88 days

— У меня мало времени, поэтому в твоём распоряжении целых двадцать минут, — поглядывая на наручные часы, оповещает вошедший Чимин и прикрывает за собой дверь ногой. Он действительно опаздывает на важную встречу. Специально взял выходной день, надел чистую рубашку и брюки, попытался уложить светлые волосы, и всё ради свидания, которого он ждал почти два месяца. Так что лучше Сокджину поторопиться и рассказать, зачем он заставил приехать его на другой конец города в такую-то рань, — стрелка на наручных часах подползает к девяти. Сокджин выглядит воодушевлённым: кружится вокруг своего рабочего стола, ищет какие-то бумаги, как-то странно улыбается, будто не спал всю ночь и залил в себя не один литр кофе. Чимин, усаживаясь на стуле и складывая ногу на ногу, окидывает его подозрительным взглядом. Похоже на правду. Он вот нисколько не удивится, если его другу, горе-психотерапевту, пришла в голову очередная дурацкая идея, что обычно и происходит. Наконец найдя нужную бумажку, тот обходит стол и прислоняется к нему спиной. Покрасневших глаз не обнаружено — может, Чимину всё-таки показалось?.. — Мне дали добро на проведение эксперимента! — Сокджин даже не собирается скромничать. В его характере делиться хорошими новостями в первую очередь именно с Чимином — уж он-то должен поддержать, больше и некому... — Эксперимент? — выгибает бровь Чимин, он же — коллега по совместительству, врач-психотерапевт, кандидат медицинских наук и дальше по списку. Но если у него своя клиника в распоряжении, то Сокджин до сих пор занимается непонятными делами. Непонятными лично для Чимина. — Что ещё за эксперимент? И Сокджин объясняет. Про то, что последние месяцы глубоко изучал вопрос самоопределения человека через его сексуальную ориентацию; про гипотезу, неожиданно возникшую в ходе изучения данного материала; про идентификацию и… А дальше Чимин, вскинув брови, не слушал. Дал дружеский совет не заниматься ерундой и посвятить себя настоящей психотерапии, затем — молча встал со стула и вышел из кабинета. Туда пришлось вернуться меньше, чем через три месяца. Повод был уже другой: Сокджин не горел, как лампочка, не сыпал предположениями, теряясь в собственных догадках. Его лицо выражало собранность и сосредоточенность. Он, облачённый в белый медицинский халат, демонстративно поправил свои любимые очки в чёрной оправе и заявил: — Социальный эксперимент начнётся с завтрашнего дня. Наблюдения будут проводиться группой из восьми человек. Ты будешь принимать участие? — И взглянул равнодушно, будто ему заранее было всё равно на ответ, и спросил он ради формальности. Чимин тяжело вздохнул. Нет, это, конечно, всё интересно. Сокджин, непонятно каким образом, умудрился привлечь американских специалистов, предложив им сотрудничество, а те, в свою очередь, захотели снять документальный фильм. Суть эксперимента проста: в замкнутое пространство помещается два человека и отслеживается их поведение, а также реакция друг на друга. Пар несколько: первая — две женщины преимущественно гетеросексуальной ориентации, вторая — мужчина (гетеро) и женщина с гомосексуальными предпочтениями; а также третья пара — двое мужчин: один из наблюдаемых гомосексуальной ориентации, другой — гетеросексуальной. За ними будет осуществляться круглосуточное наблюдение. Вроде, звучит просто. Сокджин убеждён, что основная самоидентификация, то есть отождествление себя с какой-либо социальной группой, происходящая ещё в детстве, не имеет чётких границ. Иными словами, человек всю свою жизнь подвергается влиянию со стороны общества, и это общество может вынудить на изменения. Адаптация человека в социуме происходит постепенно, вместе с тем формируется личность, черты характера, происходит усвоение различных ценностей, а также полоролевая идентичность. Человек понимает, какая группа людей ему ближе, и относит себя к ней. Сексуальная идентичность — вот, что вызвало интерес для изучения. Вообще, сексуальная ориентация, являющаяся частью этой самой идентичности, формируется в возрасте от трёх до шести лет и не меняется на протяжении всей жизни. Тогда в чём же смысл эксперимента? — Человек, как тебе известно, бисексуален от природы. Уже потом, в ходе полового созревания, он выбирает себе партнёра под влиянием внешних факторов. Например, в школе, предусмотренной исключительно для девочек или же мальчиков, количество гомосексуальных связей значительно выше, чем в обычной школе. Ребёнок, как правило, не разделяет влечение на две категории. Ему просто любопытно пробовать что-то неизвестное. То есть, они осознают гендерное различие, но в приоритете у них лишь восприятие того или иного действия. Этим объясняется, почему дети ещё в раннем возрасте проявляют интерес к сексу, изучают своё тело и тело окружающих, будь это родители или соседские мальчишки. Нередко наблюдается мастурбация, пускай и неосознанная. — Сокджин делает паузу, бросая взгляд на притихшего Юнги — одного из помощников проводимого эксперимента. Чимин, сидящий рядом, лишь хмыкает, то ли соглашаясь с вышесказанным, то ли удивляясь, как тот вообще получил образование. — Но если ориентация не меняется, к чему все эти наблюдения? — Не знаю, в курсе ты или нет, но существует спектр сексуальных ориентаций, — в разговор неожиданно вмешивается Чимин, который до этого момента не выглядел заинтересованным. И всё же он поднимает взгляд на молодого паренька и сцепляет пальцы в замок. — Если выражаться простым языком, то не бывает стопроцентных гомосексуалов и гетеросексуалов. Каждый имеет наклонности в ту или иную сторону, просто кто-то больше склоняется влево, — он вытягивает левую руку, изображая шкалу Кинси, — а кто-то вправо. Другие же и вовсе остаются бисексуалами, и рассматривают в качестве партнёра как мужчину, так и женщину. — Юнги, кажется, не совсем понимает, что ему только что показали, поэтому Чимин поясняет: — Так называемая шкала Кинси была создана для того, чтобы продемонстрировать — сексуальность не укладывается в две строгие категории: гомосексуалы и гетеросексуалы. — Да, — подтверждает Сокджин, загораясь поддержкой друга. — Альфред Кинси, создатель данной шкалы, считал, что сексуальность текуча и подвержена изменениям с течением времени. Я и хочу понаблюдать за проявлениями гетеросексуальности и гомосексуальности. Они могут быть единичными или же неслучайными. Помещая людей в замкнутое пространство, они будут вынуждены взаимодействовать друг с другом в течение некоторого времени. Я, конечно, Америку не открою, убедившись в многочисленных исследованиях, но мне хочется привнести некоторые корректировки. Свои, конечно же. — Он улыбается, смотря сначала на Юнги, не совсем понимающего, что имелось в виду, после — на настороженного Чимина. — В общем, будет интересно. И он даже не сомневается.

