Бунт

Если бы Гай не всматривался в небо, он бы не заметил аэрокар, приближающийся со стороны Хэбея. Слишком маленький для полицейского десанта. Слишком неприметный для одного из властителей Танагуры. На секунду даже мелькнула мысль: может, кто-то из местных. Но предчувствие говорило, что это именно тот, ради кого Гай снова вышел наружу при свете хоть и заходящего, но солнца. Аэрокар начал снижаться и наконец погрузился в заросли кустарника, в центре которого было достаточно места для парковки. Гай осторожно двинулся туда, будто во сне переставляя немеющие ноги. По коже бегали мурашки. Голову кружило, как при падении с высоты. Казалось, вот-вот удастся ухватить прошлое. Хотя бы отчасти. До площадки оставались считанные метры. Ещё несколько шагов — и за ветвями покажется аэрокар. Гай остановился перевести дыхание. — Ты же не собираешься говорить оттуда? — услышал он знакомый голос и покачнулся. Всего лишь голос — а Гай чуть не потерял сознание. Пугает ли его встреча с Ясоном? Нет. И да. Она будоражит столько чувств сразу, что мозг впадает в ступор. Гай вышел на площадку и сунул дрожащие руки в карманы куртки. От адреналина всё тело начало потряхивать. Ясон стоял, прислонившись спиной к аэрокару и сложив руки на груди. Расслабленный и невозмутимый, как будто совершал прогулку в парк. — Ты один? — прохрипел Гай. — А ты ждал ещё кого-то? — спросил блонди. Он оттолкнулся от корпуса машины. Гай усмехнулся и ответил: — Не ждал. Я почти не сомневался, что ты придёшь один… Однако, похоже, ничему ты не учишься… Ясон. Блонди слегка улыбнулся. — Вряд ли у тебя настолько бедная фантазия, чтобы повторяться, — сказал он. Гай закрыл глаза. Сам вид блонди делал больно. Ясон стоял всего в нескольких метрах, живой, холёный, красивый. А Рики… Медленно набрав в грудь воздух, Гай открыл глаза. — Ты ведь искал меня не для того, чтобы потрепаться, верно? — сказал он на выдохе. Ясон молча смотрел на него. — Ошибаешься, — наконец сказал он. — Я искал тебя именно для этого. Потрепаться. — А! — вырвалось у Гая. Он даже смог криво улыбнуться. — Ну тогда пошли, тут недалеко. Сядем, перетрём. По-домашнему. Блонди пожал плечами, как бы говоря: «Как хочешь». Гай пошёл в сторону своего убежища, прислушиваясь к размеренным шагам за спиной. Подойдя к зарослям, скрывающим вход в бункер, обернулся. Он был почти готов к тому, что никого не увидит, что ему всё привиделось или просто снится. Но в нескольких шагах от него в самом деле стоял Ясон Минк собственной персоной. Неужели этот день правда настал? Гай раздвинул голые ветви и ввёл код. Дверь открылась, из неё пахнуло затхлым холодом. Внутри автоматически загорелся свет, послышался скрип включившейся вентиляции. — Испачкать перчатки не боишься? — полуутвердительно бросил Гай и отступил в сторону, освобождая проход. Ясон молча пожал плечами и вошёл. Гай последовал за ним и запер дверь изнутри. Пока платформа подъёмника медленно ползла вниз, Гай смотрел прямо перед собой, физически чувствуя присутствие блонди. — А ты в самом деле сумасшедший, — пробормотал он. — Как можешь быть уверен, что здесь нет взрывчатки? Он скосил взгляд на Ясона. Тот усмехнулся. — Никак, — сказал он. — Как и ты не можешь быть уверен в том, что я не убью тебя, верно? — А ты хочешь? — спросил Гай. В паху начало тяжелеть. Слишком знакомо… Что за блядство! Ясон не ответил. Тяжело лязгнув, платформа остановилась. Гай спрыгнул