Никогда. Никому

***

На верхушке Астрономической башни было очень темно, время близилось к отбою, и все студенты уже разбрелись по своим гостиным. Ну, или почти все. В кромешной темноте ярко вспыхнул оранжевый огонёк, и Блейз, устало оперев затылок о колонну, выпустил из лёгких сигаретный дым... Забини горько усмехнулся, вспоминая, как он пристрастился к этой пагубной привычке. В тот день он узнал не только вкус никотина, но и что такое дикий страх потери. Он сковывает, и ты перестаёшь соображать, перестаешь контролировать свое тело, когда тебя трясёт, как в лихорадке, и ты не можешь даже сделать глубокий вдох от осознания того, что, возможно, твоя жизнь больше никогда не будет прежней. Возможно, человек, которого ты знаешь с самого детства совсем скоро навсегда исчезнет из неё, и ты не можешь ничего с этим сделать. Блейз только зашёл в гостиную факультета после ужина, когда его остановил профессор Снейп. — Мистер Забини, вы не могли бы принести из спальни мальчиков вещи мистера Малфоя? — Конечно профессор, что-то случилось? — Между мистером Малфоем и мистером Поттером произошла дуэль, и мистер Малфой тяжело ранен, сейчас он находится в больничном крыле. Сердце резко падает куда-то в вниз, и становится трудно дышать, Блейз растеряно моргает. «Нет, этого не может быть, это просто какая-то дурацкая шутка Снейпа». — бьется набатом в голове, Блейз встречается со взглядом Нотта. По его серьезному, обеспокоенному лицу он понимает, что это ни хрена не шутка. Будто откуда-то издалека до него доносится голос Снейпа. — Мистер Забини, понимаю ваши переживания за друга, но я не могу стоять здесь до утра, меня ждёт директор. Принесите, пожалуйста, вещи мистера Малфоя. — Да профессор. — Шепчет он сухими губами и на ватных ногах отправляется в спальню собирать вещи Драко. Он как можно быстрее закидывает вещи в сумку и возвращается в гостиную. Отдает сумку профессору и уже направляется в сторону портрета. В надежде как можно быстрее попасть в больничное крыло. — Мистер Забини, всем студентам запрещено покидать гостиную Слизерина. «Какого черта, мне нужно в больничное крыло, ну или свернуть шею одному очкастому ублюдку». Будто прочитав его мысли зельевар произносит: — Произошло серьезное происшествие, поэтому во избежание конфликтов между студентами Гриффиндора и Слизерина обоим факультетам запрещается покидать гостиные до завтрашнего утра. — он повернулся в пол оборота к гостиной, и громче продолжил. — Любого, кто нарушит этот запрет, ждёт серьезное наказание вплоть до исключения. — Снейп прожигает своими чёрными глазами растерянные лица студентов. — Надеюсь, я доходчиво смог донести серьезность последствий? — Да, Профессор. — Почти хором отвечают студенты, и зельевар покидает гостиную. А Блейз продолжает стоять посреди комнаты, оцепенев. Настроение в гостиной очень подавленное, возможно, Драко и не нравился ученикам других факультетов, но для слизеринцев он был другом, его уважали и ценили, он был своего рода лидером, не зря же его прозвали Слизеринским принцем. Эта оглушительная тишина ужасно давит на слух, такое впечатление, что Драко уже умер, и все оплакивают его. Блейз понимает, что он больше не может этого выносить, руки трясутся, а предательские слёзы начинают наворачиваться на глаза. Он должен срочно убежать, остаться один, поэтому быстрым шагом несётся в спальню и ногой захлопывает дверь. Предательские слёзы уже вовсю бегут по щекам, а внутри его разрывает на части ярость. Ярость на чертового Поттера, который посмел покуситься на жизнь его лучшего друга и который в любом случае заплатит за это. На себя, за то что не был рядом, не помог, не спас и не понял, что что-то случилось, когда Малфой не появился на ужине. Ведь в детстве, когда его мать разводилась с очередным мужем, Блейз мог неделями жить у Малфоев в мэноре. Он спал в одной комнате с Драко, потому что после того, как один из мамочкиных мужей напал на него в пьяном угаре, Блейз боялся спать один. И он злился на самого Драко, который в очередной раз влез в глупую потасовку с Поттером и теперь, возможно, поплатится за это своей жизнью. Сколько раз он просил