***

Для эксперимента люди отбирались через интернет — всё-таки в двадцать первом веке живём. После прохождения ряда психологических тестов и выявления физического здоровья (не каждый сможет провести почти два месяца в замкнутом пространстве), отобрали шесть человек — три женщины и трое мужчин в возрасте от двадцати двух до тридцати пяти лет. В их числе оказался Ким Тэхён. Инструктаж был долгим и немного нудным. Среди правил было: не использовать электронные устройства с выходом в интернет, выполнять прописанные в контракте условия, каждую неделю посещать специалиста для отдельной записи своих ощущений, и это не считая, что камеры видеонаблюдения, размещённые по всему периметру, будут работать беспрерывно для большей точности. Суть, конечно же, не рассказали, лишь ввели в курс дела, сообщив, что ближайшие два месяца придётся делить пространство с абсолютно незнакомым человеком. Тэхён был приятно удивлён локацией. Когда говорят об экспериментах, в голове невольно возникает картинка белых стен и потолков наподобие психбольницы. Его и других участников ждали подготовленные большие комнаты, оборудованные под обычную квартиру. Контактировать друг с другом запрещено — это одно из главных условий пребывания, общаться можно только со своим партнёром. В целом, было не так всё плохо. Две односпальные кровати, расположенные друг напротив друга, диван с телевизором, стол, кофемашина, кресло, даже ноутбук, — имелось всё необходимое для нормальной жизни. Камеры умело замаскированы, чтобы избежать лишних неудобств. И всё же они вызывали дискомфорт — вести себя как ни в чём ни бывало, зная, что за тобой следят посторонние люди, не каждому под силу. Но Тэхён потерпит, он не из привередливых. — Сменная одежда в шкафу. Завтрак, обед и ужин будут подаваться строго по времени вместе с витаминами. Для экстренной связи есть телефон. — Тот самый Юнги, который ещё несколько дней назад сомневался, стоит ли принимать участие в социальном эксперименте, проводимом совместно с его институтом, теперь выглядит расслабленно. Даёт указание Тэхёну, показывает, где что лежит, напоминая, что в любое время суток можно обратиться за медицинской помощью. Тэхён не глупый. В случае чего ему, конечно, помогут, но вот прервать эксперимент обойдётся в круглую сумму. Контракт подписан, условия обговорены, назад пути нет. Он делает глубокий вдох, садясь на стул. — А где… — договаривать нет необходимости. В следующую минуту в дверях показывается его… партнёр. Мужчина. Тэхёну сообщили об этом заранее, и всё же данный факт его немного беспокоит. Почему? Сам не знает. Сидит, пытаясь смириться с мыслью, что ближайшие два месяца будет жить с незнакомым мужчиной, пока в это время Юнги повторяет условия проживания по второму кругу. После — тот уходит, плотно закрывая за собой дверь. Эксперимент начался.