на землю. Ясон сделал то же самое. — Даже не спрашиваешь, куда мы идём? — бросил Гай. — Зачем, если сам увижу. Гай повёл его по тускло освещённому коридору. Остановился перед закрытой дверью. Сердце выскакивало из груди. Ощущение дежавю не проходило. Гай открыл дверь, зажмурился. Глаза резал не включившийся свет, а вид самой комнаты. Кровати, которая хранила воспоминания о тяжести тела Катце. И уже не ощутимый запах Рики. Сделав глубокий вдох, Гай вошёл первым. Ясон окинул комнату взглядом и тоже вошёл, закрыл дверь. — Так вот где ты скрывался, — сказал он. — Понятно, почему Танагура тебя не нашла. — Плохо искала, — бросил Гай. — О нет, — возразил Ясон, остановив взгляд на лице Гая, — очень хорошо. Ты был главной темой на нескольких советах подряд и целью номер два… после Катце. К такой популярности ты точно не стремился… Гай. Ясон прислонился к двери, сложив руки на груди, и теперь стоял точно так же, как несколько минут назад возле аэрокара. Слишком красивый и величественный для убогой обстановки, одетый в слишком светлое для тёмного пыльного подземелья. Высокомерный и самодовольный, как всегда, он сверлил Гая холодным взглядом. Левая рука аж зудела от желания вцепиться в горло, проглядывающее в стыке воротника-стойки. Перед глазами вспыхивали картины, как этот блонди трахал Рики, как заставлял ползать на коленях. В голове звучали жестокие слова. Боль смешалась с ненавистью такой силы, что потемнело в глазах. Гай покачнулся и привалился к ближайшей стене. — Хочу ли я тебя убить… — задумчиво сказал Ясон, как будто говоря с самим собой. — Я пока не решил. Зависит от того, как пойдёт разговор. Но ты что-то не очень настроен потрепаться… Гай. Потрепаться! Раньше казалось, это будет проще, но на деле даже дышать удавалось с трудом. Воздуха не хватало. Тело трясло, мышцы ныли от напряжения, в паху тяжело пульсировало. Кажется, Ясон говорил ещё что-то, но сквозь шум в ушах Гай не слышал. Всё было как в тумане. Единственное, за что цеплялся взгляд — светлая фигура у двери. Будто в замедленном воспроизведении, Гай видел, как она отделилась от тёмно-серого фона и приблизилась. Шорох одежды совсем рядом, лёгкий запах парфюма… Тонкий, еле уловимый… — Ты что-то принял? — Голос раздался почти над ухом. Тёплое дыхание коснулось волос. — Что-то из своего ассортимента? С долгим приходом? Смысл слов блонди не доходил до сознания. Всё внимание сосредоточилось на другом: его присутствие и ярость, от которой хотелось одновременно рассмеяться, разрыдаться и убить. — Отойди. Гай сам не понял, как сказал это. — Отойди, — повторил он. — Я… не хочу убить тебя… слишком рано. — Вот как, — равнодушно сказал блонди. — Так сильно хочешь убить меня? Гай закрыл глаза, чтобы удержать руки на месте. — Сильно, — прохрипел он. — Так сильно, что у меня аж стоит… Отойди от меня, мать твою. Голос прозвучал на удивление ровно. Совсем не отражая происходящий внутри коллапс. Будто со стороны Гай услышал собственный рык, когда ладонь блонди накрыла его пах. — В самом деле… — послышался его спокойный голос. — Интересно. Левая рука взметнулась быстрее, чем Гай успел обдумать своё действие, и вцепилась в горло блонди. — Убери свою лапу, мать твою, — прошипел Гай, предупреждающе сжимая пальцы. Но вместо того, чтобы послушаться, Ясон начал расстёгивать брюки Гая. — Так мы никуда не продвинемся, — сказал он. Тон его был таким же ровным, как до