Ты знаешь, у нас будут дети

Осень была до ужаса ветреной. Ветер дул в сторону леса и шевелил верхушки деревьев, да так сильно, что казалось, что самые тонкие из них могут упасть. Малышам нравилось смотреть на это, даже когда Михаил, обеспокоенный холодной, сырой и ветреной погодой загонял их в дом, они прилипали к окну и таращились на то, как шевелится лес. Взрослые не придавали этому особого значения, считая, что ветер никак не может повредить детям. Но для человека, в доме которого появляются малыши, да ещё и активные и в большом количестве, нет истины ценнее, чем истина, которая гласит: "Любой предмет и любое явление, даже самые безопасные, могут быть смертельно опасны, если вступят в контакт с маленьким ребёнком". Всё началось с воздушного змея. А точнее с того, что тонкая нитка, тянущаяся от рук Дина, не выдержала, и кусок ткани отправился в путешествие за лес. Долго малыши провожали его взглядом, гадая, куда же он мог отправиться, а потом дружно разревелись. И даже обещание Михаила сделать им новый, даже сотню новых, не могло исправить положение. Потому что тот воздушный змей был родной и отчаянно любимый, и заменить его было просто нельзя, ни одним новым, ни тысячей. Но, кажется, у малышей было решение этой проблемы. Главное - чтобы взрослые не узнали. Всё было продумано. Дин, которому доверили отвлекающий манёвр, разбил на кухне горшок, и теперь Михаил убирал с пола землю, а Люцифер воспитывал малыша, рассказывая, как нехорошо тот поступил. А в это время на заднем дворе творились великие дела. Габриэль собирался отправиться и вернуть воздушный змей, чего бы ему это не стоило. А как вернуть что-то, что улетело за лес? Понятно, что для этого нужно последовать примеру этого чего-то и тоже улететь за лес! - Шоколад, - Габриэль хлопнул себя по карманам. Он видел в кино, что перед тем, как герой отправляется куда-то, он всегда проверяет, всё ли взял с собой. Брать с собой еду - это очень важно, потому что он не знал, надолго ли улетает, и будет ли там, куда он летит, шоколад. - Будь осторожен, - попросил Кастиэль, насупившись. Ему идея не очень нравилась. Точнее, она не нравилась ему настолько, что он даже предлагал свою кандидатуру, чтобы никто не рисковал, но Гейб не уступил. - И возвращайся к ужину, - попросил Сэм, кивая и отступая на несколько шагов назад. Габриэль внутреннее сжался, а затем раскинул руки. Тут же за его спиной появились два непропорционально больших крыла. Несколько раз взмахнув ими, Гейб приподнялся над землёй, и его тут же подхватил мощный порыв ветра. Его уносило за лес, постепенно поднимая всё выше. И вот в тот момент, когда макушки елей оказались под ногами, Габриэль понял, что ему страшно. Очень страшно. Потому что он никогда ещё не летал, только пару раз отрывался от земли. И потому, что он не знает, как лететь вправо или влево, как опуститься и как вернуться домой. Он открыл рот, чтобы закричать, но туда тут же попал мощный порыв ветра, такой сильный, что заболели щеки. А ещё из-за этого ветра не получалось толком вздохнуть, воздуха было одновременно слишком много и слишком мало. Ветер всё тащил и тащил его дальше, и Гейб мог лишь мокрыми глазами смотреть на удаляющийся от него дом. К его счастью, Кастиэль тоже испугался почти сразу. Не успел Габриэль ещё толком отдалиться, как Кас, взвизгнув, рванулся в дом, к взрослым. Вбежав, он сходу прижался к ногам Люцифера, сотрясаясь от ужаса. За ним влетел Сэм, и по его паническому лицу было понятно, что случилось что-то ужасное. Дин вздрогнул и бросился к окну, но удаляющегося Гейба так и не увидел. - Мелкие, что случилось? - Михаил почувствовал, что его сейчас хватит удар. Нормальное состояние для родителя, даже если родитель - архангел. Главное в такой ситуации - не давать детям понять, что он