Зависимость

"Интеллектом обделён, взгляд немного притуплён Когда тебя увидел - поднялась температура Помню, как с любовью я смотрел в твоё лицо Под штанами задохнулась моя совесть и культура Подъехала девятка и пошла перезарядка Все, кто тебя касался, ползают в кишках в загадках Надеюсь, что от крови тебе не будет гадко, Но не переживай, я работаю в перчатках. Культ тела, культ тела Меня интересует лишь твоё тело Культ тела Я сделал для тебя, Ошейник из металла, чтобы ты не убежала" Сон был крайне тревожным. Гриша то и дело просыпался, либо от странного с невнятным сюжетом кошмара, либо же просто так, без особой причины. Новое место, стресс, нестабильное состояние, ему было плевать на все эти возможные факторы, он просто хотел уснуть, и отвлечь себя от бесконечно накатывающих мрачных мыслей, заполняющих разум, заставляя окунуться во все проблемы разом, без возможности всплыть, захлёбываясь собственными чувствами и переживаниями. Но вся эта тяжесть отпустила лишь под утро, позволяя парню хотя бы немного отдохнуть, не тревожа его безумными сновидениями.       13:00 Илья встал минут десять назад, и сейчас неторопливо собирался, с каждой секундой всё больше задумываясь над своими действиями и всё больше они казались ему безумно глупыми и нелогичными. Парень открыл дверь стоя в проходе .Вот так по тупому проебаться, он явно не собирался. Мотать срок в тюрьме не хотелось совершенно, так что свои гениальные планы пришлось отложить, и ещё раз обдумать все свои действия. Он против воли, удерживает у себя дома человека, это опуская моменты всего происходящего здесь. Мазелов громко хлопает дверью, усевшись на полу упираясь в неё спиной. Ещё раз подумать. С девушкой он разберется позже, более элегантно.        "Дверь хлопнула... ушёл что-ли?" С улыбкой на лице подумал Рофлер, прислонившись щекой к двери. Неужели это был шанс? Просто выбить дверь, а дальше как пойдёт. Не найдёт вход, можно вооружиться чем-то и тогда план действий будет другой. Не такой безопасный как хотелось бы, но и он имеет место быть. Парень прислонился ухом к деревянной поверхности прислушиваясь. Пятнадцать-двадцать минут, если не последует никаких звуков, значит чисто, значит можно пытаться. Тихо дойдя до кровати, Рофлер взял с тумбочки часы, крепко сжав их в руке ухмыляясь. Его явно недооценивают. Гриша снова вернулся к двери, вслушиваясь в каждый звук в доме, стараясь уловить малейшие шорохи, и дышать как можно тише и реже, чтобы расслышать больше. Десять минут. Пятнадцать. Парень решил подождать чуть больше, для уверенности. Это было опасно, как минимум потому что так он сокращал себе самому время. За это время никаких звуков не последовало, ни единого. Прекрасно. Широко улыбнувшись, Гриша наконец-то отошёл от двери, глубоко вздохнув, стараясь успокоить бушующее волнение и небольшую дрожь в конечностях. Поехали. Разбежавшись, парень что было силы врезался плечом в дверь. Материал не отличался особой прочностью, так что уже после первого удара послышался глухой треск. Для уверенности, Рофлер хорошенько врезал по деревянной поверхности ногой, но это не дало практически никаких результатов, и Гриша решил действовать как задумывал изначально. Второй. Третий. Четвёртый. Пятый. Шестой. Плечо ужасно болело, отдавая по всей руке. Парень стиснул зубы, растягивая губы в кривой ухмылке, нервно хихикая. Тело тряслось от избытка адреналина, злости, волнения и немного страха. Вокруг ручки пошла большая глубокая трещина. Ещё два три удара и первый этап на пути к свободе пройден. Эта мысль вселяла надежду в ослабленное и уставшее тело. Игнорируя боль, Рофлер собрался с мыслью, нервно кусая нижнюю губу, раскусывая немного зажившие ранки. Ещё один