Neighbors

С последней встречи Чимина и Чонгука прошло почти две недели. У блондина был завал на работе, да и распаковка всех перевезённых вещей заняла больше времени, чем он рассчитывал. Чонгук, как и обещал, дал Паку время и не давил на него. Он лишь изредка отправлял милые сообщения и пару раз перехватывал Чимина возле его дома. Из последнего разговора блондин понял, что у Чонгука начинается новый проект, и он практически всё время проводит на работе. И если честно, Чимин был этому даже рад. У него было достаточно времени, чтобы подумать и понять, чего он хочет. А хотел он Чонгука. Не в том, плане, что он хотел чего-то интимного, тут он совсем новичок, и перспектива такого рода близости с парнем на данном этапе скорее пугает. Он хотел вновь ощутить то тёплое чувство, которое испытал в тот вечер, да и следующим утром, когда Чон аккуратно поглаживал его ладонь. Сегодня Чимин закончил свою работу немного раньше и с чистой совестью ушёл на выходные. По дороге домой ему в голову пришла спонтанная идея пригласить Чонгука на ужин, и он не стал долго её обдумывать. Свернув в сторону магазина, блондин купил всё, что нужно, и продолжил свой путь к дому. — Папуля пришёл! — выбежав в коридор после хлопка двери, крепко обняла за ноги родителя Лив. — Ого, столько всего купил! — Привет, Чимин, — вышла в след за малышкой Наён. — Оливия, я сколько раз просила тебя не бегать?! — строже обратилась к девочке женщина, нахмурив брови. — Но папуля же… — придвинулась еще ближе к отцу Оливия, частично прячась за его ногами. — Папуля же… — покачала головой Наён. — Иди и закончи с уборкой своей комнаты. — Но… — Лив хотела снова возразить, но ее перебил Чимин, присевший перед дочерью, тем самым обратив внимание на себя. — Малышка, Наён права, полы достаточно скользкие и ты можешь упасть и больно удариться. И нужно закончить с уборкой. Ты ведь помнишь, что чистота — залог здоровья? — поглаживая маленькое плечико, мягко объяснял дочери их позицию мужчина. — Да… — Ну вот. Лив нехотя отлипла от отца и поплелась в свою комнату. — Даже не смотри так! — строго сказала Наён, когда увидела жалостливый взгляд Чимина ей вслед. — Правила есть правила. — Я ужасный отец… — прикрыв глаза, выдохнул Пак. — Нууу, приехали. Ты прекрасный отец, просто очень занятой. И из-за того, что ты проводишь с ней не так много времени, она легко играет на твоём чувстве вины. Но я на это не куплюсь, — улыбнулась Наён, подхватывая один пакет с пола. — Ты права. Я просто хочу, чтобы она была всегда счастлива, — стянув с себя туфли, Чимин подхватил остальные пакеты и направился в сторону кухни, вслед за женщиной. — Чимин, она буквально самый счастливый ребёнок на свете. Благодаря тебе у неё есть всё, о чём только можно мечтать в её возрасте, — раскладывая купленные продукты, продолжила разговор Наён. — Не всё… — Ой, ты о матери что ли? Во-первых, с таким отцом как ты она практически купается в родительской заботе и любви. Во-вторых, у неё есть я, и этого более чем достаточно. Не нужно себя винить в том, в чём совершенно нет твоей вины. — Ты думаешь, что этого достаточно? — Чимин присел на высокий стул, оставив распаковку на профессионала. — Абсолютно. Но это не значит, что я отказываюсь от своих слов о том, что тебе нужно подумать о себе. — Кстати, об этом… — Так, так, так… — Наён закрыла холодильник, и присела напротив парня, который какое-то время молча смотрел перед собой, собираясь с духом. Разговоры о личном всегда являлись проблемной зоной Пака, а уж разговоры о «таком» личном… Когда молчание сильно затянулось, женщина решила подтолкнуть Чимина, чтобы он совсем не закопался в собственных мыслях. — Я всё ещё жду… — Только обещай, что не будешь остро реагировать, — устало выдохнул Чимин, опустив голову. Весь его вид так и кричал о неуверенности, но тем не менее, он должен был с кем то поделиться. — Не могу, так как не имею понятия, что ты собираешься сказать. — Мне кажется… я не уверен до конца, точнее… я уверен, что чувствую, но не уверен насколько это правильно, хотя… — тараторил Пак, не сумев закончить ни одну из мыслей, поэтому его