Узнаем друг друга поближе

Россия душераздирающе вздохнул, на мгновение закрыв лицо руками, и тут же устало скрестил их на груди с нарочито снисходительным видом. Только от шума и гама, как обычно царившего в зале перед началом заседания, уже начинала болеть голова: все вместе в своих аккуратных костюмчиках они производили впечатление буйного сборища учеников старших классов какой-нибудь престижной школы или студентов на худой конец, а никак не солидных стран. Не то чтобы Ивану было дело до того, как они смотрелись со стороны, но это было далеко не единственным и даже не самым главным раздражителем, а такие мысли хоть немного отвлекали от мельтешащего перед ним американца. Альфред пришел минут пять назад, тут же набросившись на Брагинского с ворохом вопросов и обвинений, и до сих пор не мог угомониться, хотя русский уже два раза попросил его заткнуться по-хорошему. Но тот, похоже, до сих пор кипел то ли при мысли о том, что Иван поцеловал его бывшего опекуна, то ли из-за обидного окончания казалось бы беспроигрышного спора. - Этого точно не может быть! - на этих словах Иван снова устало вздохнул: кажется, за прошедшие несколько минут это уже четвертое обвинение в халтуре и, пожалуй, одно из самых вежливых. – Это Фотошоп! - Альфред, умей проигрывать, - Россия по привычке улыбнулся и рассеянно посмотрел поверх головы американца. За лохматой макушкой упрямого собеседника русский, кажется, заметил мелькнувшего в проходе Англию, но не был точно уверен. Впрочем, спустя мгновение он показался снова с термостаканом в руках, похоже, в неизменной вежливой манере поприветствовав собравшихся: Иван ничего не услышал в окружающем шуме, но мог легко догадаться по губам и чужим привычкам. Заметив отсутствующий взгляд русского, Америка озадаченно замолчал и тут же нахмурился, недовольный, что внимание Брагинского переключилось на что-то еще. Впрочем, любопытство пересилило, и Джонс, не сдержавшись, обернулся, проследив за направлением чужого взгляда и тут же буквально просияв. Его-то он и ждал! Не успел Иван и опомниться, как Альфред, бесцеремонно схватив нахмурившегося от такой наглости бывшего опекуна за локоть, подтащил его к русскому, делая невольным участникам этого «кружка по интересам» - Ну наконец-то, - непонятно с чего американец довольно усмехнулся и, отцепившись от англичанина, принялся копаться в своем айфоне в поисках нужной фотки, не замечая короткого взгляда сузившихся от раздражения глаз. - Во-первых, добрый день. – Артур говорил четко и с расстановкой, явно делая нагловатому воспитаннику завуалированное замечание, и только после этого уже гораздо спокойнее кивнул русскому, протягивая руку. – Рад тебя видеть Иван. - Взаимно, - Брагинский с чуть заметным удивлением пожал чужую руку: обычно на заседаниях вроде этого англичанин ограничивался сухим кивком и тут же торопился уйти по своим делам, но оба понимали, что от Альфреда так просто не отделаться. К слову, вспомнишь солнышко – вот и лучик. Закончив рыться в тонне своих фотографий, Джонс, кажется, не обратив на справедливое возмущение старшего приятеля никакого внимания, бессовестно сунул ему под нос экран своего мобильного со злополучной фоткой. При этом русского Америка наградил таким торжествующим взглядом, что у того ни осталось и грамма сомнений: кажется, американец был полон решимости вывести «подлого обманщика» на чистую воду, и Ивану даже стало на мгновение жаль беднягу Керкланда. Конечно, повел он тогда себя не очень красиво, впрочем, Россия скорее сам раздул из мухи слона и теперь жалел об этом, думая о произошедшем с легкой грустью. На Англию Ваня больше не сердился за его поспешный отъезд. - Альфред, оставь Артура в покое, - русский и сам не ожидал, что скажет это вслух и немного растерянно глянул на англичанина, не зная что теперь делать. Тот удивленно приподнял брови, впрочем, Брагинский и сам прекрасно знал, что Керкланд спокойно обошелся бы и без его защиты, так что виновато потупился, и Англия, не сдержавшись, коротко усмехнулся и покачал головой. Причин сердиться на Россию не было, к тому же, Артуру до сих пор было стыдно за то, как он повел себя тогда, так что именно он должен сейчас извиняться, если уж на то пошло. - Ты! Помолчи! – не заметив короткого обмена взглядами, американец нахмурился и, подскочив к Ивану, попытался было закрыть ему рот рукой, но передумал в последний момент, ввиду внезапно проснувшегося чувства самосохранения. Немного угомонившись, он уже спокойнее обернулся к бывшему опекуну и обвинительно упер указательный палец тому в грудь, выпалив. – А ты… Ты что на это скажешь? - Я? – Артур демонстративно приподнял брови в деланном изумлении и, не в силах отказать себе в удовольствии, с незаметной насмешкой поинтересовался. – С каких это пор я должен перед тобой отчитываться! - Так вы хотите сказать, что это не Фотошоп? - от удивления Альфред отступил на шаг назад, кажется, готовый плюхнуться на задницу. - Да вы что вообще… Англичанин и русский синхронно улыбнулись: на Америку было жалко смотреть, и, пожалуй, оба были вполне довольны таким исходом дела. Англия уже придумал свое желание и, поверьте, оно заставит Джонса пожалеть об этом глупом споре – ничего глобального и особо ужасного, но еду на заседания Альфред больше приносить не будет, а для того это сродни маленькому концу света. А что до России… Тот тоже не чувствовал себя в проигрыше, при виде погрустневшего Альфреда, только что осознавшего, что все его красочные мечты о том, какое желание он загадает русскому, окончательно рассыпались прахом. Впрочем, кое-что до сих пор не давало покоя, и русский за все заседание почти не проронил ни слова, задумчиво пожевывая губу и колеблясь, прежде чем, по окончании бесполезной встречи, поймал англичанина уже в дверях, с виноватым видом перегородив тому дорогу. - Эм, Артур, - Россия чувствовал себя откровенно неловко под чужим взглядом, но все-таки заставил себя продолжить. – Может, сходим куда-нибудь, выпьем кофе… То есть, чаю, я хотел сказать. Почувствовав стыд за свою ошибку, русский тут же поспешил исправиться, вспомнив, что к кофе тот относится довольно прохладно. Честно говоря, он и сам не знал, на что надеялся, когда предлагал это, и был полностью готов услышать отказ. Наверное, именно поэтому Англия сдержанно усмехнулся и не без удовольствия разрушил чужие ожидания, согласно склонив голову: - Да, разумеется. Я знаю здесь одно место.