Ты под прицелом.

      Первый месяц весны в городе Морио оказался на удивление прохладным, но солнечным. Сегодня было облачно, дул лёгкий ветер, заставляя жителей, вышедших на улицы по своим делам, кутаться в шарфы, чтобы их не продуло. Одним из них был Рохан, который не был особо рад тому, что пришлось покинуть свою уютную берлогу. Он ведь ещё и оделся достаточно легко. Если бы не шарф, лежать ему потом с температурой около недели. А может и больше. В последнее время он не ходит в спортивный зал. Нахватал работы, и теперь дедлайны горят. У него. У Кишибе Рохана. Но в любом случае, выбраться сегодня вечером из дома он был обязан. Его ведь позвал его лучший друг. И не кое-куда, а на вечеринку. Рохан частенько бывает на вечеринках, но обычно там нет его друзей. Потому что друзей у него особо нет.       И какой чёрт дёрнул Рохана пойти пешком? Да, он планирует выпить, поэтому за руль сесть не мог. Но что мешало ему вызвать такси? Наверное то, что он просто захотел пройтись по улицам родного города. А может то, что он хотел потянуть время, ведь он направлялся в дом человека, которого хотел видеть на вечеринке в последнюю очередь – Хигашикаты Джоске. Да, разумеется, Коичи объяснил, что виновник вечеринки как раз Хигашиката, но как же хотелось расслабиться на вечеринке, и как же не хотелось идти именно к нему. Однако он шёл.       Перед входом в дом его встретил знакомый гоповатый парень. Он сидел на крыльце и покуривал какие-то дешёвые сигареты. Взгляд его был каким-то мечтательным, вероятно задумался о чём-то, отчего не сразу заметил мангаку. Но как заметил, так сразу улыбнулся и махнул ему рукой. – О, Рохан-сенсей, здорова. Не ожидал, что вы придёте. Вы ж того. Не ладите с Джоске, – Окуясу потушил окурок и бросил в урну на улице, после чего поднялся на ноги и отряхнул руками зад, ведь до этого он сидел на ступеньках. – Сам в шоке, что придётся делить вечер с вашей компанией. Но я не мог отказаться от предложения Коичи-куна. Он ведь пригласил меня, – смотря сверху вниз во всех смыслах, говорил Кишибе, проходя мимо Окуясу и хватаясь за ручку двери. Стучать видимо было бесполезно, так как из дома доносилась громкая музыка. Легко предположить, что мама Джоске сейчас была не дома. – Коичи? Так это его Джоске попросил тебя позвать. Да, это при мне было, – Ниджимура потёр подбородок, вспоминая недавний разговор с его братанами, когда они обсуждали, кого позвать на вечеринку. – Хигашиката? С чего бы ему хотеть позвать меня на вечеринку? – он недоверчиво вскинул бровь, вновь переведя взгляд на Окуясу. Из-за его слов входить в дом хотелось ещё меньше. Но ведь он не мог теперь просто уйти. Его же уже заметили. Мало ли какие потом разговоры о нём могли бы пойти у этих недалёких. – Так он назвал вас самым первым. Ну, разумеется, после меня и Коичи с Юкако. Но последние неотделимы, так что Вы были третьим, – Ниджимура пытался объяснить, демонстрируя на пальцах, но в итоге запутался и плюнул на это дело. – Вот оно как? – бросил он сухо, всё же открывая дверь в тёплый дом. На улице стоять уже было невыносимо холодно. Особенно в новеньком кроп-топе и не особо тёплых штанах. Шарф уже не спасал положение.       Кстати, он ведь давно не видел Джоске. Даже с Окуясу Рохан пересекался относительно недавно. А Джоске не видел несколько лет точно. И не видел бы ещё столько же. Так он думал ровно до того момента, пока не вошёл в гостиную, где собралось человек шесть, включая виновника торжества, который пока стоял к нему спиной. По крайней мере, он предполагал, что это был Хигашиката. – О, Рохан-сенсей, – окликнул его Коичи и махнул ему рукой. К слову, Коичи Рохан видел довольно часто по его меркам. Раз в месяц точно. Паренёк подрос. Хотя выше Юкако ему стать не удалось, но это не мешало их отношениям цвести и пахнуть. Тем более, что через месяц они играют свадьбу, на которую Рохан был приглашён ещё месяц назад.       