собеседница совершенно не улавливала сути разговора. С каждой такой полумыслью, голос парня становился всё тише, а уверенности в нём становилось всё меньше, поэтому женщина решила остановить его лепетание. — ЧИМИН! — раздался громкий голос Наён, который резко привёл Чимина в чувства, и тот вскинув голову на выдохе произнёс: — Мне нравится парень… — Эмм… так, хорошо, — в комнате снова повисла тишина, так как Чимину нужно было время на то, чтобы снова научиться дышать, а Наён нужно было переварить полученную информацию. — Ну вот, я так и знал! — спустя несколько секунд, которые казались часами, блондин подскочил со стула и начал нервно расхаживать по кухне. — Ты думаешь, что это неправильно? Это ведь так и есть, и у меня… — Эй-эй… всё в порядке, — заметив состояние парня, следом покинула своё место Наён и подошла к Паку. Женщина уложила руку на его плечо, пытаясь установить зрительный контакт. — Я просто удивилась, не более. И что это за мысли вообще? Ты считаешь Юнги неправильным? — Что?! Нет, конечно… — Вот и я не считаю. Если это достойный человек, то я ничего не имею против. Тебе вообще не стоит переживать о том, что подумают другие. Это твоя жизнь, и лезть в неё никто не имеет права. — А что насчёт Оливии? Я не знаю, как она отнесётся к этому… — Хах! — усмехнулась Наён, возвращаясь к неразобранным пакетам. — А как она отнесётся к тому, как поступила с вами бывшая миссис Пак? — недовольным взглядом стрельнула она в Чимина, который принялся ей помогать. Одна лишь мысль о бывшей супруге выводила её из равновесия, поэтому нужно было срочно занять чем-то руки, чтобы не начать ими размахивать в порыве эмоций. Уж слишком сильно она любит семью Пак, чтобы спокойно относиться к поступку этой женщины. — Это тут причём? — Оливии четыре. Сейчас она не понимает, как работают отношения. Но если она будет расти в приятной атмосфере, и под этим я подразумеваю счастливого отца, то всё будет в порядке. Всё, что для неё важно сейчас — это твоё счастье. Когда улыбаешься ты, улыбается и она. Ты центр её жизни. К тому же, я больше чем уверена, что ты выберешь себе такого партнёра, который полюбит её, как свою. А дети… они ведь всё чувствуют. Она сама поймёт, как относиться к такой любви. Если этот мужчина сможет сделать вас счастливыми, то у Лив не возникнет вопросов к этой связи, она просто будет знать, что папуля счастлив, значит это нормально. Не взваливай на себя больше, чем нужно. — Возможно, ты права, — согласился Чимин, складывая пустые пакеты. — Я закончила! — появилась на кухне Лив. — Умничка, — похвалила девочку женщина, потрепав её за пухлую щёку. — Ну всё, мне пора, увидимся в понедельник, — попрощалась она, оставив отца с дочерью наедине. Чимин подхватил Оливию на руки и направился в гостиную, где устроился на мягком диване, усаживая дочь на колени. — Малышка, я хотел у тебя спросить… — Да, папуля, — уложив голову на грудь отца, немного лениво ответила Лив. — Ты не против, если дядюшка Гуки придёт к нам на ужин? — Правда?! — голова тут же была оторвана от удобной «подушки», а маленькие бусинки ярко-ярко загорелись. — А Гурыми он возьмёт? — Почему нет? — Чимин усмехнулся с такой очаровательной реакции, и поправив непослушные волосы девочки, утвердительно качнул головой. — Ура! Ура! Ура! — спрыгнула с чужих колен Оливия, и принялась прыгать на месте, задорно хлопая в ладоши. — Так ты не против? — Нет, мне нравится дядюшка Гуки. Он очень добрый и хороший. — Тогда мне нужно ему позвонить. — А можно я поговорю? — Конечно. Чимин достал телефон и набрал номер Чонгука. — Зефирка? Какой приятный сюрприз, — спустя несколько гудков, раздался голос брюнета на другом конце. — Привет, Чонгук. Тут… — Привет, дядюшка Гуки, — перехватила аппарат Лив. — Привет, принцесса. Как у тебя дела? — Хорошо. — Я рад это слышать. — Дядюшка Гуки, а ты придёшь к нам с Гурымом? Я очень соскучилась. — Мы тоже по тебе скучаем. Если папуля не против… — Нет, он сам сказал, что ты сегодня придёшь к нам. — Хмм… вот как? А можно мне поговорить с ним? — Да. — Алло… — Так, я сегодня прихожу к вам? — Если ты не занят, я бы хотел