Ограды

      Она всегда считала, что влюблённая женщина — одно из самых страшных созданий на свете. Во-первых, потому что ради любви они готовы на любые поступки, оправдывая их тем, что они… ну… ну «ради любви». А во-вторых, что бы они ни совершали во имя любви, это всегда будут крайности. Когда-то давно этому её научила мать. Хината никак не могла понять, почему не вспомнила об этом, когда впервые полюбила мальчика. Мальчика по имени Узумаки Наруто. Но опять же, что восьмилетняя девочка могла знать о любви? Может, ничего? А может, всё… Это вообще имело хоть какое-то значение? Хината не была страшна, как влюблённая женщина, нет. Она не совершала ничего безрассудного, хотя часто корила себя за это. Риск был ей чужд. Самым смелым поступком в её жизни было признание в любви Наруто. Хината и не ожидала от него ответа. Может быть, она призналась в неподходящее время. А может, он просто не знал, что ответить. И наверное, его ответ ей был и не нужен. Скорее всего потому, что она и так его уже знала. Или, может быть, ей это было неважно. Хинате хватило смелости признаться ему в своих чувствах. Далее ей предстояло провести всю свою жизнь, любя его издалека. А позже, через семь лет после войны, восемнадцатого мая, когда им исполнилось по двадцать три, и Харуно Сакура стала Узумаки Сакурой, Хинате всё наконец-то стало ясно. Странно, как одно слово, один взгляд, одна улыбка могут развернуть чью-то жизнь на сто восемьдесят градусов. Она всю жизнь бежала за ним, отчаянно пытаясь догнать, пойти рядом и поддержать, но где-то по пути споткнулась и упала на твёрдую землю. Иногда ей казалось, что она слишком старалась, но большую часть времени она сожалела, что старалась недостаточно. Но, конечно, как и у многих в этом мире, жизнь её продолжалась, однако самооценка оставалась прежней. Нет, она правда была счастлива за Наруто и Сакуру. Наруто заслужил счастье после всего, через что ему пришлось пройти. Но каждый раз, когда Хината задумывалась об этом, то спрашивала себя: а как же я? Как же она? Как же наследница Хьюга, которая больше не являлась таковой? И как же Хьюга, которая думала, что, стараясь изо всех сил, победит? Она вправду не знала. После войны и союзного договора между пятью деревнями и пятью странами, большинство шиноби переживали послевоенную хандру; они понятия не имели, что им с собой делать. Конечно, временами появлялись случайный задания. В основном то были миссии рангов от B до D, но пропали задачи, связанные с политикой и делами между скрытыми деревнями. Но Хината нашла себе работу по душе и проводила большую часть времени в академии в качестве учителя. В обучении она нашла своё утешение — чувствовать, что если её не любят, то, по крайней мере, в ней нуждаются. Она лично просила Цунаде-сама разрешить ей стать учителем, и та не отказала. Хокаге ни разу не спросила, зачем ей эта работа. Хината полагала, что женщина всё знала. А может, ей просто было наплевать. Когда членам команды Куренай исполнилось по двадцать одному, она распалась почти естественным образом. Абураме Шино начал тренироваться как наследник клана, когда его отец решил, что стал слишком стар для клановых дел. Сначала Шино находил время на выходных, чтобы встретиться с Хинатой, но это происходило до тех пор, пока ему не устроили помолвку на девушке-заклинателе насекомых из дружественной деревни Травы. Хотя Хината всегда считала Шино несколько равнодушным в отношении женщин, он проявил большой интерес к своей невесте, тем более, что девушка знала об определённом виде паукообразных, которые не были распространены в стране Огня. Та девушка была красивой, и к тому же, совсем не противилась их браку. И выходные в компании Шино прекратились. А потом ушёл и Киба. Инузука отправился в Камень для своих исследований, когда ему исполнилось двадцать три. Он был полон энтузиазма изучить другие виды нинкенов и их привычки в Ивагакуре. Его не было два года. А Хината… Хината осталась одна. Шино не было. Кибы не было. Не было и Наруто. Только Хината. Так продолжалось, пока ей не исполнилось двадцать пять, когда Инузука Киба вернулся домой в Коноху с Акамару и двумя маленькими щенками за пазухой.

