vs the gazgolder: не совсем маркетинговые игры

*новые сообщения в Slack* Иван Иванович Светло / Надзиратель Команда, доброе утро! Иван Иванович Светло / Надзиратель Завтракать не рекомендую. Устроим вкусный тимбилдинг на собрании. Иван Иванович Светло / Надзиратель Иван Игоревич, переименуй меня в рабочем чате! *администратор чата Rudeboy сменил имя контакта Иван Иванович Светло / Надзиратель на Надзиратель* Надзиратель Ты невыносим! Rudeboy ;) Анастасия Черноусова / редактор блядских новостей в мире СММ LOL       Ваня ухмыльнулся и, оставшись довольным собой, отложил планшет в сторону. Он сегодня проснулся по будильнику. Почти. Голосовой помощник десять с лишним минут как бешеный проигрывал через колонки «Полёт шмеля», чтобы заставить Ваню подняться с кровати. Глаза толком не открывались, даже когда он в душе стоял, и запах кофе в турке тоже особо не подействовал. Однако, к нужному времени, с трудом, но он всё-таки оклемался.       — Да-да, я уже выезжаю, не переживайте, — зажав смартфон между плечом и ухом, сказал Рудбой, закрывая дверь квартиры на ключ, — Да, я привезу вам кофе. А чем вас офисный не устроил? Привереды!       Сев в машину, он на всякий случай заглянул в сумку, чтобы удостовериться, что ничего не забыл и, наконец, завёл машину. На удачу дорога была спокойной, даже пробок почти не было, поэтому до ближайшего Мака Ваня добрался без происшествий, после так же быстро доехав и до офиса.       — Здравствуйте, Иван Игоревич… — поздоровалась с ним та самая девушка из юридического отдела, что заходила к нему вчера.       — Привет.       Ваня закинул на плечо сумку, взял в руки подставки с яркими цветастыми стаканчиками кофе и с трудом нажал на кнопку брелка, поставив машину на сигнализацию.       — Вам помочь? — предложила девушка, подходя ближе, но Ваня отрицательно качнул головой и, бросив сухое:       — Нет, спасибо, — торопливо направился к главному входу.       В слэке сыпались сообщения. Руд не отвечал, только читал через часы то, что пишут, быстрым шагом направляясь в сторону своего отдела. Поднявшись на нужный этаж, он поздоровался ещё с несколькими сотрудниками, которые также спешили по своим делам. Не успел он даже кофе на стол поставить, как дверь кабинета распахнулась и внутрь ворвались художники из его команды:       — Послушай, ты должен спать! Зачем ты делаешь нашу работу?       — Помогаю, — абсолютно спокойно отозвался Руд, делая вид, что ну очень занят цветными стаканчиками.       — Нет, Вань. Ты не помогаешь. Ты вредишь себе и снова делаешь всё за нас. Прекрати это.       Ваня языком цокнул и поднял на них взгляд, в котором отчетливо читалась просьба заткнуться:       — Послушай, не ори, а? Я просто не могу уснуть и…       — Если ты не будешь спать, у тебя снова начнутся проблемы со здоровьем. Заканчивай это дерьмо. Ты обещал нам, что будешь себя беречь!       Руд нахмурился, губы поджав, и уже даже рот открыл, чтобы возразить новоиспечённым начальникам, что решили тут им покомандовать, но не проронил ни слова, заметив стоящего в коридоре Светло:       — Я понял. Окей, — резко сменив курс разговора, ответил он, — Я не буду так перерабатывать. Обещаю.       — Точно? — только что подошедшая Настя сгрузила бумаги на стол, — Если ты снова нас обманул, то мы будем вынуждены принять меры, сейчас не лучшее время лежать в стационарах.       — Да, я понял. Заткнитесь и пейте кофе. А это тебе, с карамелью… — ткнув в стакан с отличающийся по цвету крышкой, добавил Ваня, обращаясь к Насте, и уселся в своё кресло.       Включив компьютер, он тоже сделал несколько глотков свежего, но далеко не самого вкусного кофе, и попутно запустил проектор. Если планёрка, то скорее всего что-то покажут. А может нет. Но во всяком случае, хуже не будет, даже если не пригодится.       — Бля, кожанка у тебя классная, — прикидывая на плечи Рудбоевскую куртку, оставленную на диванчике, пробормотал один из айтишников.       — Я знаю, — бросил Ваня, смахивая оповещения на вотчах.       — Я принесла тебе цветок! — вдруг неожиданно объявила одна из художниц, указывая на подоконник.       — Нахуя? — Руд прищурился, рассматривая непонятного вида дерево, ну или что там было.       — Для синтеза, блять.       Евстигнеев хмыкнул, очки на нос нацепив:       — Сама поливать будешь его.       