пригласить тебя на ужин… и Гурыма. — Ого, Пак Чимин, я могу неправильно понять… — Например? — Например, я могу подумать, что ты приглашаешь меня на свидание, — всё так же весело ответил Чонгук. — Тогда ты всё понял правильно. Тишина. — Чонгук? — посмотрев на экран и убедившись, что вызов всё ещё продолжается, позвал брюнета Чимин. — Что? — донёсся растерянный голос из трубки. — Что? — Ты… ты приглашаешь меня на свидание? — Я что-то сделал не так? Парни не зовут друг друга на свидания? — Что? — Ахах, — рассмеялся Чимин, так как голос Чонгука был таким растерянным. —Забавный. Ты сам хотел это сделать? — Нет… то есть, да… то есть… в общем, не в этом дело, я просто не ожидал… — Так ты придёшь? — Ты ещё спрашиваешь? Да я сейчас же остановлю кастинг и… — в трубке послышалось копошение, как будто Чон и правда был готов оставить все дела, и примчаться в ту же самую секунду. — Эй, не нужно бросаться в крайности, — остановил взволнованного парня Чимин, хотя было очень приятно, что брюнет был готов ради свидания с ним пожертвовать даже своей работой. — Ещё ничего не готово, поэтому у тебя есть часа три. — Чимин? — голос теперь не был растерянным, но звучал тихо и совсем неуверенно. — Да? — Пожалуйста, скажи, что ты не шутишь? — Я не шучу. — Тогда до вечера? — До вечера.

***

Чимин подготавливал тесто на пирог, смешивая необходимые ингредиенты, пока Оливия бегала кругами по кухне. — А что ты готовишь? — пыталась заглянуть в миску любопытная варвара, но та стояла слишком высоко. — Кимчи-ччигэ и пирог, — ответил старший, оставив на носу дочери каплю теста. — Пирог? — Да, с яблоками и корицей. — Ммм, — с умным видом протянула девочка и вскарабкалась на стул, чтобы ей было лучше видно. — А что такое корица? — Это специя, которая очень вкусно пахнет. — Я хочу понюхать! Чимин открыл пакетик и дал Оливии, которая сильно втянула носом и смешно чихнула. — Апчхи! — Ахах, — громко рассмеялся отец, убирая пакетик обратно в деревянную коробку, в которой у них хранились специи. — Ну как? — Беее… — сморщила носик малышка. — Подожди, пока я закончу, тебе обязательно понравится, — старший вернулся к своему занятию, всыпая нужное количество разрыхлителя, пока Лив пыталась дотянуться до яблока, которое лежало слишком далеко. — А когда придёт дядюшка Гуки? — оставив идею заполучить сочный фрукт, поинтересовалась девочка. — Скоро. — А скоро, это когда? — Тогда, когда папуля поставит пирог в духовку и мы накроем на стол, — с улыбкой на лице ответил Чимин, забавляясь с поведения дочери. Она никогда не отличалась особым терпением. — Так давай скорее накрывать на стол! — Оливия спрыгнула со стула и побежала в сторону тумбочки, в которой хранилась посуда и столовые приборы. Она всегда помогала Чимину сервировать стол перед приходом гостей, поэтому маленькая хозяюшка уже знала, что нужно делать. — Ты так сильно соскучилась по Гурыму? — снова не смог сдержать смешка старший. — И по дядюшке Гуки. Эти слова патокой растекались в груди Чимина, согревая его сердце. Через сорок минут стол был накрыт, а запах пирога окутал весь дом. Чимин также запомнил, что Чонгук упоминал свои любимые цветы, и специально срезал несколько маков во дворе, чтобы украсить букетом обеденный стол. Когда последние штрихи были доделаны, в квартире раздалась громкая мелодия. — Это, наверное, дядюшка Гуки! — услышав звонок в дверь, закричала взбудораженная Лив. — Можно я открою? — Только не забудь спросить… — «Кто там?», я помню. Малышка подбежала к двери и задала вопрос: — Кто там? — Это Гуки и Гурыми. Как только Оливия открыла дверь, на неё тут же накинулся Гурым. — Ахах, привет, Гурыми, — залилась смехом девочка. — Здравствуй, дядюшка Гуки. — Привет, принцесса. Это тебе, — протянул красивый пакет Чонгук, не имея никаких сил для того, чтобы сделать свою улыбку хоть немного меньше. — Мне? — подскочила на ноги Оливия, всё еще удерживая Гурыма в своих объятиях. — Что это? — Открой. Оливия открыла пакет и достала оттуда большую куклу. — Ого, она такая красивая! — восторженно произнесла маленькая хозяйка. — Спасибо, дядюшка Гуки! — Приобняла она ноги