того. Как будто ничего необычного не происходило. Как будто его не держали за горло — достаточно сильно, чтобы сломать шею не только человеку, но и элите. Ясон не мог не понимать этого. И тем не менее его рука, справившись с застёжкой брюк, нырнула внутрь. Наглые пальцы нащупали и обхватили член. Так вот что он задумал? Член — это не вывернутая рука или пинок в голову. Пожалуй, лучше мести за кастрацию Рики не придумать. Если блонди дёрнет со всей силы, удастся ли не отключиться и сломать ему шею? Кто будет первым? Гай уставился на Ясона. — Ты не понял? Я же убью тебя, — задыхаясь, прохрипел он. — Потом. Это прозвучало совершенно невозмутимо, будто речь шла о чём-то повседневном и незначительном. Рука Ясона начала двигаться. Гай хотел оттолкнуть её, но вместо этого схватился за стену позади себя. Колени ослабели. «Что за?!..» — мелькнуло в голове и пропало. От размеренных движений мысли размякли и застопорились. Взгляд уцепился за какую-то мелочь в одежде блонди. Он так близко. Это невозможно. Это сон. С самого начала. Один из тех вязких снов, которые так похожи на реальность. Надо проснуться. Или нет… Ещё рано. Сквозь туман Гай увидел свою руку, вцепившуюся в горло, о котором он думал с той ночи, когда узнал, что мертвец жив. Думал слишком много. Так много, что теперь во сне образ Рики слился с образом Ясона. До слуха долетало рычание и короткие жадные вздохи. Гай судорожно хватал ртом воздух с лёгкой примесью незнакомого парфюма. Это не на самом деле. Это сон. Это рука Рики. Гай скользнул взглядом вверх и зарычал. Снова это лицо… Взгляд… Вспарывающий. Настоящий… Тёплое дыхание коснулось волос надо лбом… Слишком реально. Гай дёрнулся. Рука на члене проехалась от основания до кончика так, что от удовольствия Гай запрокинул голову и впечатался затылком в стену. Зажмурился, чтобы не видеть глаз блонди. Сил вырваться наверняка хватит. Так почему он не делает этого? Стоит послушной куклой… Ещё и толкается в руку. «…А я ещё и бёдрами поддаю навстречу», — прозвучал в голове голос Рики. Что за нахер вообще происходит? Почему блонди делает это? Несмотря на тиски вокруг своего горла. Колени подогнулись. Рука, которой Гай держался за стену, соскользнула, и он упал бы, если бы в этот момент её не перехватил Ясон. Продолжая двигать одной рукой, другой он схватил запястье Гая и, подняв над его головой, пригвоздил к стене. В происходящем не было ничего эротического. И ещё меньше — нормального. Надо прекратить это… Сделать что собирался… Сжать пальцы и сломать Ясону шею… Разжать их, чтобы не сломать… Едва успев отпустить горло блонди, Гай схватился за его плечо, пальцы вцепились в рукав, потянули. Тело выгнулось, по нему пробежала судорога. Сквозь шум в ушах Гай услышал треск ткани и собственный крик. В следующее мгновение Ясон отпустил его. Гай тяжело сполз по стене на пол. Он почти не ощущал тела, будто сорвался со скалы и парил. Потом… Всё потом. Сейчас — продлить это ощущение. Ни о чём не думать. Он услышал лёгкий шорох и с усилием открыл глаза. Веки потяжелели, будто к ним привесили по гире. Ясон стоял в паре шагов и стягивал с пальцев испачканные перчатки. Гай провёл рукой по лицу. Какого чёрта он сидит на полу? Как он тут оказался? Он опустил взгляд. Обмякший член в раскрытой застёжке брюк — такое не приснится. Это что… было на самом деле? Ясон возвышался рядом с таким отрешённым видом, будто в комнате больше никого