Следом за Коичи на Рохана обратил внимание парень, что прежде стоял к нему спиной. Он довольно резво развернулся и, увидев Кишибе, широченно улыбнулся. Это определённо был Хигашиката Джоске. Вот только он стал ещё мужественнее, ещё выше. А ещё его голова. На ней не было того дебильного помпадура, который так и нарывался на то, чтобы Рохан схватил секатор и отрезал его нахрен. Может Рохан просто сегодня в таком настроении? Но он не смог удержаться от мысли о том, что Хигашиката выглядит сексуально. Нет, он и раньше считал его симпатичным и недостойным такого тела, а сейчас без помпадура от этого вида едва ли крышу не сносило. Хотелось зарисовать. Прямо здесь и сейчас. Не церемонясь, он достал маленький скетчбук и карандаш, которые всегда были при нём. – Хигашиката, одно лишнее движение и я тебе руки оторву, – было первым, что он сказал Джоске, подходя к нему ближе, смотря острым, изучающим взглядом, а затем быстро зарисовывая его лицо. На это не понадобилось и десяти секунд. – И Вам добрый вечер, Рохан-сенсей, – Джоске сначала опешил, но сейчас выглядел довольным. Видимо этот вредный мангака совсем не поменялся. Приятно осознавать, что не всё в этом мире меняется. – Что с причёской? Выглядит… – он решил подобрать слово. – Нормально. – А, это, – он потрогал свои волосы. – Да тут дела такие, мне пока запретили использовать лак. У меня аллергия на него появилась, поэтому жду, когда мне доставят другой. Но доставка задерживается на неделю. Полный отстой. Подходящего мне лака нет в Морио. – Разумеется у тебя аллергия. Такое количество выливать на голову каждый день. Он поди у тебя в мозг уже затёк и начал его разжижать, – он как-то ехидно ухмыльнулся. – Не беспокойтесь, Рохан-сенсей, моего мозга хватит на то, чтобы понять, что Вы рады меня видеть, – Джоске решил пойти в наступление. Раз Рохан начал этот спектакль, то почему бы не подыграть? Остальные гости не были рады стать зрителями. Кто-нибудь, верните деньги за билеты. – Что? Я? Тебя? Рад? Не похож ты на новый том моей манги, так же, как и не похож на кофе с апельсиновой цедрой. Значит я точно не рад тебя видеть, – он вздёрнул нос и упёр руку в бок, демонстрируя то, что он вообще плевал на этого плебея Хигашикату.       Всё это выглядит как хорошо отрепетированная речь. Такие слова выходили из уст Рохана машинально. Он всегда был токсичным по отношению ко многим людям. На Джоске он отыгрывался намного больше, чем на других. Рохан и сам не знал почему. Хотелось выводить этого подростка…нет, уже юношу, на эмоции. Чтобы эти эмоции принадлежали только ему. Хотелось на время спора всецело завладеть разумом этого парня. Ни с кем другим Рохан такого не ощущал. Он был рад видеть Хигашикату Джоске. И нет, он не признается в этом даже самому себе. Как и не признается в том, что иногда по памяти зарисовывал его, задумывался над тем, как он там. А затем нервно тряс головой и прогонял надоедливого мальчишку из головы. Определённо точно Рохан ненавидит его. Точно ненавидит. Это точно ненависть, что же ещё?       Время шло незаметно. Часы пробили полночь, а шумиха в доме Хигашикаты так и не прекращалась. Ребята немного выпили, поэтому заряд позитива у них только увеличился. Разве что Микитака сел рядом с Роханом и начал беседу за жизнь. – Знаете, Рохан-сенсей, удивительная эта планета Земля. Жизнь на ней так разнообразна. Например, люди. Все такие разные. Это легко заметить, когда они пьяны. Одни ведут себя сдержанно, другие разглагольствуют о великом, а третьи просто веселятся и орут, – инопланетянин медленно изучающим взглядом обводил присутствующих. – Удивительно и очень интересно. – Знаешь, а ты прав. Мне нравятся пьяные люди, хотя они могут бесить, – он нахмурился, смотря на Хигашикату с Ниджимурой. Один держал другого, чтобы тот не выпрыгнул в окно из-за «у меня нет девушки» причины. – Когда человек выпивает он с трудом может держать эмоции в себе. Выплёскивает их наружу. Для меня, как для художника, это является ценным материалом, – он погладил свой драгоценный скетчбук. – А Вы? – Микитака непонимающе уставился на мангаку, тот ответил ему таким же взглядом. Тогда длинноволосый решил уточнить. – Не хотите позволить эмоциям выйти наружу? Вы выпили только один бокал вина. Знаете, Вы выглядите, как человек, который довольно много эмоций оставляет при себе, предпочитая изучение чужих. – Не нуждаюсь в подобных советах. Все эмоции, которые достойны публики я выражаю как нужно. Так что обойдусь без пьянства, – он отмахнулся от пришельца и откинулся на спинку дивана, после чего запрокинул голову назад и прикрыл глаза.       