старшего. — Пожалуйста, малышка. А где твой папа? — Он на кухне, — отстранилась от старшего Лив. — Хорошо. Ты присмотришь за Гурымом? — Да, мы пойдем смотреть мультики. Чонгук улыбнулся Оливии и пошёл на запах. Его любимый запах яблочного пирога с корицей. — Ммм, я в раю, — добравшись до кухни, брюнет втянул побольше ароматного воздуха носом и прикрыл глаза от удовольствия. — Привет, — с улыбкой в голосе ответил Чимин, стоя спиной к гостю, так как в этот момент он пытался вынуть горячий пирог из духовки. На нём был надет веселый фартук, а на руках красовались разноцветные рукавицы. — Я почти закончил. — Тебе помочь? — Не нужно… — Чимин оторвался от духовки и полностью обернулся с противнем в руках, но увидев Чонгука замер на месте. — Ох, вау! — Ахах, — рассмеялся с округлившихся глаз блондина Чон. — «Ох, вау»? — Ты куда так нарядился? — возмутился Пак, продвигаясь к столу. Он совсем не ожидал, что парень так серьёзно подойдет к вопросу. Зауженные брюки, заправленная в них чёрная рубашка, уложенные волосы и различные аксессуары делали из Чонгука самого завидного жениха в Сеуле. По крайней мере, именно такие мужчины красовались на обложках различных журналов под такими заголовками. — А разве у нас не свидание? — приподнял густую бровь Чон, подходя к блондину. — Да, но… теперь я себя чувствую неловко. — Почему? — Почему? — стянув с себя фартук и рукавицы, Чимин рукой поправил свои волосы и немного разгладил складки на футболке. Он не стал сильно наряжаться, ограничившись белой футболкой с лаконичной надписью «Lover», заправленной в светлые джинсы. — Посмотри на себя и на меня! — Ты выглядишь волшебно, а я гей, поэтому я точно знаю, о чём говорю. — Это… — блондин вдруг засмущался под этим пристальным взглядом, что было очень странно. Он совсем не привык к такому положению вещей. Обычно, это он являлся смущающим фактором, но по другую сторону никогда не был. — Ты смущён? — не переставая улыбаться, задавал вопросы Чонгук. Он стоял так близко, что собеседник мог почувствовать аромат его парфюма. — Я не… — хотел было оправдаться Чимин, но быстро сдался. У него на лице все было написано. — Ладно, я смущён. — Ни за что не поверю, что такому красивому парню не говорят комплименты. — Не говорят… я, кроме работы, нигде не бываю. — Тогда привыкай, я не могу молчать, видя такую красоту. Маки вдруг перестали быть самым красным предметом в комнате, отдав это звание щекам хозяина. — Ты пьёшь соджу? — перевёл тему Чимин. — Обожаю, особенно с кимчи-ччиге. — Тогда тебе повезло.

***

— Папуля, я наелась, — дожёвывая последний оладушек из кабачка, объявила Оливия. Девочка хотела поскорее расправиться с ужином, чтобы поиграть с пушистым другом. — Хорошо, малышка, ты можешь поиграть с Гурымом немножко, а потом спать, — отвлекаясь от своей тарелки, мягко ответил Чимин. — Ну папуля… — закапризничала Лив, так как ей совсем не хотелось спать, но её перебил строгий голос отца. — Оливия! — Хорошо, — надула губки девочка и удалилась из столовой. — Какой строгий, — отправляя в рот очередную ложку вкуснейшего супа, улыбнулся Чонгук. Эта сторона Чимина выглядела очень привлекательно. — Режим очень важен, — вернув внимание брюнету, так же строго ответил парень. — Я знаю, я был спортсменом в молодости, — согласился Чон, разливая новую порцию алкоголя по рюмкам. — Вот как? И чем ты занимался? — Футбол и тхэквондо. — Ого! — принимая протянутую рюмку, восхитился Чимин. Хотя Чонгук был похож на того самого спортсмена из школы или университета, который являлся центром всеобщего внимания. Уверенный в себе, подкачанный, привлекательный, немного нахальный и не знающий слова «нет». — Это круто! — Тогда я тоже так думал, — хмыкнул Чон, будто прочитав мысли собеседника. — Давай выпьем? — Давай. — За нас! Я очень хочу, чтобы из этого что-то вышло… Парни слегка стукнулись и выпили рюмку, за ней ещё одну, и ещё… В общем, через час они допивали третью бутылку. — Мне нужно уложить Оливию, — смотрел на Чонгука немного расфокусированным взглядом Чимин, поднимаясь из-за стола. Родительские обязанности никто не отменял. — Хорошо, я