Тем временем Иван Иванович вежливо поздоровался с поймавшей его в коридоре коллегой. Та ему документы на подпись несла, но сейчас у него по плану была встреча с командой. А, судя по внушительным размерам папки у неё в руках, это дело не пятиминутное. Светло глянул на документы, затем перевёл взгляд на уже собравшуюся в кабинете толпу во главе с неизменным лидером, и договорился с девушкой, что сам забежит, но чуть попозже, потому что сейчас ну никак не получится. Тем более у него в руках была целая «переносная столовая». Кажется, Ванечка заказал в ближайшем ресторанчике все позиции, которые так или иначе показались ему похожими на завтрак: от сырников до круассанов. Пицца, кстати, по его мнению тоже подходила под этот критерий, так что содержимое коробок, что он тащил в сторону кабинета Рудбоя, могло удовлетворить практически любые вкусы. Настрой тоже был боевой. Светло всё-таки надеялся, что сегодняшняя встреча пройдёт куда проще, чем предыдущая. Но даже не смотря на «милую» переписку с Евстигнеевым, он всё ещё не был уверен, что всё не повторится сначала.       — Всем привет, — заходя в кабинет, бодро поздоровался он.       Сегодня Ванечка не выглядел как «офисный планктон». Ценные советы от Славика даром не прошли. Выбор пал на чёрные штаны, простую хлопковую футболку, джинсовку в тон и классические конверсы с белой шнуровкой. Ничего особенного и броского, плюс комфортнее в несколько раз. Да и продолжать ходить в костюме, когда все вокруг одеты по-простому, какой-то откровенный ту мач на самом деле, тем более, что встреч с Васей на сегодня запланировано не было.        — Вижу, что вся команда в сборе. Это всё вам, уверен, оно ещё не остыло. Разбирайте.       Светло сгрузил коробки на большой длинный стол. Толпа одобрительно загудела, рассаживаясь кто куда, продолжая обсуждать что-то по работе, и кажется, что вопрос наличия стульев беспокоил только Ванечку, который никак не мог найти себе место, потому что остальные вообще не парились. Кто-то даже пуфики из комнаты отдыха припёр, чтобы устроиться поудобнее. Настя же, заметив растерянный взгляд «новичка» в коллективе, заботливо вложила в руку Светло стаканчик с кофе и улыбнувшись, направилась на своё место по правую руку от Евстигнеева, который молча восседал в своём огромном кресле во главе стола и неторопливо потягивал кофе из стаканчика. Черноусова подобно ему нос вздёрнула, деловито закинув ногу на ногу, и макбук открыла. Ванечке вдруг показалось, что они в отношениях, потому что она буквально вся состояла из его привычек. Тенью за ним ходила и, кажется, была ближе всех в коллективе. Светло отвёл от неё взгляд, сделал пару глотков кофе и подошёл ближе к Рудбою, заняв позицию в основании стола:       — Пока вы завтракаете, мы можем потихоньку начать, — привлекая к себе внимание предложил Ванечка, оглядывая либо ещё сонные, либо жующие лица вокруг, — Кто-то хочет поделиться впечатлениями? Всё-таки неделя целая прошла, вы проделали огромную работу судя по отчёту, а ни разу ко мне не зашли.       Когда присутствующие немного поутихли, переключаясь на своего координатора, первой голос подала Настя, что вообще неудивительно. Она в команде была тем самым человеком, у которого всегда и всё под контролем. Она всегда держала руку на пульсе и документировала всё, что происходит, в то время как остальные были максимально вовлечены в сам процесс и всегда забывали о том, что в конце по-любому придётся отчитываться:       — Ну не мы конечно сделали, сделал Ваня, но мы кое-что тоже накидали, можно мне? — спросила она, подходя к проектору с флешкой, на что Руд согласно кивнул, пропустив мимо ушей её язвительный тон, и, наконец, заметил, что Ванечка почему-то до сих пор стоит.       Осознание, что в кабинете просто не осталось свободных мест, пришло не сразу. Подниматься с насиженного не хотелось, но Ваня почему-то достаточно легко и без лишних разговоров тихонько потянул Светло за край джинсовой куртки, привлекая к себе внимание, и уступил ему своё любимое кресло. А сам молча устроился неподалёку на подоконнике. Настя же, получив разрешение, тут же взялась проводить какие-то манипуляции с проектором и через минуту на экране появилась картинка. Девушка весьма чётко и без единой запинки принялась рассказывать обо всём, что команда успела сделать, что у них в планах и каким ещё образом они могут помочь на данном этапе, чем в этот момент вызвала у Рудбоя непоколебимое чувство гордости. Однако под конец всё испортила, не забыв снова подчеркнуть, что Евстигнеев не должен на себя столько всего брать один, потому что этот проект всё-таки командная работа.       — Да чё ты начинаешь опять? Сядь уже, — шикнул он из угла, злобно зыркнув на свою подчинённую.       Настя состроила в ответ непонятную гримаску, передразнив его, но все же послушно села на место и замолкла.       — Мы, кстати, тоже прописали пару механизмов по переходам, — вдруг встрепенулись айтишники, чтобы разбавить возникшее напряжение.       Им тоже хотелось поделиться со своим координатором успехами и рассказать о проделанной работе. Они ведь тоже старались. Ваня, естественно, не возражал, лишь молча слушал своих ребят, периодически кивая. Его устраивало всё. И объективно, для первого этапа они сделали сверх нормы и это отлично. Всегда должен был быть запас времени на случай непредвиденных форс-мажоров.       — А вот тут у нас не вышло код прописать. Вань, ты что думаешь? — обращаясь к Евстигнееву, спросил один из айтишников. Руд поднял взгляд на изображение, с подоконника встал, подойдя ближе к экрану, задумчиво подбородок потёр указательным и средним пальцами, а затем произнёс:       — Я так не пойму, надо разбираться. Думаю здесь надо через двоичную систему прогнать… — он замолк, размышляя, а затем добавил, — Попробуем сейчас, если не получится, попросим у местных помочь.       — А ты чего в пижаме?       Вопрос прозвучал как гром среди ясного неба. Светло вздёрнул вверх брови, присмотрелся и правда ведь пижама! И как он раньше не заметил? — подумал Светло, пряча улыбку в стаканчике с кофе. Руд замер на мгновение, опустив вниз растерянный взгляд, а затем тяжело вздохнул и руками развёл:       — Блять… Извините…       — Вот я об этом и говорю, — тут же запричитала Настя, — Как голову не забыл дома.       Ваня ничего ей не ответил, лишь проходя мимо, ладонь на плечо положил, тем самым снова её заткнув:       — Вы продолжайте… не обращайте на меня внимание.       Евстигнеев вернулся обратно к подоконнику, порылся в оставшихся неразобранных коробках и, наконец, из одной из них достал ярко-жёлтые джоггеры. Ванечка, который всё это время наблюдал за ним краем глаза, почему-то думал, что он сейчас выйдет из кабинета, переоденется и вернётся обратно, но вместо этого Рудбой весьма бесцеремонно стянул с себя пижамные штаны, и, пока его айтишники, едва сдерживая смех, продолжали рассказывать о своих планах, он без какого-либо стеснения натягивал на себя джоггеры. А затем, как ни в чём не бывало, вернулся обратно на подоконник. Ванечка мини-стриптиз оценил, время от времени бросая в сторону Рудбоя нечитаемые взгляды. Удивительно конечно, но судя по всему тот задался целью продемонстрировать сразу все свои достоинства: начиная с наручников на ключицах, заканчивая неплохим таким задом… Светло одёрнул себя. О чём он вообще думает? Парни сейчас кому это всё рассказывают? Собравшись с мыслями, Ванечка попытался всё-таки вернулся к просмотру презентации. Однако вникнуть целиком и полностью явно не получалось, осталось лишь молча слушать и не уйти окончательно в свои мысли.       — Ребят, всё очень круто, — кивнул Светло, когда айтишники наконец закончили говорить, — Мы кстати недавно проводили исследование на самое user friendly приложение. В топ вышли телеграмм и Сбербанк. Конечно, сложно сравнивать мессенджер и банковское приложение с нашим, в плане просто даже целевого какого-то момента, но мне кажется, у них есть несколько классных решений, которые мы можем внедрить. К примеру, чат с питомниками или чат-бот, который будет отвечать на самые популярные вопросы. Насколько это реализуемо? — Ванечка переводит взгляд с разработчиков на Евстигнеева и обратно, — Ещё многие отмечали, что им нравится индивидуальный подход. Знаете, вот эта тема, когда Сбербанк пишет что-то вроде «Доброе утро, Петя Васечкин». Можем поиграться со словами. В плане, написать не «личный профиль», а «личный профиль котика Мурзика», но такую тему пользователь сможет установить по желанию. Что думаете?       — Для вас хоть русалку в сапогах, — тут же отозвался Евстигнеев, — Хочешь чат — будет чат. Нам непринципиально. И индивидуальный подход тоже будет, если надо.       Он спрыгнул с подоконника, подошёл к своему рабочему столу, буквально навис над Светло, и несколько раз клацнув мышкой, продолжил говорить:       — Мы делали чат-поддержку в компании общепита. Изначально это был телеграмм. Но мы смогли обеспечить поддержку только Санкт-Петербургу и Москве. В регионах это было не доступно и очень расстраивало других пользователей. С другой стороны, это был индивидуальный подход. Мы работаем по приёмникам Петербурга, думаю и телегой можно было бы обойтись, но если этот чат будет внутри приложения, ну это бы просто песня была.       — Какая? — зачем-то уточнил Светло, подняв взгляд на Евстигнеева.       Он сейчас был как-то непозволительно близко, настолько, что чётко ощущал его приятный, и далеко не самый дешёвый парфюм.       — Что какая?       Руд на него взгляд опустил, оказавшись практически нос к носу.       — Ну, песня…       — А какая тебе нравится, такая и будет.       Ванечка смотрел в серо-голубые глаза напротив и чётко осознавал, что свернул сейчас куда-то не туда. Вообще не туда. Совсем. Он резко отвернулся и взгляд снова на монитор устремил, чувствуя как щёки вспыхнули от неловкости и стеснения. А Ваня напротив, свернул рабочее окно, и абсолютно спокойным ровным тоном закончил свою мысль:       — И было бы не плохо, если бы в этой чат-поддержке всё-таки отвечали сами волонтеры, работающие в выбранном питомнике.       — Вань, мы всё сделаем, — в один голос пообещали его айтишники и попросили распечатать им материал по предыдущему проекту, чтобы память освежить.       — На сегодня в планах: билборды и ещё кое-что… — Ваня вдруг снова наклонился к Светло, настолько близко, насколько это было возможным, — Почему ты не горишь большим желанием выбивать сотрудничество с Альфой? Ты должен дать что-то взамен этому дятлу? Если он что-то от тебя требует, я могу пойти с тобой и дать ему пизды, чтобы он эту ебучую бумагу подписал, потому что я не доверяю ему в финансировании и хочу, чтобы моя команда получала нормальную зарплату. Ты сказал, что всё согласуешь, но сейчас уже, — Руд глянул на свои вотчи, — десять утра, люди ждут ответа. Я могу вложить в это свои бабки, но нахуя тогда мне он? — Ваня смотрит на Светло в упор, снова с тем самым прищуром, как удав на кролика, и буквально настаивает на своих условиях, — Однажды его тендер уже прогорел, он до сих пор не выплатил бабки за проделанную работу. Если вдруг здесь будет та же история, у тебя будет финансовая поддержка со стороны моих партнеров. Это не сговор, как ты сказал, это подстраховка. Вы не делитесь дивидендами с банком, они просто вкладываются, так же как и вы, в свой имидж, получая свою прибыль и рекламу. Ты ведь хочешь, чтобы твой проект жил после того как Вася-пиздабол разорится? Я уверен, что хочешь.       В кабинете наступила полная тишина. Все устремили взгляд на Светло с Рудбоем.       — Вань, может мы это обсудим в более…       — Нет, это дело касается всей моей команды.       Подсознательно Ванечка был готов, что что-то может пойти не так. Настроение Евстигнеева вещь непредсказуемая, так что Светло не очень удивился, когда тот навис над ним, и молча выслушал всё, что тот ему сказал. И, конечно, Ванечке бы хотелось, чтобы такие вещи обсуждались лично, а не при всей команде. Особенно в таком тоне. Просто разница между ними в том, что Ваня в своих людях уверен полностью, а Светло их видит второй раз в жизни. Так что просьба «довериться» звучала для него немного нелепо. Но Евстигнеев при этом буквально загнал его в угол своим «признай, что твой директор Вася — пиздабол и ты работаешь в хуёвой компании». Ванечка неодобрительно цокнул, сощурился недобро в ответ:       — Ответа нет, потому что у нашего многоуважаемого директора есть другие занятия, кроме как лицезреть мой светлый лик с утра до вечера.       Он поднялся с кресла и скрестил руки на груди:       — Также тебе не нужно доверять Василию в финансировании, так как я выступаю твоим непосредственным заказчиком. А я тебя наебать ещё не успел, насколько мне помнится. Или у нас идёт речь только об одностороннем доверии? В любом случае, бабки уже выделены, так что ты и твоя команда можете спать спокойно вплоть до выхода на рынок.       Ванечка неопределённо махнул рукой в сторону, распаляясь всё больше. Хотя вряд ли это было связано только с Евстигнеевым. Светло вообще был не в курсе, что за тендер, и почему Вася не сказал ему об этом, а теперь он вынужден как идиот стоять и выслушивать наезды.       — А что делать, если компания разорится, я как-нибудь решу сам. За меня можешь не переживать.       Смерив Евстигнеева ещё одним тяжёлым взглядом, Светло обернулся на команду и, пожелав всем хорошего дня, вылетел из кабинета, буквально сгорая от стыда. Рудбой нахмурился и быстрым шагом вышел следом, поймав Ванечку уже за дверью, перехватив за запястье:       — Ну-ка постой… — Руд уловил, как тот резко руку отдёрнул, будто ему неприятно или больно, жест выглядел как-то странно, неестественно, — Если ты не заметил, я предлагаю тебе избежать проблем, на которые ты уже успел подписаться. Работа твоего проекта не заканчивается на его реализации. Ты же понимаешь это? Почему ты так остро реагируешь на мои слова?       