дневник зависимого

всё прошло быстро, утро тянулось не долго, и вот уже Кашоков покидает съёмки. Эмир оказался на улице. Свежий воздух дурманил голову и тот прикрыл глаза от удовольствия. Очередные съёмки отсняты и вот уже можно отдохнуть и дать волю действиям. В такие моменты хочется закурить, хотя тот пытался казаться правильным и не курил в общественных местах. Дома же, он мог позволить себе большее и взять парилку в свои руки. Уперевшись спиной о стену, тот заметил пару машин стоящих на площадке и среди них красовалась бмв Кашокова. Вмиг на плече Эмира оказалась чья-то тёплая, большая ладонь. Такая приятная атмосфера от прикосновений, кто же это может быть? Голова рефлексно поворачивается в сторону прикосновения и перед ним в полный рост стоит брюнет в красном пиджаке и модных очках. По телу прошла дрожь и Кашоков расплылся в лёгкой улыбке. —чего вышел и ничего не сказал? Я там это. Ждал тебя (Рустам) эта тормознутая, не связанная речь со вставками «эээ» казалась Кашокову чем-то невероятным. —да так, решил проветриться. В помещении очень душно. (Эмир) —кстати, помнишь о предложении сходить в кафе и отметить юбилейный выпуск? К сожалению ребята немного заняты, а вот Тамби не пьёт… Ты как? Поедешь? (Рустам) —а? Хм… Почему бы и нет? Я правда сильно налягать на алкоголь не буду. (Эмир) —ладно, только чур на твоей машине. Либо поедем на такси, либо вообще пешком. (Рустам) —поедем пешком? (Эмир) посмеявшись, Кашоков кивнул и направился в сторону машины и разблокировал её дверь. В салоне всё так же лежал дневник, который украшал заднее сидение. Рустам сел на переднее кресло и осмотрелся вокруг. В его поле зрения попал блокнот. На самом деле, тот не сильно интересовался подобным, но надпись на этой тетрадке была весьма странная «личный дневник». Украшен дневник был какими-то травами и странными стикерами, которые уже вот-вот должны были отклеиться. Слегка отвлёкшись от мысли, тот повернулся к Эмиру и увидел, как тот гладит бархатный руль и избавляет его от скопившейся пыли. —предлагаю поехать в наше любимое место. Там где мы почти всегда все вместе собираемся (Рустам) Кашоков сразу понял о каком месте идёт речь. Это ночной клуб, который утром подрабатывает обычным кафе. Кивнув тот показал согласие и машина завелась издав рык. Рустам сразу начал клацать магнитолу и искать какие-то хиты Мияги. Докопавшись до нужных треков, тот начал бурно жестикулировать и открывать окна показывая какие-то жесты едующим машинам. Автомобиль остановился перед яркой, неоновой, фиолетовой вывеской «Экстрим». Надпись резала глаза и парни вмиг покинули авто. —ну… Нажраться, так нажраться… (Рустам) произнёс кортавый и залетел в проём. Эмир остановился в паре метров от входа и посмотрел на море, которое находилось возле клуба. Вода казалась такой свободной, независимой и Кашоков замер от такой картины… Нахлынула пара строк и тот хотел пойти за блокнотом, чтобы дополнить парой фраз страницу. Но понимая, что внутри находится его возлюбленный, тот не упустил возможности побыть с ним рядом и в момент зашёл в помещение наполненное запахом сигарет и алкоголя. Казалось, что Эмиру-правильному человеку в таком месте делать нечего, но взяв безалкогольный коктейль, тот присел на диван и увидел танцующего Саидахмедова среди нескольких открыто одетых девушек. Они крутились возле него и соблазняли его, как только могли и брюнет естественно не отказывался от возможности побыть наедине с девушками. Он был жуткий бабник по словам девушек, которые что-то имели с ним, но Кашоков знал, что это не так… Ну по крайней мере — надеялся. Ещё пара напитков и Рустама конкретно унесло. Танцы казались набором жестов, а лицо парня было покрыто румянцем от опьянения. Эмир должен был взять всё в свои руки и забрать его. Встав из-за столика, тот направился под прожекторы, которые освещали тёмную комнату. Дойдя до танцпола, Кашоков напряг взгляд и потерял шатена. Проталкиваясь сквозь плотную толпу людей, тот столкнулся с брюнетом, который уже еле стоял на ногах. —Рустам! Поехали от сюда! (Эмир) крик пробивал громкую музыку и рептилоид протянул руку, чтобы тот взял его и не дал тому возможность вытереть собой пол. Схватив за руку парня, тот прошёл по краю танцевальной дорожки и они оказались на побережье моря. Солнце уже поднималось и рептилоид застыл и засмотрелся на этот пейзаж. —Эмир… Поехали домой (Рустам) он говорил это как девушка и на его лице виднелась грусть. Ноги его заплетались, а Эмир еле как довёл его до дверцы авто. Посадив его на заднее сиденье, тот быстрее сел на водительское и увидел как Рустам скукожился на кресле словно кот. Машина выехала на пустынную трассу, которая была лишь наполнена яркими фонарями. Всё шло хорошо, но в момент до плеча парня докоснулся Рустам и будто попросил остановить машину. Съехав на обочину, тот сразу разблокировал двери и Саидахмедов отдалился в кусты. Были слышны звуки опустошения желудка и Кашоков не знал что делать. Увидев рептилоида, тот сразу поддержал его за руку и довёл до машины. Сев вновь на пассажирское сиденье, тот откинул голову и тяжело вздохнул. —я заеду в магазин и куплю воды с таблетками… (Эмир) в знак согласия прозвучало мычание и парень отключился. Позже транспорт остановился перед круглосуточным и Кашоков вышел из машины довольно громко хлопнув дверью. Рустам поднял голову и спустя несколько секунд ощупал себя. Повернув голову на заднее сиденье, тот вновь увидел ту тетрадь. Руки сами по себе полезли к ней и шатен ухватился за неё. Дневник оказался в полном распоряжении Саидахмедова. Открыв первую страницу, тот заметил надпись «я такой наивный дурак. Я люблю его без его ведома. Он не знает про это всё, а если узнает, то точно не захочет общаться с подобным индивидуумом. Я правда верю надеюсь, что этот дневник не попадёт ему в руки. а если ты это видишь, Рустам… Прости, не обижайся, я правда не хочу делать тебе плохо.» этого хватило Саидахмедову, но что-то заставило его листать дальше и был бы это не Эмир, Рустам бы высмеял его. «люблю тебя, люблю, как в первый час, как в первый миг внезапной нашей встречи. люблю тебя. Зажёгся я тобою. в моей душе немолкнущие речи. и как мою любовь я назову? восторгом ли? Мученьем ли? Борьбою? ей нет пока конца, покуда я живу, затем, что я живу одним тобою» этот стих разорвал Рустама, но дальнейшие листы всё так же поражали его. Он не мог сказать, что он ощущал к Эмиру, что-то больше чем дружеская любовь. На такое он вовсе не знал как реагировать. Были девушки, фанатки… Но парень, ещё и лучший друг со времён создания команды «лены куки»… Увидев знакомый силуэт, тот отбросил дневник назад и сел в обычную позу. —тебе лучше? Держи, я принёс воды. (Эмир) в руках показалась бутылка боржоми и какие-то таблетки. —да, мне лучше. Спасибо… (Рустам) речь была ещё более замкнутой, но Саидахмедов отказывался верить в это. Он всё ещё думал, что это шутка. Он надеялся, что это сон или пьяный бред и на утро тот мало что вспомнит. —слушай… (Рустам) —да? (Эмир) —а ты точно натурал? (Рустам)