не было. Только он и долбаные белые перчатки, которые он сосредоточенно снимал. Примерно так выглядел хирург на Калипсо, когда закончил осмотр Гая. Это был не секс. Что-то совершенно другое. И сделал это именно блонди. Не «они». Не вместе. А он. Сам. Решил и сделал. — Ублюдок, — еле дыша прохрипел Гай. — Как скажешь, — отозвался Ясон. Он свернул перчатки и убрал их в карман. — Какого хрена?! — прохрипел Гай. Орать не осталось сил. — Совсем ебанулся? Будто сообщая диагноз, Ясон ответил: — Я всего лишь переключил режим. Теперь ты сможешь слышать и соображать. Он сел на стул и положил ногу на ногу, спокойно глядя на Гая. Без ненависти, без раздражения. Даже без насмешки. Он только что отдрочил тому, кто пытался его убить, кого наверняка ненавидит, а вид у него такой, будто всё это не имело никакого значения. Гай кое-как застегнул брюки, поднялся с пола. Пошатываясь, дошёл до кровати и тяжело опустился на неё. Если раньше голова разрывалась от избытка мыслей, то теперь в ней было странно пусто. Даже злость остыла. Он так мечтал убить. Ну, вот он, блонди, совсем близко. И что? Переключил режим, значит. Будто клыки вырвал. «Сука!» — мысленно выругался Гай. Получилось вяло и неубедительно. Попытка снова распалиться не удалась. Телу хотелось совсем другого. «Сука…» — Ну что, потреплемся, как ты говоришь? — прозвучал голос блонди. Гай перевёл взгляд на него. Ясон ждал. — Зачем звал? — наконец бросил Гай. — А сам как думаешь? Гай мрачно хмыкнул. — Чтобы оторвать вторую руку? Ясон моргнул. — На моём месте ты не хотел бы этого? — спросил он. Гай много раз проигрывал в голове разные сценарии этой встречи, но реальность была невероятно далека от любого из них. — Я не на твоём месте, — прохрипел он. — И даже уже не на своём. Я потерял своё место с тех пор, как ты отнял у меня Рики. — Я отпускал его в трущобы, — вдруг сказал Ясон. — Он провёл в них больше года. У тебя были все возможности вернуть своё место, как ты говоришь. Злость взметнулась так резко, что защипало глаза. — Ты знаешь, что это не так! — выплюнул Гай. — Ты забрал бы его снова! Именно это ты и сделал! Несколько секунд Ясон смотрел будто внутрь себя, наконец моргнул и ответил: — Вероятно. Но если бы Рики вернулся к тебе в полном смысле этого слова, возможно, я не стал бы принуждать его снова. Правая рука непроизвольно сжалась в кулак. — Врёшь! — выплюнул Гай. — Плевать ты хотел на чувства и желания Рики! — Вру? — переспросил Ясон, складывая руки на груди. — Зачем мне врать? Я говорю о своих чувствах. Трахать того, кто тебя не хочет, можно. А того, кто хочет кого-то другого… Не думаю, что я настолько мазохист. «Трахать» резануло одновременно слух и сердце. Перед глазами встал Рики, обнажённый, весь в засосах, будто его пытались съесть… Пытался… Ясон. Гай резко поднялся и сделал несколько шагов по комнате. Дёрнул головой, будто вытряхивая из неё слово и картины, которые оно за собой потянуло. Он встал прямо перед Ясоном. На всякий случай сцепил руки за спиной. Наверное, он выглядел, как сотрудник МПУ на допросе перед тем, как начать избивать. — Зачем тебе всё это понадобилось, а? — едко спросил Гай. — Как бы сильно Рики ни накосячил в Мидасе, тебе ничего не стоило его отпустить. Но тебя заело, да? Решил отыграться? — Я отпустил его, — возразил Ясон. — Это Рики не отпустил меня. Лицо свело судорогой. Гай услышал свой жуткий хриплый смех. — Ещё скажи, что