Ответа он не дожидается, подходя ещё на шаг ближе, и продолжая накидывать всё больше информации:       — Скажи мне прямо сейчас: тебя что-то связывает с ним? Ты ему что-то должен? Или что? Чего ты так вцепился в него? Если ты чего-то боишься, мы зайдём с другой стороны, чтобы подстраховаться.       Светло внимательно смотрит на Евстигнеева и делает шаг назад, словно отступая:       — Это ты к нему прицепился, — парирует он, — Я же тебе сказал, что всё сделаю. Просто я должен проводить всё так, как обязывают внутренние процедуры. Да, в этом минус больших компаний. Бюрократия и затяжное согласование. Но это мои проблемы. И я постараюсь их решить как можно оперативнее, но иногда придётся проявить терпение.       Он ведёт плечами и на секунду отводит взгляд в сторону.       — Я поговорю с Василием о деньгах, что он тебе должен. Я не знал.       Светло снова повернулся и заглянул в глаза Евстигнеева. На какое-то мгновение ему показалось, что если он скажет правду, то тот его поймёт. Что Ванечка вообще в руководители не рвался, хотя проект ему правда дорог. Просто… стоп. Нет. Нельзя.       — Мне идти надо, — резко говорит Светло, — Давай я буду сам делать свою работу. Я не долбоеб, какого бы ты там мнения по поводу получения мной этой должности не придерживался.       — Я просто хочу сказать, что я с тобой заодно. Я работаю на тебя, а не на него. И если он будет наглеть, я наступлю ему на горло. Просто знай это. Окей?       Ваня выдохнул, снова губы поджав в своей привычной манере.       — И прекрати цепляться к тому моему вопросу. Это был профессиональный интерес. Хватит думать, что я на что-то намекаю. И я бы не стал работать с тобой, если бы думал, что ты долбоеб. А по поводу денег не надо. Мне выгодно сейчас, что он мой должник. И ещё… чтобы ты понимал, я поднял этот вопрос при всех не для того, чтобы тебя уязвить. Если ты хочешь, чтобы между нами были «личные» вопросы, о которых команда знать не должна, тебе стоит об этом сказать. Ты сам держишь меня на расстоянии. Мы видимо друг друга недопоняли.       Высказав всё, Руд развернулся и пошёл обратно к себе в кабинет. Зайдя, он весьма громко хлопнул дверью и сел в своё кресло. Внутри по-прежнему царила напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим шёпотом между сотрудниками.       — Ты ему всё рассказал? — спросила Настя, когда Ваня поднял очки на макушку и принялся что-то очень быстро печатать.       — Нет.       — Он с нами заодно? Или всё-таки нет?       — Пока не знаю.       — Зачем ты добавил его в наши чаты? Не думаешь, что умыкнёт оттуда что-то?       — Нет, не думаю. Он не глупый парень. Я хочу, чтобы он примкнул к нам и…       — Ты хочешь его себе? — с усмешкой спросила Настя.       — Да.       — За какие заслуги? Мы целый конкурс проходили, чтобы попасть к тебе, ты до сих пор в нас сомневаешься и сам всё делаешь, а тут чувак пришёл, два дня знакомы и уже всё.       — Глянь с какой самоотверженностью он отстаивает интересы своего гнилого начальства. Видела?       — По-моему он просто поёбывается с гендиром вот и всё.       — Что? — Руд отвлёкся от клавиатуры, — Чего он с ним?       — Ничего, — тут же бросила Настя, собрала документы со стола и вышла из кабинета, а за ней и все остальные.

***

      Вся произнесённая Ваней речь звучала как-то слишком заботливо. В своём стиле, конечно, но Светло реально засомневался, не едет ли у него кукуха. Смысл Евстигнееву вступаться за человека, которого он знает без году неделю? Подозрительно. Блять, или ему уже просто кажется? Ванечка ловит себя на мысли, что он уже ни в чем не уверен. Может, из-за своеобразных отношений между ними его уже от простых фраз переёбывает? Поправив джинсовку и проведя рукой по волосам, Светло всё же решает дойти до Вакуленко. Кажется, у него есть вопросики.       — Василий занят.       — Чего? — переспрашивает Ванечка, когда секретарша неожиданно перегораживает ему дорогу. Он выгибает бровь и недоверчиво смотрит на дверь. — В смысле?       Вопрос вырывается сам с собой. И видимо его «разумность» понимают все здесь находящиеся, судя по скептичному взгляду женщины напротив. Просто Ваня впервые столкнулся с тем, чтобы его не пропускали. Обычно он просто мог молча посидеть рядом, если проводилась встреча. Осознав его растерянность, секретарь немного смягчилась:       — Я ему передам, что ты заходил. Пока просил никого не впускать.       Ванечка нахмурился, но, поняв, что спорить бесполезно, только кивнул.       — Спасибо, — промямлил он. — Скажи ему, что вопрос срочный.       Вернувшись в кабинет, Ванечка уткнулся в компьютер и какое-то время просто сидел, гипнотизируя экран, пока его не отвлек звук входящего звонка в скайпе.       — Что происходит? — резко спросил Светло, видя лицо Вакуленко в 2д-формате.       Вася улыбнулся ему, подперев голову рукой:       — Вырвал время между звонками для тебя. Маша сказала, что ты заходил. Соскучился?       Ваня на секунду раздраженно отвёл взгляд от экрана и встретился с глазами Евстигнеева в кабинете напротив. Бля, снова забыл закрыть жалюзи.       — Давно ты не пускаешь меня на звонки? — спросил он, вместо ответа на вопрос и сощурил глаза.       Рудбой же всё это время пристально наблюдал за тем, как Светло, судя по всему, с кем-то общается, и всё ещё переваривал сказанное Настей, нервно постукивая ручкой по столу. Когда их взгляды пересеклись, Руд буквально силой мысли попытался передать Ванечке посыл о том, что заранее извиняется за то, что сейчас сделает, и решительно поднялся со своего кресла. Он притормозил на секунду, продумывая действия наперёд и решив, что это вполне себе нехуевый такой план, хотя может и хуевый, но другого у него нет, направился к Светло в кабинет. Зашёл он без стука, сразу дёрнул за шнурок жалюзи, чтобы никто ничего не видел и, стремительно преодолев расстояние от двери до рабочего стола, склонился к монитору. Почему-то он был не удивлён тому, что увидел там Вакуленко:       — Здарова, Вась. Пока, Вась.       Руд внаглую сбросил звонок, захлопнул ноутбук и резко развернул стул вместе со Светло к себе.       — Ты гей?       Ответа, естественно, не последовало.       — Хотя нет, не так. Ты с ним ебешься, да?       Прилетевшая пощёчина ощущается как что-то вполне закономерное и справедливое. Даже если бы его прямо сейчас уволили, он бы не возражал. Ну он бы точно уволил за такую выходку. Когда Ванечка его толкнул, Ваня тоже отреагировал спокойно, и всё-таки сделал то, что хотел сделать. Ему надо было убедиться. Подступив к Светло вплотную, он обхватил его лицо руками и поцеловал. Ванечка замер, почувствовав чужие губы на своих. Его сердце в этот момент сначала будто остановилось, а затем заколотилось как бешеное. Он упустил момент, прикрыв глаза, а потом словно опомнившись, резко оттолкнул Евстигнеева от себя, отскочив от него в другую часть кабинета.       — Ты охуел? — воскликнул он, смотря на него исподлобья, — Это чё сейчас было вообще?       Он перевёл взгляд на закрытый ноутбук и нервно растер лицо руками, после пальцами зарывшись в волосы.       — Пиздец.       Как бы подтверждая слова, его телефон в этот момент начал нервно мигать вспышкой, оповещая о новых сообщениях. Ванечка сейчас даже знать не хотел, что там происходит, но он был уверен, что Вася вне себя. Ладно. Надо решать проблемы по мере их поступления.       — Так. Чувак, мне кажется, ты чего-то попутал в нашем общении, — Ванечка от волнения перешёл на слэнг хабаровского пацана с района, — Первое, моя кровать тебя не касается. Второе, если это принципиально, то да, я с ним ебусь и не только. Уже пять лет. Принимаем поздравления с годовщиной отношений в следующем месяце.       Он выдохнул и снова нервно провёл рукой по челке. Глупо было надеяться, что это останется в секрете. Но, говоря откровенно, Светло очень надеялся, что он сумеет хотя бы немного себя зарекомендовать, прежде чем это всплывёт. Зарекомендовал. Заебись.       — Стой.       В голове вдруг резко что-то щёлкнуло. Светло в моменте вспоминает, что Вася с Ваней давно знакомы. А что если… Да блять! Точно! Так и есть!       — Он тебя подослал меня проверить? Или что? И типа вся эта ненависть постанова? Поздравляю, сыграно отлично. Я прошёл тест?       — Чё? Тест? — Ваня держался как мог, но всё-таки происходящее было выше его сил, и он начал закатываться в смехе. Живом, громком, на грани с истерикой, — Тест, блять. Ладно, ты прав. Твоя постель меня действительно не касается. Но я получил ответ на все свои вопросы и теперь могу себя подстраховать, — довольно отозвался он и направился к выходу.       Остановившись в дверях, Руд снова глянул на Светло, да ещё как-то слишком пристально. У Ванечки от этого даже мурашки по затылку побежали.       — Хорошо целуешься, — подвел своеобразный итог Руд, — Приходи, если что. Повторим.       Он дёрнул верёвочку, открыв жалюзи, и вышел из кабинета.       — Ваня! — позвала его взявшаяся из ниоткуда Настя.       — Что? — поправляя взъерошенную макушку, отозвался Ваня, застыв посередь коридора.       — Чекни макеты прямо сейчас.       