***

Инузука Киба всегда был немного необузданным. Но после двух лет его отсутствия Хината подумала, что Киба… изменился. Стал диким. Сильным. Из мальчика превратился в мужчину. Он стал выше. Шире в плечах. Его вечно взъерошенные тёмные волосы тоже отросли и теперь частично прикрывали звериные глаза и красиво обрамляли красные отметины на щеках. Хината недоумевала, как можно так сильно измениться, но при этом остаться в её глазах прежним, особенно, стоило ему улыбнуться. Его улыбка всегда походила скорее на ухмылку. Словно он один знал какой-то секрет. Киба улыбался, обнажив кончики клыков, а двумя пальцами шутливо отдавал честь. Именно это он и сделал, ворвавшись в тот день к ней на занятие, как будто срывать уроки для него было обычным делом. Под мышкой у него была зажата большая коробка конфет. Дети сошли с ума при его появлении. В этом, видимо, и заключался его план. Киба оставил коробку в одном из углов класса, отвлекая детей, и воспользовался этим, чтобы подойти к Хинате. В правой руке Хината держала мел. Она писала задание на завтра как раз перед тем, как Киба ворвался к ней в кабинет. Хината слегка возмутилась, но радость от его появления перевесила раздражение. Два года вдали от деревни определённо пошли Кибе на пользу; может, в Иве вода была лучше? Хината не знала. По какой-то странной причине он стал работать кожевником, и его это определённо устраивало. — Я вернулся, — начал Киба без преамбулы, прислонившись бедром к столу Хинаты. Хината тяжело сглотнула, пытаясь не смотреть на него. Это оказалось трудной задачей. У него был очень дразнящий взгляд. Изучающий. Он с заметным любопытством разглядывал её лицо. Бывший сокомандник напомнил Хинате волка. Казалось, Киба внезапно стал в большей степени зверем, нежели человеком. И он, похоже, почувствовал её беспокойство. Наконец, ей удалось отвести взгляд. — С возвращением, Киба, — сказала она, укладывая мел на прямой выступ у доски. — Ты выглядишь… Другим. — Ты выглядишь… хорошо. Он расхохотался. — В самом деле? Чуть раньше я встретился с Ино, и она сказала, что я выгляжу так, будто меня притащила кошка. Я оскорблён. Хината не смогла сдержать улыбку. Этот человек обладал собачьей гордостью. — Язык Ино такой же острый, как твои клыки, но, уверена, она пыталась сделать тебе комплимент. Ты выглядишь… хорошо. — Наконец Хината решилась снова поднять на него взгляд, и не удивилась, обнаружив, что он внимательно на неё смотрит. — А ты, — сказал он, — выглядишь грустной. Её не удивили его слова. Киба и Шино, наверное, единственные, кто всегда видел её насквозь, будто она сделана из стекла. Хината пожала плечами. — Я в порядке. Спасибо. Кибу это не убедило. — Я ушёл из Листа за три месяца до того, как они поженились, так что мне так и не удалось тебя поддержать. Должно быть, это было очень больно. Хината поморщилась. Доверьтесь Кибе, чтобы потом он тактично задавал вопросы, которые нормальные люди не смогли бы с задать такой непосредственностью. — Какое-то время. Несколько месяцев или около того. — Он счастлив. Она счастлива. Они заслуживают друг друга. — А чего заслуживаешь ты? — спросил он, скрестив руки на груди; ухмылка исчезла с его лица, а огоньки в глазах погасли. — Чего ты хочешь от меня? — спросила Хината после долгого молчания, бросив взгляд на счастливо смеющихся детей в дальнем углу класса; те всё ещё суетились над сладостями, принесёнными Кибой. Он снова улыбнулся. — Я ничего не хочу от тебя, Хината. Я просто хотел увидеться, вот и всё. Убедиться, что с тобой всё в порядке. — Я в порядке, — практически рявкнула Хината, но поняв, что только что повысила голос на Кибу, невольно сделала шаг назад и покачала головой. — Прости. Киба по-прежнему не отводил от неё взгляда, однако расслабил руки, и те безвольно упали ему на колени. — Я принёс двух щенков, — внезапно сказал он. — Мальчика и девочку. Самые милые малявки, которых тебе доводилось когда-нибудь видеть. Внезапная смена темы удивила Хинату. Киба редко говорил о своих нинкенах. — Чьи это щенки? — Акамару. Мать красавица, одна из сильнейших нинкенов Ивы. Два месяца назад она родила четверых малышей. Мы решили разделить щенков. — Киба качнул головой вправо, беззаботно махнув рукой. — К сожалению, одна из наших родила своих, и у Ханы теперь полно дел. Детская переполнена. Хината знала, к чему он клонит. Она росла с этим парнем, пока они не получили звание джоунина. Он собирался попросить её о чём-то, прекрасно зная, что она не сможет отказать. Он всегда так делал, с самого детства. Тренироваться с ним, когда она была не в настроении, брать Акамару на прогулку и прочее тому подобное. Он изо всех сил старался вытащить её из зоны комфорта. И сейчас Киба снова намеревался это сделать. — Возьми одного, — внезапно заявил Киба, так просто, будто говорил о погоде. В прошлом Хината бы