Через пару десятков секунд он почувствовал чьё-то наглое присутствие прямо над ним. Рохан распахнул глаза и действительно, над ним стоял самый надоедливый человек в мире. Так хотелось напакостить, поэтому он резко поднял руку в верх и не очень сильно зарядил Джоске в нос. – Ай, больно же! Вы чего? – парень тут же схватился за покалеченную часть себя. Хоть не сломал, а то лечить бы пришлось. И не с помощью станда, к большому сожалению. – Нечего нависать на до мной, как пёс, – Рохан зевнул и снова сел правильно, выпрямив спину. – Чего надо? – Вы заскучали? Не хотите немного выпить? Мне подарили хороший коньяк, когда я уезжал из академии. Там ещё осталось. Не хочу, чтобы Окуясу приговорил всю бутылку, ему уже хватит, – он криво заулыбался и от неловкости потёр шею. – Твой друг не умеет себя вести. В принципе по нему видно, что он способен выпить всю бутылку. Знаешь, если он выпрыгнет в окно, то в газетах появится объявление, что кто-то умер на вечеринке, где был Кишибе Рохан. Так что я не откажусь от стаканчика, – он склонил голову набок и закинул ногу на ногу, ожидая, что алкоголь ему принесут. – Отлично, – хлопнул в ладоши Хигашиката и действительно через пару минут принёс ему стаканчик с крепким алкоголем и немного закуски, после чего сел рядом, наблюдая за тем, как Юкако и Коичи, вместе с Микитакой стараются утащить буянящего Окуясу в другую комнату, чтобы тот проспался.       Рохан сделал глоток и поморщился. Но не от того, что ему не понравился вкус, а как раз наоборот. Коньяк действительно был хорош, но Джоске Рохан об этом не расскажет. Между ними повисло молчание, которое первым должен был разорвать болтливый Хигашиката. Но вместо этого этим занялся сам мангака. – А ты чего не пьёшь? Выглядишь довольно трезвым. Споить меня хочешь, что ли? – он прищурился, покосившись на парня, который тут же перевёл взгляд на него. – Я уже выпил. Довольно много. Просто алкоголь не сильно на меня влияет. Только слегка пошатываюсь. И щёки розовеют, – объяснил он ему особенность своего организма. – Понятно… – он заглянул в свой стакан и сделал ещё один глоток. Действительно крепкий алкоголь. – А Вы? Как Ваш организм реагирует на алкоголь? – Джоске подтянул ноги на диван, обняв себя за колени и положив на них голову. – Не твоё дело, – фыркнул Кишибе, сделав ещё один более нервный глоток. А не встретив ответных препираний, как-то даже расстроился. Каким-то уж слишком спокойным выглядел Хигашиката. Тишина начинала бесить, поэтому он продолжил. – Обычно я пью вино. Крепкий алкоголь очень редко. Сегодня я хочу расслабиться, поэтому позволю себе это. – Меня удивляет то, что Вы хотите расслабиться у меня дома. Думал, что Вы довольно быстро уйдете, так как не захотите находиться в помещении, которое насквозь мной пропахло, – Джоске рассмеялся: это его и правда забавляло. Такое поведение Рохана. Но в глубине души оно его немного огорчало. – Ты слишком высокого мнения о себе и своём запахе, Хигашиката Джоске, – Кишибе посмотрел на него с лёгким демонстративным раздражением в глазах. Как он мог сказать, что его устраивал, очень даже устраивал запах этого дома. Пахло простотой, деревом и дешёвым одеколоном. Приятным дешёвым одеколоном.       И снова это молчание. Двое не успели заметить, как остались в гостиной совершенно одни. Все остальные ушли смотреть, как Юкако с помощью своего станда успокаивает всё ещё буйного Ниджимуру. Джоске бы тоже сходил посмотреть, но было две причины по которым он не смог этого сделать. Первая – он на той стадии алкогольного опьянения, когда становишься флегматичным. А вторая причина сидит рядом с ним и смотрит в уже пустой прозрачный стакан.       Для Джоске Рохан сидящий в его доме и чувствующий себя вполне уютно — это повод понаблюдать за ним. Он не старался скрывать то, что этот мужчина вызывает у него интерес. Вот только никогда и никому не говорил какой именно интерес. Если быть точным, он не говорил об этом даже самому себе. В этом они с Роханом похожи. И это не единственная их схожесть. Будущий полицейский иногда вспоминал о мангаке. Или не совсем иногда. Кишибе вызывал в нём одновременно раздражение и улыбку. Пробуждал в нём противоречивые чувства. Заставлял ощущать ураган эмоций. Это нравилось Джоске. Похоже на выброс адреналина. От этого можно начать зависеть… И парень был совершенно не против.       