его оставить Поттера в покое, не ввязываться в драки, но Малфой с какой-то маниакальной зависимостью продолжал задирать очкарика. Блейз понимает, что он кричит, возможно, уже давно, но до этой секунды он даже не осознавал этого. «Малфою всего шестнадцать, какого хрена он должен закончить свою жизнь всего в шестнадцать лет?!». Он крушит спальню, разбивает кулаки в кровь, ломает стулья, надеясь, что физическая боль хоть как-то сможет заглушить душевную. Его обхватывают цепкие руки Тео и валят на пол. — Успокойся, приди в себя, Блейз, с ним будет всё хорошо, он выживет, это же Малфой! Блейз обессиленно падает на пол, сил не осталось, слез не осталось, но ярость и боль никуда не ушли. Нотт, ложится рядом, и оба смотрят в потолок. Из кармана брюк Тео достает сигареты, берет одну губами и, прикуривая волшебной палочкой, протягивает пачку Забини. — Хочешь? Поверь, тебе полегчает. Эта маггловская дрянь очень успокаивает нервы. И Блейз берет первую в своей жизни сигарету…. Почти пачка ушла за несколько часов, и ему кажется, что действительно стало чуть легче, а возможно, адреналин притупил боль. Он бежит по тёмным коридорам в больничное крыло. Сердце бешено стучит, лёгкие жжёт от переизбытка кислорода, но он, молясь Мерлину, чтобы не встретить Филча, ведь отбой был уже пару часов назад, просто продолжает бежать. Зайдя в больничное крыло, Блейз опасливо озирается на каморку Помфри, после чего, чтобы наложить на дверь заглушающее, тянется в карман за палочкой, но понимает, что оставил её в спальне. «Черт, надеюсь, она уже десятый сон видит», — думает он и проходит немного вперёд. Заглядывает за ширму и замирает, когда видит бледное лицо спящего друга. Все его тело перемотано, и через бинты проступают алые пятна крови, Малфой такой бледный, что кажется, он стал почти прозрачным, губы посинели, а на лбу выступила испарина. От увиденного руки Блейза начинают снова трястись, и в голове проносится: «Нужно закурить». Он тянется к карману пижамных штанов и понимает, что сигареты остались вместе с палочкой в спальне. Блейз осторожно подходит чуть ближе, боясь потревожить покой больного, но Малфой будто бы ждал его, тут же распахивает глаза. Он смотрит на Блейза затуманенным от зелий взглядом и чуть хрипло с усмешкой произносит: — Как я выгляжу? — Так, будто тебя Хогвартс-экспресс переехал. — отвечает Забини и тоже усмехается, присаживаясь на стул рядом с кроватью, после чего серьезно добавляет: — Клянусь, этот гребанный очкарик Поттер за все мне ответит. Лицо Драко тут же становится серьезным и обеспокоенным, он на секунду прикрывает глаза и тихо произносит: — Пожалуйста, не трогай его, Блейз… Не надо. — Может быть, ты не заметил. — ехидно цедит Забини. — Но у тебя все тело перерезано, Драко. — Это у нас с ним такая любовь… —Сладко шепчет Малфой и на мгновение снова впадает в забытьё. — Что? — Тупо переспрашивает Блейз. И когда думает, что ответа уже не услышит: — Я люблю его… — шепчет Драко, не открывая век. — Правда люблю, уже давно… Не трогай его, прошу. Забини лишь утыкается лбом в кисти рук и тяжело вздыхает, понимая, что для него это не такая уж и неожиданность. Он давно подозревал, что Драко питает к Поттеру не просто ненависть. Проходит минут десять, прежде чем Малфой снова приходит в себя. — Не парься, я выкарабкаюсь… хрена с два Драко Малфоя… можно так просто завалить. — хрипло шепчет он. — Обещаешь? — Ухмыляется Блейз. — Через пару недель я ещё сделаю тебя в квиддич. — улыбается Драко. — Хотя если ты сейчас принесёшь мне водички, обещаю, что поддамся тебе. Блейз лишь фыркает, поднимаясь со стула. — Черт, я забыл свою палочку в спальне, ты только не отключайся, ладно? Я сейчас сбегаю за водой в процедурный кабинет. Малфой кивает и снова прикрывает глаза. Блейз, еле передвигая ногами, плетётся в процедурный кабинет, теперь, когда страх за жизнь Драко немного отпустил, он почувствовал ужасную усталость. Зайдя в процедурную, он сразу видит графин с водой, но почему-то нет ни одного стакана. Он опускается на корточки и как можно тише начинает рыться в комоде в поисках посуды. Наконец найдя стакан, наливает воду и