88 days

— Когда ты рядом, я почему-то становлюсь дебилом, — уныло сказал он. — Так что тебе придётся смириться. Н. Корсакова «Виновата тайна»

Тэхён, смотря на мужчину, неловко улыбается. Запоздало реагирует, протягивая руку в ответ на приветствие, и пожимает ладонь. — Ким Тэхён, — представляется он, поправив очки с тонкими линзами. — Можно просто Чонгук, — ему доброжелательно улыбаются. Как же странно знакомиться при таких обстоятельствах. Тэхён чувствует сконфуженность с первых минут, — что будет дальше? В любом случае он старается вести себя непринуждённо. Нужно проявить дружелюбие. — Откуда Вы приехали? Уголки чужих губ дёргаются. Чонгук слегка щурится. Причина его поведения становится понятна сразу же. — Простите, я не говорю по-корейски. Теперь очередь Тэхёна удивляться. Его не предупреждали о том, что общаться придётся на английском. Внешность Чонгука приятная: он похож на типичного корейца с преимущественно чистой кожей, карими глазами, тёмными коротко стриженными волосами, ровным носом и аккуратными губами. Рост примерно такой же, как у самого Тэхёна, если только бёдра побольше и плечи чуточку шире. Он не привык давать оценку внешнему виду других людей, но в данной ситуации важно знать, с кем предстоит иметь дело. Радует, что Чонгук прекрасно говорит по-английски, а главное — грамотно. Уже неплохо. — Наверное, мне забыли об этом сказать. В любом случае рад знакомству. — Чонгук, услышав складную речь, поднимает брови. Тэхён скромно улыбается. — Я преподаю зарубежную литературу и английский язык. — Кажется, именно этот пункт в его анкете больше всего заинтересовал организаторов. Тэхён садится обратно на стул, не переставая разглядывать нового знакомого. На Чонгуке обычная белая рубашка и джинсы — просто, но со вкусом. В дополнение идут лоферы и тонкая цепочка с подвеской, — впечатление создаётся хорошее. Сам же Тэхён предпочитает носить широкие брюки (сейчас на нём коричневого цвета), жилеты, рубашки с длинными рукавами и кардиганы. Ну, и куда же без очков? — Мне двадцать девять, — спустя какое-то время говорит Чонгук. Скорее всего, их специально заранее не познакомили друг с другом. Тэхён вдруг вспоминает о камерах, висящих под потолком, и оглядывается. Уже и забыл, что всё это — часть эксперимента. Такое ощущение, будто он просто пришёл знакомиться с соседом. — Я всю жизнь прожил в Сиэтле, работаю финансовым аналитиком, — рассказывает о себе не спеша, присаживаясь в кресло. Тэхён не скрывает своего удивления. — И зачем же Вам надо было проделывать такой долгий путь ради небольшого эксперимента? Хмыкнув, Чонгук пожимает плечами. — Личный интерес. Мой старший брат является одним из организаторов. От него я обо всём узнал и подумал: почему бы не попробовать? Тем более, по его словам, я идеально подошёл на данную роль. Надо признать, его спокойная, но при этом не монотонная речь располагает к себе. Чонгука приятно слушать, и это факт. А как очаровательно он улыбается… Тэхён, словив себя на этой мысли, сам растягивает губы в стороны. Кажется, ему в пару достался женский обольститель. — А Вы? — Чонгук привлекает его внимание, наклонив голову к плечу. — Как оказались здесь? — Точно не из-за денег, — ухмыляется. — Я, как и Вы, можно сказать, преследую личный интерес. Захотел стать частью всего этого. — Он обводит комнату рукой, в которой отныне они заперты вдвоём. — Люблю участвовать во всяких социальных проектах и помогать людям. Чонгук по какой-то причине улыбается и отводит взгляд в сторону, положив одну ладонь на подлокотник, а другую — на подбородок. О чём-то призадумался. — Так и не скажешь, что передо мной сидит будущий профессор. Тэхён чуть хмурит брови. — Почему же? — Слишком молодо выглядите. — Чонгук поднимает глаза, сталкиваясь с ним взглядом. От полученного комплимента Тэхён теряется. Даже не знает, как реагировать: обрадоваться или оскорбиться. По своей натуре он всегда был скромным, поэтому не привык принимать лестные слова в свой адрес. Хотя, справедливости ради, надо сказать, что Чонгук не первый, кто ему это говорит. Прочистив горло, он старается вести себя расслабленно. — Пока что я только доцент. Мне тридцать два. — Больше двадцати восьми я бы не дал. Разговор забавляет. Тэхён едва сдерживает улыбку. Первая ступень, знакомство, прошла очень даже хорошо. Оба привыкают к обстановке, расхаживая по комнате и щупая предметы, предоставленные в их распоряжение. И правда похоже на квартиру-студию, только окон нет и шумных соседей — тоже. Что происходит в соседних комнатах, неизвестно, Тэхён вообще старается не думать об этом. Придумывает историю в голове про то, что приехал пожить к малознакомому другу на несколько недель, чтобы не чувствовать себя подопытным кроликом. Как ни крути, а давление ощущается. Хочется верить, что он к этому быстро привыкнет.

