Цветок распустившийся в несбыточной мечте...

Утро начинается с выстрела Солнце, как и всегда, взошло без колебаний. Яркое, бесстыдное. Оно не ждало, пока кто-то проснётся — оно просто было. И это раздражало Кан Хеён куда сильнее, чем звон будильника. 6:00 утра. Комната пуста. Одна кровать, один стул. Стены белые, даже слишком. Минимализм не по вкусу — по необходимости. Она открывает глаза не потому, что выспалась, а потому, что больше не может игнорировать реальность. Спокойствие не здесь. Оно где-то между прошлым, которое уже не тронуть, и будущим, которого, возможно, не будет. Хеён — 24. Выросла в приюте на окраине Сеула. Без семьи, без обещаний. Зато с ясной целью: выживать. Сейчас у неё есть работа, за которую платят хорошо. Иногда — за молчание. Иногда — за точность. Сегодня платят за выстрел. — Да? — короткий голос в наушнике. — Объект подтверждён. — Ты читала досье? — Читала. Наживка? — 50 на 50. — Тогда 70 на 30. Слишком много охраны. — Согласен. Главное — чистый выход. — Иначе — мы оба мертвы. — Именно. Поехали. 24-й этаж. На крыше ветер бьёт в лицо. Ни один дрон сюда не доберётся — слишком узкий угол, слишком много помех. В этом и смысл. И в этом её преимущество. Внизу открывается дверца чёрного автомобиля. Высокий мужчина в костюме, дорогие часы, сопровождающие — минимум четверо. Обычный конгрессмен. Но с очень необычным врагом. Хеён ненадолго замирает. Его лицо. Доброе, почти детское. Словно он сам не знает, за что получил смертный приговор. Может, и правда не знает. Это уже не важно. Щёлк. Оптический прицел. Дыхание — ровное. Выстрел — один. Точный. Он падает. Паника. Крики. Машины. Хеён уже нет. Она растворяется в тени лифта технического этажа. Всё — как репетиция. Только это не театр. Это жизнь. Через час она дома. Душ. Нюдовая палетка. Голубое платье. Прозрачный блеск. И лёгкая улыбка в зеркале. Теперь она — не убийца. Теперь она — просто бариста в маленьком кафе на углу. Кафе DALLA. Владелица — мисс Линь. Умная, добрая женщина, которая всё знает, но ничего не спрашивает. — Доброе утро, мисс Линь. — О, Хеён. Ты как всегда пунктуальна. Как спалось? — Прекрасно. А вы как? Как Мингю? — У него сегодня совещания до ночи. Не завидую. Они смеются. Между ними тишина — живая, спокойная. Как утренний чай. В обед кафе заполняется людьми. Офисные работники из стеклянной башни напротив. У всех одинаковые взгляды: усталые, сосредоточенные. Но всё же они — красивые. Опрятные. Молодые. Она разливает кофе, раскладывает круассаны, иногда даже улыбается. И вдруг: — Айс американо и клубничный милкшейк, пожалуйста, — говорит голос. Мужской. Тёплый, с ноткой уверенности. Он садится. Заказывает. Смотрит на неё. Улыбается — слишком открыто. Словно не боится быть собой. Когда заказ готов, он говорит: — Американо мне. Милкшейк тебе. Улыбнись, день только начался. Хеён застывает. Клиенты ей никогда ничего не оставляют. И точно не клубничный милкшейк. Знает ли он, что у неё аллергия? — вряд ли. А почему он решил, что ей это нужно? Она не отвечает. Просто отдает напиток мисс Линь. Так продолжается две недели. Один и тот же заказ. Одна и та же улыбка. Третья неделя. Много людей. Шум. Он снова здесь. Заказ — без изменений. Она снова передаёт милкшейк мисс Линь. Но сегодня он ждёт. И подходит. — Ты снова отдала его? — У меня аллергия на клубнику. — Почему ты не сказала? — Ты не спрашивал. — Тогда… позволь угостить тебя чем-то другим. Что любишь? — А ты, может, сначала представишься? — Ким Тэхён. 28. Директор PR-отдела в той башне. — Вот как. Он явно считает, что этим впечатлит её. Красивый, богатый, вежливый. И всё же... Внезапно — воспоминание. Лицо. Имя. Она видела его раньше. В базе. В резерве. Вечером Хеён сидит за ноутбуком. Проверяет список. Основной — пуст. Резерв — да. Там он. Ким Тэхён. Единственный наследник Haejeong Group. Работает под прикрытием. Никто в компании не знает, кто он на самом деле. Оплата за заказ: 5 000 000 $ Она откидывается на спинку стула. Смотрит в потолок. И впервые за долгое время — улыбается искренне.