go endlessly

На уши Вэнь Кэсина давил жуткий шум. Среди этого гула он отчётливо услышал вой на высокой ноте. От этого звука, который вибрировал в барабанных перепонках, он пришёл в себя. Мужчина резко открыл глаза, но первые секунды не увидел перед собой ничего. Шум прекратился. Когда глаза начали понемногу привыкать, Кэсин разобрал очертания некоторых предметов, кажется, это оружейная. Мужчина сидел, скрестив ноги перед собой, на его плечи падали белоснежные пряди волос. Перед ногами свиток техники шести гармоний, но всё не так. Всё вокруг него, место, где он сидит, предметы и даже своды пещеры абсолютно белые. Это место пугает. - А-Сюй – зовёт Кэсин. Но не слышит своего голоса, он не отражается от сводов пещеры и даже не звучит в его голове, хотя он отчётливо почувствовал, как губы двигаются в привычном зове. Кэсин поднялся на ноги попытки с третьей. Подошёл к шкафу со свитками раскачивающейся походкой, взял в руки первую попавшуюся рукопись и почувствовал, как беспредельный ужас охватывает всё его существо. Вэнь Кэсин хорош в бою, как никто другой, его веер при нём. Вот он - висит на поясе безупречного яркого ханьфу. Этот Вэнь может отправить армию к праотцам одним взмахом белоснежного веера. Он чёртов хозяин долины призраков, в конце концов – он ничего не боится. Но то, что он видит перед собой вселяет ужас. От головы отхлынула кровь, руки и губы посинели. Пухлая нижняя губа подрагивала. В этом месте, кроме одежд Вэнь Кэсина, нет ни одного намёка на цвет. Все рукописи монотонно белые, всё будто сделано из бумаги. Развернуть свиток – в нём нет ни одного штриха, пустышка. Только кажется настоящим. Шкаф тоже абсолютно белый, такой, что режет глаз. Как не посмотри, бумага, но, если дотронуться – твёрдый. Когда они с Чжоу Цзышу пришли в пещеру, она была во льдах, она была белой, но не такой. Это бумажное место только копия оружейной. Как будто слепок, но из бумаги, твёрдой бумаги. Что за чёрт… Сосредоточься, попытайся вспомнить, что было. Он пришёл в оружейную с А-Сюем, но дальше – провал - Где он? Где мой А-Сюй… - С тревогой думает Кэсин. Трудно сказать сколько времени он метался по оружейной в поисках своего возлюбленного, но в этом месте он один, абсолютно точно один. Ему не было холодно, но трясущиеся руки были под цвет верхних одежд и ледяные. Кэсина подхватил и разрывал на части ураган чувств: СТРАХ, беспокойство, тревога. Он прислонился к белоснежной стене и сполз по ней вниз, снова и снова повторяя имя любимого. Он чувствовал, как его глаза наливаются влагой, а горло спазмом сжимает поднимающийся из груди крик. В отчаянии, его спина начала содрогаться в рыданиях. Но ни единого звука не прозвучало. Кэсин даже смутился на мгновение, он пощупал свои щёки – сухие. Вы когда-нибудь пробовали рыдать без слёз, всхлипов и криков? Вот и у него не получилось, он тотчас поднялся на ноги, сжал кулаки и решил во чтобы то не стало найти выход. Недолго думая, Кэсин направился ко входу в пещеру. Он прошёл несколько залов оружейной, но антураж оставался неизменным – белоснежные очертания любого предмета, по виду неизменно напоминали бумагу. Мужчина подошёл к выходу, он абсолютно точно помнил, что выход завалило снегом. Но сейчас путь был свободен – сколько времени я уже тут нахожусь? – пронеслось в голове. Он обернулся и взглянул ещё раз на оружейную. Жуткий звук он даже не услышал, скорее почувствовал на уровне вибрации барабанной перепонки. С самой дальней стены оружейной, в его сторону, с устрашающим звуком разрасталось чёрное пятно. Оно стремительно приближалось, заполняя собой всё пространство. Тьма будто пожирала белизну этого места. Чем ближе тьма приближалась к Кэсину, тем отчётливее он видел, что именно происходит. Видели, как комкают лист бумаги? Тьма комкала всё пространство, как хрупкую бумагу, а за собой оставляла только беспроглядную черноту. Мужчина развернулся на носках к выходу и буквально впрыгнул в белое пространство за сводами пещеры. Когда он обернулся снова, за ним была белая стена.