удар. Последний. Громкий треск, радующий слух. Дверь резко открылась, и парень чуть было не упал на пол, но его подхватили, прижимая лицом в сильную грудь. Гриша замер. Он старался не дышать, не двигаться, словно от этого он мог бы просто исчезнуть, расстаться в воздухе и остаться незамеченным. Почему? Не услышал хлопок двери? Раз начал, нужно доводить до конца. Гриша поднял голову. По спине пробежали мурашки. Холодный, безразличный взгляд, ни тени гнева, или грусти. Как кукла, с красивыми, но пустыми глазами. Его руки крепко держали Гришу за плечи, сильно надавливая пальцами. Резкий удар в нос, и Рофлер тут же отскочил, тряхнув рукой. Плечо снова отдало болью. - Значит по хорошему ты всё таки не хочешь.. Вытирая с лица кровь бросил Мазелов. Рофлер сделал шаг назад, внимательно следя за действиями Ильи. Его слова сильно задевали. Он не имеет права. - Ага, то есть я должен смириться с тем, что ты запер меня здесь против моего желания, должен терпеть твои странные действия?! Пошёл нахуй, ты и твоя "забота"! Я не хочу видеть твоё ебало, сучара! Впервые парень был в таком состоянии, злость, обида. Однако, после этих слов стало как-то легче. Глаза стали мокрыми. Но он отвлёкся. Резкий удар в живот прервал этот поток эмоций, заставляя согнуться, сбивая дыхание. Удар в колено, и Гриша на полу, спиной к стене. Илья хватает за волосы, запрокидывая голову, заставляя смотреть ему в глаза. Он больше не был настолько безразличен, вместо этого на лице играла улыбка. - Мне похуй, нравится тебе, или нет. Мазелов выглядит слишком довольным. Ему нравится эта ситуация, ему нравится чувствовать себя сильнее своего друга. - Ты нравишься мне. Как долго я буду добиваться тебя, зависит уже не от меня, но чем быстрее, тем проще тебе будет Мазелов коснулся губ Гриши в попытке поцеловать, но осёкся, когда его язык болезненно прикусили. Парень зашипел, сильнее оттягивая русые локоны. - Хорошо.. я тебя понял, давай тогда поговорим в твоей манере. Рофлера потянули за волосы, заставляя подняться. В следующую секунду, он получает мощную пощёчину, от которой остаётся потемнение в глазах и короткий звон в ушах. Мазелов берёт за ошейник притягивая к себе. - Как тебе предмет украшения, нравится? - Отъебись Нейзи дёргается, пытаясь отвести голову. Ещё одна пощёчина, только уже по другой щеке, и не такая сильная. - На вопрос отвечай, это вроде не так сложно - Я же сказал, отъебись. Я не собираюсь отвечать на твои блятские вопросы. Можешь пиздить меня сколько угодно, если тебе доставляет это удовольствие. Шипя от боли язвит Рофлер, особенно выделяя последнее предложение. Его гордость пока не настолько обрушена, и терпеть он больше не собирался. Нейзи растягивает губы в кривой улыбке. Илья ухмыляется, слегка оголяя зубы. Он будто бы ждал, ждал этих слов, чтобы хотя бы для себя самого оправдать эти действия, и сорваться с цепи. - Просто запомни, что ты сказал это сам, я тебя не заставлял Гриша предпринимает попытку вырваться, и у него получается, но почти сразу же получает мощный удар под дых коленом. Невольно из глаз брызнули слёзы, парень зажмурился, снова падая, поджав ногу. - Ты же так хотел врезать мне, почему не делаешь этого? Удар в грудь, после которого Гриша на секунду подумал, что выплюнет свои лёгкие. Он уже десять раз пожалел о том, что совершил эту жалкую попытку побега. Илья потёр кулак, смотря на дрожащее от боли тело перед ним. Он ожидал от него большего. Уж точно не один хилый удар по лицу. Хмыкнув, парень берёт его за ошейник, уводя за собой. Рофлер пытается сопротивляться, но удар в и без того ноющее плечо его быстро усмирил. Путь лежал в комнату Мазелова, зайдя в помещение, Гришу грубо толкают на кровать. - Ты мне так