Между строк

Грохот колёс распространялся между высоких хвойных стволов на десятки метров. Белые облака скрывали яркие лучи звезды, иногда позволяя им пробиться сквозь плотную белую массу. Извозчик тихо сидел в сероватой соломенной шляпе, изредка поглядывая на дорогу и направляя лошадей по заданной траектории. Коричневато-серые ткани, как и ожидалось, не привлекали внимания. Верно, ведь его работа заключается только в перевозке людей из одной деревни в другую. Для подобной персоны яркие ткани ни к чему. Да и привлекать излишнего внимания не хотелось. Старик давно привык ко взглядам спутников, что сидели позади и в такт покачивали головами, когда они проезжали по очередной выемке или под колёса попадал камень. Один из путешественников постоянно глазел по сторонам, словно надеясь кого-то или что-то увидеть. В яром желании парень сощуривал глаза, вглядываясь между тёмными стволами, а после снова возвращался к незамысловатой беседе с попутчиком. Извозчик знал наверняка, что ищет путник, догадывался по поведению, тем не менее не каждый осмеливался дойти до конца. И этот парень мог спастись. Старик был из тех немногих, кто верил в мистику, а значит не отрицал существования тёмных сил, а может, и сам сталкивался с необъяснимым… — Смотри, — окликнул мужчина спутника, указывая на строение среди леса, — вот о чём я говорил. Попутчик сощурил глаза, всматриваясь в глубину леса. Брови сошлись на переносице, когда он нашёл объект своего пристального внимания и недоверчиво бросил взгляд на сидящего рядом мужичка. В глазах плясали огоньки, а может, просто лучи солнца освещали его светло-карие глаза, создавая эффект пламени. Короткие волосы цвета спелого каштана практически не шевелились от лёгкого дуновенья ветра, а щетина не соответствовала возрасту парня. Он казался ещё таким молодым. — Давно мечтал такой приобрести, — замечтавшись, отметил странник. На слова знакомого попутчик только опустил веки и нахмурился. — Там давно никто не живёт, — хрипло ответил путник, но эта новость не смогла погасить интереса знакомого. — Ходят слухи — мёртв давно хозяин. Я не советую вам в это дело лезть. — Я бы смог договориться! — уверенно продолжал парень, заглядываясь на проезжаемый дом и совершенно не замечая беспокойства друга. — Совсем скоро будет деревня. Там полно хороших домов. Поверь мне, — умоляюще посмотрел путник в яркие карие глаза, — лучше не ходить туда. — Уверен, чушь всё это! — отшутился тот. — Извозчик, высади вот здесь! Повозка сопровождалась ржанием лошадей и скрипом деревяшек под ногами заинтересованного путника. Старик только с жалостью посмотрел на редкого смельчака и сильнее согнулся под чувством вины. Глухой звук обуви о глиняную породу оповестил о высадке пассажира. Молодой человек забросил на плечи небольшую сумку и радостно взглянул на друга. — Я вам премного благодарен, отсюда дальше сам смогу дойти. — С улыбкой парень наблюдал за беспокойством друга, после чего дополнил шутя: — Знаю, народ сказки сочиняет о призраке, что живёт внутри. Хорошей дороги! Он помахал рукой отдаляющейся повозке и вскоре остался один на пустой проезжей части. В приподнятом настроении он начал искать тропу, ведущую к дому и, недолго думая, пробираться сквозь редкие ветки и кусты, а там и тропа найдётся. Так и случилось. Пока он шагал по тропе, ему казалось, что солнце скрылось не только за облаками, но и за кронами деревьев, оставляя внизу только мрак и надоедливых насекомых. По пути то и дело встречалось много маленьких чёрных пауков на свисающей паутине. Однако путника нисколько не пугали насекомые, и он уверенно продолжил путь. Ему, наоборот, нравились отдалённые места, где тихо и спокойно. Недалеко отсюда