***

Так и происходит. Первые дни он и Чонгук осваиваются на новом месте, привыкают обедать по расписанию и делить небольшое пространство на двоих. Условия для жизни созданы, развлечения имеются, интересный собеседник в зоне видимости и доступности. Тэхён немного успокаивается. Два месяца — это ведь не так уж и много, да? Познакомится с новым человеком, поживёт непривычным для себя образом, зато потом будет ценить свою повседневную жизнь в два раза больше, чем раньше. Это некий вызов самому себе, к тому же, неплохая разгрузка от работы. Найти общую зону комфорта — задача не из простых, но им удалось. Они много разговаривали, интересуясь подробностями жизни друг друга, в остальное время — передвигались сами по себе. Чонгук нашёл айпад с играми, Тэхён изучал коллекцию электронных книг на планшете. Сидели в метре друг от друга, занимаясь каждым своим делом, и периодически пересекались взглядами. О цели эксперимента они не знали — оставалось только догадываться. На пятый день их попросили выбрать один предмет, без которого они оба смогли бы обойтись. Зачем? Никто, конечно же, не сказал. Тэхён указал на резиновый мяч, найденный на полке, Чонгук согласился. Совсем скоро Юнги забрал вещицу и унёс её в неизвестном направлении. Оповестил: ежедневно им придётся проделывать то же самое — от чего-то отказываться. Тэхён сразу решил, что в этом и заключается вся суть — понять, сможет ли обычный человек прожить без привычных ему вещей. Свои мысли он не озвучил, однако Сокджин, сидящий напротив камер, довольно улыбнулся. — Что за цирк с конфискацией? — Чимин, как и всегда, относился ко всему скептично. — Отвлекающий манёвр. Они не должны догадаться об истинной причине вынужденного сожительства. — Ты знаешь, что похож на безумного учёного, когда так улыбаешься? — Хе-хе, да. Чимин усмехается. — Да уж. Не уверен, что из этого что-то получится. — Он окидывает мониторы задумчивым взглядом. — Как тебе удалось привлечь спонсоров? — Секрет, Чимин-и. Будешь много знать, быстро состаришься. — Сокджин щёлкает пальцем по кончику носа, игнорируя привычную реакцию Чимина на свои слова — закатывание глаз. Первая неделя проходит успешно. Все участники по очереди делятся впечатлениями и мнением о партнёре. О Чонгуке Тэхён высказался так:  — Приятный, воспитанный, общительный и образованный мужчина. Обладает острым умом и языком. На контакт идёт охотно, способен поддержать любую тему в разговоре, даже если не силён в ней. Из минусов: слишком любопытный взгляд, меня это немного напрягает, но в целом жаловаться мне не на что. Чонгук, в свою очередь, долго подбирал подходящие слова, чтобы описать нового знакомого. — М-м, интеллигент, добропорядочный, местами чересчур правильный, но не занудный, а это важно, — он усмехнулся. — Думаю, он относится к скрытному типу личности.  — Что это значит? Поясните, пожалуйста. — Мы много разговаривали эти дни, но я только сейчас понял, что разговор ни разу не касался его личной жизни. Напрашивается вывод, что говорить о себе он не любит. — Вас это напрягает? — Нет. — Чонгук покачал головой. — Становиться лучшими друзьями я не планирую, так что для меня это не играет никакой роли. Просто наблюдение. — Хорошо, спасибо. Можете возвращаться. Чонгук встал со стула, ещё раз взглянул в объектив камеры и, поправив спортивные штаны, двинулся к выходу. В комнате ждал Тэхён — он сидел на краю своей кровати и встрепенулся, как только увидел его. Стало понятно: он хочет о чём-то поговорить. — Как думаешь, зачем им эта информация? Минуту поразмыслив, Чонгук говорит с серьёзным лицом: — Может, они думают, что по мере того, как у нас будут забирать вещи, мы начнём друг к другу плохо относиться. А в конце эксперимента и вовсе загрызём друг друга из-за айпада. — Чонгук, заметив непонимание на чужом лице, поспешил исправиться: — Это была просто шутка, не забивай голову. Имея разное чувство юмора, им будет туго…

