изумрудные горы

      — И потом мы короче…       Ран не успел договорить, как смачно чихнул, едва отведя от себя телефон. Араи на том конце уже успела потерять нить истории, которую Хайтани рассказывал ей перед приступом чиха, который повторился аж три раза подряд.       — Прости, меня чет прижало, расчихался, — извинился он, приложив к уху телефон, когда его отпустило. Шмыгнув носом, он потянулся за бумажным платочком, которые были уготовлены на такой случай у его кровати на тумбочке. — Так вот, на чем я остановился?       — Погоди-погоди, — перебила его Араи. — У тебя началась аллергия? Почему ты мне не сказал?       — Если бы сказал, ты бы уже давно сидела около меня, подавала платочки и ругала за то, что я не пью таблетки.       Ран был жутким аллергиком. С наступлением весны его накрывала постоянная сонливость, он постоянно чихал, а глаза его слезились так сильно, как будто у него был целый марафон из плаксивых мелодрам. Стоило парню пройти недалеко от цветущего дерева, так всю последующую дорогу он чихал, пытаясь наконец выгнать из себя ту пыльцу, которая в мизерном количестве попала к нему в нос.       Если его брату повезло, и у Риндо никогда такого не было, то, видимо, просто потому что генетика сполна отыгралась на Ране.       — И давно у тебя это началось? — спросила Араи слегка недовольным тоном. Она прекрасно знала, что это скоро начнется, но рассчитывала, что Хайтани сам скажет ей об этом.       — Дня четыре, может. Или пять… Я не считал. Потому что я постоянно, блять, чихаю, и мне не до этого.       — Я буду через полчаса.       — Араи, не…       Он не успел договорить, как девушка уже сбросила. Телефонный разговор закончился совсем не так, как бы Хайтани хотелось. Он думал, что они поговорят обо всем, но точно не об этом, а его девушка еще долго не узнает о том, что проявилась аллергия, потому что не хотел ее лишний раз беспокоить.       Араи же отложила телефон и начала в ускоренном темпе собираться. Ее путь был намечен через аптеку, где она купила несколько пачек таблеток от аллергии и капли в нос, которые ему всегда помогают. Потом забрела в магазин, чтобы купить сладкого, так как Ран еще долго не выйдет из дома, если не хочет зачихаться до смерти.       Не прошло и получаса, как Араи оказалась у входной двери в квартиру братьев. Риндо не было — он отправился по своим делам, потому что не хотел терпеть распускающего сопли Рана, поэтому дверь открыл сам «пострадавший».       — Выглядишь так себе, — оценивающим взглядом девушка пробежалась по лицу старшего Хайтани.       Глаза покраснели и немного опухли, в руке парня был скомканный бумажный платочек. Обыденной прически в виде двух кос не было — он соорудил пучок на затылке, который уже слегка распался из-за лежания на подушке. Неравномерно окрашенные пряди волос спадали вниз.       Когда Рана накрывала аллергия, он выбирал путь меньшего сопротивления — отсиживался дома, пока ситуация на улице с летающей везде пыльцой не закончится. Правда Риндо, любящий распахивать все окна в квартире с наступлением весеннего тепла, значительно усложнял задачу.       — Спасибо, любимая, я тоже рад тебя видеть, — закатив глаза, проговорил Ран, поднимая руку выше и давая Араи пробраться под ней в квартиру. Когда закрыл дверь, он утянул девушку в свои объятия и крепко в них сжал. — Так уже получше.       Араи обняла его в ответ, укладывая голову на его грудь. Выпавшие пряди у челки из пучка Рана пощекотали кожу.       — Ты совсем ничего не пил, да? — мягко спросила она, поглаживая парня по спине ладонью, свободной от пакета из аптеки руки. Хайтани отрицательно промычал в ответ и шмыгнул носом. — Почему?       — Ждал, когда ты придешь и вылечишь меня. Ну, или мне удастся уговорить Риндо сгонять за таблетками. Первый вариант мне нравится больше.       Вздохнув, Араи улыбнулась и, дотянувшись, чмокнула Рана в щеку. Потом, взяв его за руку, повела в сторону кухни. Взявшись за пакет, девушка перевернула его и высыпала все содержимое на кухонный стол. Хайтани увидел несколько коробочек с таблетками от аллергии, спрей для носа, а также пакет сладких ягодных карамелек, которые ему очень нравились.       Он не был особым сладкоежкой и спокойно мог прожить без сладкого, но эти конфеты сводили его с ума одним своим видом. Ран сразу же протянул к ним руку, намереваясь стащить парочку фиолетовых с виноградным вкусом, но Араи шлепнула его по руке и отодвинула пакет подальше.       — Сначала таблетки, — подняв указательный палец вверх, наказала она, после чего пододвинула к Рану коробку.       — Надо воды.       — Сиди, я сама.       Пока Араи отвернулась, чтобы налить воды в чашку, Хайтани тихонько открыл пакет и стащил оттуда две карамельки, которые тут же пропали в кармане его домашних штанов. Когда девушка вернулась, то пропажа не была обнаружена, отчего Ран аж слегка заулыбался.       — Давай. Одну сейчас и одну выпьешь вечером. И забрызгай в нос.       — Говоришь, как мамочка.       Выгнув бровь, Араи взглянула на него, а Ран рассмеялся, беря в руки медикаменты. Одна таблетка быстро оказалась во рту и была запита обильным количеством прохладной воды из чашки. Девушка одобрительно закивала головой, после чего пододвинула к Рану спрей для носа.       — Я позвоню Риндо и скажу, чтобы он проконтролировал таблетку вечером. Уж поверь, ему надоели твои постоянные чихи и он с самыми страшными угрозами загонит тебя выпить ее. А если не загонит, то я приеду сама.       — Я думал, ты останешься и сама проконтролируешь, — пожал плечами Ран, пшикая неприятный спрей в нос и сразу кривясь. Эти штуки для носа вызывали у него всегда одно лишь отвращение, зато от них был эффект. — Или у тебя дела? Может, останешься? Мамочка.       Араи пожала плечами. Ран, отложив спрей, вытянул руки перед собой, зазывая девушку к себе. Когда она подошла ближе, угодив к нему в объятия, он усадил Араи себе на колени. Коснувшись пальцами его волос, она заправила выпавшие из его хлипкой прически пряди за уши.       — Признаться, мне нравится, когда ты меня так называешь, — рассказала Араи, наклонив голову чуть вбок и лукаво улыбнувшись.       — Я буду называть тебя так постоянно, если ты останешься.       — Заманчиво!       — А то!       — Тогда я останусь. И приготовлю что-нибудь. Я сомневаюсь, что ты или Риндо — шеф-повара.       — О, это точно, мамочка.