находится деревня, где можно пополнить запасы. По сторонам парень заметил несколько разваленных недостроенных домов — одна только фундаментальная основа, заросшая кустарниками и кривыми стволами сосен. Да и кора деревьев с каждым шагом к дому становилась всё мрачнее, словно предупреждая об опасности дома впереди. Тем не менее путник не верил в приметы и совершенно не доверял легендам и сказаниям, считая их обычной выдумкой впечатлительных людей. Подходя к заваленному гниющему забору, он не отчаялся. — Всё можно починить, а то и заменить, — воодушевлённо заметил он, переступая древесину. — Вот выкуплю дом и такой забор поставлю. Народ в деревне ещё завидовать будет. Хвоя сосен вокруг дома была вялой, совсем не как у дороги, а кустарники у повалившегося забора — голыми, тёмно-коричневого цвета, как и само здание. Это нисколько не удивило путника, а только закрепило мысль: земля здесь не плодоносная. Ну и пусть, он всё равно никогда не любил заниматься земледелием. — Ха, вот отремонтирую дом и буду наслаждаться природой вокруг, — размышлял путник, задрав голову, поглядел на тёмную крышу дома, и остановился. — Интересно, а камин там есть? Если есть, то можно читать книги у огня, а в зимнюю стужу… Скрип внутри дома заставил молодого человека выйти из мечтаний и вернуться в реальность. Ещё раз окинув дом взглядом, он приблизился к входной двери, на поверхности которой обнаружилось много потёртостей и царапин. — Наверное, предыдущий хозяин не дорожил своей собственностью, а зря. Дом-то хороший. Молодой человек огляделся вокруг. Пусто и тихо. Так тихо, словно всё вокруг затаило дыхание. Казалось, огоньки в глазах начали угасать, бегая по окрестностям леса. — К месту, — заметил он одну особенность, что его насторожила, — от дома совершенно не видно дороги. Как бы странник ни старался рассмотреть глиняную линию на горизонте — ничего не получалось. Складывалось впечатление, что он находится в самой глуши леса, несмотря на то, что со стороны дороги дом видно практически отлично. Обернувшись обратно к двери, путник решил закончить начатое: — Эй! Есть кто дома? После стука с верхнего зазора двери посыпались крупинки пыли — видно, внутрь давно никто не входил. Да и ответом послужила тишина. Ещё раз настойчиво постучав, человек вслушивался в молчание за дверью. Тихо, словно там и правда никто не живёт. Значит, его спутник был прав… Разочарованно опустив веки, путешественник глубоко вдохнул и тут же выпустил воздух из лёгких. Опёршись одной рукой о дверь, он заглянул в деревянные щели, однако ничего, помимо темноты, не увидел. — Ну и ладно. — Смирившись, парень оглянулся и остановил свой взгляд на окнах. — Хм… может, получится через стекло что-то рассмотреть? Пробираясь через сухие ветки, ближе к окну первого этажа путник зацепился ногой за рядом лежащую проволоку. — Чёрт! Выругавшись, он отошёл на шаг и приподнял правую штанину. На голени красовалась алая царапина, а жжение будто наказывало путника за излишнее любопытство. Оценив степень пореза как неопасное, мужчина аккуратно поднял и выбросил проволоку подальше от окна подумав: «позже разберусь». Прильнув к окну, он начал разглядывать помещение изнутри, однако из-за слоя пыли с паутиной ничего не было видно. Ничего, кроме серых ниток пауков и застрявшего в них мусора в виде насекомых, пыли, листьев. Даже разложившийся труп мыши путник смог рассмотреть в оконном проёме. — Придётся знатно так поработать здесь. Но, кажется, дома никого нет. Оставив попытки рассмотреть что-либо через стекло, мужчина вернулся к крыльцу, ещё раз его осматривая. Ничего не изменилось: старая деревянная дверь наглухо закрыта изнутри. Внутри дома — темнота, и хозяин явно пренебрегает