боится. - Габриэль... Улетел! - выдохнул Кастиэль, обхватывая себя руками и глядя на взрослых совершенно жалко. Люцифер и Михаил переглянулись, давая себе обещания выглядеть как можно спокойнее. - Как улетел? Куда? - быстро спросил Михаил, глядя на то, как Люцифер выскакивает во двор. Ему всё ещё хотелось надеяться, что дети просто как-то неудачно поиграли или стали жертвой шутки архангелочка. - Он взлетел высоко, и ветер его унёс туда, - Сэм махнул рукой в сторону, с которой был лес. - За ёлки. Он хотел найти змея! - сообщил он тревожно. Теперь идея уже не казалась такой замечательной, какой была раньше. А что, если Габриэль потеряется так же, как потерялся змей? - Будьте здесь, никуда не уходите, - велел Михаил, тоже выскакивая во двор. Судя по тому, с каким лицом Люцифер вглядывался в могучие ели, он так и не увидел, куда именно унесло малыша. - Я за ним, - объявил он, собираясь переместиться. Михаил кивнул. Они обещали себе не использовать свои способности и вообще жить так, как живут люди. Но сейчас ситуация была критической. Кто знает, как далеко могло унести Габриэля? И что с ним сейчас происходит. Рисковать было нельзя. - Ладно, давай, - махнул рукой Михаил. Младший покорно исчез, а Майкл развернулся и направился обратно в дом. Ему ещё нужно было успокоить перепугавшихся малышей. И успокоиться самому, конечно. Люцифер вернулся пятнадцать минут спустя, держа на руках вусмерть перепуганного Габриэля, которого он снял с какой-то ёлки. Пока Михаил отмывал малыша и приводил его в порядок, Гейб только дрожал и временами всхлипывал, прижимаясь ко всем подряд и высказывая радость по поводу того, что он не остался на этой самой ёлке навсегда. Позже, когда первый ужас прошёл, малыш изменил своё поведение и постарался сделать вид, что вообще не был напуган. И ему поверили. Чуть больше двух часов спустя Габриэль, гордо лёжа на собаке и активно жестикулируя, рассказывал о том, как летел над лесом, что видел и что чувствовал. Истории, конечно, были фантастические, но остальным малышам нравились. Он рассказывал про то, что мимо него пролетела большая птица, которую он в полёте даже сумел погладить, а внизу он видел медведя и кабана, да таких огромных, что даже если он вырастет и станет таким же, как Михаил, эти звери всё равно будут больше, чем он. А ещё он вроде как видел внизу кролика, и озеро, и даже большое лесное чудище, которое рычало и трясло деревья. И большую пещеру. И улей на дереве. И много ещё чего интересного. А ещё он описывал ощущения, которые испытывал в полёте. Совершенно, по его словам, невероятные. И лёгкость, и восторг, и счастье, и щекотку, и чувство свободы. О страхе, невозможности дышать и боли в крылышках он, конечно, не упоминал, так как это было в высшей степени несолидно и образу героя не соответствовало. Габриэль даже вслух выражал сожаление, что ему не удалось достать змея, и он, может быть, вернулся бы с ним, если бы не коварный Люцифер, снявший его с ёлки, на которую Гейб присел немного отдохнуть. Ничего такого. И малыши верили. Верил даже Дин, который обычно не слишком доверял словам друга. И, конечно, все были восхищены, совершенно забыв о том, как совсем недавно из-за всего этого перепугались. Теперь это было всего лишь очень интересное приключение, не более того. Слушая эти удивительные истории краем уха, Люцифер думал о том, что бы такого сказать малышам, чтобы никому из них не пришло бы в голову ещё раз совершить нечто подобное. Впрочем, Габриэль больше никуда не полетит, это точно, а кроме него крылья есть только у Каса. Кастиэль никуда не может отправиться без Дина, разве что в туалет, но уж точно не за лес. Дин, в свою очередь, никуда не полетит без Сэма, к которому очень сильно привязан, это факт. А всех троих ветер уж точно не унесёт, так что можно не волноваться.