Иногда я слушал музыку: подруги моей мамы играли на инструментах, или можно было встретить бродячего музыканта на площади, но эта музыка была другая. Невероятно красивая и совершенная. А рисунки были так хорошо сделаны, что почти можно было поверить, что это реальность, если бы не то, что глаза были слишком большими. Да и другие части тела тоже были странными. Но все вместе на удивление гармонично смотрелось. Картинки двигались как живые. Это была история о двух девочках. Одна была седая, словно старушка, а другая вообще с оранжевыми волосами. А глаза их были как у того заклинателя. Светлые. Девочка с белыми волосами была явно заклинательницей, но она не умела обращаться со своей силой, из-за чего ее запирали в огромном замке. Она умела создавать лед. Ее силы были невероятными! Она заморозила целое море и чуть не заморозила собственную сестру, но в конце смогла все расколдовать. Такими невероятными силами не могли похвастаться даже небожители. По крайней мере ни в одной легенде ничего не было про заклинателей, способных заморозить море. Было бы так здорово уметь также! Вырастить ледяные шипы и пронзить ими всех врагов или создавать монстров. Крууутоооо! Одна история закончилась, и началась другая. Вот здесь точно было понятно, что это рисунок. Но было так волшебно. Люди в необычных одеждах. Странные домики и повозки, что ехали сами по себе. Это была история про девушку, что превратилась в старушку. А когда она жарила яичницу выглядело так вкусно, я почувствовал, как от голода сводит живот, который и так немилосердно болел. Я смотрел на удивительную сказку, и боль словно отступала, становилась незаметной. История была такой странной. Все это сплошная ложь. Никто не помогает своим врагам. Так не бывает. Холодно. Я закутался в одежду незнакомца. Невольно вдохнул ее запах. Он был таким приятным. Свежий и легкий, почти не чувствовалась сладость. Так может пахнуть лес с цветами и еловыми деревьями. Эти цветочные нотки дарили фантомное ощущение уюта. Пахнет как лето. Тут мягко, словно я в облаке. Ткань была белоснежной, при этом переливалась всеми оттенками радуги. Наверно, зачарованная. Мне едва ли встретятся еще такие чудеса. Почему-то стало невыносимо горько...