***

Перед глазами возникла не радужная картина. Мужчина осмотрел свои руки и заметил тёмную прядь волос, зацепившуюся за предплечье - разве они небыли белыми? – пронеслось в голове. Вокруг всё по-прежнему белое, отдалённо напоминает долину призраков. Кажется, вдалеке он видел даже свой трон из бумаги. Он ненавидел эту долину, поэтому бродить тут в таком состоянии не хотелось. Он помнил, что долина забрала у него А-Сян и что Цзышу спас его, забирая из лап скорпиона. Что было дальше? В голове был полный сумбур, перемешанный со страхом. Он помнил какое-то место, всё было белым-бело, как и тут. Но он не мог вспомнить детали. Как он туда попал и с кем? Он помнил только черноту, пожирающую всё на своем пути. Помедлил минуту, и тебя сожрёт. Где он и где, чёрт возьми, А-Сюй. Ведь они вместе покинули долину призраков после…после всего… Кэсин поспешил к воротам долины, остановился на минуту перед ними. Горы, деревья и даже река, были белыми слепками долины, некогда кишащей жизнью напополам с призраками. Мужчина услышал за спиной уже знакомый звук, обернулся и ужас снова захватил его разум. Чернота комкала и швыряла себе в пасть всё на своём пути. Кэсин решил, что спастись бегством не трусость, а тактический ход. К слову, в его положении полной неизвестности и провалами в памяти, это было чистейшей правдой.

***

Вэнь Кэсин «нырнул» в следующую локацию…оооо он узнал бы это место даже с закрытыми глазами и в посмертии. Если бы кто-то разбудил его посреди ночи, он бы с точностью рассказал расположение коридоров, зданий и даже деревьев усадьбы четырёх сезонов. Он бегло осмотрелся. Бумажные деревья, бумажные здания. Он отчётливо помнил, что где-то уже видел эту белизну, но где? Как он, собственно, попал сюда. Мужчина помнил только черноту, преследующую его. - А-Сюя выкрали крысы из Тянь Чуан, я отправился его спасать, а потом он спас меня в схватке с Чжао Цзином. Какой же я дурак, почему я не сказал ему о плане с главой скорпионов – размышлял про себя мужчина. Он брёл среди цветущих деревьев и едва касался их бумажных лепестков. Вдруг Кэсин встрепенулся и побежал в противоположном направлении. Он же был в усадьбе четырёх сезонов, тут должна быть та картина. Он сам отреставрировал её часть и отдал художнику, чтобы он освежил цвета. Он вбежал в зал. Где перед абсолютно белым столиком висела абсолютно белая картина. Не было даже намёка на изображение цветков сакуры. Будто сынов усадьбы четырёх сезонов никогда не существовало вовсе. Кэсин плёлся по «саду», уходить отсюда не хотелось, мало ли где он может оказаться, а эту усадьбу он любил. Но видеть дорогое сердцу место в этой бумажной белизне было невыносимо. Тревога и страх буквально впитались в каждую клеточку его тела и ощущались уже даже привычно. Кэсин решился пойти к воротам усадьбы. Он стоял у ворот и не мог заставить себя шагнуть за порог. Обернувшись, он увидел, как тьма забирает деревья, комкает его дом. Его лицо исказилось гримасой боли. Созерцание этой ужасной картины разбивало сердце, тьма пожирает дом, где они с А-Сюем жили, хоть и не долго. Дом, где они вместе тренировали Чэнлина, где они пережили столько счастливых и не очень моментов, куда они хотели вернуться. Место, где они встретились впервые… Кэсин завыл навзрыд, ощущая, как часть его сердца открывается рваной раной. Тьма была уже у самых глаз, когда мужчина шагнул назад, крепко зажмурив глаза.

