Зависимость

Сделав глубокий вдох через рот, парень сел на пол запрокинув голову вверх, рассматривая потолок. Такого исхода событий он ожидал меньше всего. Сейчас в голове царила обида и непонимание. Какого хуя? Чем была эта дружба на протяжении нескольких лет? Не может быть, чтобы за всё это время, он знал этого человека настолько плохо. Гриша попытался прикусить нижнюю губу, но та болезненно заколола и шикнув, он приложил два пальца к ней. Обидно и больно. - Подонок. Процедил сквозь зубы Рофлер убрав руку и заметив на подушечках свежую кровь, облизал губы. Всё лицо неистово болело, и оставалось надеяться на то, что ему хотя бы не сломали нос. Илья вышел из зала, и тяжелыми быстрыми шагами перешёл в свою комнату, подойдя к рабочему месту. Он с силой дёрнул выдвижной ящик стола, от чего тот громко скрипнул, и уже немного пошатывался, от таких периодических психах Мазелова. Ещё немного, и он точно вырвет его оттуда. Одной рукой парень выгреб всё содержимое, вывалив это рядом с клавиатурой. Коробочка мелипрамина, персена, венлафаксина, ламотриджина, и другие, не говоря уже об одиноких блистерах с таблетками. В поисках нужных, он небрежно бросал не понадобившиеся препараты обратно в ящик. В ладони осталось четыре пилюли, которые парень закинул себе в рот, запив чаем, стоявшим тут уже наверно больше двух, а то и трёх дней. Рвано дыша, Илья схватился за края стола, сверля взглядом деревянное покрытие и разрываясь между мыслью о том, какая он сволочь, и мыслью, что он не виноват, это была всего лишь ответная реакция. Глубоко вздохнув, и немного успокоившись, парень отцепился от стола, направился в закрытую им же комнату. Зайдя внутрь, Илья окинул взглядом помещение и сидящего на полу Гришу, который даже не обернулся на вошедшего. Мазелов тихо подошёл к нему, присел на корточки рядом, взяв Рофлера за подбородок, детально рассматривая его лицо. - Сильно болит? - Тупой вопрос. Раздражённо буркнул Григорий, отводя взгляд. Меньше всего сейчас хотелось смотреть на этот сочувственный ебальник, а ещё больше хотелось втереть его в асфальт. Илья провёл тыльной стороной ладони по щеке Гриши. Немного присохшей к коже крови малюсенькими кусочками осыпались вниз. - Дайка я... Мазелов потянулся к задней стороне ошейника, отщёлкнув цепь. “Неужели это так легко?” Подумал Рофлер, с твёрдым намерением проверить, если понадобится. Звук удара металла о деревянный паркет заставил зажмуриться. Цепь не была особо тяжёлой, но звук был довольно громким, и неприятным. - Пошли. Илья поднялся, потянув Гришу за руку. Тот послушно встал на ноги, последовав за парнем, который крепко сжимал его ладонь. Выйдя из комнаты, Рофлер заметил для себя, что закрыть дверь при помощи замка, или чего-то подобного изнутри, было невозможно, и закрывалась она только на ключ, и только снаружи. Григорий не знал, куда ведёт его Мазелов, но по пути старался запомнить как можно больше деталей. Коридор, как минимум с двумя комнатами, лестница на верх, а дальше его отвлекла головная боль, из-за которой потемнело в глазах, и парень, пошатнувшись, остановился, упёршись свободной рукой в грудь Ильи, стараясь сохранить равновесие. Темноволосый выпустил его руку, крепко обнимая, прижимал к себе, поглаживая по голове. Он что-то говорил, но Рофлер не расслышал его речь, из-за звона в ушах. Простояв так с минуту, боль стала понемногу стихать, и всё более-менее пришло в норму. Вдохнув через рот, Гриша уткнулся губами в шею Ильи, промямлив что-то невнятное. Тот же, в свою очередь, от такого довольно безобидного действия вздрогнул, покусывая нижнюю