забилась в угол, пробормотала какое-нибудь оправдание, но всё равно в итоге бы согласилась. Но всё изменилось. Конечно, Киба и сейчас мог втянуть её во что бы то ни было, но, по-крайней мере, она сделает это с гордостью. Хината вздёрнула подбородок и встретилась с ним взглядом. — Поскольку их негде разместить, я скажу «да». А второй щенок? — Он останется со мной. Если, конечно, ты не хочешь взять обоих. — Он приподнял брови. Киба снова её дразнил. Инузука ничуть не изменился, оставшись таким же игривым. Вечный ребёнок. Он хотел, чтобы она нянчилась с двумя собаками. Отец не позволял Хинате завести даже домашнего хомяка. Хиаши, в общем-то, ничего ей не позволял. В итоге Хината потеряла терпение, и сразу после свадьбы Наруто и Сакуры у неё хватило твёрдости уйти из дома. Она сняла небольшую квартирку на другом конце деревни, подальше от квартала Хьюга. Ханаби ужасно злилась на неё, Неджи и вовсе был в ярости, а отец… ну… отцу по-прежнему было наплевать. Хината тяжело сглотнула. — У меня… есть двор. Он просторный и… там растут две яблони. Две. По одной на каждого из них. Для… хм… тени. И э-э… может быть, место, где можно поиграть. Киба победоносно засмеялся и внезапно хлопнул Хинату по плечу. Всегда ли у него были такие большие руки? Она уже не помнила. Вообще, Киба не любил прикосновения. Он всегда становился таким… настороженным при чьей-то близости; данная черта в целом была присуща клану Инузука. Хината аккуратно потёрла плечо, наблюдая, как Киба нахально почёсывает нос большим пальцем, и на мгновение мельком увидела его словно десять лет назад. По-мальчишески дерзким. Грозным. Он всегда был очень уверен в себе, хотя и сейчас его уверенность осталась при нём, если не умножилась в десять раз. Хината посмотрела на своих учеников, которые теперь сидели на полу, каждый со своей горстью конфет. Они расселись кружками, обмениваясь крошечными карточками, которые прилагались к сладостям. Дети вели тихие разговоры между собой. Киба проследил за её взглядом, сунув руки в карманы. — Тебе подходит. Я имею в виду, преподавание. Меня всегда поражало, насколько отлично ты справляешься с детьми, — сказал он, задержав взгляд на доске, а затем на дальней стене, обклеенной десятками альбомных листов, демонстрирующих рисунки учащихся. Хината бездумно коснулась рукава и пожала плечами. — Мне нравится. Кажется, я наконец нашла то, в чём действительно могу быть успешна. Взгляд Кибы мгновенно остановился на ней, острый и вопрошающий. — У тебя всегда был потенциал преуспеть во многом. Ты просто слишком боялась даже помыслить о том, чтобы попробовать. Я, если честно, немного шокирован тем, что у тебя хватило смелости попросить Цунаде-сама об этой работе. Хината закусила нижнюю губу. Она понимала, что Киба не пытается высмеять её, как и понимала то, что каждое сказанное им слово — абсолютная правда. Он просто слишком хорошо её знал и был донельзя прямолинеен, чтобы высказать это. Шино держал бы всё при себе. Он был тихим сторонником, стоящим за её спиной, а Киба всегда был их голосом. Боги, она внезапно поняла, насколько соскучилась по ним обоим. Хината улыбнулась. — Я рада, что ты вернулся. Ты останешься навсегда? Киба рассеянно кивнул. — Да. Вообще, я возвращаюсь к миссиям с завтрашнего дня. Хината обескураженно моргнула. — Разве ты не хочешь отдохнуть? Ты ведь только что вернулся. Киба дерзко усмехнулся. — Мне не нужен отдых. Ты же меня знаешь. И Хината действительно его знала. Даже слишком хорошо. Она слабо махнула рукой. — Я живу на восточной окраине. Мой дом трудно найти, так что, если хочешь, я могу заскочить на территорию Инузука, и мы вместе приведём щенков… — В этом нет необходимости, — перебил Киба. — Что… почему? — спросила Хината, внезапно насторожившись. У неё появилось нехорошее предчувствие. И оно подтвердилось, потому что, прежде чем она поняла, что происходит, Киба поднёс руку ко рту свистнул. Ученики вскинули головы от внезапного звука, и после нескольких секунд тишины два щенка, таких же маленьких, как Акамару, когда они ещё были генинами, ворвались в класс с такой скоростью, будто за ними гнались бешеные волки. У одного был чёрный, словно ночь, мех, у другого же, наоборот, белый, как снег. Хината могла только предположить, что белый пошёл в Акамару, а чёрный, скорее всего, в их мать. Дети снова обезумели. Только что они были заняты обменом карточкам и поеданием конфет, а а следующее мгновение уже столпились вокруг двух нинкенов, как будто впервые видели щенков. Хината прижала руку ко рту, стоило щенкам радостно залаять от такого внимания, и только беспомощно покачала головой, когда детвора и нинкены начали гоняться друг за другом по кабинету, как будто занятие ещё не закончилось. Порядка как небывало. — Белая — девочка, чёрный — мальчик. Маленькие красавцы, правда? — спросил Киба, широко