Lighthouse

      — Доброе утро, Зайчонок!       Лучшего пробуждения не бывает. Нет ничего прекраснее, чем услышать с утра мамин голос, и то, как мило, детским прозвищем она тебя называет. А после приоткрыть еще сонные глаза и увидеть ее добрую улыбку.       — Мам, я уже не маленький, чтобы меня так звать! — возмущается Чонгук.       — Хорошо, больше не буду. Так что вставай, умывайся и приходи завтракать.       — Хорошо.       Мама целует сына в лоб и уходит из комнаты. Казалось, еще вчера вечером родители ссорились из-за каких-то пустяков, а сейчас все как прежде. Все счастливы.       Чонгук всегда старался не вмешиваться в дела родителей, особенно если это касалось работы отца. Чон старший работает, не покладая рук, день и ночь, обеспечивая всю семью. Но что-то подсказывает Чонгуку, что большинство разборок — не только из-за работы. А что остается единственному ребенку в семье? Быть примерным сыном.       Каждое утро начинается одинаково, словно если они не будут соблюдать этот ритуал, день пойдет насмарку. Сначала Чонгук должен получить мамин поцелуй и ее улыбку, только потом счастливый сын может встать с кровати. После надо заправить кровать и не забыть выпить стакан молока, который приносит мама каждое утро. Только потом сделать упражнения, чтобы мышцы держались в тонусе, встать под пробуждающий душ, умыться и спуститься к семье.       И сегодня все как обычно, только на этот раз явившись к столу, Чонгук ловит раздраженный взгляд отца, который явно чем-то не доволен. Аккуратно сев и пожелав всем приятного аппетита, Чон младший принимается за завтрак. Чувствовует на себе пристальный взгляд Чона старшего, из-за чего с трудом может проглотить кусок. Также он замечает, что омлет пригорел, овощи нарезаны хаотично, словно наспех. Все это точно не к добру, потому что мама всегда готовит великолепно, без изъяна. Все это значит лишь одно: вчерашняя ссора родителей не пустяк.       — Малыш, почему не ешь? Невкусно? — спрашивает взволновано мама, сидящая по левую сторону от сына. Именно в этот момент Чонгук поднимает на неё взгляд. Она одета в легких шелковый халат, волосы растрепаны, на указательном пальце левой руки красуется небольшой ожог, не единого следа косметики. Кожа ее выглядит сухой, а глаза покрасневшими. Значит, ночью плакала.       — Нет, мам, все вкусно, — отвечает сын и улыбается, чтобы не разочаровывать мать.       — Славно, — женщина переводит взгляд на мужа, который после нескольких минут разглядывания сына, берется читать экономическую колонку в свежей газете.       Минуты за столом длятся будто вечность. Если спросить у Чонгука о его самочувствии, то он бы ответил, что находится между двух огней. Один, как костёр, греет своим присутствием, а второй, синий, – дотронешься и останется ожог навсегда.       — Как дела в школе? — вдруг прерывает тишину отец.       Чонгук давится омлетом из-за неожиданного вопроса старшего. Прокашливается и быстро запивает чаем саднящее ощущение (словно кусок в горле застрял), чтобы поскорее ответить, потому что отец не любит ждать.       — Все хорошо пап, благодарю за беспокойство, — он смотрит немного исподлобья, явно нервничая.       — Уверен? — мужчина отодвигает газету в сторону, складывает руки в замок и вытягивает перед собой, пристально смотря на сына.       Чонгук молчит. В школе он — один из лучших и всегда старался учиться на отлично. У него множество грамот за различные олимпиады, медали за спортивные соревнования. Нет ничего такого, к чему можно было бы придраться. Он никогда не ходил курить на задний двор с одноклассниками и никогда не занимался непристойностями в школьных уборных. Всегда старался быть прилежным учеником и примером для многих одноклассников.       — Мне сказали, что у тебя четверка по биологии за контрольную работу, это правда? Только единственный человек мог отругать Чонгука за маленький промах – его отец.       — Да, отец. Это была лабораторная работа, мы работали в парах… и мой напарник, Енджун, отказывался со мной сотрудничать… — оправдывается Чон младший.       Он не станет говорить о том, что этот Енджун сначала издевался над ним, раздражая грязными словечками, потом отвлекал от работы, которую Чон делал абсолютно один. А потом Енджуну и вовсе пришло в голову начать приставать. Что творится в головах его одноклассников, Чонгук не знал, скорее всего вместо мозгов у них беснуются одни лишь гормоны. Но когда чья-то рука начинает щупать ягодицы во время подсчетов, невольно вздрагиваешь от неожиданности и начинаешь быть агрессивным. Да, в тот момент Чон пригрозил однокласснику заостренным карандашом, сказав, что этот предмет будет торчат у него в руке, если он не прекратит.       — Ха, хочешь сказать, что в твоей оценке виноват одноклассник? — отец с каждой секундой становится все злее. — Или ты не мог выполнить работу сам, и перекидываешь всю ответственность на другого?       — Я не успел, — Чонгук опускает голову, не выдержав пронзительного взгляда отца, и таращится в тарелку с едой.       Отец осуждающе мотает головой и встает из-за стола, прихватив с собой газету. Через пять минут слышатся звуки захлопывающейся двери, а еще через две минуты заводится мотор отцовской машины во дворе.       Чонгука едва хватает на то, чтобы допить чай и поблагодарить маму за завтрак. Он возвращается к себе в комнату. Сегодня последний школьный день, потом начинаются летние каникулы. Одевшись в школьную форму и собрав рюкзак, он направляется к автобусной остановке. Пятнадцать минут в транспорте с наушниками в ушах под треки Dead by April проходят незаметно. Потом немного пешком и — здравствуй, школа.       «Сегодня — последний. Надо продержаться».       Как обычно у входа в здание его встречает единственный нормальный человек, по мнению Чонгука, — Ким Тэхён. Он активно машет рукой, чтобы Чон его заметил. Чонгук не может назвать его лучшим другом, скорее, приятелем, с которым можно поболтать о новых сериях вышедшей недавно манги или обсудить фильм, иногда посидеть в школьной библиотеке, делая домашние задания в тишине. Проще говоря, с таким человеком комфортно.       — Привет! Как дела? — начинает Ким.       — Все хорошо. А у тебя? — отвечает Чон.       Одно из правил, которых придерживается Чонгук: не лезь в душу другим, тогда и к тебе не будут. Именно так он и поступает, стараясь забыть утренний инцедент, — говорит «все хорошо».       — Прекрасно! Слышал, что в этом году собирают группы, чтобы отправиться в трехдневный поход на Чеджу? Вот думаю, записаться и поехать или же нет?       Тэхён делает задумчивое выражение лица и осматривает Чона, пока они идут по школьному коридору. Он замечает грустное выражение у друга и толкает его локтем в бок.       — Хей, Чонгук-и, что-то случилось?       — Нет, просто думаю, что не смогу отправиться в поездку. «...потому что отец сегодня не в духе, и он навряд ли захочет говорить о каком-то школьном походе».       — Тогда я тоже без тебя не поеду! — заявляет Ким, поправляя лямки рюкзака. — Вместо этого похода сходим в интернет-кафе, порубимся в «League of legends» или сходим в клуб, отметим, так сказать, конец учебного год. Если, конечно, ты не будешь занудой.       Чонгук как и все восемнадцатилетние подростки рад концу школьных мучений и не прочь оторваться где-нибудь, готов забить на все, поддаться опьяненному рассудку и пуститься в пляс. Единственное, что его удерживает: нужно быть хорошим сыном, примером для подражания. Еще с самых ранних лет эта мысль забралась в голову, словно ее прибили гвоздем крепко-накрепко, что теперь и не отодрать.       — Поживем — увидим, — отчеканивает Чон.       В школе как обычно. День проходит незаметно. Сначала пара уроков корейского языка, затем английский, точные науки, искусство и так далее. Чонгук любит учиться, узнавать что-то новое, представляет себя каждый раз в роли Колумба, открывающего Америку.       День изо дня он получает насмешки от одноклассников, а они ведь просто завидуют, что не такие способные как Чон. Парни точат ножи за спиной, а девчонки вешаются на шею, либо кладут записочки с признаниями в симпатии. Так и сегодня. Чонгук подходит после уроков к своему шкафчику, и из него вылетает пара красных конвертов, пахнущих слащавым парфюмом.       — Опять девки о любви писем накидали. Эх, вот бы мне тоже, — внезапно подходит сзади Тэхён и тяжело вздыхает.       Сам Ким тоже симпатичный. С красивыми чертами лица, русыми волосами, в меру высокий, но чуть ниже Чонгука. Единственное, что портит его привлекательность, это мешковатая одежда. Он, в отличие от Чона, не любитель школьной формы, всегда выбирает что поудобнее и побольше. За неподобающий вид ему пару раз влетало от руководителей и директора, но все поняли, что менять вкус этого мальчишки — себе хлопот добавлять. Так что скоро отстали от него.       Не заостряя внимания на выпавших конвертах, Чон отдает их Киму. Тот с удивлением и нескрываемым восторгом запихивает их в свой рюкзак. Они идут бок о бок, выходя из здания и направляясь к автобусной остановке. Спокойно и никуда не спеша. Слушают Ed Sheeran, так как кое-кто не любит рок-исполнителей, делят одни наушники на двоих. Так же они садятся на скамью и ждут автобус.       — Приветик! — из ниоткуда появляется девочка из параллельного класса, начинает говорить с ними сладким голоском.       