губу. - Тебя понести? От этого вопроса Григорий тут же резко отпрянул, чуть не упав, но его удержали за кисть. Он в непонимании уставился на Мазелова. Его поведение ему всё ещё было непонятно. Сначала разбитый нос, теперь забота. Что с ним случилось за тот год, который они не виделись? Или это всё началось ещё раньше, просто это не было так ярко выражено? Парень взглянул на растерянное румяное лицо Ильи. Симпатичный, с этим спорить было нельзя. - Нет, пошли. Рофлер отказывается от предложения. Не очень хотелось сидеть на ручках у человека, у которого непонятно что на уме. Да и в принципе не хотелось, чтобы его брали на руки, особенно парень, особенно этот. Оставшееся небольшое расстояние, Гриша прошёл крепко вцепившись обеими руками за руку Ильи, боясь того, что его снова начнёт шатать, но этого так и не произошло. Они остановились у двери, Мазелов щёлкнул выключателем и открыл дверь. Как оказалось, это была ванная комната. Включив тёплую воду, темноволосый обернулся на Рофлера. - Сам, или помочь? Григорий сначала не понял суть поставленного вопроса, но взглянув на своё перепачканное кровью лицо в отражении зеркала, осознал. Интересно, а соизволит ли Илья для приличия хотя бы извиниться? - Я...сам. Темноволосый кивнул, и пока Гриша осторожно отмывал присохшую кровь, чтобы избежать неприятных болезненных ощущений, Илья копошился в коробочке, стоящей на стиральной машине. Вытащив всё нужное, он закрыл её и протянул Рофлеру полотенце. Мазелов снова осмотрел лицо парня, капая на ватный диск перекись. Он взял Гришу за скулы, довольно грубо подтолкнув назад, пока тот не упёрся спиной в раковину, прогибаясь, так, чтобы его голова была ниже, для более удобной работы. Гриша взялся за край раковины одной рукой, а второй крепко вцепился в плечо Ильи, чтобы не соскользнуть вниз, или оттолкнуть его, если это будет необходимо. Хотя, хотелось сделать это прямо сейчас, ибо парню не очень нравилось, находится в таком положении, и тот факт, что лицо Мазелова находилось так близко. Илья коснулся диском разбитой губы, от чего раненное место начало неприятно покалывать. То же самое он сделал с небольшой ранкой под глазом. - Если будет больно, говори. Парень выдавил немного мази на два пальца, лёгкими движениями размазывая её по переносице, и слегка потемневшим синякам на лбу. Почти сразу началось лёгкое жжение, которое спустя короткое время усилилось, отчего Гриша прикусил внутреннюю сторону щеки. Говорить с Ильёй ему хотелось меньше всего, обида всё ещё крепко сидела внутри, а его неизвестные мотивы только добавляли лишние поводы. "Сейчас просто идеальный момент вырваться и попытаться свалить отсюда нахуй". Рофлер прикусил щёку сильнее от этой мысли, но тут же осознал насколько она нелогичная и бредовая. У него было слишком мало информации о том, где он, где возможные выходы, а самое главное, не подведёт ли его собственный организм. Да и вообще, зачем он тут, и что с ним могут сделать за попытку побега. Но и оставаться тут за выяснением всех этих деталей было опасно. Может попытаться спросить? - Илюх... - М? - Тебе что-то нужно от меня? Ну, или зачем ты запер меня тут? Гриша посмотрел парню в глаза, сильнее сжимая его плечо. Он молчал. Почему-то у Рофлера было стойкое ощущение того, что сейчас он получит по еблу, и из-за собственной мысли, он напрягся ещё сильнее. Но ничего подобного, на его удивление не произошло. Мазелов улыбнулся, сделав шаг назад, и взяв парня за талию, притянул вплотную к себе. Ещё более некомфортно близкое расстояние. Ужасно близкое расстояние, и не менее противная поза. Из-за