***

На второй неделе, откровенно говоря, становится скучно. Хочется погулять вдоль набережной, подышать свежим воздухом, к тому же, сейчас сезон дождей, — Тэхён любит природу, и как же тяжело находиться вдали от неё. Спасают комнатные растения, расставленные по подставкам, и всё же они не заменяют красивые пейзажи. Вместо голубого неба — высокий потолок, вместо прохожих — один человек, перемещающийся туда-сюда. Тэхён вдруг думает, что по прошествии нескольких недель, Чонгук ему точно надоест. Будет напрягать своим присутствием, а он — терпеть, прикрывая глаза от раздражения. Чонгук, напротив, не чувствует дискомфорта. Он говорит, что привык находиться дома долгое время, так что пока не ощутил давления стен. Тэхён ему немного завидует. Чем себя занять? Книги наскучили (большинство из них давно прочитаны), игры ему неинтересны, а смотреть фильмы нет желания. Отдельное спасибо за возможность пить свежий кофе по утрам. Рассевшись в кресле, он наблюдает за тем, как Чонгук быстро перебирает ногами — беговая дорожка в их распоряжении. Двигаться всё равно нужно, Тэхён думает попросить выпустить его хотя бы ночью, чтобы пройтись по пустому коридору, иначе он свихнётся наматывать круги по комнате. И да, заниматься спортом в присутствии другого человека он стесняется. Если поначалу хотелось разговаривать, то сейчас Тэхён всё чаще избегает разговоров, оставляя чужие комментарии без внимания. Всё-таки привык видеть большое количество людей, общаться со студентами, чем-то занимать голову, а теперь… По своей воле заточил себя в золотую клетку — жаловаться уже поздно. Он видит Чонгука буквально каждую минуту: как тот умывается — стены в ванной практически полностью стеклянные, лишь по середине размещена серая полоса шириной примерно полметра (скорее всего, больше), чтобы частично закрыть голое тело, пока один из них находится в душе), как расчёсывает волосы, стоя у зеркала; как ест, неторопливо пережёвывая пищу, как отдыхает, слушая музыку в наушниках. Он даже видит, как у того блестит кожа от пота после физических упражнений. На предложение присоединиться Тэхён мотает головой. Никуда не спрятаться и не убежать. Иногда он просыпается ночью, надеясь оказаться в своей постели, но ничего не меняется. Всё те же стены, тот же спящий Чонгук напротив, те же процедуры. Они избавились от ковра, настольного зеркала, некоторой одежды из шкафа, телефона (звонить близким всё равно запрещено) и прочей мелочёвки. С каждым разом делать выбор труднее: если без одной футболки или тумбы Тэхён ещё мог прожить, то без ноутбука или той же кофемашины будет тяжко. Рано или поздно всё равно придётся отказаться от более практичных вещей. А пока можно полежать на удобном диване и подумать, чем они не пользуются. — Так и будешь избегать меня? — Перед глазами возникает Чонгук. Тэхён поднимает брови. — Я не избегаю тебя. И если бы даже хотел, всё равно бы не смог — мы ограничены в пространстве, — сказано спокойно, без упрёка в его сторону. Чонгук, стоя напротив, коротко улыбается. Он дожидается, пока Тэхён уступит ему место рядом, и занимает вторую половину дивана (он как раз рассчитан на двоих, как и вся остальная мебель). — О чём задумался? — Поступивший вопрос Тэхён слышит не сразу. — Думаю, что телевизором мы практически не пользуемся, так что будет не жалко избавляться от него. — Чонгук согласно кивает в подтверждение его слов. — Также в мини-баре я нашёл алкоголь — он нам тоже ни к чему. — Оу, нет, — хмыкает Чонгук. — Избавляться от вина мы не будем. Вдруг ещё пригодится? Тэхён хмурит густые брови. Не успевает возразить, как Чонгук, всё поняв по его лицу, говорит: — Может, рассчитывалось на то, что мы выпьем за знакомство? — улыбается, пытаясь разрядить обстановку, но Тэхён качает головой, не находя разумным выпивать при нынешних обстоятельствах. — Ты совсем не пьёшь или дело в компании? — Чонгук, стерев улыбку с губ, говорит уже серьёзно. Рука ложится на спинку дивана. — Крайне редко, — признаётся Тэхён. По его изменившемуся тону можно догадаться об отношениях с алкоголем. Вероятнее всего, за спиной неудачный опыт. Чонгук не уверен в этом предположении; становится неловко из-за того, что он поднял данную тему. Лучше поменять её на что-то более весёлое. — Я где-то видел карточки на сближение, поиграем? «Плохая затея», — думает Тэхён, но заняться всё равно нечем. Кивнув, он подгибает под себя ноги и садится поудобнее, лицом к вернувшемуся Чонгуку. Инструкция не прилагается, правила всем знакомы — вытягиваешь по очереди карту, читаешь вопрос и отвечаешь на него, либо задаёшь другому. Чонгук ставит коробочку между ними и взглядом показывает начать первым. Тэхён зачитывает содержимое карточки вслух: — «Если бы Вы попали на необитаемый остров, какую одну вещь взяли с собой?» Да уж, оба надеялись, что вопросы будут не такими банальными. А куда деваться? Чонгук пожимает плечами. — Яхту, — первое, что пришло в голову. Хмыкнув, Тэхён ничего не говорит, поэтому очередь переходит к Чонгуку. — «С чего Вам нравится начинать день?» На секунду Тэхён задумывается. — С десятиминутной медитации. — Чонгук видел это своими глазами. — «Если бы Вы стали знаменитостью, то в какой сфере?» — Киноиндустрия, — моментально, словно готовился заранее. Вопросы, сами по себе, несложные. Да, где-то приходится пофантазировать, поразмышлять, но в основном они настолько простые, что через пятнадцать минут интерес окончательно пропадает. Чонгук замечает это сразу, поэтому предлагает отвечать на каждый вопрос по очереди. — «Цвет глаз человека напротив». — Он улыбается, опуская веки. Зачем? Непонятно. Тэхён не сдерживает ухмылки. — Карий, — проще некуда. Чонгук действительно думал, что он скажет что-то другое? Или просто хотел поднять настроение? Тоже закрывает глаза, ожидая услышать самую очевидную в мире вещь. Однако Чонгук удивляет: — При обычном освещении они у тебя светло-карие, а при ярком — заметны зелёные вкрапления. Тэхён медленно распахивает ресницы. Вроде, мелочь, а ещё никто не замечал особенность его глаз. Чонгук, оказывается, внимателен к мелочам. После минутной тишины Тэхён, отчего-то почувствовав себя неловко, опускает взгляд и коротко улыбается. Это всего лишь игра, ведь так? — «Назовите самое ужасное воспоминание». — А тут уже посложнее. Тэхён пытается напрячь мозги, но в голову ничего не приходит. Если только… — Мой двадцать пятый день рождения, — он сглатывает, мысленно возвращая себя в прошлое. — Я тогда поссорился с близким мне человеком. — О подробностях говорить не станет. Чонгук и не просит рассказывать. — Не помню, сколько именно мне было лет. Может, пять или шесть. В детстве у меня была рыжая кошка, пушистая такая, ласковая, я её очень любил. Однажды она пропала. Нашёл спустя несколько месяцев в подвале, забитой до смерти камнями. — Чонгук замолкает, поджимая губы. — Да, пожалуй, это самое ужасное воспоминание. Так, что там у нас дальше? — Он тянется к картам, стараясь сохранить веселье в голосе. Тэхён ничего не говорит по данному поводу. Да, они всего лишь незнакомцы, но откровение, как правило, всегда сближает. И всё же разговаривать на подобные темы никому не хочется. Чонгук читает дальше: — «Во сколько лет случился Ваш первый поцелуй?» — Он, растянув уголки рта, тут же отвечает: — В тринадцать. — Настоящий? — поясняет Тэхён. Наверное, он выглядит несколько глупо, иначе почему Чонгук смотрит на него непонимающим взглядом? Ещё и в