улыбаясь, словно гордый родитель, наблюдающий за своими детьми. Когда Хината ничего не ответила, Киба наклонился и внимательно вгляделся ей в лицо. — Ты уверена? Хината повернулась к нему, отскочив назад, стоило коснуться кончиком носа его щеки, и почувствовала, как собственные щёки слегка зарделись. — Да, — ответила она, поборов заикание. Ей хотелось, чтобы он отступил от неё на несколько дюймов. Она не привыкла, чтобы Киба подходил так близко; он всегда защищал своё личное пространство. Ей не верилось, что два года могли так сильно его изменить. Она даже не могла сказать, к лучшему эти перемены или нет. Во всяком случае, сейчас ей было очень-очень неудобно. Киба присвистнул сквозь зубы, кивнув, и, к большому облегчению Хинаты, отодвинулся, снова скрестив руки на груди. Хината потёрла щёку тыльной стороной ладони и посмотрела на щенков, которые теперь наслаждались лаской целой толпы учеников. — Я справлюсь с ними, — слабо сказала она. Прозвучало неубедительно. Она даже не знала, была ли это гордость или, может быть, она поступила слишком отчаянно, чтобы не показать, будто её втягивают в то, чего она не хочет делать. Хината снова вздрогнула, когда почувствовала, как что-то тяжёлое опустилось ей на голову. Подняв глаза, она увидела руку Кибы, покоящуюся на её макушке. Он взлохматил ей волосы. — Знаю, что ты справишься. Я бы не стал просить тебя, если бы не был уверен в твоих силах. Она снова опустила глаза, ожидая, пока он уберёт руку. Киба не торопился. Вместо того, чтобы убрать руку, он опустил её Хинате на плечо, нежно его сжав. Она закусила губу, глядя краем глаза, как его пальцы свободно лежат на рукаве её кофты. — Мне… нечем их кормить… — неубедительно начала Хината, опустив взгляд на большие ступни Кибы. Когда он вообще стал таким большим? В Иве питаются какими-то особыми продуктами, которых нет в Конохе? — Я обо всём позабочусь. Во сколько ты уходишь с работы? — Э-э… через два часа. А что? — Два часа, да? Понял, — просто сказал он. Хината поспешно подняла глаза. — Что ты задумал? — Я всё подготовлю к твоему приходу, тебе не о чем беспокоиться. — Наконец давление его руки исчезло с плеча, и Киба деловито закатал рукава куртки. Хината тяжело сглотнула. Она взглянула на щенков, прямо сейчас поглотивших всё внимание детей, затем снова перевела взгляд на уверенное лицо Кибы. — Т-ты не сможешь. — Почему? — удивился Киба. Хината снова сглотнула. — Ты не знаешь, где я живу. Вы можете подождать, пока я закончу работу и… Киба внезапно наклонился вперёд и, к ужасу Хинаты, уткнулся носом в изгиб её шеи, с шумом втянув воздух. Хината в возмущении попятилась, сбив пару губок с края доски. — Ч-что ты делаешь? — почти взвизгнула она. Киба дерзко ухмыльнулся; его острые клыки при этом насмешливо блеснули. — За два года, что мы не виделись, твой запах изменился. Раньше от тебя пахло чаем и сливочными дайфуку. Хината почувствовала, как по спине пробежала лёгкая дрожь, поэтому поспешно наклонилась, чтобы поднять упавшие предметы. — А сейчас чем? — будто незаинтересованно пробормотала она. — Сейчас ты пахнешь свежескошенной травой и ромашками. Думаю, я смогу найти твой дом, даже не стараясь. Хината подняла голову и посмотрела на него. Он улыбнулся шире. — И с закрытыми глазами. Она вдруг поняла, что откусила больше, чем могла прожевать. В любом случае, с Кибой так происходило всегда. Только теперь рядом не было Шино, уравновешивающего происходящее между ними. Она прижала губки к груди, прежде чем встать, и постаралась скрыть лицо за волосами. — И-их имена. Как их зовут? Киба тихо рассмеялся и выпрямился, становясь с ней рядом. Хината снова украдкой взглянула на него, не удивившись, увидев, что он уже собрался уйти. Этот человек всегда был свободным духом; приходил и уходил, когда ему было угодно. Она почти забыла, как раньше её раздражала эта его черта. Хината задумалась, почему теряла всякую терпимость, когда дело касалось его личности. — Имена? Их нет. Пока. — Он повернулся к ней, протянул руку и взлохматил ей волосы. — Но я уверен, что ты придумаешь их сама, ведь так? Именно тогда Хината запаниковала. Заботиться о них — одно дело, но дать им имена?.. Назвать их означало… означало завести домашних питомцев по собственному желанию. Но она совсем не умела обращаться с животными. Нисколько. — Я не могу их назвать! — попыталась возразить Хината. Но было слишком поздно. Киба уже свистнул, привлекая внимание щенков, и в следующий момент вылетел из класса вместе с ними. Ученики столпились в кучку, с грустью глядя им в след. Хината же отчётливо запаниковала. Она поспешно выдвинула ящик стола и достала из-под множества свитков бумажный пакет. Прошло два года с тех пор, как у неё случалась гипервентиляция, но пакет всегда был под рукой. На всякий случай. И сейчас она порадовалась своей предусмотрительности.