практически одинакового роста, они почти касались носами, и дабы быть, хоть немного подальше, Григорий прогнулся в спине, стараясь отстраниться как можно сильнее. Держась за чужие плечи для равновесия, он в непонимании смотрел в глаза человеку напротив, который не переставал улыбаться. Господи, да что у тебя в голове вообще твориться? -  От тебя мне нужно, чтобы ты всегда был рядом со мной. Ты больше никуда от меня не уйдёшь, я сделаю для этого всё что могу. Рано, или поздно ты поймёшь это и… просто перестанешь пытаться. Я знаю, что это звучит как-то.. ну.. странно, безумно, по-тупому, говори как хочешь, но знаешь, я не могу… я уже сделал слишком много для этого, и мне осталось совсем немного. Илья поцеловал Рофлера в щёку, крепко обняв его, утыкаясь носом ему в плечо. Григорий был, мягко говоря в шоке от этих слов. Какого черта он несёт?! С ним точно не всё в порядке. Сейчас парня поглощала паника и непонимание, которые медленно, но верно перерастали в злость. Что он вообще себе позволяет?! Это ведь даже незаконно! Он резко вырвался из объятий Мазелова. Рофлер посмотрел на Илью с явным шоком и даже каким-то страхом. - П.подожди, что? В.. в каком это смысле? А я? Меня спросить ты не хотел? Голос сильно дрожит, парень шумно дышит. Ноги снова начали подкашиваться, а голова начала болеть ещё сильнее. - Ну-ну, спокойно не нервничай. Всё будет хорошо, если ты не будешь делать глупостей, хорошо? Парень погладил Гришу по голове, положив ладонь ему на щёку продолжая тепло улыбаться. - Тебе опять плохо? Пошли, поедим и я таблетку тебе дам... - Да пошёл ты нахуй! Рявкнул Григорий, резким движением убрав чужую руку от своего лица. Что за эгоистичное поведение? Неужели ему настолько плевать на его мнение? Дышать стало тяжело от захлестнувшей его с головой злобы. Да кто он вообще такой, чтобы распоряжаться кем-то как своей вещью? Меньше всего Грише нравилась перспектива стать кем-то вроде питомца, просто потому что так захотел Илья. Рофлер сжал руки в кулаки, но ударить первым не осмелился. Не хотел во второй раз наступать на те же грабли. Мазелов глубоко вздохнул, сложив пальцы в замок. - Тут плитка. Если ебнешься, башку себе разобьёшь. А оно не мне, а в особенности тебе не нужно. Тон раздражённый, Мазелов всё ещё пытается держать на лице улыбку. Гриша разжал пальцы, глубоко и тяжело вздохнув, медленно выйдя из ванной остановившись при входе. Он несомненно, был взбешён таким отношением к себе, но лишние проблемы со здоровьем ему были не нужны, решил немного подождать, когда более-менее придёт в норму, и тогда единственное, что его остановило, что бы не придушить Илью, так это те несколько лет крепкой дружбы. Однако от одной только мысли о том, что он сидит тут как зверь в клетке, без возможности выбора, с обязательством подчинятся, руки начинали трястись от бессильной злости. Мазелов попытался коснуться ладони парня, но тот резко одёрнул её. Сразу же после этого, его схватили за горло и плечо, сильно вжимая в стену. На коже почувствовалось что-то очень острое, от чего Гриша растерялся, рефлекторно приподняв голову вверх. - Давай ты перестанешь, вести себя как сучка, и просто примешь мою заботу, хорошо? Я и так стараюсь, как могу, Гриш, не доводи, прошу тебя. Рофлер нервно сглотнул. Возможно, он бы смог как-то выбить лезвие из руки вырваться, но оно было чересчур маленьким, да и держали его довольно сильно. На данный момент он ощущал себя девушкой, которую выцепили в темном переулке, отличие было только в том, что его вроде как не хотели изнасиловать… возможно... и в том, что даже если