Второй шанс

      — Я что-то сделал не так, сэр? — хмурясь, спросил Мэтт.              Скрестив руки на груди, он стоял напротив стола Бэйкера и пытался вспомнить, где же успел так провиниться, что тот хотел навязать ему в напарники несносную Николь Сандерс. Эту выскочку перевели в убойный отдел совсем недавно, а она уже успела довести двух детективов настолько, что они отказались от работы с ней. Конечно, Лоусона и Марстона Мэтт тоже не мог назвать подарками, но Сандерс, еще даже толком не начав работать, взбесила всех. Никто не хотел с ней сотрудничать.              — Это не наказание, Дайсон, — спокойно ответил Бэйкер.              — А как еще это назвать, капитан? — возмутился Мэтт. — Почему именно я должен работать с Сандерс?              Он старался сохранять спокойствие в любой ситуации, армия научила воспринимать происходящее с холодной головой, действовать четко, без лишних эмоций и суеты, но сейчас хотелось даже стукнуть по столу. Мэтт изо всех сил пытался подавить раздражение, потому что не привык спорить с начальством, но эта ситуация не на шутку разозлила.              — Она умная девушка и неплохой коп. Ну да, — пожал плечами Бэйкер, — у нее есть некоторые проблемы с дисциплиной…              — Некоторые? — все-таки не удержался Мэтт и фыркнул. — Транспортный отдел, похоже, с радостью избавился от нее, чтобы она стала чьей-нибудь проблемой. Нашей, например.              — Не драматизируй, Дайсон. — Бэйкер покачал головой. — С Паркером у нее все было нормально.              — Старичка даже у нее хватило совести не трогать, — парировал Мэтт.              — Возможно, к ней просто нужно найти подход, а кто, как не ты, сможет это сделать? — Бэйкер пристально посмотрел на него, а в его глазах блеснула… мольба?              — Думаете, у меня терпения больше, чем у остальных?              Мэтт с удивлением прищурился, пытаясь разгадать мысли капитана, не понимая, почему он так ее защищает. Мэтт видел досье Сандерс, и родственных связей между ними точно не было. Да и особых заслуг за ней не наблюдалось, хотя пару любопытных дел команда с ее участием все-таки раскрыла. Но ничего сильно громкого или примечательного. А уж о жалобах, тянущихся еще со времен патруля, вообще не стоило говорить. И все же Сандерс здесь, в убойном, куда попасть не так-то просто.              Еще никогда Мэтт не видел, чтобы Бэйкер кому-то покровительствовал вот так — обычно он вообще не церемонился, а тут возился с девчонкой, как будто она какая-то принцесса. Это тоже раздражало — Мэтт не любил, когда кто-то незаслуженно получал привилегии. А еще знал, что Бэйкер придерживается таких же взглядов. Что же такого особенного в Сандерс?              — Твоя армейская выдержка точно поможет, — улыбнулся капитан, на что Мэтт лишь вздохнул. — К тому же твой напарник ушел на пенсию, так что я должен кого-то назначить.              — Я думал, мы будем работать с Шектером.              Не то чтобы Мэтту очень нравился детектив, постоянно пытающийся съязвить и как-то подколоть сослуживцев, что не всегда получалось смешно или к месту, но он хотя бы не темная лошадка. Мэтт знал, чего от него ожидать и в работе, и в «поле», если они попадут в опасную ситуацию. А вот о Сандерс он не знал ничего, кроме сухого досье и нескольких жалоб, и они, надо сказать, не внушали доверия.              — Дайсон, просто дай ей шанс. Сделай это для меня, а если работа не заладится, то я лично подам рапорт о переводе в другой участок.              Мэтт некоторое время сверлил Бэйкера взглядом, понимая его тактику — военный никогда не откажет в просьбе другому военному. Конечно, как капитан, тот мог просто отдать приказ и пресечь диалог на корню, как это, несомненно, было с Лоусоном и Марстоном, но он действительно просил, а не требовал. Похоже, Бэйкер и правда хотел, чтобы эта дерзкая девчонка задержалась в шестьдесят шестом участке по только ему понятным причинам.              — Хорошо, я постараюсь, сэр, — кивнул Мэтт, — но вы же понимаете, что результат зависит не только от меня. Если Сандерс будет вести себя, как… Сандерс, — другого слова подобрать не удалось даже после пары секунд размышлений, — то ничего не могу обещать.              — Понимаю. И спасибо. — Бэйкер поднялся с кресла и, подойдя ближе, протянул руку, которую Мэтт крепко пожал. — У меня на счет вас хорошее предчувствие.              — Что-то сомневаюсь…              Оптимизма капитана Мэтт не разделял совсем. Он видел, как ведет себя Сандерс, как огрызается на других, ссорится с ними — может, работу она и выполняла хорошо, но не только это важно в том, чтобы быть копом. Мэтт считал необходимым доверять тому, с кем работаешь, и не был уверен, что на Сандерс можно положиться. Уж больно горячая у нее голова, а к таким он не привык.              — Вот и проверим, — ответил Бэйкер и, пошарив в кармане брюк, выудил телефон, — у меня как раз для вас есть простенькое дело. Посмотрите друг на друга, притретесь.              — Что за дело? — спросил Мэтт, решив переключиться на работу — слишком странно видеть капитана таким.              — В подворотне нашли тело молодого парнишки. Наркоман, скорее всего. Пройдетесь по его дружкам, найдете дилера, узнаете друг друга получше…              — С наркоманами? — хмыкнул Мэтт.              — С ними самыми, Дайсон. — Бэйкер с улыбкой хлопнул его по плечу. — Пойдем, представлю тебя.              — Мы знакомы.              — Официально, как ее напарника.              Бэйкер бодро направился к двери, и Мэтту ничего не оставалось, кроме как пойти за ним. Пришлось пересечь весь офис — стол Сандерс пока выделили в самом углу, куда обычно сваливали весь хлам. Чаще всего напарники сидели рядом, но пока не было уверенности, что Сандерс вообще останется в шестьдесят шестом, ей приходилось ютиться здесь.              На самом деле, перед ее приходом стол очистили, поставили компьютер, но сейчас он выглядел еще хуже, чем раньше. Куча папок, хаотично разбросанных по столу, коробки из-под еды, баночки из-под энергетиков и посреди этого хаоса возвышалась Сандерс, что-то увлеченно печатающая, громко долбя по клавиатуре. Мэтт поморщился, оглядывая беспорядок — к такому он тоже не привык. Для него все должно быть четко и по полочкам, а в такой обстановке Мэтт даже немного терялся. На паре папок он заметил даты прошлых лет — похоже, на Сандерс еще и кучу старой бумажной работы свалили. Признаться, в этот момент он ей даже посочувствовал.              — Сандерс, — позвал Бэйкер.              Та вздрогнула, подскочила со скрипнувшего кресла и резко развернулась:              — Капитан.       Едва заметно покачав головой, Мэтт окинул Сандерс взглядом. Кеды, джинсы, рубашка, накинутая поверх футболки — она как будто пришла не в полицию, а в старшую школу. Сложно будет воспринимать ее всерьез, когда она выглядит, как подросток, еще и ведет себя соответствующе.       — Хочу представить твоего нового напарника. Детектив Мэтт Дайсон.              Мэтт приветливо улыбнулся, тогда как Сандерс окинула его скептическим, оценивающим взглядом. Вообще, они особо не пересекались, даже не разговаривали толком, разве что обменивались сухими приветствиями в лифте. Да Мэтт не особо и стремился, как и сама Сандерс, но теперь им предстояло работать вместе, значит, стоило растопить немного льда.              — Рад буду поработать с тобой, детектив. — Мэтт протянул руку.              — Да уж, конечно, — фыркнула та.              — Сандерс! — шикнул Бэйкер и процедил сквозь зубы: — Будь паинькой.              — Непременно. — Сандерс картинно растянула губы в улыбке и, повернувшись к Мэтту, пожала протянутую руку. — Взаимно, детектив Дайсон.              Мэтт едва удержался от того, чтобы не сжать пальцы так, чтобы переломать кости зарвавшейся выскочке. Нет, им точно не сработаться. И почему только Бэйкер с ней так возился? Он, конечно, давал вторые шансы, но вот третьи…              — Я вышлю вам на телефоны адрес, где нашли тело, — буравя Сандерс красноречивым взглядом, сказал капитан. — Криминалисты и судмедэксперт уже выехали. Удачи.              — Она нам понадобится, — едва слышно пробурчал Мэтт и громче добавил: — Все сделаем, сэр.              Направившись к выходу, он заметил, что Бэйкер задержал Сандерс и сказал что-то на ухо. Та закатила глаза, но все же кивнула, ответив так же тихо. Несложно представить, какие напутствия мог дать Бэйкер.              У двери Мэтт галантно хотел пропустить Сандерс вперед, но их остановил оклик Шектера, больше всех цеплявшегося к ней. Пара конфликтов едва не доходила до потасовки, и если бы кто-нибудь их не прерывал, то драки точно не избежали бы.              — Что, Дайсон, теперь тебе с ней нянчиться? Береги ботинки, желудочек у нее слабенький, — хохотнул Шектер.              Мэтт вовремя заметил, что Сандерс готова не только словесно огрызнуться, но и ринуться на него с кулаками. Он успел сделать шаг, остановив ее и оставив у себя за спиной. Однако и тупые шуточки спускать на тормозах не собирался. Пусть до него доходили слухи, что на первом месте преступления труп вызвал у Сандерс приступ тошноты, но через это проходил едва ли не каждый детектив — в этом участке в том числе. Вот только, похоже, они подзабыли об этом.              — Следи за языком, Шектер, и прояви уважение к коллеге. — Мэтт неотрывно смотрел в его потерявшие всякий стыд карие глаза. — Или, может, ты хочешь, чтобы все узнали, как ты до сих пор не появляешься на вскрытиях?              Боковым зрением Мэтт заметил, как удивленно взметнулись брови Сандерс, явно не ожидавшей, что он вступится за нее. Но Мэтт терпеть не мог, когда к кому-то цепляются вот так, на пустом месте. Конечно, Сандерс — та еще заноза в одном месте, но сейчас повода не давала. Может, Мэтт действительно видел ситуацию не в том свете.              — Подкаблучник ты, Дайсон, — прошипел Шектер, с отвращением скривив губы.              — Нет. Просто знаю, что такое порядочность, — спокойно ответил Мэтт и демонстративно развернулся.              Прежде чем уйти, Сандерс показала Шектеру средний палец и с гордо вздернутым подбородком направилась к выходу. Покачав головой, Мэтт вздохнул и поспешил за ней. Только он подумал, что, возможно, ошибся в суждениях, как та детским поведением разбила все хрупкие надежды. Как будто они не в полицейском участке, а на школьном дворе.              — Тот жест был лишним, — укоризненно сказал Мэтт, когда они спускались в лифте.              — Я знаю, — согласилась Сандерс, но самодовольная ухмылка говорила о том, что ей ни капли не стыдно.              Мэтт стиснул челюсти, чтобы не высказать все, что думает об этой инфантильной выскочке. Он понятия не имел, как с таким скверным характером и неумением держать язык за зубами ей вообще удалось удержаться в полиции так долго, еще и пробиться в убойный. Может, как утверждал Бэйкер, Сандерс и была умной, но явно не настолько, чтобы промолчать или отпустить ситуацию, когда требуется. Наверное, только протекция Бэйкера и помогла ей. Но почему? Почему она?              — Знаешь, — когда они сели в машину и выехали с парковки участка, начал Мэтт, — может, к тебе относились по-другому, если бы ты хотя бы попыталась выглядеть как детектив полиции, а не школьница.       — Теперь ты еще мою одежду будешь критиковать? Нашелся тут гуру моды, — огрызнулась Сандерс и, показательно скривившись, кивнула на идеально выглаженные жилетку с галстуком и брюки Мэтта.       