***

Хината ожидала, может быть, поводок у каждой яблони, растущей на лужайке перед домом, и, возможно, по две миски для воды и корма на каждого щенка, но испытала глубокое потрясение, когда обнаружила, что вся площадь вокруг её дома окружена метровым забором из прочного на вид дерева. В тот момент, когда она преодолела барьер, который не привыкла видеть вокруг своего жилища, то заметила и две большие будки по обе стороны двора, между двумя высокими деревьями в центре. Подумав, что щенки, наверное, спрятались где-то в её теперь уже огороженном дворе, Хината поспешно закрыла за собой ворота и приготовилась к тому, что нинкены выскочат из своих будок и нападут на неё. Добрые несколько минут она выжидала. Убедившись, что из вольера никто не выскакивает, она облегчённо вздохнула и осмотрелась. Её дом был относительно небольшим; одноэтажный, из красного дерева, с гостиной-кухней, двумя небольшими комнатами и примыкающими к ним туалетом и ванной. Она приобрела это жильё по дешёвке, когда добилась повышения, став джоунин-сенсеем. Выбор пал на этот домик из-за возможности разбить сад на открытом воздухе. Ожидаемо, что даже спустя пять лет мечта о собственном садике так и осталась мечтой. Всё просто вылетело в трубу вслед за мечтой о Наруто. До Наруто. После Наруто. Когда она вообще начала разделять события своей жизни таким образом? Хината медленно направилась к входной двери и громко вскрикнула, когда Киба внезапно спрыгнул с крыши, приземлившись прямо перед ней. Он выпрямился и озорно улыбнулся. Хината усилием воли подавила желание упасть в обморок. — Ч-что ты там делал? — Ждал тебя, — ответил Киба, поправляя куртку. — Ты сказала два часа, но опоздала. Хината недоверчиво уставилась на него, указав на забор, которого сегодня утром не было. — Ано, когда ты успел его поставить? — На Кибе не было никаких следов грязи или пота. Киба пожал плечами. — Ямато-сан протянул мне руку помощи. Это заняло у него… хм… две секунды? Тяжелее было дождаться тебя. Как отработала? Хината моргнула, ошеломлённая тем, что он задал такой обыденный вопрос после того, как перестроил её двор, не спросив разрешения. Она нахмурилась. — Мне потребовалась целая вечность, чтобы успокоить класс после того, как ты ушёл… — прозвучало обвиняюще. Киба запустил пальцы в гриву тёмных волос, по крайней мере, ради приличия состроив извиняющийся вид. — А, извини за это. Признаю, что не стоило приводить щенков туда. Хината прикусила нижнюю губу перед тем, как сокрушённо вздохнуть. Киба был таким... Кибой. На него бесполезно было злиться, раз он уже извинился. Она протянула руку, чтобы вставить ключ в замочную скважину входной двери. — Всё хорошо. — Хината толкнула дверь и вопросительно посмотрела на Кибу, настороженно наблюдающего за ней. — Где они? — Пока у меня дома, — осторожно сказал он. — Им нужно сделать уколы, но Хана позаботится об этом. Я принесу их сегодня вечером, если это удобно. Хината почувствовала, как левый глаз непроизвольно дёрнулся. Прекрасно, он решил спросить, после того, как уже поставил забор и две будки у неё во дворе. Учитывая, что она согласилась принять их, Хината совсем не ожидала, что всё сделанное им покажется таким… постоянным. Может быть, пока питомник Инузука не освободится, чтобы их забрать? Но… нет, навряд ли. Она осмотрела лужайку и покачала головой. — Конечно. Ты же знаешь, я не могу тебе отказать. — Так было всегда, с самого детства. Так что, может, на самом деле ничего не изменилось. Хината заколебалась, прежде чем предложить ему: — Зайдёшь? Киба моргнул, явно удивившись приглашению. Его проницательный взгляд метнулся к её руке на дверной ручке, затем к лицу. Он улыбнулся и ответил на её приглашение вопросом: — Какие имена ты собираешься им дать? Хината едва заметно вздрогнула. По дороге домой она прокрутила в голове несколько имён, но так и не смогла придумать ничего хотя бы отдалённо оригинального и подходящего для них. Она прочистила горло. — Шио и Кошио. Киба рассмеялся. — Соль и Перец? Хината оскорблённо сжала дверную ручку. — На ум пришло только это. Киба покачал головой. — Нет. Мне нравится. Значит, Шио и Кошио, — постановил он, беспардонно протиснувшись мимо Хинаты в её гостиную. — Эй подожди! — Хината поспешила за ним. И застала Кибу, уже копающегося в её холодильнике. — Ого, ты по-прежнему поддерживаешь всюду идеальный порядок, — пробормотал он, доставая молоко и почему-то проверяя срок годности на этикетке. Хината положила сумку на одинокий диван в гостиной и встала прямо посреди коврика на полу, приготовившись сделать выговор Кибе, если он вдруг решит пить прямо из бутылки. К её удивлению, он подошёл к раковине и достал стакан из открытого буфета. Хината