Психопатологии девиации

— Итак, давай я еще раз резюмирую твой план, — Гэвин сцепил пальцы в замок и громко выдохнул. Андерсон сидел напротив, расслабленно прихлебывая из кружки. — Ну давай. Гэвин еще раз выдохнул и поерзал на стуле. — Ты планируешь вылететь через Фиджи в Австралию, когда какие-то твои университетские знакомые сделают тебе приглашение, таща на горбу двух андроидов, которые предварительно каким-то непостижимом образом хакнут правительственную систему госзакупок Австралии и США, сделают там заказ на самих себя и долетят до Австралии грузовым рейсом? Я всё правильно запомнил? Андерсон с меланхоличным видом кивнул. — Без некоторых подробностей, но да, общими мазками — план такой. Гэвин посмотрел на него исподлобья. — Ебанулся. — А вот и нет, — Хэнк ухмыльнулся, — наоборот. Это скорее всего самое осуществимое из всего, что сейчас имеется. — Ну-ну… И где вы, болезные, найдете интернет, чтобы хакнуть систему госзакупок? Всё же глушится. — В Сан-Диего, уверен, есть возможность подключиться проводом. Но надо проверять. — Прям вижу, как привозим туда двоих андроидов, один из которых РК900, и никто, НИКТО не удивляется, когда того подсоединяют проводом к интернету, ага. — Я уверен, есть места, где можно сделать это незаметно. К тому же, мы не будем напрямую их подсоединять. Сделаем вид, что они просто хакеры, а мы полицейские под прикрытием... — Да ладно? Маскарад? — Гэвин недоверчиво поднял бровь. — А как мы туда попадем вообще? Сам город не перекрыт? — Пока нет. Только Детройт в кольце армейцев. Гэвин недоверчиво покачал головой. Новости извне были на самом деле не очень позитивными. Официальная пропаганда уверяла, что Детройт взят под контроль людей. Тем временем по стране прокатилась волна терактов, ответственность за которые взял Иерихон. В крупных городах без устали работали заводы Киберлайфа по утилизации андроидов. Поговаривали, что они переплавляют андроидов на новые модели и играют на оба лагеря. Но большинство склонялись, что это очередная теория заговора. Андроиды, тем не менее, в количестве не уменьшались, что наводило на некоторые мысли. Опять же, Киберлайф не прерывал поставки андроидов в другие страны, на чем и хотел сыграть Хэнк. Мобильная связь и интернет по стране не работали. Точнее работали, но эпизодически или только по проводу. Военные видимо боялись, что андроиды будут использовать их для связи между собой и координации действий. Процветал нелегальный бизнес по получению фальшивых разрешений на выезд за границу. Люди бежали из страны. Если у тебя было разрешение на выезд, то проблем с пересечением границ не было, но проверяли всех крайне дотошно. Девианты тоже пытались бежать нелегально по фальшивым документам, но их расстреливали и утилизировали на месте безо всяких вопросов. Остальные страны совершенно по-разному отреагировали на ситуацию в США. Кто-то поддержал и ужесточил правила использования андроидов. Кто-то тоже начал панически уничтожать роботов. Кто-то покрутил пальцем у виска и обвинил США в безалаберности по отношению к контролю за ПО. Кто-то начал приглашать беженцев и скупать андроидов из США. Кто-то хранил молчание и сохранял нейтралитет. Например, Австралия и Япония. Они не отказались от использования андроидов. Любое использование андроидов регулировалось государством и его структурами, поэтому они считали, что держат ситуацию под контролем. Именно поэтому у Хэнка выбор пал на Австралию. А еще у него там были знакомые. Гэвин перевел взгляд на андроидов, сидящих на скамье у стены и перемигивающихся диодами. — Ну, а вы, двое из ларца, что скажете? Коннор очнулся первым: — Вероятность успеха есть. Но нерасчитываемые коррективы вносит человеческий фактор. — У данного варианта есть