уборкой. — Ну что ж, — размышлял путник, уже поворачиваясь спиной к дому, — вернусь завтра. Сегодня больше нет смысла ломиться туда. Однако только он сделал шаг — послышался шум. Словно за дверью кто-то копошился в поисках какой-то вещи. Он тут же повернулся обратно, и странный шорох стих. Снова настойчиво постучав, он не получил ответа. Не было ни малейшего звука внутри, всё снова погрузилось в тишину. — Эй, хозяин! — требовательно, но всё же сохраняя дружелюбную мягкость в голосе, крикнул путник, надеясь получить хоть какой-нибудь ответ. — У меня есть предложение… Однако голос под конец фразы стих. Мужчина понял, что хозяин будто намеренно выводит на эмоции и не отвечает. Смотрит, как долго продержится путник. Вот уж занятие… — Т-ц… Открывай, говорю! Угрозы эхом затерялись среди сосен позади. Странник сжал кулаки и насупившись смотрел на дверь, на того, кто за ней. Кто выжидает чего-то. Кто испытывает его терпение и ждёт, пока гость сорвётся как пёс с цепи. Путник огляделся вокруг и недалеко лежал топор. Не думая к какому конфликту это может привести, мужчина уверенно сжал рукоятку и направился к старой двери. — Не хочешь выходить, значит сам зайду. Угроза, как ожидалось, осталась без ответа. А за коротким молчанием раздался тупой звук лезвия о старую древесину. Щепки летели вниз, а пыль с зазора окутывала фигуру путника, словно туман. Но серость вокруг мало волновала мужчину, он хотел поскорее взглянуть в глаза невежде, которому удалось разбудить в нём негативные эмоции. А ведь шёл он сюда в хорошем настроении. А что сейчас? Ломает старую дверь, которая от очередного удара со скрипом отворяется. Ржавая колодка с внутренней стороны звонко падает на пол. Глубоко дыша, мужчина осматривает проделанную работу: вместо дверной ручки и недавнего механизма осталась только неаккуратная дыра. — Всё равно нужно менять, — ни капли не пожалел странник и потянулся к небольшому проёму. Взглянув на топор, он решил не выбрасывать инструмент, а только сильнее сжал в ладони. — Ну что ж, встречай гостя, хозяин. Открыв дверь, мужчина встретился с темнотой. Точно такую же он высмотрел через щели. Подумав, что хозяин дома в страхе где-то спрятался, путник прошёл внутрь, дабы осмотреть жилище, но заметил у двери керосиновую лампу и не медля зажёг её, однако пользы оказалось мало из-за ограниченной области освещения. Путнику это показалось странным. «Может, топлива мало», — подумал он и тут же забыл эту мысль. Его главной целью теперь было найти старика, что возомнил себя шутником. Осматриваясь в незнакомом строении, он заметил лестницу, ведущую наверх. Приняв решение подняться туда позже, он начал исследовать первый этаж. В целом казалось, будто здесь и правда никто не живёт, но что тогда за шум он слышал? Может, просто показалось? Перемещаясь из одной комнаты в другую, путник обнаружил, что здесь также есть подвал, наглухо закрытый, и проверять сейчас его он был не намерен. Внутри дом оказался куда больше и просторнее, нежели казалось снаружи. Окна в каждой комнате оказались заклеены старыми газетами и картонками. Складывалось впечатление, будто это было особенной частью интерьера. Некоторые комнаты оказались совершенно пустыми и точно совсем не использовались со дня основания дома. Пыль лежала на поверхностях тонким слоем, словно только выпавший снег. От каждого шага поднималась туманная дымка, немедленно садясь на штанины и обувь гостя. Остановившись, судя по всему, в гостиной, гость оглянулся, и перед его глазами возник старый коричневый диван и кресло того же цвета с выскочившей пружиной. У стены стоял шкаф, забитый макулатурой, и несколько книг, которые не помещались — пылились в стопках у полок со