наблюдала за его движениями и поражалась тому, насколько… высоким он стал. Теперь, когда она могла смотреть на него, не беспокоясь о том, что потеряет сознание, то видела, что Киба на добрую голову и даже плечи выше её. И хотя большинство Инузука ценило скорость больше, чем силу, было странно видеть, как он набирает мышечную массу там, где, по её мнению, этого сделать было просто невозможно. Его спина стала шире, а крепкие мышцы ног хорошо просматривались сквозь довольно облегающие штаны. Киба посмотрел на неё, не донеся стакан с молоком до губ. — Ты пахнешь волнением. Хината вздрогнула, чувствуя, как щёки опалил жар, хотя была уверена, что это не имело ничего общего с тем фактом, что она глазела на его зад. — Перестань нюхать меня! — потребовала она. Киба ухмыльнулся. — Ничего не могу с собой поделать. Я чувствую твой запах за милю. И я считаю это комплиментом. Как ни странно, это действительно прозвучало как комплимент. Хината сама не поняла, почему вдруг заволновалась. Наконец отведя взгляд, она сказала: — Ты вырос. Киба потёр нос большим пальцем. — А ты ни на сантиметр не выросла. — Он кивнул ей, на мгновение забыв о молоке. — У тебя волосы длиннее. Ты не стриглась с тех пор, как я ушёл? Хината неосознанно коснулась своих волос. Неправда. Она не стриглась с тех пор, как Наруто женился на Сакуре. Разумеется, она чувствовала себя не вправе говорить ему об этом. — Можно и так сказать. Не думала об этом. Просто, так их легче собрать в пучок. Киба хмыкнул, облокотившись на буфет, и пристально посмотрел на неё. — Тебе идёт. Но опять же, короткие волосы тебе тоже идут. Хината неловко шаркнула ногами, опуская руку. — Это просто волосы. — Да, но… — фыркнул Киба, прежде чем поднести стакан молока к губам, — это твои волосы. И они красивые. Хината никогда не умела принимать комплименты, и Киба знал эту её слабость. Он смеялся над ней, а она, в силу своего характера, даже не могла попросить его прекратить. Да, Киба был прав, она совсем не изменилась. Попытавшись скрыть предательский румянец, Хината потёрла щёку тыльной стороной ладони, всё ещё чувствуя на себе взгляд Кибы. — Хината, — позвал он, пытаясь привлечь её внимание. Она заставила себя посмотреть на него. Киба ухмыльнулся. — Спасибо. Щенки благодарны за то, что ты подарила им дом. Хината закусила губу, прежде чем ответить: — Только до тех пор, пока ты не найдёшь для них место на территории Инузука. Он кивнул. — Знаю. Но я всё равно рад, что ты это делаешь. Она невольно улыбнулась в ответ. — Не за что. Хината не подозревала, что её только что затянуло в водоворот, который навсегда изменит её жизнь.

***

       Хината была неопытна в уходе за домашними животными, и поэтому на всякий случай подготовила себя к возможным проблемам, которые Шио и Кошио могли ей доставить. Но почему-то, когда выяснилось, что два щенка-нинкена были идеальными ангелами, она почувствовала ужасную тревогу. Киба привёл их ещё до захода солнца, и они остались в своих вольерах, после того, как Хината вежливо попросила их удалиться на ночь. Она была знакома с несколькими псами Кибы, в частности, с Акамару, и полностью осознавала, что они способны понимать человеческую речь, но совсем не ожидала, что они будут подчиняться постороннему человеку. Когда Хината поделилась этим с Кибой, он притворился оскорблённым тем, что она так думала. Хината, конечно же, извинилась, а он отмахнулся от её извинений, как будто это было пустяком. Верные его слову, они слушались даже без Кибы, хотя он редко бывал рядом, но приходил в гости, когда мог, и большинство этих визитов происходило после миссий, а иногда и до них. И, возможно, именно из-за присутствия Шио и Кошио Хината начала проводить больше времени на улице и в свободное время обнаружила себя работающей в саду, о котором всегда мечтала. Это показалось ей замечательным. Однако, по прошествии нескольких недель она не могла не осознать, что щенки росли даже быстрее, чем её цветы. Хината очень обеспокоилась этим фактом, поскольку всплеск роста произошёл как раз когда Киба отправился на миссию с несколькими ниндзя на целый месяц, чтобы помочь скрытой Траве. Она начала думать, что, возможно, ошиблась с дозировкой витаминов и дала им слишком много. Или, может быть, неправильно рассчитала количество корма в граммах? А ведь Киба говорил что-что о разнице между кормом для нинкенов-самцов и самок… Ей так и не удалось понять причину их внезапного роста, и к концу октября они выросли аж вдвое. Хината не помнила, чтобы Акамару был таким большим ещё до того, как ему исполнился год, но пыталась удовлетворить их повышенную тягу к играм. Они вели себя очень хорошо и делали то, что им говорили, поэтому каждый день приводить