Часовое сердце. Давние обещания
16 сентября 2021 г., 20:06
— Я хочу читать! — с энтузиазмом произнесла Захарра. — Дай книгу!
— На! — усмехнулась Диана, дав подруге книгу. — Только книгу не порви!
— Платить эфларами будешь. — улыбнулся Фэш.
— Злые какие! — нахмурилась Захарра. — Ну да ладно! Итак…
ГЛАВА 6
ДАВНИЕ ОБЕЩАНИЯ
— Какие обещания? — не понял Маар.
— Кто — то наконец обещал Марку отомстить? — спросил Лёшка.
— Э, а я то что сделал? — удивился Марк. — Не помню каких — то моментов с отомщением. Разве что после лагеря.
— О даа! — улыбнулась Василиса. — Завтрак был что надо.
— И ты всё равно не культурно вела себя. — зло процедил Нортон.
— Да — да. Можешь не говорить. Захарра, начинай.
В уютной горной долине шумел водопад. Тугие прозрачные струи скользили вниз по каменному утесу растворяясь в круглой, идеальной формы, лагуне, и устремлялись дальше — по узкому руслу небольшой речушки.
— Так, я не понял. — произнёс Лёшка. — Чего я ещё на Эфларе у всех не знаю? У вас вроде водопадов нет. Или это личный уголок?
— Возможно. — ответил Ярис.
На берегу стояла женщина в длинном, до земли, голубом платье. Она была высока и очень красива. Медно-рыжие волосы, свободно распущенные по плечам, искрились от солнечного света, и сотни искр танцевали вокруг. Вот она присела и подняла плоский блестящий камешек, намереваясь пустить «жабку» по воде.
— Лисса… — тяжело вздохнул Миракл.
— Не получится, — с иронией произнесли у нее за спиной. — Я сто раз пробовал. Вода слишком быстрая.
Женщина тут же выпрямилась и оглянулась. Камешек выпал из ее рук и вновь занял место на берегу среди тысячи круглых собратьев.
— Здравствуй, Нортон. Приятно, что ты все-таки пришел.
— Значит ещё до меня тебя навестил Нортон? -спросила ЧК.
— Да. — ответила Лисса.
— Значит и ты её навещала. — нахмурился Нортон.
— Да, но в этом нет ничего такого. — развела руками ЧК.
Ее голос был холоден и спокоен. Но слышалась в нем и напряженная, тихо звенящая струна — отголосок скрытого отчаяния, злости, ярости? Недовольства?
— Всё вместе. — сказал Нортон.
— Между нами и так много недопонимания, Лисса.
Она встрепенулась.
— Я же просила не называть меня по этому имени, — прошипела она.
— Можно задавать вопрос? — спросил Лёшка.
— Давай. — ответил Норт, и с усмешкой добавил: — Только не глупый.
— А почему нельзя называть по имени? Никого же нет. Вы в личном уголке.
— Вдруг кто услышит. — ответила Лисса.
— Ты вспомни, когда я превратился в филина и следил за Василисой и Фэшем. — сказал Марк, усмехаясь. — Любой может подслушать.
— Точно, извините. — извинился Лёшка.
— И как же к тебе обращаться, о королева фей? Белая Королева? Белка?
Она молчала, явно разгневанная, и Нортон-старший продолжил:
— Никто не знает об этом месте, Лисса. Здесь произошло столько событий… связанных с нами и ни с кем больше. Разве что еще с одним маленьким человеком.
— Именно об этом я и хочу с тобой поговорить. — Ее губы задрожали от волнения, но голос прозвучал решительно и зло. — Ты обещал, что не втянешь нашу дочь в эту игру. Василиса не должна была встать на Часовой Круг. Ты обещал это! — Ее голос сорвался на крик.
— Это всё странно, мама. — прищурилась Василиса. — Ты же сама мне дала Рубиновый Ключ, и называла меня эгостикой, если я не стану ключницей. Что всё это значит?
— Ну… — тяжело вздохнула Лисса. — Ты узнаешь.
Мужчина поморщился, явно недовольный столь резким проявлением эмоций.