знаниями. В центре комнаты путник всё же заметил камин, о котором грезил на улице. Каждый шаг сопровождался скрипом половиц. Ничего, кроме повседневных предметов, в доме найдено не было. И, как и в других комнатах, — окно заклеено, в придачу забитое ржавыми гвоздями изнутри. Освещая путь перед собой, путник осмотрел диван: его внешний вид не отличался от кресла. И в голову закрались сомнительные мысли: «может, не стоит покупать этот дом?». Повернувшись к камину, он тут же остановил свой взгляд на тонкой рамке, повёрнутой к полке. Положив топор и лампу на полку, гость потянулся к рамке, сдул слой пыли и уже не обращал внимания на грязную одежду и руки. Пришлось несколько раз протереть стекло, чтобы разглядеть изображение. Со старой чёрно-белой фотографии на мужчину смотрели четверо счастливцев. Молодой мужчина с длинными волосами, собранными в хвост, женщина примерно того же возраста и двое детишек, держащихся за ручки. Семья стояла на фоне дома, в котором находился путник. Фотография была изрядно помятой, но было заметно, что кто-то нарочно аккуратно разгладил все её уголки, прежде чем вставлять в рамку. «Могла ли эта семья здесь жить?» — думал мужчина, пытаясь оценить временной период, в который жила эта семья. Прямо за лампой стояла ещё одна фотография с изображённым на ней мужчиной лет сорока. Незнакомец был похож на парня с первой фотографии, только выглядел несчастным, постаревшим, с испещрённым морщинами лицом и неряшливо свисающими прядями седых волос. Блики огонька отражались в глазах парня, пока он рассматривал чьи-то моменты жизни. На миг он забыл, что находится в старом доме в глуши леса. Внимательно осветив и осмотрев полку, мужчина заметил, что некоторые места не так плотно покрыты пылью. «Может, там тоже стояли какие-нибудь фотографии?» — подумал он и провёл пальцем по месту, где чуть ранее стоял предмет. Он совсем забыл об агрессии, вызванной странным шумом за дверью, пока… шум не раздался снова. Уже ближе, будто за спиной, шептал что-то на ухо гостю, будто напоминая о себе: — Я прямо… за твоей… спиной. Курчавый обернулся, от неожиданности отскочив и прижавшись спиной к камину, сердцебиение участилось, а рука схватилась за ухо, словно в него действительно кто-то пыхтел леденящим дыханием, будто кто-то действительно находился сзади, словно тень. На смену недавней агрессии в тело вселился страх. Страх находиться в этом доме, страх не выбраться и заблудиться в пустых комнатах… Мужчина схватил керосиновую лампу и вытянул руку с ней вперёд, освещая немного дальше, чем позволяло горение огня. В комнате никого не было. Только он, старая мебель и лица на фотографиях позади. Странник вернул семейную фотографию в рамке в её первоначальное положение и направился по скрипучему полу прочь из гостиной. — Быть может, это я был неаккуратен и мне всё почудилось? — Поиск оправдания не заставил себя ждать. В голове вертелись мысли и попытки логического объяснения неясного шума в доме. Начиная от своих действий до сквозняка и возможных грызунов, спрятавшихся тут от дождя. Путник вернулся к входной двери. Он взглянул на застывшую разломанную дверь и ржавую колодку на пороге. Он вспомнил, с какими мыслями вошёл в дом: — И всё же я должен обыскать его полностью. Затем взгляд вернулся к лестнице, уходящей вверх. Второй этаж казался ещё более мрачным, нежели первый, но любопытство побеждало страх. Хотя, может, стоило послушаться второго инстинкта? Однако действия оказались быстрее мыслей, и вот ступени уже ныли под весом путника. Огонёк угасал сильнее ограничивая видимость. Осторожно выглядывая из-за пола верхнего этажа комната казалась пустой. И вот парень уже шагает по второму этажу. Комнат здесь