их на луг за домом, чтобы они могли свободно там побегать в одиночку, не стало для неё проблемой. Она спокойно работала у себя в саду, а они возвращались ещё до наступления темноты по её просьбе. В один из тех ленивых выходных вечеров Киба, наконец, вернулся в Лист. Он был грязный после долгой дороги, и тяжёлый рюкзак всё ещё висел у него за плечами. Хината сидела во внутреннем дворике рядом с Шио, вычёсывая её мех, когда Киба перепрыгнул через деревянный забор и приземлился на четвереньки прямо на гардении. Она только смиренно вздохнула, глядя на то, как Киба топчет её цветы. Затем, словно внезапно осознав, что он только что убил её растения, Инузука застенчиво усмехнулся, почёсывая затылок. — Йо, извини за это, — пробормотал он, и Шио, радостно залаяв, поспешила к нему. Кошио, который из них двоих проявлял более спокойный характер, занял место Шио, чтобы Хината могла вычесать и его. Хината сдержала лёгкое раздражение, вскипевшее где-то в желудке при виде того, как уничтожили её драгоценные гардении. Она провела рукой по шерсти Кошио. — Добро пожаловать домой. Ты ужасно выглядишь. — Спасибо. А ещё от меня воняет, — усмехнулся Киба, наклонившись, чтобы почесать Шио за ухом. — Они выросли. — Кстати об этом, — неуверенно начала Хината, рассеянно погладив Кошио, прежде чем встать и подойти к Кибе. — Я следовала твоим инструкциям, но совершенно не понимаю, как они смогли вырасти такими огромными за месяц. Киба не удивился. — Нинкены из Ивы, как правило, больше, чем в Конохе, и, честно говоря, я сам только недавно узнал, что они взрослеют быстрее, чем наши. Их мать на голову выше Акамару, даже когда сидит. Не волнуйся, я думаю, это нормально. С лёгким облегчением Хината заправила за ухо прядь непослушных волос. — Приятно слышать. — Через некоторое время она, спохватившись, спросила: — Как дела? Киба повалил Шио и начал нежно гладить её живот, не спускал глаз с Хинаты. — Устал, но это ничего. Между прочим, я встретился с Шино. Он хотел, чтобы я отдал тебе это. — Он сунул руку в карман куртки и достал слегка помятую бледно-лавандовую открытку. Лаванда. Цвет, который Хината даже не смела ассоциировать с Шино. Она подошла к Кибе, присела перед ним на корточки и взяла карточку. Почему-то, Хината не удивилась, поняв, что это приглашение на свадьбу. Она не знала, почему, но ей показалось, что сердце замерло, когда она осторожно повертела в руках бархатную картонку. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз виделась с Шино. Тогда он познакомил её со своей невестой. Её звали Аомори Чисато. Она была миниатюрным весёлым джоунином с красивым лицом и милой улыбкой, и Хината подумала тогда, что она идеально подходит Шино. Браки по расчёту стали чем-то вроде моды между деревнями после заключения союзного договора, но, несмотря на это, Шино и Чисато прекрасно поладили, имея много общего в дзюцу и хобби. Ещё одним плюсом было то, что Чисато на самом деле считала странную манеру речи Шино «очаровательной». — Ты не выглядишь слишком счастливой, — прямо заявил Киба. Хината замерла и посмотрела на него. — Я счастлива за них. Должно быть, Шино взволнован. — Она снова посмотрела на приглашение. — Итак, они назначили дату. — У них было достаточно времени. Могли бы пожениться и раньше. Это избавило бы нас от дурацкого ожидания чего-то столь неизбежного. Хината слабо кивнула. — Я счастлива за них. Киба поднял брови, окинув её внимательным взглядом. — Я слышал тебя и в первый раз. Хината моргнула. — Что? — Что ты счастлива. Я услышал тебя в первый раз. Почему ты выглядишь так, будто пытаешься убедить себя в этом? Это задело Хинату за живое. Она покачала головой. — Неправда. Прошло много времени с тех пор, как я узнала о Шино и Чисато, и, знаешь ли… — Нет, вообще-то я не знаю. — Руки Кибы, поглаживающие живот Шио, мгновенно замерли, и щенок заскулил. — Шино сказал мне, что ты его избегаешь. И давно. Хината искренне удивилась. — Я? Избегаю Шино? Я не избегаю его. Он тебе это сказал? — Да. Он сказал, что после его помолвки ты перестала встречаться с ним по выходным. Хината нахмурилась. Разве было не наоборот? С тех пор, как было объявлено о приближающемся браке Шино, он перестал приходить. Она понимала, что это нормально; видеться с другой девушкой каждые выходные — даже если она являлась его подругой — было бы неприлично для мужчины, который вскоре женится. — Я не избегала его. Киба ухмыльнулся. — Я бы поверил тебе на сто процентов, если бы ты не перестала присылать мне письма, когда я был в Камне. Мне показалось, что ты просто забыла меня. Если бы не Шино, я бы и не узнал, что ты начала преподавать. Хинате оставалось только прикусить нижнюю губу. — Я была занята. — Да, я слышал