он побежал за тобой! — Именно так, — сказал Ясон. — Для меня так и осталось загадкой, почему вместо того, чтобы использовать отличный шанс уйти, он потянул меня в бордель. Причина, которую он назвал, выглядела надуманной с самого начала. Сердце больно ударилось. Рики потащил кого-то в бордель? И не кого-то, а танагурского блонди? Абсурд. — Судя по твоей реакции, об этом ты не знал, — заметил Ясон. Лучше бы и дальше не знал. Только затошнило. — Хочешь сказать, — процедил Гай, — что Рики выбрал тебя уже тогда? Ясон моргнул. — Выбрал меня? Впервые блонди показал живую реакцию, как тогда, перед взрывом. — Только не делай вид, будто не думал об этом! — выпалил Гай. Рот болезненно скривился. Это Рики-то? Правда потащил блонди в бордель? Зачем?! К тошноте добавилась горечь. Так что же… Поэтому с тех пор они стали спать вместе всё реже? Потому что уже тогда между ними был… Ясон? Ноги чуть не подогнулись. Гай дошёл до кровати и рухнул на неё. — Рики никогда ни за кем не бегал! — процедил он. — Никогда! А за тобой побежал? Хочешь, чтобы я в это поверил? — Мне безразлично, веришь ты или нет, — ответил Ясон. — Ты бросил мне обвинение, что я не отпустил Рики. В первый раз я его отпустил. Во второй — уже нет. Гай, как в трансе, услышал нервный лающий смех с отзвуком металла. — Во второ-ой?! Он истерически хохотал. Сердце болело, будто его насадили на острый штырь. Рики не мог бегать за кем-то. Даже если этот кто-то — блонди. Но боль говорила о том, что всё это правда. «…Есть любовь, выразить которую можно лишь так, как это делали они». Так говорил Катце. Как же вышло, что Гай знал Рики чуть ли не всю жизнь, но не так хорошо, как его знал Катце? Значит, Рики действительно выбрал Ясона. И предпочёл умереть вместе с ним. Так ещё хуже. Сглотнув подступивший к горлу ком, Гай ударил: — Интересно, если бы Рики знал, что ты оставишь его в могиле одного… — Гай сделал паузу, чтобы вдохнуть. — Если бы он знал… Выбрал бы он тебя снова? Вернулся бы к тебе? Наверняка он не рассчитывал умереть там в одиночку. В глазах блонди что-то мелькнуло, почти неуловимое. Он моргнул. И снова. Значит, не всё в нём железное. Есть внутри ещё что-то, кроме несгибаемой гордости. — Как ты вообще выбрался, если не мог идти? — продолжил бить Гай. — И как тебе живётся со знанием, что Рики погиб только потому, что не хотел оставлять тебя там одного, не хотел быть без тебя? Гай чувствовал, как по щекам текут слёзы. Плевать. Блонди молчал. — Что, без члена он стал тебе неинтересен? В этом всё дело? — Гай выплёвывал слова, задыхаясь от боли. — Твоё проклятое кольцо уже не надеть, верно? Разве что на шею. Жаль, Рики этого не знал. Я говорил ему, что ты попользуешься им и выбросишь. А он всё твердил, что ему всё равно… Надо было кастрировать его, чтобы до него дошла правда о сути этих… отношений! Только он умер раньше, чем всё понял. Ясон слушал. Ничего не говоря. Не шевелясь. Даже не мигая. Как каменный истукан. Только глаза горели мрачным огнём. Гай подался в его сторону и заорал: — Что ты молчишь?! Нечего сказать?! Ты… отнял его у меня. Он всё, что у меня было. Любовь. Семья. Ориентир. У меня больше ничего нет. А у тебя и так было всё. И по-прежнему есть всё. Несправедливо, не находишь? Он впервые выговорился. Будто выпустил яд из раны. Болеть не перестало, но перестало нестерпимо жечь. Гай закрыл глаза. — Несправедливо, — вдруг услышал он голос