и не ответил. Эта игривая интонация дико бесила и пугала одновременно. Решимость Гриши осталась в том коридоре, сейчас же он испытывал только страх и злость. Грудная клетка ужасно болела. Слышится щелчок замка, и парень громко и рвано вздыхает, сжав пальцы правой руки в кулак. Улыбка с лица Ильи спала. Ему нравилось больше, когда ему хоть как то пытались противостоять, хотя, возможно он слишком рано расслабился. Да и не этого ли он хотел? Темноволосый подошёл к шкафу, и копавшись в нем секунд десять, достал металлический ошейник, с шипами во внутреннюю сторону. Такие используются в воспитательных целях для собак. Ну, а чем тебе не псина, да и цели похожие. Прихватив с собой наручники, Мазелов вернулся к другу. Тот же приняв сидячее положение, ждал своей участи, теперь уже с абсолютно спокойным видом. Илья просунул два пальца под ошейник на шее узника. Он снова тепло улыбается, ловким движением отстёгивая ремешок. В этот момент, Гриша пытается ударить темноволосого по лицу, но парень успевает схватить его за локоть, после чего толкает на кровать животом вниз, застёгивая наручники на запястьях. Рофлер дёргается, пытается перевернутся на спину и ударить оппонента ногой. Пара мощных ударов между лопаток, служит неплохим успокоительным, Мазелов чувствует как напряглось под ним тело. Взяв Нейзи за волосы, Илья поднимает его голову вверх, второй рукой продевая ошейник, застёгивая его практически вплотную, так чтобы острые шипы в любом случае касались шеи, и при любом резком, или неправильном движении царапали кожу. - Ну как, этот лучше? До последнего надеялся, что мы до этого не дойдём, но ты умудрился завести себя в такое положение уже на следующий день прибывания здесь. Гриша промолчал, зажмурившись. Пальцы сильнее сжали его локоны, заставляя ещё сильнее приподнять голову. Он молился всем существующим и несуществующим богам, только бы это всё закончилось. Наконец Мазелов оставляет причёску Нейзи в покое, и тот осторожно опустил голову на мягкую поверхность. Илья запустил руку под футболку парня, больно сжимая бок, сильно царапая кожу. Гриша рефлекторно дёрнул руками, слабо прогнувшись. Парню сверху, довольно быстро наскучило это действие, он задрал чужую футболку, полностью оголяя спину, и достал из кармана маленькую коробочку, вытащил из неё квадратное лезвие. Гриша замер, и тут же стиснул зубы, ощутив как холодная сталь рассекает кожу. - Гх, блять, это уже слишком, не думаешь? Выдавил Нейзи начав извиваться. Илья немного натянул ошейник на себя, от чего парень шикнул, снова сильно запрокинув голову. - Ты же сам говорил, что я могу причинять тебе боль, если мне это нравится. Разве нет? Лезвие прошлось вдоль позвоночника, оставляя за собой красную полосу, из которой мелкими капельками, начала сочится кровь. - Ммм, так ты садист. Спасибо, не знал. Сквозь зубы выдал Рофлер сильнее выгибая спину и жмурясь от боли, которую доставляли шипы, впивающиеся в кожу. Шея начала уставать от такого положения, и заметив это, Мазелов всё же отпустил ошейник, решив для себя пока его не трогать. Оставив чужую спину в покое, он перешёл к предплечью, сначала задумавшись, а потом с улыбкой принялся старательно выводить буквы, загоняя лезвие достаточно глубоко. Григорий коротко и тихо вскрикнул, сильно дёрнув рукой, из за чего темноволосый промахнулся, оставив лишнюю царапину. - Ты блять.. аай.. ну вот что ты дергаешься, щас промахнусь и задену то, что трогать не нужно! - Ну пиздец, если бы ты этой хуйней не занимался я бы не дёргался! Илья фыркнул, доводя по конца последнюю букву, после наклонился, проводя языком по ранам, слизывая кровь. Гриша вздрогнул от отвращения к такому действию, шумно и устало выдохнув, уткнувшись