неслышно крадётся мимо каморки Помфри обратно к Драко. Завернув за угол, Блейз вдруг слышит надрывные всхлипы и замирает со стаканом в руках. «Драко плачет?». Забини делает шаг в сторону ширмы и снова замирает, услышав голос Поттера: — Прошу, прости меня. — всхлипывает гриффиндорец. — Клянусь, я бы никогда не причинил тебе боль намеренно…— тихонько причитает он. — Я не знал что, это за заклятие, я вычитал его в учебнике по зельеварению, я не думал, что это… Что-то…Что-то опасное… — Поттер снова всхлипывает и замолкает. «Наверное, Драко опять в отключке», — проносится в голове. — «Ведь если бы он это слышал, то точно не смог бы промолчать, хотя в нем сейчас такая доза зелий, что скорее всего, даже если слышит, то утром навряд ли что-то вспомнит». — Я люблю тебя, Драко…— тихо произносит Поттер, но из-за полной тишины вокруг это слышится вполне отчетливо. — Я так сильно тебя люблю… — проносится сквозь рыдания. — Конечно, ты никогда меня не простишь, я знаю, но я клянусь, что больше никогда не причиню тебе вреда… Только ты выживи, прошу… Ведь я не перенесу, если с тобой что-то случится… Блейз беззвучно возвращается в процедурную, оставляет стакан на тумбочке и также тихо удаляется под звук плача с кучей мыслей в голове… Холодный ветер вырывает его из мыслей, возвращая на вершину Астрономической башни. «И где носит этого грифа, почему эти красно-желтые никогда не отличаются пунктуальностью?» — подумал Блейз и выбросил окурок, после чего потеплее укутался в мантию. Осень окончательно вступила в свои права и совсем перестала радовать обитателей замка тёплом. Чуть больше месяца назад на верхушке этой самой башни они сидели с Малфоем лишь в тонких рубашках, а тёплый вечерний ветерок приятно ласкал кожу. В тот день Блейз несколько часов не мог найти Драко… После войны, когда все вернулись на повторное обучение в Хогвартс, чтобы сдать ЖАБА, он приглядывал за другом, зная, что на Малфоя слишком много навалилось: судебное разбирательство, отец в тюрьме, мать в депрессии. Уже шла вторая неделя учебы и, признаться, Блейз начал восхищаться выдержкой друга. Малфой был всегда собран, холоден, спокоен и сосредоточен. Никто не мог застать его врасплох или вывести на эмоции каким-нибудь колким вопросом. До того дня… Да уж, в тот день мелкая Уизли превзошла саму себя, умудрилась засунуть свой язык в рот Поттеру прямо посредине холла. Как назло, в этот момент они с Драко спускались по лестнице. Увидев, как Уизли полирует рот Поттера, у друга слетели тормоза, все маски разом исчезли с его лица. И Блейз увидев дикую боль в глазах друга, поспешил постыдно отвернуться. Драко взбежал вверх по лестнице, так, будто за ним гналась пара Дементоров, и скрылся в коридоре. А Блейз недоумевал, неужели те слова Поттера в больничном крыле ему просто послышались? Но вот Поттер аккуратно отстраняет от себя руки рыжей и, краснея смотрит в пол, в глазах гриффиндорки читается надежда, но Поттер, поймав этот взгляд, лишь качает головой в немом «Нет», и, развернувшись на каблуках, выбегает на улицу. Блейз обошёл половину замка в поисках Драко, а когда нашел его с заплаканными глазами и полупустой бутылкой огневиски на полу в Астрономической башне, тихо опустился рядом и, взяв из рук друга бутылку, тоже сделал глоток. Они долго молчали, уже почти стемнело, но возвращаться в подземелья не хотелось, оба наслаждались последними отголосками лета. — Знаешь, мне скучно. — сказал Малфой хмельным голосом. — Душка Поттер, кажется, сильно долго жил спокойно, как смотришь на то, чтобы вернуть с небес на землю нашего Избранного? Блейз устало вздохнул и подумал: «Пора заканчивать эту драму двух остолопов» . А вслух сказал, похабно ухмыльнувшись. — Да, я не против повеселиться. У меня для него есть на примете одно интересное зельице, обещаю, тебе понравится. — Отлично. — Драко расплылся в пьяной улыбке и начал подниматься на ноги, но это далось ему с трудом, что совсем не удивительно, если учесть, сколько огневиски он в себя влил. — Слушай... А может, стоит ему признаться? — Сказал Блейз совсем тихо, подняв глаза на друга. Лицо Драко сразу ожесточилось, глаза стали