— Я забрал у нее Рубиновый Ключ, как мы и договаривались.
— То есть ты хотела…! — зло процедила Василиса. — Одать Норту ключ?! Да ты…
— Василиса, прости. — тяжело вздохнула Лисса. — Отец сам мне предложил это сделать. Я отказывалась стою раз, но пришлось подчиняться.
— Прекрасно просто!
После этого Василиса осталась бы в Черноводе какое-то время… Потом, в благодарность за ключик, я бы нашел способ тихо и незаметно переправить ее в Чародол. Но позволь спросить, что бы она там делала? Или ты решилась бы удочерить девочку? — добавил он с явной насмешкой.
— Я бы сделала именно так, — сердито произнесла женщина. — Сначала бы приблизила ко двору, дала бы статус фрейлины… Ну а потом — да, я бы удочерила Василису. Ты прекрасно знаешь, что я не могу признаться в том, что моя родная дочь обладает часовым даром.
— Опааа… — пропел Фэш. — Хотя, мы это уже знаем.
Нортон-старший тихо рассмеялся. Королеву фей это взбесило.
— Я выполнила свою часть уговора, — звенящим от ярости шепотом произнесла она. — Двенадцать лет я не подходила к собственной дочери, ведь ты обещал, что по истечении этого срока отдашь мне право распоряжаться ее судьбой. И вдруг — что ты делаешь?!
— Мда уж, прости Лисса… — сказала ЧК. — Не всю правду я знала.
— Это точно… — кивнула она.
— Перестань кричать, — вновь поморщился Нортон-старший. — Ты слишком бурно реагируешь. Вначале выслушай… Я не виноват. Вмешалась наша дорогая матушка, Черная Королева.
— Я тебе не верю!
— Ты ведь прекрасно знаешь, что именно она подарила через свою фею Стальной Зубок Василисе, — неторопливо продолжил мужчина. — Если бы я знал об этом раньше, отнял бы ЧерноКлюч не задумываясь. И отдал бы его сильному часовщику — ученику, хорошо владеющему часодейством.
— Вы в сговоре, — не сдавалась женщина. — Я уверена: ты все подстроил. Как обычно!
— Извини Нортон за подозревания. — грустно произнесла Лисса.
— Мда, и ты меня за всё прости… — тяжело вздохнул Нортон.
Как обычно! Ни для кого не секрет, что ты метишь на трон Астрограда. Хочешь занять место Астариуса. Для этого ты готов пожертвовать даже дочерью! Впрочем, — она горько усмехнулась, — у тебя много детей. И ты жертвуешь ими не в первый раз.
— Согласен. — кивнул Норт.
— Ну вот, дети против меня. — грустно произнёс Нортон.
— Ну а как ещё? — возмутилась Дейла.
Нортон-старший лишь покачал головой:
— Просто наши планы поменялись, дорогая Лисса. Вначале я тоже не знал, чего добивается Черная Королева, доверив ЧерноКлюч нашей дочери. Признаться, — он усмехнулся, — у меня даже закралась мысль, что старушка сошла с ума. Но теперь я начинаю понимать ее мотивы. Кажется, у нашей девочки проявился тот самый дар, которого так ждали в моей семье.
— У тебя пятеро детей! — Женщина в отчаянии всплеснула руками. — Ну почему ваше проклятие отразилось именно на Василисе?
— Дар, а не проклятие, — холодно возразил Огнев. — Конечно, этот дар не понравится нашему уважаемому Духу…
— Вот как? Значит, он не поможет ей?
— Нет.
— В этом весь наш дядя. — тяжело вздохнул Рэт. — Он мало кому помогал.
— Да и помогал он тех, кого использовал в нужных целях. — добавил Фэш.
— Не поспоришь. — кивнул Примаро.
Белая Королева с досадой тряхнула головой, мгновенно рассеяв вокруг «камни настроения» — синие-синие, означавшие, что повелительница фей пребывает в ярости.
— Все знают о проклятии ЧерноКлюча, — продолжил Нортон-старший. — Но никто даже не подозревает, в чем оно состоит.