лицом в подушку. - Потом посмотришь, я старался. Мазелов улыбнулся, разглядывая плоды своего труда - Псих ебучий. Коротко ругнулся Рофлер перед тем как громко вскрикнуть, сжимая пальцы в кулаки. Под лопатку вошло то самое лезвие почти до половины, и пройдя на пару сантиметров вниз, его всё же вытащили. Темноволосый подхватив Нейзи за всё ещё ноющее плечо, резким движением перевернул на спину, и теперь они могли лицезреть лица друг друга. Илья нахально ухмылялся, в глазах пляшут озорные искры, взгляд как у голодного хищника, который наконец смог поймать себе обед. Гриша смотрит с ненавистью. Слегка приоткрытые губы, из за нехватки воздуха, который ему перекрывает собственная злость, и ошейник. Если бы его прямо сейчас отпустили, он бы разорвал бывшего друга в клочья, без жалости и сожаления. Мазелов проводит рукой по ключицам, размазывая по чужой коже кровь её владельца, после наклоняется, начиная оставлять укусы и незначительные порезы кончиком лезвия. Рофлер приподнял голову, изучая потолок, стараясь игнорировать неприятные ощущение. Скоро ему надоест, ведь так? И сразу после этой мысли, по ляжке поползла чужая рука, поднимаясь выше, закончив свой путь в области паха. - Илья! Нейзи снова повторил свою ошибку резко дёрнувшись, из за чего на правой ключице остался длинный, но неглубокий порез. - Блять стой! Громко выругался Рофлер, когда Мазелов сунул руку ему в шорты обхватывая пальцами член. Темноволосый поднялся, удобно устроившись между чужих ног, предварительно полностью избавляя друга от мешающей одежды, и повыше задрав его футболку. Гриша рыкнул, подавшись в сторону. Парень задышал глубже и чаще. Вот теперь было по настоящему страшно. Нет, лучше бы ему ещё пару раз врезали. Рофлер отвернулся, кусая внутреннюю сторону щеки. Илья с ухмылкой начал двигать рукой вверх вниз, с удовольствием отмечая как твердеет орган. - Руки убери, сучара! Хрипло выдавил из себя Нейзи, дернув тазом. Однако после этих слов, движения руки стали более резкими, вырывая из уст Гришы краткий стон. Тот же быстро осёкся, краснея от стыда и отводя взгляд. Ещё пару движений и Нейзи кончает себе на живот, позволяя себе тихо, но протяжно простонать. Отвращение, к самому себе, парню мерзко от того факта что его телу такое обращение вполне нравится, но вот разум не позволял просто взять и расслабиться. Хотелось исчезнуть прямо сейчас, чтобы не испытывать ни этих ощущений, ни жгучего стыда. Рофлер дёрнулся, ощутив внизу холодные влажные пальцы, которые в секунду вошли внутрь. Гриша напрягся, скалясь от неприятных и непривычных ощущений. - Нет нет нет! Стой! Убери руки нахуй оттуда! Нейзи шумно и часто задышал в панике переводя взгляд на Илью. - Расслабься, блять, я и так пытаюсь сделать так, чтобы ты потом не мучился. Мазелов одной рукой раздвинул чужие ноги пошире, полностью пропуская два пальца, двигая ими внутри. Рофлер сжал зубы сильнее, до боли в челюсти, уставившись в потолок, постепенно привыкая к новым ощущениям. Спустя минуту, Мазелов добавляет ещё один палец, чуть наращивая темп. Гриша поворачивает голову в сторону, стараясь спрятать от пристального взгляда красное от стыда, смущения и злости лицо. Наконец пальцы покинули уставшее тело. Нейзи судорожно вздохнул, разжав зубы и кусая внутреннюю сторону щеки. Внутри всё скрутило от переживаний, а коленки слабо подрагивали. Всё казалось таким нереальным, ведь этого по логике и не должно происходить. Послышалось звяканье пряжки ремня, и шелест ткани, неприятно врезаясь в уши. - Стой, ты же не... Взволновано, и с ноткой ужаса в голосе начал парень, но замолчал, не найдя в себе силы договорить. Его взглядом была поймана очередная довольная ухмылка, и чужие пальцы грубо