несколько способов решения и ряд преимуществ перед подлогом и подделкой документов, — отозвался Ричард, скрестив руки на груди. — Выдать андроида за человека в данной ситуации проблематично, а процедура обмана сканера при осмотре несет в себе потенциальные проблемы для собственного ПО. То есть загрузить какие-то левые программы можно, но встанет ли хоть одна как надо и будет ли работать адекватно — неизвестно. — Я уже пробовал одну, — пожал плечами Коннор, — она просто отказалась вставать в ПО серии РК. Это, можно сказать, отличительная особенность нашей серии. — И даже если бы у нас был проверенный контакт в пограничной службе, — согласно кивнул Хэнк, — и помог бы нам переправить андроидов за границу, то мы никогда бы не доказали, что они находятся там легально. А это грозит утилизацией одним и тюрьмой другим. — Хм, — отреагировал Гэвин. — Ну, во-первых, не «мы», а ты. Потому что это твоя дурацкая идея. Коннор и Хэнк подняли глаза на него. Ричард продолжил немигающим взглядом смотреть в стену за спиной Гэвина. — Ты останешься? — Хэнк спросил так, будто не удивился. Метнул взгляд на Ричарда и обратно на Гэвина, поднял бровь. — Уверен? Гэвин пробарабанил по столу пальцами. Покачал головой, как будто прикидывая варианты. — Ну помочь вам с подключением к интернету, я думаю, смогу. В Сан-Диего у меня были кое-какие контакты, которые, возможно, будут полезны… А дальше… Он ухмыльнулся одним уголком рта, глядя только на Хэнка: — Дальше скатертью дорожка. Я пока не вижу причин, ради которых мне надо покидать родную страну. Хэнк допил из кружки и с нечитаемым выражением лица звонко поставил ее на стол. Все молчали. — Психотерапевт, — подал голос Ричард. — Что? — покосился на него Гэвин. — Психотерапевтическое лечение. — Тут полно специалистов. — Тут ты официально умер. — Уже воскрес. В Пич Спрингс, конечно, очень удивились, но когда поняли, что я из Детройта, то просто отправили запрос на ошибку в данных. Кукольное лицо Ричарда не выражало никаких эмоций. Он моргнул: — Ты же понимаешь, что в ближайшие месяцы введут военное положение? И ты окажешься сначала на передовой за заслуги перед отечеством, а потом в психушке. Гэвин почувствовал, как закипающая злость бежит по нервным окончаниям спины и мурашками спускается по плечам к ладоням, сжимая их в кулаки. Они смотрели друг на друга, не моргая. — А тебе так не терпится сдать меня в психушку? — Ты невнимателен. Я наоборот пытаюсь этому воспрепятствовать. Злость болезненной мигренью заполняла голову. — Ты пытаешься за меня решить, как мне будет лучше. — Твое присутствие среди живых явное доказательство, что мои решения пока правильные. Гэвина подбросило волной злости. Он приподнялся на локтях: — То, что ты меня спас, не дает тебе права распоряжаться моей жизнью! — Ричард не желает вам зла, детектив, — подал голос Коннор. — Он же хочет вас уберечь. — А ты вообще заткнись, пароварка, тебе слова не давали! — Гэвин, успокойся! Ты перегибаешь! — Ой, Хэнк, вот только не надо меня учить как разговаривать с манекенами с калькулятором вместо мозгов! — Так всё! — Хэнк зло хлопнул ладонью по столу. — Гэвин, никто тебя насильно никуда не увозит! Если не хочешь уезжать — не уезжай! Ты взрослый мальчик, как-нибудь разберешься. Ричард, отстань от него. Коннор, даже и не думай комментировать! Не желаю препираться на пустом месте! Все замолкли. Хэнк отдышался и посмотрел на насупившегося Гэвина. — Короче, Рид. Если поможешь — отлично. Будем тебе благодарны. Я буду. Лично. Не сможешь — ничего страшного. Сами разберемся. Лады? Гэвин посмотрел на него исподлобья, не испытывая ничего кроме звенящего раздражения. — Я понял. — Вот и славно, — нервно выдохнул Хэнк, поднимаясь из-за стола. — Пойду