Прошло минут десять тишины между единственными живыми существами в комнате. Только приглушённая музыка Pink Floyd разбавляла молчание и делала его не таким напряженным. Джоске на некоторое время завис, погружаясь в свои мысли и не заметил, как Рохан осушил уже второй стакан крепкого алкоголя. Перед глазами мангаки всё начало плыть, но от этого не тошнило. Он чувствовал, как всё его тело становится единым целым с мягким диваном и, кажется, с матерью Землёй тоже. – Ого, там достаточно высокий градус, – подметил Джоске, слегка улыбаясь будущему собеседнику. – А то я не знаю. Помолчи, Хигашиката, – Рохан тяжко вздохнул и закатил глаза. А затем специально, чтобы показать ему свою независимость от чужого мнения, вновь наполнил свой стакан наполовину и выпил залпом, едва не поморщившись. – Я просто хотел предостеречь Вас от блевания в три часа ночи в туалете. И зовите меня Джоске, я совершенно не против, – он придвинулся к нему чуть ближе. На что Рохан постарался отодвинуться, но уткнулся боком в подлокотник. Некуда было двигаться. – Слышал такое понятие, как «личное пространство»? – щёки мангаки порозовели, но не от смущения. Алкоголь: он потихоньку обволакивал разум и затуманивал взор. В общем, уже невооружённым глазом было видно, что он пьян. – Рохан-сенсей… – Джоске говорил тихо, почти шёпотом. Он вдруг начал смотреть прямо в изумрудные глаза. Ещё и с такой серьёзностью, от которой обычно мурашки по коже бегут. Особенно, когда на тебя смотрят два больших и глубоких синих омута. – Что Вы думаете обо мне? – А разве ты сам не знаешь? Совсем что ли глупый? – Кишибе упрямо пытался отодвинуться от него, но в то же время взгляд не отводил. Он не проиграет в этой игре. Только не ему. Хотя сейчас довольно сложно мыслить трезво. – Да, глупый, – сказал, как отрезал. Он делал это специально, старался надавить. Хотел выведать все тайны, что хранит этот гениальный мозг. Джоске был пьян, но прекрасно понимал, что Рохан попытается вывести его на спор. А что, если парень просто не будет ему подыгрывать? – Расскажите. Мне. Сейчас. – Что я думаю о тебе? – мужчина наклонил голову, отчего холодная серёжка коснулась частично оголённого плеча, а затем соскользнула с него и заколыхалась. Рохан выглядел сосредоточенным. Он внимательно разглядывал каждый миллиметр лица, что было напротив него. Алкоголь всё больше проникал внутрь сознания, уничтожал сопротивление и вырывал наружу то, что было зарыто глубоко внутри. В тех местах, до которых даже владелец этого тела не мог дотянуться… Хотя скорее мог, но не желал. – У тебя лицо красивое. Да и тело тоже. Мне так кажется. Ты не должен так выглядеть. – Ха? Не должен? Почему? – он заулыбался как довольный кот. Может быть напоить Рохана было не такой уж и плохой идеей. Главное не пожалеть о ней позже. – Потому что ты придурок, – сказал он весьма пьяно, выдавая какую-то непонятную эмоцию. А в дополнение к этому потянувшись обеими руками к лицу Хигашикаты, схватив цепкими пальцами его щёки и потянув за них, растягивая в разные стороны. – Ну что это такое? Твоё лицо не испортить. Достались же гены. По мистеру Джостару сейчас довольно сложно судить, но могу сказать, что это точно гены. Джотаро-сан ведь с похожим телосложением. И в лицах есть схожесть. Но ты красивее. Ты выглядишь как то, что хочется рисовать. Но ты не умеешь долго находиться в одной позе, так что сначала убить бы тебя, а потом уже ставить твоё тело в нужные мне позы. – О-ого… А давайте обойдёмся без последнего предложения? – Джоске даже холодный пот прошиб от того, что он представил это. Но в то же время его лицо приобрело более розовый оттенок. Этот разговор внезапно начал заходить в то русло, в которое парень изначально собирался его завести. – Очень неожиданно слышать от Вас комплименты. Так приятно. Скажите что-нибудь ещё. – Что тебе сказать? Твоя фирменная прич… – он