— Но ты-то, конечно, знаешь? — В ее голосе прозвучала ирония.
— Не совсем. Вернее, не до конца…
— Мне кажется ты лжёшь, Нортон. — хмыкнул Миракл.
— Нет, я правда не всё знал. — сказал Нортон.
Внезапно он приблизился к ней и порывисто приобнял за плечи.
— Ты ведь помнишь, из-за чего мы поссорились, Лисса?
— Еще бы! — зло ответила женщина. — Ты вместе со своей матерью отнял у меня ребенка.
— Черная Королева настояла на том, что девочка должна вырасти вдали от часового мира.
— Это было ради её же безопасности. — сказала ЧК.
— Я знаю! И я всегда была против. Это глупо!
— Не так глупо, как кажется на первый взгляд. Василиса выросла в обычном земном мире, вдали от часодейства. Ей не внушали с самого детства, какую власть дарит управление временем, какие небывалые сулит возможности.
— Ну да, с другой стороны папа прав. — кивнула Василиса. — Мне хотя бы было легче жить.
— А нам пришлось учить… — тяжело вздохнула Диана.
— Ну, не повезло, понимаю.
Она чиста в своих помыслах и намерениях. Она не заучивала с детства законы и правила нашего мира, поэтому еще не стала послушной частью общего механизма. У нее есть свобода выбора. Самостоятельность. Она ошибается, но идет дальше. Я начинаю верить, что наша дочь более других имеет шансы найти Расколотый Замок… Но, конечно, ее надо немного подучить.
— Расколотый Замок вроде я найду. — нахмурилась Маришка.
— Ну, значит не то ляпнул. — развёл руками Нортон.
— Это значит, что слова противоположны происходящему. — улыбнулся Родион.
— Оу дааа! — с улыбкой произнёс Марк.
— Она всего лишь ребенок! — пронзительно вскричала женщина. — Ты отнял у нее детство, а теперь хочешь отнять жизнь. Лишить права выбора!
— Права и мама тоже. — тяжело вздохнула Василиса. — Или папа?
— Запутано крч! — произнесла Николь.
— И не говори, малышка.
— Пожалуйста, избавь меня от истерики. Я принял решение и не собираюсь менять его.
— Тогда расскажи мне, — резко произнесла она, — в чем состоит проклятие Черного Ключа?
— Не могу.
Белая Королева подавила судорожный вздох.
— Ты мог бы больше доверять мне… Вместе мы можем придумать, как спасти ее…
— Вначале надо спасти Эфлару.
— Пап, ты что?! — удивился Норт. — Ты Госпоже Лиссе совсем не доверяешь?!
— Вместе бы и в правду подумали, как спасти нашу сестру и Эфлару вместе! — поддержала Дейла.
— А я говорила, что Нортон — эгосит! — зло процедила Жемчужная Королева.
— Хватит! — разозлился Нортон. — Захарра, читай!
— Ты бессердечен, Нортон. У тебя нет ни чести, ни достоинства. Ты готов бросить под ноги самое святое, что у тебя было.
— Ты взываешь к моей совести? — неожиданно рассердился он. — Так вот почему ты пригласила меня сюда — в наше потаенное место для встреч. Великие силы, как давно это было!
— Так ты его пригласила?! — удивилась ЧК. — А я думала, он сам к тебе пришёл.
— Здесь мы провели много счастливых часов, — с грустью произнесла королева. — Когда были одной семьей.
— Не так уж много.
— Не так уж и мало!
Они помолчали.
— Аж грустно читать… — перебила себя Захарра.
— Согласен. — кивнул Ярис.
Наконец Нортон-старший глубоко вздохнул, словно не решаясь произнести следующую фразу:
— Мне пора, Лисса. Прощай.
Она не ответила. Присела на берегу, начала перебирать камешки — черные, серые, коричневые, почти все — круглой обкатанной формы. Были среди них и синие — яркие, полупрозрачные. Нортон-старший, так и не дождавшись ответного прощания, развернулся и пошел в сторону водопада.