блонди. — Несправедливо по отношению к Рики. Его нет, но ты продолжаешь делить его. Говоришь, он выбрал меня ещё тогда? Говоришь, он выбрал меня перед смертью? Разве это недостаточный знак, что его нужно отпустить? Рыча, Гай сорвался с места и бросился к Ясону. Целясь в горло, выбросил вперёд руку, но Ясон сделал внезапное движение, и через секунду Гай сидел у него на коленях, крепко прижатый к жёсткой груди. Правая рука оказалась в стальном захвате пальцев блонди, а левая заломлена за спину с такой силой, что от боли перед глазами замелькали звёздочки. Гай взвыл. — Уймись, — совершенно невозмутимо сказал Ясон. — Надо разрубить этот узел раз и навсегда… Не дёргайся, а то лишишься такого отличного протеза, и это будет больно, обещаю. Слушай меня, я повторять не буду. Рики не трофей. Ни твой. Ни мой. Он — боль. Так что бесит тебя больше? Что он предпочёл не тебя? Или что у меня, как ты думаешь, есть всё? — Всё, — прошипел Гай. — Меня бесит, что ты с ним сделал. Во что превратил. И теперь его нет, а ты продолжаешь жить как ни в чём не бывало. — Что я с ним сделал? — переспросил Ясон, касаясь дыханием кончика уха. — Пэт — единственная роль, которая позволяла нам быть вместе. Другой не было предусмотрено системой. Признаю, я не был мягким хозяином. По крайней мере, поначалу. — Поначалу?! — взвился Гай. — Это в Апатии-то? Я своими глазами видел твою мягкость, блонди! — А! Это! — прозвучал в затылок тихий голос Ясона. — Представление было специально для тебя. Иначе тебя было не отвадить. И Рики это понимал. Я предупреждал его, чтобы он не тащил за собой хвосты. И он знал, что ваше появление не доставит мне удовольствия. Он пошёл бы на любое унижение, на любую боль, чтобы уберечь тебя от смерти. Мне же всего лишь было нужно, чтобы вы просто исчезли и больше никогда не совались туда. Сцена была эффектной? Судя по тому, что ты в итоге натворил, даже слишком. — Я знаю, что ты пытаешься сделать, — прохрипел Гай. — Хочешь сделать из Рики сообщника. Он же мёртв и ничего возразить не может. — Упрямый идиот, — тихо сказал Ясон. — Правда настолько непереносима для тебя, что ты готов цепляться за что угодно, только бы сохранить за собой праведность жертвы? Понимание происходящего медленно проступало сквозь боль в плече и бешеный стук сердца. Колено блонди, врезавшееся в зад, как раз туда, где смыкаются ягодицы. Его обволакивающее тепло… Дыхание… И голос, вибрация которого пронизывала тело до костей… Всё это знал Рики. Кровь снова устремилась к паху. С этим невозможно бороться. Так Рики говорил именно об этом? Гай стиснул зубы. — Почему ты просто не убьёшь меня? — спросил он. — Из-за Рики? Потому что он просил спасти меня? Ты из-за этого сидишь тут битый час, как на чаепитии в гостиной? — Возможно, — чуть помолчав, отозвался Ясон. — Думаю, сейчас многое встаёт на свои места. Дольше выносить его близость не было сил. — Отпусти, — прохрипел Гай. — Я… дорожу своим протезом. Хватка тут же ослабла. Гай выправил левую руку. Едва не застонал. Плечевой сустав горел от боли. На правом запястье остались багровые следы от пальцев — завтра превратятся в синяки. Завтра. Если оно будет. Он с трудом встал, потёр плечо, добрёл до кровати и сел. — Ты сам сказал, что Рики просил спасти тебя, — эхом повторил Ясон. — Что же ты так подставился? Ты вообще осознаёшь это? Гай невесело усмехнулся. — Конечно, — ответил он. — Как ты сказал? Это было для