ухватили его за колено, держа ноги раздвинутыми. Немного нагнувшись, Илья опустил руку между их телами, и тело Гриши прошибла дрожь, когда головка члена медленно вошла внутрь. - Илья, п-подожди... Хрипло, путаясь в буквах, протянул Нейзи, шипя от неприятных ощущений. В ответ друг вошёл глубже, всего на несколько сантиметров, но это с головой хватало чтобы с уст Рофлера раздалось злое: - Блять! Парень сильно прогнулся в спине, отчего послышался короткий и едва уловимый хруст. На несколько секунд Мазелов вышел, но только для того чтобы с резким толчком снова оказаться внутри, с удовольствием проводив вскрик парня. Тяжёлое дыхание становилось всё громче, но сжав зубы, Гриша решил держаться, и не радовать этого ублюдка любыми звуками, что так и рвутся с губ. Ещё один толчок, и он жмурится от боли, прокусив губу до выступившей капли крови. Неприятный привкус железа немного возвращал в чувства, помогая хоть и совсем слабо, но отвлечься от творящегося безумия. Мазелов это сразу же заметил, и немедля нагнулся, касаясь чужих губ в жарком поцелуе, однако его встретили плотно сжатые зубы, не позволяющие проникнуть внутрь. Тогда чуть прищурившись, неожиданно Илья делает движение вперёд, просовывая себя глубже, и это движение заставило друга вскрикнуть, чем Мазелов успешно воспользовался - мгновенно врываясь, помечая собой каждый сантиметр.. Со стороны Рофлера раздалось недовольное мычание, и он уж было собирался прикусить чужой шаловливый язык, но в последний момент Мазелов отстранился, пожирая его довольным взглядом. Гриша злостно выдохнул, встречаясь взглядом с хищными зелёными глазами. - Да чтоб ты сдох. Сквозь зубы шепчет Нейзи, вкладывая в это предложения всю ненависть и отвращение. Движение бёдрами, ещё раз, и ещё, и вот он уже не прекращает, не останавливается, не давая Грише и нескольких секунд на передышку, или чтобы тот хоть как-то успел привыкнуть, словно желая вытрясти из него всё желание сопротивляться. С губ шатена вылетел полустон, заставив его тут же заткнуться, и отвести взгляд, старательно не пересекаясь с чужим. -Нравится, Гришань? -ухмыльнулся Илья, выделяя последнее слово, намеренно издеваясь. Наращивая темп,он нагнулся, уперев руками по бокам от его головы. - Да, охуенно просто! Злобно огрызнулся Рофлер, сжимая в бешенстве зубы, сожалея что не может выгрызть эту довольную ухмылку с его лица. Друг не ответил, вместо этого он опустился ниже, покрывая участок шеи поцелуями, и проводя языком по кровоточащим царапинам, слизывая кровь. - Ебанный извращенец... В презрении рыкнул Гриша, отвернувшись, но сразу поплатившись за свои слова, когда острые зубы больно укусили за плечо. Из уст парня послышалось болезненное мычание. Илья же получал неимоверное удовольствие. Тело того, по кому он сох в безумной любви уже довольно продолжительное время, сейчас прогибается и извивается от его действий. Сейчас Нейзи принадлежит одному лишь ему, и эта мысль прибавляла большего экстаза. Мощный толчок, и Илья случайно задевает пучок нервов внутри, вызвав громкий стон снизу. Этот звук крайне удивил обоих, но быстро оправившись от шока, Мазелов повторил, вновь услышав в ответ заветный стон, хоть и более тихий и сдержанный. По губам поползла довольная улыбка, и уже не медля, парень начал вбиваться в него отбойным молотком, вглядываясь в красное лицо Гриши, и вслушиваясь в каждый его вздох, в сладкие стоны, контролировать которые было уже практически невозможно, но парень всё ещё пытался, и получались они более-менее глухими, и не такими отчётливыми как хотелось бы Илье. - С-стой! Попытался остановить его Нейзи, но это не возымело никакого эффекта, наоборот - кожу обожгло болью от укусов, а крепкие пальцы до боли сжали