почти от всех, что в последнее время ты всегда занята. — Всех? — Да. Наш выпуск не встречал тебя ни на одном публичном собрании Листа. Даже Неджи сказал мне, что ты редко навещаешь своего старика. Что произошло? Хината опустила вмиг ослабевшие руки; приглашение всё ещё было зажато между её пальцами. Отец… Она никогда не могла найти времени, чтобы увидеться с ним. Может быть, у неё просто не было достаточно веской причины вернуться домой только для того, чтобы выслушать длинную-предлинную лекцию о гордости Хьюга и так далее. — Я была… я занята… Киба пристально вглядывался в её лицо, слегка поводя носом, будто настороженно принюхивался. — Хината. — Что? — спросила она, резко поднявшись и тут же обхватив себя руками в защитном жесте. — Ты не можешь избегать его вечно. Хината непроизвольно вздрогнула и отступила на шаг. Она могла бы сбежать в дом, если бы не Кошио, который внезапно появился позади, толкнув её назад, как бы говоря ей не уходить. Она покачала головой. — Я не понимаю, о чём ты. Она прекрасно понимала, о чём он говорил. Киба тоже поднялся, впечатляя её своим ростом, и шагнул к ближе. Кошио, низко зарычав, подтолкнул Хинату, и ей пришлось упереться пятками в мягкую землю, чтобы не упасть на Кибу. — Ты изменилась с тех пор, как они поженились. Все так говорят, и я считаю, что они правы. Ты другая. Ты даже пахнешь по-другому. Хината покраснела. — Я не изменилась и не чувствую другого запаха! Киба переступил с ноги на ногу, скрестив руки на груди. — Да, знаешь… Ты пахнешь девушкой, которая думает, что потеряла всё, что могла предложить ей жизнь, и просто коротает дни напролет, делая вид, что с ней всё в порядке. Хината ахнула, не в силах поверить, что Киба сказал ей такое. Она не думала, что заслуживает таких слов, даже от Кибы. Её так сильно трясло, что она невольно сжала в кулаке приглашение Шино. Кошио, казалось, почувствовал её настроение и благоразумно отошёл, поспешно скрывшись за Кибой. Этот жест рассердил Хинату ещё больше. Перед ней стоял Киба, за ним Кошио, а Шио лежала у его ног и лениво смотрела на неё. Было такое ощущение, что все они сговорились. Она почувствовала себя ещё более одинокой, чем когда-либо с тех пор, как начала заботиться о двух щенках. Хината сделала глубокий вдох и заговорила дрожащим голосом: — Я не притворяюсь. Я правда в порядке. Это не имеет ничего общего с… — она сглотнула, прежде чем продолжить. — Это не имеет ничего общего с Наруто и Сакурой. Я рада за них, правда рада. — О, действительно? Значит, в тот момент, когда они поженились, а ты покинула территорию своего клана — просто совпадение? И ты просто внезапно оказалась слишком занята, чтобы видеться с Шино или писать мне письма? — Это… — Хината. Перестань отталкивать людей только потому, что Наруто выбрал другую. Мир не крутится вокруг Наруто! — Всё было из-за Наруто! — внезапно выпалила Хината. Она зажала рот рукой, но было уже поздно. Она сказала это. Хината ахнула, когда Киба схватил её за запястье и отвёл руку от лица. — Продолжай, — прошипел Киба, и его звериные глаза сверкнули, когда он надвинулся на неё, притягивая к себе ближе. Хината внезапно почувствовала угрозу, оказавшись прижатой к его груди. — Мне нечего сказать. — Вынужден не согласиться, — прорычал Киба, другой рукой обняв её за талию, отрезая все пути к отступлению. — Ты избегаешь своих друзей, семью, потому что боишься любого контакта с Наруто или Сакурой, если на то пошло. Почему? Хината попыталась оттолкнуть его, но Киба был слишком силён. — Не понимаю, почему должна тебе рассказывать это, ведь ты и так знаешь, как сильно я любила Наруто! Мне было достаточно просто наблюдать за ним издалека. Тогда я знала о его чувствах к Сакуре, но в тот момент своей жизни думала, что подготовлюсь, на случай… на случай, если это произойдёт. Но теперь я понимаю, что и сотни лет не хватило бы, чтобы подготовить меня к этому. — Он обычный парень. Парень, каких много вокруг. — Он был для меня кем-то большим, Киба. Ты прекрасно знаешь это… Хината не шутила, когда сказала, что Наруто был для неё чуть ли не всем миром. Она выросла под его влиянием, и во многом Наруто стал для неё единственным маяком, к которому она тянулась. Восхищение в какой-то момент переросло в нечто большее, и лишь однажды она призналась, что любит его. Он не принял её признание. Она должна была уяснить это ещё тогда. Хината не осознавала, что плачет, пока Киба не притянул её ближе, прижав к своей груди так крепко, что, казалось, будто ещё немного, и её кости треснут от его сокрушительных объятий. — Дура, — прошептал он ей на ухо. — Дура, чёрт возьми. И Хината была с ним абсолютно согласна. Неудивительно, что Наруто не ответил на её признание.