горле не вовремя першит. — В пятнадцать. — Имеется в виду с языком. — Если бы Тэхён не опустил голову, он бы заметил, как Чонгук слегка прикусывает губы, улыбаясь. — Тогда в двадцать один. — Ого. — Что? — Тэхён то ли смущён, то ли недоволен — трудно понять по его лицу. Одно Чонгук может сказать точно — обсуждать личное Тэхён ненавидит. — Тебя это так удивляет? — Если честно, немного. — Ну, а ты? — Тэхён старается звучать безразлично. — Во сколько? Чонгук всё также улыбается. — В тринадцать. Тэхён фыркает. Уже тянется к следующей карточке, но Чонгук его опережает. — Давай я буду вытаскивать? У меня вопросы выпадают поинтереснее. — Он подмигивает, и Тэхён, сцепив руки на груди, кивает. Опустив взгляд на картонку, а после вернув его на Тэхёна, Чонгук говорит: — «Любимый язык любви?». Мой — прикосновения. — Взгляд не отводит, смотрит с ожиданием. Лицо Тэхёна безэмоционально. — Тоже. — Ну, хоть в чём-то мы с тобой похожи. Играем дальше? — Да, — в ту же секунду. Чонгук довольно улыбается. — «Изменяли ли Вы когда-нибудь?» — Нет, — чёткое. Чонгук, опустив уголки губ, качает головой. — Один раз. — Останавливаться на этом не хочет, но если Тэхён проявит интерес, то запросто ответит. Однако преподаватель молчит, видимо, посчитав, что лезть в личную жизнь — некрасиво. Предсказуемо. Чонгук усмехается. — «Ваш идеальный секс». — Он смотрит на Тэхёна, предоставляя право ответить первым. — Можем пропустить… — Нет, всё нормально. «Ага, и поэтому ты поправляешь ворот футболки в третий раз», — думает Чонгук, обводя его взглядом. Незаметно улыбается, но марку держит. Зато Сокджин, наблюдая за ними со стороны, возмущается уже несколько минут. В комнату с мониторами, размещёнными по всему периметру, входит Чимин, держа стаканчик с кофе. Устал после работы, так ещё и вынужден сидеть по вечерам с Сокджином, заполняя никому не нужные журналы. Зачем он вообще согласился? Наблюдение — слишком утомительно, тем более когда ничего интересного не происходит. — Подожди, это только вторая неделя, — успокаивал Сокджин на днях. — Дай бог через два месяца они узнают любимый цвет друг друга, а ты надеешься лицезреть признаки поменявшихся сексуальных предпочтений. Сокджин упрямый, и это факт. Чимин предпочитает верить только себе — тоже факт. Вот и сидят вдвоём: один отпивает кофе, лениво перемещая взгляд от одного монитора к другому, второй кривит рот. — Там не было таких вопросов, — утверждает Сокджин, прислушиваясь к чужому разговору. Чимин выгибает бровь. Требуется время, чтобы понять, о чём идёт речь. — Откуда он вообще их взял? Тэхён задумчиво дует губы. — Романтическая обстановка, атмосфера, располагающая к уединению, долгие разговоры после и… наверное, нежные поцелуи на протяжении всего процесса. Чонгук, подперев голову кулаком, слушает его с улыбкой на лице. Тэхёну точно тридцать два, а не восемнадцать? — Мило. В моём представлении, идеальный секс — это горячая прелюдия и меняющийся темп. Никакого однообразия. — Он ухмыляется. — Без разницы, в каком месте, главное, чтобы вы были на одной волне и понимали желания друг друга. — Откуда тебе знать, какие там вопросы? Это же обычная игра на сближение. — Чимин поворачивается к Сокджину, а тот шумно вздыхает. — Я лично составлял эти вопросы. — Оу. Хочешь сказать, Чонгук выдумывает их на ходу? — Ему даже становится весело. А Чонгук-то не дурак, хах. — В любом случае это твой братец, ничего другого я от него не ждал. Сокджин, убирая наушники на стол, испускает обречённый вздох. Если Чонгук ему всё испортит, он лично четвертует его! Хотя… Заметив, что Тэхён нервничает, избегая прямого взгляда, он перестаёт злиться. Вполне возможно, Чонгук сделает обратное — ускорит процесс создания эмоциональной связи. Всё идёт не так уж и плохо. Наверное. Время покажет.