Мы в ответе за тех...

      Когда падаешь в пропасть, сделать рывок вверх невозможно. Ты просто падаешь, как Алиса на дно кроличьей норы, пока не оказываешься в самом низу. Странное совпадение, ведь я тоже Алиса, только на дне меня ждет совсем не страна чудес, а скорее настоящая страна кошмаров. Я уже и не вспомню, сколько таких пропастей было в моей жизни, и почти всегда я была уверена в том, что это будет последний раз и я наложу на себя руки.       У меня были попытки суицида, и, наверное, к счастью, я не смогла завершить начатое до конца. Однажды, я порезала вены, но меня нашла подруга из колледжа, которая на тот момент жила у меня, так как в общежитии были некоторые проблемы. Так как порезы были не сильно глубокие, то Маша смогла все обработать сама и наложить повязки. Потом были таблетки, я даже хотела спрыгнуть с крыши собственного дома, так как понимала, что не могу ничего поделать со своим состоянием.       Я возлагала какие-то грандиозные надежды на поездку в Калифорнию, хотя в глубине души понимала, что ничего особого не произойдет. Почему-то, когда я задумывалась о переезда в США еще до знакомства с Илоном, то считала, что это разом решит все мои проблемы. Но сейчас, когда я уже неделю жила в Лос-Анджелесе, начала понимать, что переезд проблем не решает. Скорее наоборот, мое состояние ухудшалось, так как к огромной куче проблем, с которыми я жила долгое время, прибавились и другие. Даже после того, как мы с Колин смогли сходить в кино и погулять по берегу океана, я не смогла признаться ей в чувствах, которые сжигали меня изнутри. Да и приезд Мэй, который должен был состояться уже завтра, меня сильно беспокоил. Она могла догадаться о том, что у меня началась зависимость от препаратов, которые она мне назначила, и что я часто нарушаю правила приема, повышая дозировку в несколько раз.       Я успела посетить два занятия в языковой школе и успела отметить, что мой уровень английского значительно выше, чем у некоторых участников группы. Мы проходим базовую лексику, вспоминая о том, как представлять себя, поддерживать несложный диалог и все в этом духе. А еще мы смотрели разные видео. Довольно весело, хотя я слышала перешептывания за своей спиной, все же многие были в курсе моего происхождения. Это сильно пугало меня и в первый день я даже думала о том, что хочу убежать оттуда, но пересилив себя, я все же осталась до конца занятия.       — Доброе утро, пап, — застать Илона дома в последние два дня было сложно. Он говорил о том, что у него сложный период на работе и стоит проводить много времени в офисе. Но сегодня я застаю его за завтраком.       — Доброе, — он улыбается, оторвавшись от смартфона, — на кухне есть тосты, бекон и еще сыр. У миссис Смит сегодня выходной, но Эрик отвезет тебя в языковую школу, а потом в университет, — ах да, сегодня у меня первые занятия, так что вторую половину дня мне предстоит провести в Пасадне.       — Хорошо, — я ухожу на кухню, чтобы сделать себе завтрак. Пока я не пожила с отцом, то даже не думала о том, что можно спокойно жить с родителями, бабушками или дедушками. Маск, в то редкое время, когда он все же был дома, не дергал меня с поручениями или просьбами, особенно когда я работала над книгой или обрабатывала фотографии, которые сделала во время прогулок.       Я делаю себе пару сэндвичей и кофе, после чего возвращаюсь в столовую и сажусь рядом с отцом.       — Как ты смотришь на то, чтобы завтра после занятий поехать в один из ресторанов Кимбалла? Он, Тоска и наша мама тоже будут там. Как раз и познакомишься с ними.       Это предложение мне определенно нравится, так как я не буду оставаться наедине с Мэй, а это поможет мне избежать неудобных вопросов относительно моего состояния.       — Да, конечно, — соглашаюсь я, — это очень хорошая идея.       — Какие у тебя сегодня пары в университете? — спрашивает Маск, отпив кофе.       — Физика и инженерное дело, — отвечаю я. Занятия будут проходить три раза в неделю, так что даже при наличии языковой школы, у меня будет достаточно свободного времени, чтобы работать над книгой и просто привыкать к стране, гуляя по городу, — в российских школах нет такого предмета, как инженерное дело, — сообщаю я, — мы только делали разные лабораторные работы на физике и химии.       — Инженерное дело — это немного другое, — поясняет Маск, — мы разбирали устройство разных приборов. Немного занимались робототехникой и моделированием. Делали всякие самолеты, ракеты. Хорошая практика работы с инструментами.       Звучит это круто. Нечто подобное я видела в фильмах про Человека-Паука, особенно в первом с Томом Холландом, где ученики старшей школы что-то собирали в мастерских. Это не было похоже на наши уроки технологии или лабораторные работы. Я немного умела работать с паяльником, так как дедушка показывал мне, как им нужно пользоваться, но навык все же был не таким значительным.       — С дедушкой мы мастерили всякие штуки из дерева и металла. Ну там шкатулки и всякое такое, — рассказываю я.       Дедушка был одним из немногих членов моей семьи с кем у меня были относительно спокойные отношения, пока он был жив. Он старался убеждать маму и бабушку в том, что не нужно меня постоянно дергать и упрекать. Но это редко их останавливало.       Мы завершаем завтрак и я иду к себе в комнату, так как уже через час нужно будет ехать на занятия в языковую школу. Они длились около трех часов, а потом у меня было немного времени на то, чтобы пообедать и добраться до университета. Конечно, наличие личного водителя и хорошей машины, значительно облегчало перемещение по такому большому городу, как Лос-Анджелес.