проветрюсь. Коннор, Ричард, пойдемте. Надо обсудить кое-что. Гэвин подхватил костыли и бодро поскакал к себе в комнату, громко хлопнув дверью. Ричард проводил его взглядом, на мгновение задержавшись в дверях. *** — Я был неправ. Ричард возник в проеме двери его комнаты. Гэвин сжал кулаки, но ничего не ответил. Будь он здоровее, ударил бы наотмашь. То есть он уже мог, но риск повредить руки снова его останавливал. Зато он мог одарить Ричарда тяжелым взглядом в надежде, что это хоть как-то поможет. В их отношениях настала некоторая стабильность, похожая на то, что было до восстания Иерихона — они общались, ругались, препирались. Ричард больше не лез с поцелуями и признаниями, а Гэвин старался почаще напоминать себе, что общается не с красивым парнем, а пластиковым подобием человека, чувствуя как слаб его организм и как всё тяжелее и сложнее удерживать себя от "неправильных" мыслей. Ухудшал ситуацию объем тактильности, который увеличился по экспоненте в процессе восстановления. Ричард делал ему восстанавливающий массаж, а также корректировал его во время тренировок, на что Гэвин реагировал крайне нервно. Всё было слишком СЛИШКОМ. Его пугало то, что от прикосновений по телу бежали непрошеные мурашки, а ночами время от времени снились сны содержания близкого к эротическому. Он боялся, что в какой-то момент организм не выдержит. Но мозг и разум пока спасали положение, так как даже теоретически он не мог воспринимать дружеские отношения с андроидом как хоть мало мальски вероятностные. Тело сражалось с разумом, причиняя еще больше проблем Гэвину, и он срывался на андроиде. — Прости, я должен был для начала поинтересоваться твоим мнением, — после короткой паузы продолжил Ричард. — Меня напугала перспектива повторно потерять тебя. Но я зря давил на тебя разумными причинами покинуть страну. — Намекаешь, что мое желание остаться неразумное?! — окрысился Гэвин. — Я этого не говорил, — Ричард стоял по стойке смирно в дверях и смотрел в потолок. Гэвин сплюнул. — Блядь, у Хэнка же наверняка табельное где-то в доме лежит. Найду и наконец-то пущу пулю тебе в лоб. Или себе. — Себе это лишнее. А если от моего убийства тебе станет лучше, то… как пожелаете, детектив. Гэвин зарычал. — Не беси меня. — Чем, позволь узнать? Гэвин закрыл руками лицо и зарычал в них. Когда они работали, то он игнорировал такие вопросы или отвечал «своим существованием», «рожей своей тупой». А теперь у него было время подумать. Или это контузия так сказалась на его мыслительной деятельности, что он действительно начал задумываться о том, что не так с их взаимоотношениями. «Просто тупой робот всё с ног на голову перевернул своими признаниями! Хотя какого хера они должны меня волновать?» Но его волновало. Он ничего не мог с этим поделать. Никакими мыслимыми усилиями не удавалось справиться с навязчивым приятным ощущением того, что тебя любят. И еще сложнее было прогонять прочь из головы физиологические потребности. Гэвин продолжил нервно рычать. — Своим этим вот тоном! Ты мне мамочка что ли? Ричард еле заметно улыбнулся. — Ни в коем случае, Гэвин. Я испытываю неконтролируемый страх за твою жизнь и чувство собственничества. Прости, они мне в новинку. — Неконтролируемый?! Ты себя слышишь вообще?! Утилизатор по тебе плачет! — Распалялся Гэвин, срываясь на крик. — Заруби себе на носу, придурок, что нормальному ЧЕЛОВЕКУ неприятна такая навязчивая забота. Откуда вообще боевой военный андроид знает такое слово как «страх» или «забота»?! Если это у тебя какой-то там алгоритм включился, то выключи немедленно! Ричард, как и когда-то давно в коридорах и офисах отделения, стоял по струнке смирно и слушал поток мыслей на повышенных тонах. Только в этот раз он слегка улыбался, как будто наслаждаясь действом.