Руд кивнул молча, обернулся, взглянув на Светло, который нервно что-то объяснял по телефону. Видимо перед Васей оправдывался. Рудбою даже как-то стыдно вдруг стало на секунду, что он устроил ему неприятности, но оно того точно стоило. Настя подошла к нему вплотную и, проследив за взглядом, тоже посмотрела на нового начальника.       — Че ты нянькаешься с ним?       — Ты была не права.       — Что?       — Не ебётся он ни с кем кроме своей работы. На будущее не говори того, чего не знаешь, — сказал Ваня.       — Я… — начала было Настя, но Ваня резко руку вскинул:       — Не надо. Это уже неважно.       — Хорошо.       Руд открыл дверь своего кабинета:       — Заходи, вместе посмотрим, что у вас там.       Девушка кивнула и прошла следом.       — А откуда ты знаешь, что он не…       — Потому что он ответил на поцелуй.       — Что? Ты с ним поцеловался? — Настины брови поползли вверх.       — Ну да.       — И вы… он тебя не уволил?       — Нет, ну дал по лицу немного. А так вроде нет.       — Так ты же сказал, что он ответил на поцелуй.       — Да, — Ваня медленно направился к Насте, — Знаешь, этот момент… когда губы соприкасаются и ты можешь сразу оттолкнуть, а можешь притормозить. Глаза закрыть, насладиться, а потом спохватиться… — Ваня перешёл на шёпот, приблизившись к Насте вплотную, — рефлекс притупляется, знаешь…       Нависла пауза.       — У тебя кстати соски встали, — ухмыльнулся Ваня, на что тут же получил папкой по плечу:       — Придурок.       Ваня усмехнулся и забрал у неё документы.       — Да, Вась, — устало произнёс Светло, морща нос, — Нет, я не в курсе, что это было. Что? Да я-то что ему скажу?       Закатив глаза, он перевёл взгляд напротив, откуда открывался потрясающий вид на стоящих слишком близко друг в другу Ваню и Настю. Раздражённо выдохнув, он опустил часть жалюзи, чтобы не лицезреть эти их брачные игры.       — У тебя же встречи были, куда я сейчас приду….О, и время сразу нашлось?       Ванечка кивнул головой, будто Вася мог это видеть. Обычно он не дерзил Вакуленко, но сейчас от стресса его нехило заносило.       — Скоро буду. Да, понял я. Иду.       Сбросив звонок, Светло быстрым шагом вышел из кабинета. Как будто ему делать нечего, как ходить весь день к Васе и обратно. Хлопнув дверью перед лицом секретарши, Ванечка закрыл дверь на замок и повернулся к директору. Строгое лицо не сулило ничего хорошего, но Светло вдруг резко стало на всё поебать:       — Может, это лучше ты мне объяснишь? — начал он первый. Как известно, лучшая защита — это нападение. — То ты баррикадируешься от меня в кабинете, то звонишь, то просишь прийти? Я тебе мальчик на побегушках?       Вакуленко приподнял брови и с усмешкой склонил голову в сторону. Он не привык к такому поведению, так что его это даже забавляло. Василий поднялся и лениво сделал знак рукой, чтобы Ваня заткнулся, после чего неспешно к нему подошёл и кивнул в сторону кресла.       — У меня нет от тебя никаких секретов, ты же знаешь, — спокойно сказал он, облокачиваясь рукой на стол. — Просто мы обсуждали конфиденциальную информацию. Я не мог допустить, чтобы зашёл кто-то случайный. Поэтому запретил всем меня беспокоить.       Светло недоверчиво скривился, но открыв было рот, снова захлопнул. Он хотел сказать про Евстигнеева и тендер, но вспомнив, что тот просил пока не распространяться, просто кивнул.       — Да, прости, — смиренно ответил он. — Просто хотел тебя увидеть.       Вася чуть нахмурился такой смене настроения, но потом расплылся в улыбке. Он редко слышал что-то подобное от Светло, так что каждый раз практически таял, не замечая подвоха.       — И я тебя всегда хочу видеть. Мы вчера вечером почти не поговорили за ужином. Может, повторим в выходные? Только ты и я.       Ваня кивнул в ответ и натянуто улыбнулся. После поцелуя с Евстигнеевым он чувствовал себя виноватым перед Васей. И как будто бы так пытался заглушить совесть.       — Конечно. Только можно попросить тебя об одной услуге?       Когда подписанный документ оказался в его руках, Ванечка на радостях даже поцеловал Вакуленко и, крепко его обняв, довольный направился к выходу из кабинета, уже не замечая, как тот повёл носом и недовольно нахмурился, ощутив чужой парфюм. Знакомый чужой парфюм.       Ваня же остаток вечера провёл в кабинете, играя со Светло в гляделки. Ему даже начало казаться, что он всё его лицо наизусть выучил. Тот хмурился, чёт бубнил себе под нос, но Ваня был в этом плане настырнее. В наглую рассматривал парня и даже не думал отступать. По сути Ванечке ничего не мешало просто жалюзи свои задернуть, но он этого не делал. Поэтому то, что не запрещено, то можно. К вечеру Руд доделал макет баннеров и, наконец, нашёл предлог заглянуть к Светло. Постучался ещё как путный, но, не получив согласия, всё равно зашёл.       — Всё ещё злишься? — спросил он, положив на стол айпэд, — Не злись, начальник. Смотри, что сделал.       Так как Ванечка отказывался говорить с ним, Руд решил, что ему можно продолжить. Поэтому просто и весьма непринужденно выложил ему целый кейс информации. Раскидав всё на макетах и картинках. А в конце добавил:       — Тебе стоило сразу дать мне понять всё. Я бы не стал лезть вот так в наглую. Извини…       Выслушав целую лекцию, на которую ему всё же пришлось обратить внимание, так как работу никто не отменял, Ваня потёр виски и посмотрел на Евстигнеева. Что-то ему подсказывало, что такие как он редко извиняются. И Светло бы даже оценил, если бы не контекст фразы.       — Понять всё — это что конкретно? — уточнил он, разворачиваясь к нему на 90 градусов. — По твоему мнению, то, что я встречаюсь с Вакуленко, даёт характеристику меня как человека и специалиста?       Ванечка всё ещё злился. Точнее, это даже не злость, а защитная реакция, так как он привык, что все и всегда осуждают его за спиной. Да и в целом невысокого мнения о его профессионализме.       — И вообще, каким образом я должен был это сообщить? В резюме указать? Уж извини, что не сподобился. Ваня махнул рукой, типа, проехали. Здесь нечего было обсуждать. Уж жаловаться на жизнь Светло точно сейчас не собирался.       — Нет, не в резюме. Я спросил тебя напрямую, что вас связывает и почему ты так тормозишь. Теперь понятно, но сколько всего пришлось натворить. Но я не жалею.       — Ладно. Это всё неважно, — перебил его Светло, уводя тему их поцелуя в сторону, и потянулся к бумагам, прокатывая их по столу к Евстигнееву. — Твой договор.       После этого Ванечка встал и потянулся, качая головой из стороны в сторону, чтобы размять шею:       — Давай на перекур. А то я сейчас сдохну без сигареты, — добавил он и кивнул на планшет: — Как раз обсудим. Мне нравится твоё видение цветовых сочетаний, но неоновые оттенки немного смущают. Не думаешь, что светлые тона будут привлекать людей больше?       Ваня глянул на бумаги, попутно доставая из кармана пачку сигарет и пытаясь вчитаться в мелкий шрифт:       — Что это?       Осознав, что именно перед ним лежит, Ваня взял бумаги в руки:       — Серьезно?       Он зажал сигарету в зубах.       — Слушай, тебя может сразу засосать надо было, чтобы ты всё сделал… — задумчиво бубнит он, делая вид, что не замечает реакцию Светло на свои слова, — Может ещё разочек? М?       Слиться с темы не удалось. Ванечка напрягся и сделал шаг назад, вытягивая руку.       — Ты это давай свои губы подальше держи, — фыркнул он, обходя стол с другой стороны от греха подальше и хватая со стола сигареты. — А то я себя не всегда контролирую.       Последнее он добавил в шутку. Но в каждой шутке есть доля правды. Ваня не мог отрицать, хотя бы мысленно и про себя, что он тоже был бы не против повторить. Только уже основательно. Распробовать сладкие губы с нотками никотина и… Бля-я-а. Светло только этого не хватало. Он вдруг заметно покраснел, затем побледнел и пока они шли в курилку, старательно пытался смотреть только под ноги, жалея, что не может постучаться о что-нибудь головой, чтобы выбить нарисовавшиеся картинки из мозга. Усевшись на высокий стул, он торопливо вытащил сигарету и чиркнул несколько раз зажигалкой, надеясь, что это хотя бы немного поможет ему расслабиться и прийти в себя. Вот только у зажигалки походу сегодня свои планы на эту жизнь. Несмотря на усердие, она упорно отказывалась работать даже с десятой попытки, оставляя Ваню самостоятельно разбираться со своими проблемами.       — Блин, — пробормотал Светло и с надеждой глянул на Евстигнеева. — Огоньком не поделишься?       Ваня же уселся на своё излюбленное кресло напротив и демонстративно закинул ногу на ногу:       — Я ж тебе сегодня уже говорил, для тебя хоть русалку в сапогах.       Ваня прикурил сам и кинул Ванечке свою фирменную зажигалку, которую они когда-то напечатали на всю команду. Парням — чёрные с надписью «купи себе свою, уёбок», а девочкам розовые с «купи себе свою, сучка». Он ухмыльнулся, видя реакцию на надпись, и, облокотившись рукой на один из подлокотников, неспешно принялся пускать дымовые колечки. Его забавляло всё, что сейчас происходило. Он чувствовал, как между ними буквально искры в разные стороны летают. Давно он такого не испытывал, чтоб вот так всё и взаимно, как бы там Ванечка не отнекивался.       — А если… — Ваня затягивается, — Если я не захочу держать свои губы подальше? Ты меня уволишь?