пока уберу со стола, — поднялся следом Чон, принимаясь собирать тарелки. — Ты хочешь закончить вечер? — Ни за что на свете! — отрицательно замотал головой гость. — Ты меня сейчас не выгонишь! — Ладно, я быстро, — облегчённо выдохнул блондин, и направился в сторону детской. Через полчаса Чимин вернулся, но ни в столовой, ни на кухне не обнаружил Чонгука. Пройдя в следующую комнату, он нашёл парня сидящим на диване и поедающим яблочный пирог. — Хозяйничаешь? — алкоголь ещё больше разморил Чимина, и в голосе его появились заигрывающие нотки. — Прости, я больше не мог ждать, — с набитым ртом ответил Чонгук, загребая новую порцию божественного десерта. — Боже, Чимин, это так вкусно… ммм… — Я рад, что тебе понравилось, — устроился рядом с жующим парнем Пак. — Я его приготовил специально для тебя. — Это приятно, — подхватил настроение брюнет. Он слегка придвинулся к Чимину и протянул ему свою вилку, которой ранее зацепил кусочек пирога. — Моя бабушка мне его всегда готовила, поэтому этот запах заставляет меня чувствовать уют и её присутствие в каком-то смысле. — Ты такой домашний, — наклонившись вперёд, принял угощение парень. — Я такой, — согласно кивнул Чон с серьёзным выражением лица. — Ты, возможно, думаешь, что я заядлый тусовщик, но это не так. Я домосед ещё тот. Я предпочту есть пирог прямо из противня, сидя друг напротив друга возле духового шкафа, любым модным ресторанам и пафосным клубам. — Звучит идеально, — мягко произнёс Чимин, укладывая свою ладонь на крепкое бедро, так как расстояние между ними практически не было. — Так и есть, — смотря в медовые глаза как завороженный, поддакивал Чонгук. Его бедро горело от прикосновения, а сердце разогналось до такой скорости, что грозило пробить грудную клетку. Всё его естество желало парня напротив. Каждая его клеточка тянулась к манящему телу. — Чимин… Но договорить ему не дали пышные и сладкие губы блондина, которые аккуратно прикоснулись к его. Видимо, не он один испытывал потребность в более тесном контакте. Чонгук сначала сидел не двигаясь, но как только наваждение прошло, он отставил пирог и накрыл щёку Чимина своей ладонью, углубляя невинный поцелуй. Губы двигались мягко и неспешно, позволяя обоим распробовать вкус и прочувствовать всю интимность и важность момента. Это было не о страсти, это было о нежности. Чон мягко водил большим пальцем одной руки по скуле блондина, а другой держал маленькую ладонь. Поцелуй был прерывистым, так как брюнет постоянно отстранялся, чтобы оставить лёгкие касания то на верхней губе, то на нижней, на щеке, скуле, кончике носа… Затем вновь возвращался к губам и потихоньку уводил Чимина в более глубокий поцелуй. Эмоции били через край, а насыщение так и не приходило. Чимину было мало, и он хотел большего. Именно поэтому он придвинулся максимально близко и крепко сжал своими пальцами бедро Чонгука. — Малыш, если ты так будешь делать, я захочу большего, — прошептал Чон, дурея от происходящего. Рядом с ним находился невероятный мужчина, и ему пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы не повалить этого мужчину на диван, сорвав с него дурацкую одежду, которая не давала доступа к горячей коже. — Прости, просто… — подставляя свою шею под мелкие поцелуи, пытался что-то ответить Чимин, но слова не хотели складываться в предложения. — …просто тебя сейчас переполняют эмоции от чего-то нового и ранее неизведанного, — оторвался от длинной шеи Чон, немного отстраняясь, чтобы заглянуть в глаза напротив. Им и правда лучше остановиться. Как бы сильно он не хотел Чимина, сейчас было совсем неподходящее время. Это не секс на одну ночь, а они друг для друга уж точно не «парни для перепихона». — Это нормально, я тебя понимаю. Нам не стоит торопиться, у нас ещё очень много времени впереди, и твой комфорт для меня стоит на первом месте, а ты ещё не готов к большему. К тому же, у меня есть правило, и как ты говорил: «Правила важны.» — Правило? — растерянно спросил Пак. — Да. Я не сплю на первом свидании с теми, кого бы хотел пригласить на второе. — Ты хочешь пригласить меня на свидание? — Больше всего на свете…