холодными и отстраненными. На лицо вернулась привычная маска. — Не понимаю, о чем ты. — Холодно выплюнул он и, развернувшись, поплелся к выходу. — Ты куда? — крикнул ему в след Блейз. — Не волнуйся, мамочка, я спать. — Повернувшись, едко ухмыльнулся он. — Хочешь отнести меня в кроватку? — и, не дождавшись ответа, скрылся на лестнице… Услышав позади себя тяжелые шаги, Блейз открыл глаза, вырываясь из воспоминаний. Но даже не повернул головы в сторону входа, просто поудобнее вытянул ноги и снова закурил сигарету. — Какого черта ты выбрал Астрономическую башню для встречи в такую холодину? — возмутился Кормак, садясь рядом с ним на пол.— Не мог выбрать место потеплее? — Ох, прости, забыл, что вы, гриффиндорцы, такие неженки, привыкли сидеть в тёплой башенке. —Фыркнул Забини и сделал затяжку. — Ладно, я выполнил свою часть плана, давай сюда зелье, и я пошел. — Феликс Фелицис — очень редкое зелье, Маклагген, думаю, ты постарался недостаточно, я не уверен, что ты заслужил его. — Забини не стал отказывать себе в удовольствии лишний раз поиздеваться над гриффиндорцем. Своего рода это было хобби на их факультете. У Маклаггена глаза увеличились раз в пять, а кулаки сжались сами с собой. — Ты прекрасно знаешь, что мне нужно это чертово зелье, чтобы сдать ЖАБА. Иначе я завалю почти все предметы. — Зло процедил в ответ он. — И вообще, я почти своей жизнью рисковал, провоцируя Малфоя. — Забини усмехнулся, что есть то есть, а Кормак продолжил распаляться. — И с Гарри я тоже рисковал, ты вообще видел его лицо, когда я начал гладить его руку? — С губ Блейза слетел рваный смешок. — Видел. — Хватит ржать, гони зелье, я думал, Поттер мне врежет. И чтобы ты про Хогсмид Малфою сказал, тоже, кстати, я придумал. Блейз, продолжая улыбатьсь, полез в карман и достал оттуда небольшой флакончик с жидкой удачей. — Ладно, держи, заслужил. Он передал зелье в трясущиеся от возмущения руки гриффиндорца. Маклагген взял в руки пузырёк и сразу выдохнул с облегчением. — Знаешь, если честно, оказывается, Гарри действительно очень даже хорош, мне правда очень понравилось проводить с ним время. — гриффиндорец мечтательно улыбнулся, смотря в темноту. — Возможно, я действительно приглашу его в Хогсмид. Забини устало потушил сигарету. Всё таки бесстрашие — самая дебильная черта на свете. — Маклаген, я вот не пойму, тебе что, жить надоело? Решил в самом рассвете лет схлопотать Непростительное от бывшего Пожирателя смерти? — Спросил Блейз таким тоном, будто интересовался, какая завтра будет погода. — Ладно, да понял я, понял. — сказал насупившийся гриффиндорец, поднимаясь с пола. — Если ещё будет нужна помощь, обращайся, я не прочь приобрести ещё парочку редких зелий. Но Блейз лишь ухмыльнулся, не сказав ничего в ответ. Маклагген быстро удалился, а Забини тихо прошептал: — Кажется, я выполнил свой лимит добрых дел на год вперёд. — И тоже поднялся с пола. «Тут действительно чертовски холодно», он успел сделать уже пару шагов в сторону выхода, как в башню влетел, чуть не сбивая его с ног, растрепанный и дико злой Тео. — Давай покурим. — бросил он Забини не глядя. Блейз поднял взгляд в небо и, поблагодарив Мерлина за то, что у него сильные лёгкие, поплёлся обратно и уселся рядом с Тео. На вершине Астрономической башни блеснуло теперь уже два огонька, и в воздух вышло несколько клубов дыма. — Так и не спросишь, что произошло? — зло буркнул Нотт. — Я весь во внимании. — Приторно сладко и с явным сарказмом процедил Блейз, но Тео, кажется, этого даже не заметил. — Это всё эта заучка Грейнджер, клянусь, она сводит меня с ума! — Выпалил друг, снова затягиваясь сигаретой и зло постукивая носком ботинка об пол. — Я в курсе. — Тихо сказал Блейз, но его опять никто не услышал. — Просто невыносимая, всезнайка, вечно строит из себя... А ты видел, как она сегодня вырядилась? Эта её чертова юбка… — Нотт закурил уже вторую сигарету и продолжил изливать душу... «Кажется пора, строить новый план», — устало подумал Блейз. — «Надеюсь, никогда никому не станет известно, что я подрабатываю на Слизерине гребаным Купидоном.» — ухмыльнулся своим мыслям Забини и сделал новую затяжку.