бока, впиваясь ногтями в кожу. - Ха-ха, а куда это подевалась вся твоя язвительность, м? Темноволосый вновь не упускает возможности лишний раз поиздеваться, размазывая чужое эго по стенке. Боль перемешалась со жгучим удовольствием, и Гриша начал теряться в этих чувствах, из последних сил пытаясь держаться, но безуспешно. Пальцы крепко сжали постельное под собой, настолько сильно, что запястья и ладони отдало тянущей болью. Запрокинув голову и жмурясь, Рофлер кончил, издав протяжный жалобный стон, чувствуя как подрагивают его колени, а вместе с этим осколками разлетается его гордость. Ощущения просто отвратные, возможно, если бы этот секс был по обоюдному согласию, ему бы даже понравилось. Но увы. Спустя ещё несколько грубых толчков, блаженно выдыхает и Мазелов. Темноволосый гладит рукой по щеке пленника, проводя большим пальцем по израненным губам. - Как ощущения, Гриш? В ответ молчание, и Мазелов понимающе кивает, пропуская руку под шипастый ошейник, чтобы зубья прекратили терроризировать чужую кожу, и вместо этого впились в его ладонь. Нейзи уже перестал ощущать какую либо боль, всё болело одинаково сильно, и выделить что-то конкретное было очень тяжело. Илья отстёгивает неприятный аксессуар, с интересом рассматривая истерзанную шею, ковыряя ногтём одну из свежих ран на ней. - Я жду извинений. Сухо и грубо произносит парень смотря Рофлеру в затуманенные глаза. Гриша переводит на друга непонимающий взгляд, но всё так же молчит. “Трахнул против моей воли, а я ещё и извинятся должен, пф” - За что это, интересно, я должен извиниться? - Ну как это, за что. За своё поведение. Заметь, что не я первый начал себя вести как неблагодарная тварь. Его голос звучал более угрожающим, с нотками… разочарования? Теперь Нейзи почему-то стало действительно стыдно, хотя это скорее чувство отдалённо его напоминающее, но тем не менее, оно было. Гриша задумался, отводя глаза в сторону. Ему определенно не нравились так называемые “эмоциональные качели”. То перед ним заботливый добрый парень, который всё сделает для его комфорта, то безумный маньяк, который за одной неверное слово, или неповиновение создаст для него худший кошмар. Но хуже всего было осознание того, что именно от действий Рофлера будет зависеть то, кем сегодня будет являться Мазелов. - Извини. Сквозь силу выдавил из себя Нейзи стараясь не сморщится, словно у этого слова появился гадкий горький привкус, который разошёлся по всему языку. - В душ идёшь? - Угу Илья помогает Грише поднятся, но перед тем как отстегнуть наручники, кончиком лезвия касается его запястья. - Если опять хуйню творить начнёшь, я переломаю тебе руки, ноги, а потом буду трахать пока ты не вырубишься от болевого шока. Понял? По спине пробежали мурашки. Было жутко слышать подобные речи от обладателя мелодичного голоса, ещё и с такой спокойной интонацией. Руки Нейзи были свободны, и тот потирая красно-синие участки на коже, наблюдал, как его похититель копается в шкафу в поисках сменной одежды. Наконец получив одеяние от улыбчивого парня, Рофлера проводили к ванной комнате, перед входом в которую, ему дали таблетку, глотать которую пришлось на сухую. Холодная вода побежала по телу, по своему обжигая, из за многочисленных порезов. Кожа покрылась мурашками из за прохлады, но Гришу не особо волновала температура, ибо внутри он ощущал себя гораздо хуже. Раны на теле заживут, а этот день будет ещё несколько раз всплывать в уме перед сном. Парень поднял руку, которая от боли в предплечье ныла больше всего. “Mzlff” и сердечко. Хвостик последней буквы резко уходил вниз. Рофлер рвано вздохнул прикрыв глаза и вздрагивая. По лицу заструились холодные ручейки. И всё таки нужно включить тёплую воду.