Чонгук даже не смотрит в ее сторону, наблюдая за проезжающими мимо машинами. А Тэхён, заприметив симпатичную особу с пышными формами, пытается завязать разговор, но девушка одаривает его злобным взглядом. Поняв, что шансов нет, Тэхён толкает друга в бок, призывая отвлечься от музыки, которую Чонгук до сих пор слушает через один наушник. Добившись своего, Ким качает головой в сторону девчонки. Когда Чон обращает внимание на нее, она поправляет выпавшие рыжие локоны за ухо.       — Привет, Чонгук-и, хотела предложить тебе сходить в одно кафе недалеко от школы в эти выходные, там вкусно готовят выпечку, слышала, ты любишь шоколадные пончики. И там подают отменный кофе.       Откуда ей знать о том, что любит Чон? Может он предпочитает кофе — горячий шоколад, а шоколадным пончикам — мамину выпечку. Слухи — дело коварное. Один скажет что-то не то, другой подхватит, и понеслась. А кто прав, а кто нет, никому дела нет.       — Он занят! — из-за долгого молчания Тэхён берет инициативу на себя.       — Это чем же? — интересуется особа.       — У нас дела в эти выходные, — уклончиво отвечает Тэхён.       — Ха, и какие же это дела у тебя с ним? Спите вместе что ли? — она скрещивает руки на груди и смотрит на парня с вызовом.       — Не твое дело, — прерывает неприятный разговор Чон.       Девчонка смотрит ошарашено. То ли от того, что с ней, спустя столько попыток, заговорил сам Чонгук, то ли от того, что, возможно, ее слова оказались верными, и слухи, которые начали ходить про этих двух парней — правда.       В этот момент подъезжает автобус. Чон берет за руку Тэхёна и направляется к транспорту, пока девушка стоит в ступоре, разинув рот и выпучив глаза.       Когда парни садятся на места, оплатив билеты, Чонгук отворачивается к окну. Он разглядывает прохожих, которые после долгого рабочего дня собираются домой. Для идеальной картины не хватает дождя, но сегодня солнечно.       — Почему ты не опроверг ее слова? — прерывает его мысли Ким.       — Это бы ничего не изменило, — поворачивается лицом к приятелю Чон. — Если бы начал говорить правду, она бы подумала, что я оправдаюсь, ведь она симпатичная девчонка и большинство парней из нашей параллели слюни по ней пускают. А так...       Тэхён ничего больше не говорит, он только кивнул, поняв его мысль. Для обоих главное то, что они хорошие друзья-приятели, а мнение окружающих их беспокоит в последнюю очередь.       После нескольких минут поездки автобус останавливается на нужной Чонгуку остановке, а Тэхён едет дальше и машет на прощание через стекло автобуса. Не спеша, слушая теперь в одиночку легкую попсу, Чон шагает по направлению к дому. В голове лишь мысль о том, что он будет делать этим летом. Из-за ссор родителей вряд ли он поедет в поход, а о поездке за границу и вовсе стоит забыть.       Придя к себе, Чонгук переодевается и направляется ужинать, и опять же в одиночестве.       Дома никого. Быстро съев кимчи с овощами, приготовленные с утра мамой, он отправляется в свою комнату. Там он садится за письменный стол у окна, достает из выдвижного ящика лист бумаги, ручку и маркеры: нужно написать хоть какой-то, но план на лето, чтобы не бездельничать все время, а провести его с пользой. Первым делом — список литературы, куда он включает пару книг из школьной программы, интересную ему художественную литературу, того же Харуки Мураками, и несколько непрочитанных манг. Затем по мелочам: сходить с Тэ в интернет-кафе, позаниматься на стадионе с парнями из спортивной секции, написать пару картин в местном кафе или в парке у реки Хан. Список на лето Чонгук пишет около двух часов, и по объему выходит прилично.       На часах уже девять. Приняв душ, Чон собирается ложиться спать, но в комнату стучится мама.       — Я войду? — тихо спрашивает она, заглядывая.       Парень кивает в знак согласия. Мама заходит неспешно, словно в первый раз видит комнату сына. Обитель Чонгука проста: письменный стол, рядом небольшой стеллаж с учебниками и книгами, у стены посередине кровать, над ней плакат с великим Джеки Чаном, напротив шкаф с одеждой. Ничего лишнего.       Подойдя к краю кровати, женщина мягко улыбается сыну, который сел у изголовья. Она медленно гладит его черноволосую макушку, перебирая пряди.       — Малыш, ты, наверное, заметил, что я с папой часто ссорюсь…       — Мам, у вас все хорошо? — с беспокойством спросил Чонгук. Она молча кивает.       — Нам просто нужно время, поэтому, милый, на следующей неделе мы поедем к бабушке в Пусан, ты у нее давно не был. Прости, Чонгук-ки, если испортила твои планы. Но так нужно.       Чонгук знал, что придет день, когда начнет меняться его жизнь. Все планы, построенные на годы вперед, летят в мусорку. И нужно составлять новые. Говорят, что изменения в жизни — это хорошо, но так ли это для Чонгука?