Он укоризненно цокнул языком:       — Не обязательно все время вести себя так. Иногда можно отвечать нормально, а не бросаться на каждого.              Сандерс хмыкнула, но со слишком уж мрачным видом, потом медленно перевела взгляд на него.              — Когда вокруг тебя одни мудаки, то нужно подстраиваться под обстановку.              — Если, как ты говоришь, вокруг все мудаки…              — Надо же, «мистер Зануда» ругнулся, — смешком перебила Сандерс. — У тебя крылья с нимбом не отвалились?              — Об этом я и говорю! — Внимательно следя за дорогой и потоком машин, Мэтт периодически поглядывал на нее, чтобы видеть реакции и эмоции. Несмотря на дерзкий тон, выглядела она подавленно. — Иногда можно быть и повежливее. Не обязательно всегда быть грубой.              — Чтобы вы увидели во мне еще большую слабачку? Нет, спасибо.              — Вежливость не равна слабости.              — Легко тебе говорить, Дайсон. Тебе не приходится каждый день доказывать, что ты достоин работать в убойном отделе, да и в полиции вообще. Если я хоть на секунду расслаблюсь, твои дружки-детективы просто сожрут меня. Я работала для того, чтобы попасть в убойный. Я заслужила это место. Я хороший коп и могу отлично делать свою работу, но разве это во мне видят? — Сандерс глубоко вдохнула после тирады, произнесенной чуть ли не на одном дыхании.              — Думаешь, у остальных по-другому? Каждый коп, пришедший в отдел, должен показать, на что он способен. Не жди особого отношения.              — Это то, о чем я и говорю! — воскликнула Сандерс. — Я хочу, чтобы ко мне относились как ко всем остальным, а не девчонке, оказавшейся тут случайно.              — Слушай, ну над каждым новичком подшучивают. Порой и не над новичками. Так уж принято у копов. Это не повод сходу портить отношения. — Мэтт непринужденно пожал плечами и посмотрел на еще больше помрачневшую Сандерс. — Я не исключение, кстати.              — Не исключение, говоришь? — саркастично усмехнулась та. — А тебе припоминают ПМС каждый раз, когда ты повысишь голос или разозлишься? Или, может, подкидывают тесты на беременность в кофе, вместо ложки? Или мое любимое — подсовывают тебе куда только можно тампоны, испачканные в кетчупе? По крайней мере, надеюсь, что это кетчуп. Я нахожу их везде: в шкафчике, на столе, в ящиках, даже в рюкзаке.              Мэтт устыдился того, что никогда не останавливал сослуживцев. Он и не вникал особо, как ее «разыгрывают», но теперь понял, насколько это унизительно. Неудивительно, что у нее не ладились отношения ни с кем из «шутников». Раз или два стерпеть можно, но, если такое происходило постоянно… Стоило пресечь все это при первой возможности.              — Конечно, это только слова, но я никогда не… — стыдливо начал Мэтт.              — Я знаю, — прервала его Сандерс, чем спасла от жалких оправданий, которые ничуть не сглаживали вину.              Как коп Мэтт понимал, что бездействие — такое же преступление, но до этого момента не осознавал, что поступает именно так. Он поспешил с выводами о Сандерс — конечно, это не отменяло ее излишней грубости и дерзости, но, по крайней мере, теперь Мэтт увидел за всей этой бравадой нечто большее.              — И спасибо, — едва слышно сказала Сандерс. — Что ответил Шектеру. Он иногда…              — Ведет себя как мудак? — хмыкнул Мэтт.              — Ага, — хихикнула та в ответ.              Они переглянулись и, можно сказать, даже обменялись улыбками. Мэтта посетила шальная мысль, что он был не прав, так категорично посчитав, что они не сработаются. Впрочем, о таком еще рано говорить — один разговор в машине ничего не изменит, а их еще ждало место преступления.       