было меньше чем на первом и скорее всего здесь находиться спальни бывших жителей дома. Теперь он только заглядывает в комнаты, желая побыстрее утолить любопытство и вернуться в деревню — туда, где безопасно. Как он и предполагал, одна из комнат оказалась детской, другая больше напоминала спальню взрослых, а вот третья комната — самая отдалённая — больше всего не нравилась путнику. Ему крайне не хотелось заходить туда, но он уже всё для себя решил, а значит должен закончить. — Так, последняя комната, только одним глазком — и уходим, — убеждал он самого себя в том, что это его последнее испытание на сегодня. Последнее приключение на сегодняшний вечер. Он потянул дверную ручку на себя — и хлипкая на первый взгляд дверь с грохотом отворилась. Тонкий скрип ржавого механизма заставил мужчину скривиться и закрыть одно ухо свободной рукой. Однако висящий посреди комнаты скелет заставил его тут же забыть о неприятном звуке. Фитиль лампы загорелся вдвое ярче, освещая практически всю комнату. Гость застыл в дверном проёме, не в силах шевельнуться или издать какой-либо звук. Скелет был одет в старые одежды, больше похожие на кусок половой тряпки, а с черепа свисала седая шевелюра, походящая на переплетённые белые нитки из плохого материала. Позвоночник болтался в петле, привязанной к люстре, а голова была повёрнута на мужчину. В пустых глазницах зашевелилось что-то белое и вязкое. На тени в глазных яблоках вертелись белки, и вскоре тёмный зрачок сконцентрировался на застывшем человеке. Лампа выскользнула из ладони мужчины и с треском упала на пол, однако огонь не погас — наоборот, подыгрывая хозяину дома, мерцал ярче, освещая белые кости из темноты. Зная замысел заблудшего в дом путника, прозрачная фигура, стоявшая за своим физическим некогда телом, хрипло произнесла: — Хозяин должен быть один. Мужчина в этот же миг побежал по тёмному коридору, невзирая на крики старика позади. Сердце стучало в ушах, заглушая любые другие чувства и ощущения. В голове была только одна команда: «как можно быстрее сбежать отсюда!». Путник легко ориентировался в темноте, ноги будто сами вели его вперёд, уверенно приближая беглеца к лестнице. Чудом не свалившись со ступеней, он практически спасся от чудовищного призрака дома, ступающего по пятам живого человека. Однако, лишь только гость оказался у выхода, дверь заперлась, скрывая розовое закатное небо снаружи. На месте проделанной дыры висел тот же ржавый замок, который ещё недавно лежал на полу. — Чёртова дверь! Открывайся! — выругался мужчина, пытаясь отпереть деревянную преграду. Тщетно. Мурашки пробежали по спине, и словно ниоткуда повеяло холодом. А ведь раньше он не замечал, как зябко в доме. — Две сотни лет я был один, — продолжала фигура, не касаясь пола и постепенно спускаясь с деревянной лестницы, — с тех пор никто не навестил. Оставили в одиночестве… уехав подальше от дряхлого дома в глубинке леса! — Простите… — всхлипывая, мужчина свернулся калачиком у двери, надеясь на милосердие духа дома. — Я-я… не хотел вас тревожить… п-правда… — Навеки проклят. Глядя на несчастного сверху вниз, призрак прикоснулся к макушке человека. Несчастный парень затаил дыхание в страхе, по его телу пробежал холодок, а затем… всё исчезло. Никакой боли или страха — только необъяснимое чувство пустоты. Приподняв влажные веки, он заметил перед собой совершенно другую картину. За спиной старика стояли другие прозрачные фигуры разных возрастов. На их лицах угадывалось сожаление и странное смирение. С опаской посмотрев вниз, мужчина замер: там лежал он, точнее — его тело. Бледный и холодный, такой одинокий. Взглянув на свои руки, он догадался. Оправдались его худшие опасения. — Я умер…