тебя, блонди. Специально для тебя… И что теперь? Сдашь меня своим приятелям? Или в МПУ? — Будь у меня намерение сдать тебя, тебя взяли бы ещё на встрече с Норрисом, — ответил Ясон. — Нет. Но у тебя есть кое-что, что мне нужно, Гай… Или теперь лучше назвать тебя Робертом? Гай вздрогнул, как от удара. Внутри появилась слабость, будто из лёгких выпустили воздух. Что Ясон только что сказал? Может, послышалось? — Старший Вернхайм наверняка не в курсе, что его брат немного… не тот, — продолжал рыть яму Ясон. — Не так ли? Старший… Конрад? «Нам не была бы нужна легенда и вымышленная фамилия». Так он говорил. Другое имя… Не Ксейра… Вернхайм… Вот оно что… Гай почти чувствовал, как растягиваются мысли, липнут, застревают. Под ногами открывалась пропасть — медленно, чтобы ощутить весь ужас. — Ты подставился, — повторил блонди. — Даже не представляешь, насколько. Я не знаю, как быстро контрразведка доберётся до тебя. Гай не чувствовал ни рук, ни ног. Во рту пересохло. — Я… не понимаю… — пробормотал он, еле разлепив губы. Ясон смахнул с рукава невидимую пылинку. — Всё ты понимаешь, Верн. А ты хитрец. Пока Танагура ищет монгрела Гая и перетряхивает все подпольные операционные, происходит фокус: четверо дают в сумме одного. Вот такая забавная математика. Каждое слово блонди выбивало по фрагменту почвы из-под ног. Гай не мог произнести ни слова. Даже моргнуть не получалось. — Ты подставился не только на аукционе, — продолжал Ясон. — В термоконтейнерах есть нанодатчики. В том, который сейчас у тебя, он тоже есть. И Танагура знает о его пропаже. И то, что он до сих пор не обнаружен, означает одно — место хранения находится под землёй… Не здесь ли? Сердце билось медленно, глухо, будто на грани остановки. — Что… Какие контейнеры… Жалкая попытка. Взгляд Ясона говорил, что абсолютно бесполезная. — Довольно, Гай! — холодно сказал он. — Или для этого мне нужно назвать тебя Янусом? Новый удар под дых. Вот и всё. — Мне безразлично, сколько у тебя имён, — вдруг сказал Ясон. — И меня мало интересуют твои новые родственники. Мне нужно содержимое этого термоконтейнера. Гай вскинул голову и посмотрел на него. — Что? — выдавил он. И вдруг рассмеялся. Хрипло. Нервно. Почти истерично. — Ты же танагурский блонди! У тебя есть власть, а ты просишь контейнер у меня?! И как мы поступим? Обсудим обмен? На лице Ясона появилась улыбка. Жёсткая. Ледяная. — Торга не будет, — сказал он. — Ты дашь, что мне нужно. А я сохраню твой маленький секрет. — Наш секрет, блонди, — поправил Гай. Ясон медленно кивнул. — Наш секрет. — Мне надо подумать, — ответил Гай. — Нет, — заявил Ясон. — Я сказал, что торга не будет. Ты можешь подумать только о том, как передать мне контейнер. Но об этом лучше подумаю я. — Не строй из себя хозяина положения. Я могу просто не выпустить тебя отсюда, — спокойно сказал Гай. — Так секрет будет ещё сохраннее. Даже убивать тебя не придётся. Ясон со скучающим видом закрыл и снова открыл глаза. — Всё ещё неймётся убить меня? Тебе недостаточно одного раза? Гай натужно рассмеялся. — Вероятно недостаточно, если ты такой живучий. — Живучий? — переспросил Ясон. — Реальность такова, что иногда не только четверо в сумме дают один, но и четверо минус один не всегда дают три. Трое… Четверо… Какая-то ерунда. Или это такая странная шутка? — Не смешно, Ясон, — прохрипел Гай. Во взгляде Ясона снова промелькнуло что-то странное. — Совсем не смешно… Гай.