бы он как-то отбился, шансы убежать были нулевыми. Наконец его отпустили, но как только Гриша сделал шаг вперёд, в глазах снова потемнело, а ноги стали ватными, не выдерживая своего владельца. Он опёрся спиной во всё ту же стену, постепенно сползая вниз, в конечном итоге осев на пол. Илья же присел на корточки напротив, смотря на него без особого интереса на протяжении примерно двадцати секунд. - Бесишь ты меня, но всё равно нравишься безумно. Донеслось до ушей Рофлера примерно перед тем, как его подняли на руки. Это он стал таким лёгким, или Мазелов резко решил посетить тренажёрный зал? Хотя ощущалась дрожь в его руках, значит, это давалось ему не так уж и легко. Состояние и так было не из лучших, а от всех этих действий, парень ещё и чувствовал себя полностью беспомощным и жалким. Мерзко. Очень хотелось, чтобы это оказалось просто тупым сном, который забудется спустя час после пробуждения. Но жизнь жестока, и этого не произойдёт. Мазелов усадил парня на кровать, тот же глубоко вздохнув, упал на спину, раскинув руки. "Боже нахуй, за что мне вся эта хуйня, что я такого сделал?" Подумал про себя Гриша, прикрыв глаза. Илья осмотрел пол, подняв с него наручники, покрутил их в руках, украдкой поглядывая на Рофлера. - А, точно! Я сейчас. Наручники были спрятаны в карман, и Мазелов быстро вышел из комнаты, не забывая запереть за собой дверь. Он быстро дошёл до кухни, открыв холодильник. Как обычно, практически ничего, а кормить себя, а теперь ещё и парня в доме нужно. "Может оставить его голодным? Ведёт себя как... ладно, он привыкнет, и скоро всё будет нормально" Илья выдохнул, решив на скорую руку сделать бутербродов с чаем, а потом уже и в магазин сходить. Перед тем как взяться за дело, он вытряхнул всё ненужное из карманов, небрежно бросив всё содержимое на стол с установкой "потом разберусь". Пустая тарелка стояла на столе, а Гриша продолжал не торопясь попивать ещё почему-то до сих пор горячий чай, иногда поглядывая на Илью. Принёс это всё Мазелов в комнату, ибо пока не хотел, чтобы Рофлер просто так разгуливал по дому. Ещё ёбнет чем-нибудь по голове, как только Илья хоть немного расслабиться. Парень очень боялся сделать что-то не так и потерять тогда вообще абсолютно всё. Он уже достиг точки не возврата, и метаться, в попытках вернуть всё как было до этого, смысла не было. Гришей был замечен свежий порез на указательном пальце парня. Промахнулся лох. - А точно, вот. Илья вытащил из кармана два разных по размеру блистера, и выдавив по одной таблетке из каждого, отдал их Григорию. Особо не задумываясь, тот бросил пилюли в рот, запив последним глотком чая, и отставив чашку на стол снова сел на кровать, поправив пальцем ошейник. Мазелов улыбнулся. Довольно странно, как-то хищно и неестественно. Гриша же этого не заметил, до тех пор, пока Илья не повалил его на спину, нависая сверху. «Ну нет, нет нет, какого хуя?! Это ещё что за хуйня?!». Прохладная рука заползла под футболку, темноволосый провёл по животу, поднимаясь к груди. - Илья, ёбаный рот, давай не нужно, пожалуйста, прошу. Постепенно, тело начала сковывать слабость, это ощущение было довольно непривычным, и странным, но таким приятным. Вторая рука Мазелова легла на шею, придушивая партнёра. Не сильно, но у Рофлера таких фетишей не было, так что это было как минимум дискомфортно. Илья коснулся чужих губ, проводя по ним языком и немного покусывая нижнюю. Ему определённо нравилась эта беспомощность, чего не скажешь о втором парне. Он был бы рад вырваться, но очевидно, что одна из принятых им таблеток мешала ему это сделать. Откуда