В тверди каменного утеса до самого верха была выдолблена узкая лесенка, идущая серпантином. Белая Королева подняла глаза и смотрела, как Нортон Огнев неторопливо взбирается по ней. Вскоре мужчина исчез за водяной стеной.
— Мда, это не очень приятный разговор конечно. — тяжело вздохнул Миракл.
— И не говори. — кивнул Нортон.
— Это конец? — спросила Маришка.
— Нет, Резникова. — ответила Захарра. — Я бы уже сказала вам.
* * *
На берегу небольшого лесного озера, среди зеленой травы и незабудок, сидела на одном из валунов женщина. На ней было простое белое платье, из украшений — тонкая серебряная диадема с камнем молочного цвета — знак королевского рода.
— Сменила одежду? — усмехнулся Нортон.
— Я же уже в другом месте. — ответила Лисса.
Неожиданно на полянке возник черный мерцающий вихрь, похожий на рой разозленных пчел, покружился над озером и замер перед женщиной, принимая очертания человека.
— Здравствуй, Белка! — насмешливо молвила новоприбывшая — женщина в длинном платье из мерцающих обсидианом частиц и с черной плотной вуалью на лице. — Не ожидала так скоро получить от тебя приглашение. Неужели материнский инстинкт проснулся?
— Э — э — э…Всмысле? — не понял Лёшка.
— Это Чёрная Королева прибыла. — пояснил Марк.
— Да нет, я не об этом?
— О чём? — спросил Примаро.
— Материнский инстинкт?!
— А, ты видимо не в курсе, Лёш. — сказал Норт. — Но ЧК была приёмной мамой Лиссы.
— А что…? Ааа…
— Наверное ты в таком шоке, Рознев? — засмеялся Родион.
— Да…
Белая Королева стремительно шагнула к ней.
— Как ты смеешь говорить об этом? — Она сделала особое ударение на «ты». — Как можешь так открыто насмехаться? Ведь это же ты советовала отдать Василису Нортону на воспитание!
— И спасла тебя, — процедила повелительница лютов.
— Теперь я подтверждаю эти слова. — сказала Лисса. — Спасибо, мама.
— Пожалуйста. — с улыбкой ответила ЧК.
— Иначе бы подданные растерзали свою повелительницу в клочья, ведь ты обманула их с даром камней настроения.
— Чтооо?! — удивился Лёшка.
— А вот это уже интересно. — прищурился Ник.
— Потом узнаете. — отмахнулся Нортон.
Белая Королева вздернула нос.
— Ты всегда любила обвинять меня, матушка.
— Ты захотела стать королевой фей, чтобы понравиться этому чудовищу.
— Спасибо за комплимент, матушка. — усмехнулся Нортон.
— Не благодари. — также усмехнулась ЧК. — Я уверена, ты ответил мне тем же.
— Не сомневайся в этом. Ты знаешь ответ.
— Черная Королева презрительно хмыкнула. — И что в результате? Он бросил тебя ради своей единственной любви — власти. Власти и славы. Ради высокого статуса.
— Так сложилась судьба. — Голос Белой Королевы дрогнул. — Он не мог поступить иначе.
Женщина в черной вуали выпрямилась, словно ее сильно оскорбили.
— Если бы Огнев любил тебя, дурочка, — сказала она ледяным тоном, — то силой увез бы в один из своих замков. Далеко от всех — от меня, от Астрагора… Но он выбрал другое. Как ты прекрасно знаешь, у моего сына есть цель, и он изо всех сил стремится к ней. Ради своей главной цели Нортон Огнев готов на все: он пожертвует вашей дочерью, как когда-то пожертвовал вашим совместным будущим. Когда ты наконец поймешь, что этому человеку мало простого семейного счастья?
— Вообще-то я обоих любил. — сказал Нортон. — Несмотря на то, что я сделал.
— Елену тоже?! — удивился Лёшка.
— Опять дебильные вопросы… — тяжело вздохнул Марк.
— Нет, Елену я не любил. — сухо произнёс Нортон. — Я любил Лиссу и Ниру.
— Аа… — протянул Лёшка.