вовремя остановил своё словесное недержание, прокашлялся и отпустил щёки юноши. – Я хотел сказать, что ты придурок. – Вы уже говорили об этом, – улыбка не покидала лица Джоске. Этот разговор был приятным и забавным. – Тогда что ещё ты хочешь от меня услышать? Твоя очередь, – он хитро прищурился. Рохан не собирался быть здесь единственным, кто озвучивает свои внутренние чувства. – Я? М… Что я думаю о Вас? – он захлопал глазами, немного взбодрившись, а затем выдал. – У меня всё просто. Вы токсичный мангака, который и правда классно рисует, а ещё и правда нереально самодовольный, противный, вредный. Иногда хочется прописать Вам в лицо ещё один удар. Но на деле мои мысли занимает желание поцеловать Вас прямо вот сюда, – он указал пальцем на его губы.       И вновь голоса оборвала резкая тишина. Два молодых человека уставились друг на друга так, будто каждый из них сотворил нечто непоправимое. Например, человека убил или выбросил крышечку от йогурта, не облизав её до этого. – Так что тебе мешает, придурок? – возмущённо произнёс Кишибе.       Эти слова послужили для Джоске резким снятием всех ограничителей. Он обвил одной рукой Рохана за талию, притянул к себе, пальцами слегка сжал чужой подбородок и медленно приблизился к губам, на которых красовалась яркая зелёная помада. Если бы не алкоголь, то этого бы не произошло. Но «если бы» — это всего лишь «если бы». – Я знаю, что Вы обязательно будете ворчать, но, – он перешёл на обжигающий шёпот. – Я не могу упустить момент, которого так желает всё, что я могу называть собой. – Заткнись уже, тупой Джос…       Рохан не успел договорить, потому что был заткнут чужими губами. Сначала поцелуй казался таким робким. Их губы едва касались друг друга. Но с каждой секундой Джоске напирал всё сильнее и сильнее. Уже через восемь секунд зелёная помада размазалась по обоим лицам, не забыв так же покрасить зубы. Но это не играло сейчас никакого значения. Всё равно глаза у мангаки и полицейского были закрыты. Под тяжестью тела Джоске, Рохан оказался в лежачем положении, лишь голова была приподнята, потому что на её затылке была массивная ладонь младшего. Боб Дилан будто чувствует настроение в фиолетовых тонах, покрывшее эту комнату, поэтому из колонок начинает доноситься:

You go to my head Like a sip of sparkling Burgundy brew

      А тем временем поцелуй уже перестаёт быть невинным. Губы скользят друг по другу, зубы начинают покусывать их до приятной боли. Эти двое не могут даже в такой момент перестать раздражать друг друга. Ну или они только думают, что могут раздражать этим. Спустя ещё десять секунд язык Джоске проникает в чужой рот, делая поцелуй мокрым, глубоким, яростным, пахнущим алкоголем и невероятно страстным. Рохан начинает задыхаться, но вместо сопротивления обнимает «противного Хигашикату» за шею. Судя по звукам, которые исходят из другой части дома, остальные заглянут в эту комнату ещё не скоро. Но даже если бы они заглянули, то вряд ли бы смогли отвлечь таких увлечённых друг другом мужчин.       На секунду Джоске отстраняется, чтобы отдышаться и вновь накрывает губы Рохана своими, не давая тому перевести дух. Слышится недовольное мычание, а затем чужие ноги обвивают талию. Противоречиво? В этом вся сущность их взаимоотношений. Мокрые звуки не прекращались даже спустя пять минут. Тело Джоске начинало ныть от того, что он находился не в совсем удобной позе, а ещё от подступающего возбуждения. Им было принято решение поменять позу: он обхватил Рохана большими руками и резко сел, заставив второго сесть на его ноги. Всё это время они не отрывались друг от друга. Но когда-то это должно было закончиться. – Рохан, – первым отдалился Хигашиката, прерывая их поцелуй и произнося его имя сквозь тяжёлое дыхание. – Чего тебе, ненормальный? – он старался сказать хоть какую-нибудь гадость в его сторону. Выходило с трудом. Ещё сильнее ухудшало положение вспотевшее тело, сильно красное лицо и взгляд, в котором виделось теперь не только опьянение от алкоголя, но и от самого Хигашикаты. – Я люблю тебя… – Не говори глупостей. – Я хочу тебя. – Вот так лучше.

Shall I stay would it be a sin If I can't help falling in love with you