***

      Припарковавшись чуть поодаль от столпившихся у желтой ленты оцепления зевак, Мэтт вышел из машины и огляделся. Не самый благополучный район, даже несмотря на то, что Бруклин стал превращаться во второй Манхеттен — недвижимость тут дорожала, инвесторы вкладывали все больше денег, преступность падала. Прямо слоган с предвыборного плаката мэра, вот только в красивых речах и отчетах забывали вот такие райончики как в Бруклине, так и на Манхеттене. Как и во всем Нью-Йорке.              Мэтт прожил здесь всю жизнь, любил этот город, но до сих пор поражался, насколько порой бывают безразличны люди к творящемуся вокруг. Заботясь только о себе, они могли не замечать, что происходит всего в сотне метров от них. Гетто располагалось буквально у богатых за окном, но они предпочитали смотреть в другую сторону.              Когда Мэтт еще совсем мальчишкой ушел в армию, чтобы защищать свою страну, он был идеалистом, верившим в правое дело. Идеализм постепенно сошел на нет, утонув в грязной, страшной реальности войны. Вернулся Мэтт покалеченным — не физически, душевно — и никому не нужным, даже стране, за которую сражался. Центры ветеранов были переполнены, так что ему не нашлось места, и, если бы не Мария, которую он встретил совершенно случайно, Мэтт не мог бы точно сказать, закончил он в тюрьме или сточной канаве. Мария вернула смысл жизни, утраченный, когда он потерял целый отряд солдат. Друзей. Отряд, который по иронии судьбы должен был не воевать, а доставить медикаменты беженцам. Мэтт не защитил, не уберег. Подвел еще и беженцев, наверняка не выживших без лекарств. Если бы не Мария, словно ангел, вытащившая его из тьмы тогда…              — Дайсон, ты где витаешь? — Сандерс пихнула его локтем, вырвав из болезненных воспоминаний. Кулаки сжались непроизвольно, но Мэтт выдохнул и медленно разжал их. — Я, конечно, понимаю, что труп никуда не денется, но все же давай не будем попусту тратить деньги налогоплательщиков.              — Конечно, — улыбнулся Мэтт, но как-то слишком натянуто.              Хотя, кажется, Сандерс ничего не заметила или искусно скрыла, направившись к месту преступления, где копошились судмедэксперт и криминалисты. К счастью, сегодня работал Санни — его мрачный сменщик Мэтту совсем не нравился — с лучезарным старичком они были словно противоположности.              — Привет, Санни, — поприветствовала Сандерс.              — Доброго денька, детективы, — улыбнулся тот и помахал пинцетом с зажатым в нем чем-то. — Мы уже тут заканчиваем, так что через пару минут можете осмотреть тело. Мэйсон, возьми, пожалуйста, — подозвал он помощника, тут же подбежавшего с баночкой, в которую Санни бережно уложил «что-то». — Помести в холодильник.              Помощник тут же умчался, прежде смерив Сандерс взглядом, но та не удостоила его вниманием.              — Детективы, — поманил к себе Санни, — причиной смерти я могу назвать огнестрельное ранение в области груди. Два входных отверстия. Навскидку я бы сказал, что пули девятого калибра, но по баллистике проверят. Других повреждений нет, поэтому могу сделать такой вывод, — хмыкнул он.              Мэтт украдкой наблюдал за склонившейся над трупом Сандерс — ее слегка потряхивало от спазмов, но она мужественно сдерживала тошноту. На самом деле, он знал детективов, которые гораздо дольше нее привыкали к виду и запаху трупов, а Шектер и вовсе до сих пор так и не смог справиться с собой, стараясь обходить тела жертв за милю. Зато в первых рядах мчался, чтобы съязвить и уколоть любого, особенно Сандерс.              — Совсем ребенок. — Мэтт покачал головой — парнишке было не больше семнадцати, и у него еще вся жизнь была впереди. Дела с убийствами детей давались сложнее всего. Но стоило отбросить эмоции, если он хотел найти убийцу. — Его убили здесь?              — Да, судя по картине пятен крови, тело не перемещали, — ответил Санни.              — Кто-то должен был слышать выстрелы, — сказала Сандерс, оглядываясь по сторонам.              — Только никто в этом не признается, — невесело хмыкнул Мэтт.              Он сам рос в подобном районе и прекрасно знал живущих здесь людей и их образ мыслей. Никто и никогда не сдаст своих. На самом деле, Мэтт не ушел, а сбежал в армию — не хотел, чтобы его жизнь закончилась в одной из банд, где всего два пути: в тюрьму или на кладбище. Уж лучше попасть на кладбище, сражаясь за благую цель, а не вот так, как этот парнишка — ни за что. И пусть пока они не знали почему, но Мэтт ни на секунду не сомневался, что оно того не стоило. А ведь теперь придется сообщить матери, что сын больше не вернется. Как же Мэтт ненавидел эту часть работы. Но вот поймать убийцу они обязаны.              — Смотри, Дайсон. — Сандерс вырвала его из потока мыслей. Санни повернул руку парнишки так, чтобы показать тыльную сторону предплечья. На ней красовалась татуировка дьявола с одним рогом в перевернутом сердце, похожим на треф. — Ничего не напоминает?              У Мэтта сомнений не возникло, откуда эта татуировка — такая имелась у каждого члена банды «Диаблос». Вот только они давно перестали работать в Нью-Йорке, а предводитель, скинув вину на шестерок, отошел от дел. Прижать его не удалось ни полиции, ни ФБР. Но всех в итоге устроило, что банда похоронила себя. Неужели они решили возобновить деятельность?              — А ты откуда о них знаешь? Эта информация была не для общественности, а когда они работали, ты еще в школе училась, — поинтересовался Мэтт.              — Я делаю домашнее задание, — недовольно отозвалась Сандерс, рассматривая руки трупа.              — Санни, можешь сказать, был ли он наркоманом? — спросил Мэтт, присев рядом.              — Не был, — тут же выдала Сандерс, но хотелось услышать мнение эксперта, а не той, у кого опыта в убойном накопилось всего несколько недель.              — Не думаю, — покачал головой Санни. — По крайней мере, видимых признаков нет. На аутопсии я обследую тело более тщательно, плюс пошлю образцы крови на токсикологию… Все будет в отчете, детективы.              — Спасибо, Санни, может, будем на вскрытии, — поднимаясь, сказал Мэтт.              — Как хотите, но в этом нет необходимости. Причина смерти предельно ясна. Если будет что-то необычное, мы вас с детективом Сандерс вызовем, но я сомневаюсь. Все остальные данные мы с Мэйсоном подготовим в подробном отчете, — пожав плечами, сказал Санни и зловеще добавил: — Разве что вам нравится смотреть на мертвые тела.              — Я пас, если этого можно избежать, — тут же шепнула Сандерс, и, честно говоря, Мэтт разделял ее мнение — это вторая нелюбимая часть работы после общения со скорбящими родственниками.              Развернувшись, чтобы уйти, Сандерс буквально столкнулась с помощником Санни. Тот едва не выронил контейнер из рук и пробурчал что-то нечленораздельное. На что Сандерс вполне отчетливо предложила проверить зрение и послала его ко всем чертям.              — Только не начинай, Дайсон, — по дороге к машине заявила она, заметив, что Мэтт хочет преподать ей очередной урок этикета. — Этот чувак — придурок.              — Уверен, его фамилия Колтон, и он очередной в твоем списке, — заключил Мэтт, садясь в салон. — Может, пора признать, что если все вокруг мудаки, то, возможно, на самом деле, что-то не так с тобой?              — Санни — клевый. Не все мудаки, — хмыкнула Сандерс. — Только мудаки — мудаки. Вот ты вроде нет.              — Сочту это за комплимент, — усмехнулся Мэтт. — Но с таким подходом… У тебя вообще был когда-нибудь напарник? Больше, чем неделю?              — Была, — заметно напрягшись, мрачно ответила Сандерс и отвернулась к окну. — Самая лучшая.              — С ней что-то случилось? — спросил Мэтт, разволновавшись — если та потеряла напарницу… Ничего страшнее в их работе не придумаешь.              — Ничего не случилось, просто наши пути разошлись, — буркнула Сандерс, еще больше уткнувшись в стекло.              Но показалось ли, или в отражении блеснула влажная дорожка на щеке? Пожалуй, сейчас Сандерс трогать не стоило. По крайней мере, по этой теме, но у них все еще имелись дела.              — Нужно опросить жителей близлежащих домов, и я бы не хотел отдавать это патрульным, — сказал Мэтт, возвращая разговор в рабочее русло. Сандерс оживилась и на ее немой вопрос Мэтт пояснил: — Мы знаем, что искать и как спрашивать, а вот насчет патрульных не уверен. Так что, как насчет размять ноги?              — И голосовые связки, — усмехнулась Сандерс. Расследование и разговоры о нем определенно возвращали ее в тонус. — Погнали.              Мэтт даже ответить ничего не успел, как она выпорхнула на улицу. Он поспешил за ней. Сейчас это действительно было нужно им обоим, чтобы отвлечься от терзающих мыслей. Что бы ни мучило Сандерс, что бы ни мучило Мэтта, они, похоже, оба сбегали в работу, находили там своего рода убежище. Может, они не такие уж и разные? Помогая другим, Мэтт помогал и себе, надеясь искупить все то, что натворил в Ираке. Но такое не покроет ни целая жизнь работы в полиции, ни десять жизней — но Мэтту ничего не мешало попытаться. Что-то подсказывало, что и Сандерс пытается загладить чувство вины перед собой, но к такому разговору оба еще точно не готовы.              Мэтт постарался выкинуть лишние мысли из головы, надеясь, что опрос местных жителей принесет хоть какие-то плоды.