***

Вэнь Кэсин стоял крепко зажмурившись. Он чувствовал влажные дорожки слёз. Мужчина прикоснулся к щекам и открыл глаза. - Почему я плачу? – раздался немой вопрос. Он по-прежнему не слышал себя. Мужчина попытался вспомнить что было минуту назад, но не мог вспомнить ничего кроме черноты. Он огляделся и обнаружил себя около павильона Драконьей бездны. Тут Чжоу Цзышу признал в нём младшего и впервые позвал с собой в усадьбу четырёх сезонов. Они направлялись в усадьбу, но дальше воспоминаний нет. Кэсин никогда не был глупцом. Режущая глаза белизна и беспросветная чернота - единственное, что осталось в его памяти. Он рухнул на землю, прямо там, где стоял. — Это место забирает мои воспоминания. Оно стирает мою жизнь, стирает А-Сюя. Оно заберёт у меня единственное, что у меня есть. Оно заберёт мою родственную душу. Вэнь Кэсин никогда не был ни глупцом, ни размазнёй. В его мозгу возникали прекрасные планы, которые воплощались в жизнь и приносили ему удовлетворение. Но он попал в место, с которым невозможно бороться, которое забирает его жизнь по крупицам. И осознав эту простую истину, он остался там, где сидел, заливая свое прекрасное лицо слезами отчаяния. Он не знал сколько так просидел, но сзади послышался привычный шум, который всякий раз издавала темнота. - Пусть она поглотит меня, я не буду с этим бороться - шептал он сам себе, но внутренний голос перебил – вдруг там дальше ты встретишь А-Сюя, что, если он тоже попал в это ужасное место и нуждается в твоей помощи. Эта мысль заставила взять себя в руки, подняться и побежать прочь от темноты.

***

Кэсин оказался в дне, где он впервые встретил А-Сюя после долгой разлуки. Когда он ещё не знал, что он и есть Чжоу Цзышу. Эта встреча стала судьбоносной. Почему он так быстро добрался до этого момента? Мужчина шёл и беззвучно рыдал, нет, он кричал – пожалуйста не забирай его у меня, умоляю! Я прошу не забирай его – вторил он фразы, как мантру, но даже сам не слышал ни звука. Он уже не помнил, что было после момента их первой встречи, но отчётливо помнил, что у него забрали часть его жизни в виде воспоминаний. Он не хотел забывать, но у него не было выхода. С огромной болью на сердце Кэсин пошёл дальше. За ним послушно ступала тьма, благородно давая немного времени, чтобы он мог проститься с очередной порцией воспоминаний. Следующим местом, где Кэсин оказался, была долина призраков. Она выглядела в точности, как в тот день, когда он убил предыдущего главу. В этом месте страх отступил. Его место заняли боль и ненависть. Жгучая ярость. Только звук темноты выбил из головы мысли о мести и Кэсин шагнул дальше, убегая от тьмы. Следующим местом, был двор, в котором погибли его родители. Кэсин уже не плакал, казалось, что слёз не осталось. Может быть, когда он дойдёт до конца, он вновь встретит маму и папу? Эта мысль немного ускорила его шаги. А за ней возникла вторая – значит ты больше не увидишь своего шисюна – она кольнула прямо в сердце, ведь он не видел Чжоу Цзышу уже много лет… С этими борющимися друг с другом мыслями Кэсин шагнул в усадьбу четырёх сезонов. В тот день, когда он впервые встретил своего шисюна. Он не понимал, что происходит, но на подкорке знал: это конец. Он больше никогда не увидит этот светлый образ, который бережно хранил в своём сердце ни один год. Тьма не давала о себе забыть и вновь завыла сереной позади. Кэсин зашагал дальше…

***

И очутился в пустом белом месте, как это назвать…Комната? Человек с Тёмными волосами, длинными изящными пальцами, в ярком ханьфу с веером на поясе абсолютно не знал кто он и где находится. Этот загадочный мужчина великолепной внешности не знает, что в оружейной, которую он не помнит, спасая жизнь возлюбленного, которого он не помнит - он умер. Оказавшись в белоснежной комнате, напоминающей оружейную, поднявшись с места и ступив за порог – он отправился по пути перерождения. Не было никакого моста Найхэ, ни Диюя, ни Потала, только слёзы, боль и потерянный смысл.