Белая Королева слушала собеседницу с ироничной полуулыбкой.
— Ты многого не понимаешь, дорогая матушка. Мне тоже этого мало. Да и тебе, как я помню, тоже когда-то хотелось иного… Ты была готова на все ради славы и высокого положения. Ради успеха! И ты добилась своего, — продолжила она с горечью. — Стала повелительницей лютов — темных фей. А ведь когда-то…
— Когда-то я просто нашла в лесу маленькую девочку, — перебивая, прошипела Черная Королева. — Вырастила в Чародоле, провела посвящение у фей, отдала вместе со своим единственным сыном на воспитание лучшему учителю Духов — Астрагору. Ты оправдала мои надежды — стала одной из высших часовщиц Осталы.
— Обалдеть… — произнесла Захарра, перебивая себя.
Но именно в Змиулане ты спелась с ним, с Нортоном… И пустила свою жизнь под откос. В обмен на черную клятву ты получила дар камней настроения у Астрагора и надо же — стала, стала Белой Королевой! О, понимаю, это ведь так почетно — теперь тебя называют ваше величество, именуют пресветлой хозяйкой, ты стала настоящей феей… Королева может обручиться со знатным фиром или даже лютом, но, конечно, не с человеком. Ведь у фей и людей не бывает совместного потомства.
Все с изумлением ахнули от истории Лиссы и Нортона.
— А ещё и на Василису гнал… — тяжело вздохнул Фэш.
— А она здесь причём? — не понял Маар.
— При том, что у родителей Василисы тоже была не сладкая жизнь. Так ещё и я гнал за то, что Нортон — убийца, и думал, что её дети точно такие же, но не знал саму историю её родителей. Тоже так глупо бросаться обвинениями насчёт Василисы.
— Всё, прекрати. — обняла его Василиса.
— Замолчи! — неожиданно выкрикнула Белая Королева. Пространство вокруг нее взорвалось синими огнями. — Ничего ты не понимаешь!
Черная Королева отступила в сторону. Вуаль на ее лице покачнулась.
— Разве? А мне кажется, я бью точно в цель. Вон какие камни во все стороны разлетелись. Твой приобретенный дар выдает тебя с головой.
— Прости, милая. — тяжело вздохнула ЧК.
— Ты была права. — кивнула Лисса. — Поэтому не надо у меня просить прощение.
— Да-да-да, в чем-то ты права! — торопливо согласилась Белая Королева. — Я действительно поклялась отдать своего первенца Астрагору в обмен на дар, делающий меня феей. Но я была молода и глупа! Я не знала, что значит быть матерью… И ты, ты могла бы предупредить меня!
— Ты никого не слушала, дорогая, — возразила женщина в черной вуали. — Никого, кроме Нортона Огнева. И угодила в расставленную им ловушку. Он использовал тебя и бросил, когда ты стала ему не нужна.
— Я всё равно её любил. — тяжело вздохнул Нортон.
— Поняла.
— Да, кое в чем ты права, дорогая матушка… Я ведь по-прежнему могу тебя так называть? — Голос Белой Королевы стал холоден, сух и резок, как первый зимний ветер. — Я хотела быть королевой фей, чтобы получить положение, чтобы стать достойной столь великого часовщика, как Нортон Огнев. Но не только… Я хотела стать королевой, чтобы доказать тебе, матушка! — высоким, пронзительным голосом крикнула женщина. — Доказать, что я достойна быть королевой! Как ты… Доказать, что ты не зря взяла меня в дом, воспитала и обучила, как принцессу… Я хотела быть похожей только на тебя.
— Быть похожей на неё? — усмехнулся Нортон.
— Ничего смешного кстати. — сказала Лисса.
— А я и не смеюсь.
Приподнимая вуаль, Черная Королева порывисто приблизилась к приемной дочери.
— Посмотри мне в лицо, дорогая, — сказала она. — Посмотри, что сделал со своей матерью Нортон Огнев. Этот проклятый шрам останется со мной навсегда… Хочешь ли ты быть похожей на меня? Посмотри внимательнее.