у Мазелова вообще такие тяжёлые препараты? Всё что он мог так это сжимать пальцами постельное под собой. Темноволосый плавным движением задрал футболку, оголяя крепкую грудь, поглаживая её. Наконец оставив губы Рофлера в покое, парень примкнул к его соску, посасывая и покусывая чувствительную зону, отчего тот моментально набух. Гриша старался особо не издавать лишних звуков, из-за собственной неприязни к этому процессу, но это действие всё же вырвало из него короткий приглушённый стон, отчего тот закусил губу, что бы больше не позволить себе такого. Вот так нагло пользоваться положением… Ужасно. Илья принялся оставлять укусы и засосы по всей грудной клетке. Делал он это с особой жадностью, и нетерпением, от чего становилось больно. - ..блять, прекрати… Ощутив руку на внутренней стороне бедра кое-как выдавливает из себя Рофлер, после чего хватка на шее усилилась, но Мазелов всё же послушал его просьбу. Парень хихикнул, упав рядом, крепко обняв уже начавшего отходить от действия препарата Гришу. - Хорошо, я же не настолько монстр. Это так сказать плата, за мои убитые тобой мои нервные клетки. Темноволосый чмокнул Григория в лоб, запустив пальцы в его мягкие, слегка спутанные волосы. Тот рвано выдохнул ему в шею, ничего не ответив. Парень пытался переварить те несколько минут назад и привести свои мысли в порядок. Стоит ли говорить, что чувствовал он себя сейчас просто отвратительно. Слишком большое количество событий за один день, и он к ним определённо не был готов. Интересно, который сейчас час? - Сколько времени? Буркнул Гриша, поджав под себя ноги. Мазелов приподнял правую руку, смотря на часы, а затем и снимая их с запястья. - Без десять двенадцать. Вечер если что. Я их тебе оставлю, что бы ты во времени не терялся. - Угук, спасибо. Полежалав так ещё немного, Илья встал с кровати, оставил часы на тумбочке, и направился к выходу, не забыв прихватить с собой посуду на столе. - Ты если что, там.. в стенку стучи, я не знаю. Рофлер никак не отреагировал на эти слова, рассматривая потолок. Хлопок двери, звук закрытия замка. Парень закрыл лицо руками, болезненно прикусив губу, раскусывая относительно недавнюю ранку на ней, чувствуя привкус солёной крови. Ощущения были просто ужасными. Хотелось просто исчезнуть из этого мира, забыв абсолютно все события этого дня. Не хотелось больше видеть этого человека, никогда, стереть его из своей жизни навсегда. Обидно и мерзко. Гриша уткнулся лицом в подушку, стараясь не заплакать. На него определённо свалилось слишком много, за слишком короткий промежуток времени. Это именно тот жизненный опыт, без которого можно было обойтись. А ведь это только начало, и что ожидать дальше, ему не было известно. Илья рухнул в кресло, откинув голову на его спинку. Он устало прикрыл глаза, погрузившись в свои мысли и фантазии. Но в таком расслабленном положении, находился не долго, из умиротворённого состояния, его вывел звук уведомления. Не со своего телефона. Забыл выключить, точно. Мазелов взял в руки мобильный, включил, ввёл уже давно выученный код, и открыл уведомления. Вк: «Виктория Тембра». Илья криво ухмыльнулся, нажав по сообщению. - «...может, встретимся как-нибудь?» Выше он не читал. Не особо интересно. Быстрый набор символов. - «нет, я занят» Немного подумав, парень стирает набранное, и печатает новое. - «давай) когда где?» А дальше просто уточнение, где что и когда. Наконец в деталях договорившись о месте встречи, Илья полностью выключает телефон, и повертев его в руках, кладёт в валявшийся под ногами рюкзак. А теперь нужно пойти отдохнуть.