— Ну и зачем ты ей это разболатала? — зло процедил Нортон.
— Она бы всё равно узнала. — пожала плечами ЧК.
— Так вот, почему вы скрывали своё лицо под вуалью… — прищурился Данила.
— Да.
Белая Королева в ужасе отшатнулась, закрываясь руками, будто стремилась отгородиться от прошлого, которое уже не изменишь.
— Прости меня… — горько прошептала она. — Прости нас обоих…
— Он думал, будто я подбила тебя на эту неслыханную глупость, — продолжила Черная Королева словно в забытьи, — отдать первого ребенка Астрагору. Он и слышать не хотел, что это была твоя воля, твое решение. Он предан Астрагору и верит ему. Поэтому Огнев вбил себе в голову что я ради твоего нового высокого положения подсказала тебе эту мысль. Мы бились с ним… И теперь я вынуждена скрывать свое лицо… Он пощадил меня, подарив жизнь под вуалью. Вот почему я ненавижу его. И когда-нибудь жестоко отомщу за это.
— Родион, твоя фраза. — сказала ЧК.
— Слова противоположны происходящему. — тяжело вздохнул Родион.
— Не ожидал, не ожидал… — с удивлением произнёс Марк.
Белая Королева отняла руки от лица — в ее взгляде читались отвращение и холодная ненависть.
— Так вот зачем ты подарила Василисе ЧерноКлюч! Ты хочешь отомстить ему! Отомстить нам!
— Ты первая хотела ввести девочку в Часовой Круг, — возразила Черная Королева. — Могу я спросить зачем?
— Я договорилась с Нортоном, — произнесла Белая Королева. — Договорилась, что верну ему Рубиновый Ключ, а он разрешит мне провести посвящение дочери у нас в Чародоле. И я смогу дать ей стрелу с волшебного поля цветов-старочасов. Он же обещал укрыть ее в Черноводе, где Василиса была бы в безопасности. А ты, ты всему помешала!
— Даже если это так, то я рада, что спасла Эфлару. — улыбнулась Василиса.
— А ключ должен был достатся мне, но из — за проклятья не получил. — добавил Маар.
— Целая история… — призадумался Лёшка.
— И не говори. — кивнула Гроза.
— Елена перерезала бы девочке горло до того, как Нортон успел бы вернуться из Лазоря. Ты недооцениваешь эту стерву, я тебе всегда говорила.
— Какая теперь разница, когда ты совершила самое страшное: подарила нашему ребенку Черный Ключ! — с силой произнесла Белая Королева. — И перечеркнула весь план по спасению Василисы от клятвы, данной Астрагору. Мы могли бы спасти ее! Ведь он хотел заполучить ребенка именно для этого, — шепотом продолжила она. — Чтобы, когда придет время, вручить ему проклятый Ключ… Зачем, зачем ты подарила его Василисе?
— Затем, чтобы ты наконец поняла. — Черная Королева выпрямилась, и за ее спиной взметнулись два темных крыла. — Поняла, какую глупость совершила. Когда продала своего ребенка за горсть камней настроения.
— Это была месть… — тяжело вздохнул Нортон.
Ради славы и почета, ради фальшивой любви. Ради этого ты попрала все то, чему я тебя так долго учила. Вот почему теперь ты выпьешь чашу своей вины до самого дна. И может, поймешь, что ты отдала Астрагору в глупой клятве. Ты будешь наказана, Лисса. Будешь наказана вместе с ним — Нортоном Огневым.
— Слова…противоположны происходящему? — спросил Родион.
— Да, так и не наказала. — тяжело вздохнула ЧК.
— Эх… — тяжело вздохнул Марк.
Черная Королева раскинула руки в стороны и взмыла в воздух, оставляя женщину в белом платье рыдать на берегу чудесного лесного озера.
— Я довела тебя до слёз? — спросила ЧК. — Прости меня…
Лисса ничего не ответила.
— Мдам… — произнёс Ник. — Вот это мы…узнали конечно.
— Соглашусь… — кивнул Ярис.
— Глава закончилась. — сказала Захарра. — Кто следующий…?
