flower's

Всегда нужно что-то менять. В Гёльчоне* стоит лето, но не знойное и жаркое, а тёплое и даже немного прохладное, так как город находится в окружении трёх гор, что его от тёплых лучей солнца скрывают, а по утрам позволяют туману сползти с вершин и опуститься на столицу. Ветер треплет волосы наследника Сана**, который находился на небольшой площадке возле дворца. Он решил ещё раз повторить и закрепить то, что умеет (хотя, возможно, это было не нужно, так как он в свои без месяца двадцать превосходно владел почти любым оружием), поэтому позвал к себе одного из стражников и попросил сразиться с ним. – Только не поддавайся, выложись на полную. Стражник слушается, но в поединке на катанах, как и на другом любом мече, молодому наследнику нет равных. – Мой повелитель, ваш отец звал вас, – докладывает подошедший пожилой омега. – Благодарю, Чжечан, – альфа оружие свое своему сопернику отдаёт и просит отнести в оружейную. Сам же берёт платок и пот со лба утирает, а потом во дворец поднимается. Через несколько минут альфа появляется в покоях отца. – Спасибо, что пришёл. Помоги мне. Смотри, здесь то, что мы в ближайшее время будем менять, достраивать и так далее, – Намджун положил перед своим сыном несколько исписанных листов. – Выбери из этого, по твоему мнению, наиболее важное. Безусловно, здесь всё важное, всё будет идти людям на пользу, но я думаю, что пока нужно остановится на улучшении школ, а также на проблеме питьевой воды на дальних улицах нашей столицы. Посмотришь сам. Хосок послушно стал перебирать бумаги и читать их. – Через две недели сюда прибудут все наши союзники, все три правителя***, те самые, предки которых много-много лет назад заключили между друг другом мир... – Зачем? Будете толкать речь о том, что мы чтим наших предков и что мир между нами продлится вечно? Старший Чон серьёзно посмотрел на своего сына. – Не смейся. Они собираются здесь не для того чтобы просто собраться, выпить и почесать языком. Наши предки, договорясь о мире, подписывали некий договор, но он, скорее всего, утерян. Я считаю мы должны вновь собраться, всё обсудить и подписать новый. Поэтому через неделю я хочу устроить приём. Туда приедут правители и их семьи. – А семьи то зачем? – Во-первых для того, чтобы их дети всю эту картину пронаблюдади, запомнили и впредь никаких войн в будущем чтобы не было. Ну а во-вторых... – Намджун, что стоял спиной к Хосоку, повернулся и посмотрел на молодого альфу. – Ну... Там и омеги будут. Может... – Отец, я ещё молод, ну опять ты за своё, – Хосок отложил бумаги и встал, чтобы уйти, потому что не любил, когда отец ему начинал рассказывать о семейной жизни и о том, что нужен альфе омега. – Подожди, не уходи. Тебе скоро 20, осенью, и я хочу передать правление тебе. И я бы хотел, чтобы у тебя был омега, который будет твоей правой рукой и будет тебя поддерживать и в горе и в радости. Они это умеют. Альфа улыбнулся. – Ты, знаешь ли, тоже у меня не старый, так что тоже давай ищи себе омегу, а то так и помрёшь в одиночестве, – но Чон старший на это лишь новой покачал. – Не могу. Не знаю... Омеги прекрасны, но твоему папе со мной не повезло что ли? – С чего ты это взял? – Ну я... Я слишком молодым на трон взошёл, слишком молодым омегу полюбил. Когда мы с твоим папой только поженились, мы были счастливы, по крайней мере я так думал. Я был счастлив, я любил его всей душой. Когда появился ты я был готов летать от счастья. Но я заметил, что Кихёк часто уходил, ничего не говоря. Иногда его не было долго, ты плакал и кричал, потому что есть хотел, а я ничем тебе помочь не мог. Я сначала думал, что это у него причуды такие. Но в один из вечеров, когда ты плакал так, что у меня сердце разрываться начало, я пошёл его искать. Я обошёл весь дворец, но его нигде не было. Думал зайти к начальнику стражи, сказать уже, чтобы искали его. Тот жил в отдельном доме возле дворца. Я постучал, но мне не открывали. Пихнув дверь я застал Кихёка и его в постели. В тот момент я не знал, что говорить, поэтому хлопнул дверью и ушёл. Прийдя к тебе, я увидел рядом с твоей кроваткой моего слугу – омегу. Тот тоже недавно родил, поэтому смог покормить тебя и уложить спать. «Простите, мой повелитель, он очень сильно кричал, я не мог спокойно к этому отнестись, поэтому я покормил его и уложил». Я поблагодарил омегу и отпустил его. Заснуть в ту ночь я не смог. Всю ночь была гроза, а на утро ко мне пришли с вестями, что молния ударила в дом начальника стражи и тот почти полностью сгорел вместе со всеми, кто был в нём. Не знаю почему, но я остался равнодушен и спокоен. Я не оплакивал твоего папу, за что себя виню, но тогда мне было слишком обидно. Я думал, почему он это сделал, неужели я что-то делал не так, может я в этом виноват? Вернувшись в спальню я увидел, что ты проснулся и начал дрыгать ножками. До этого я всего два раза держал тебя – Кихёк не позволял. Взяв тебя на руки я впервые ощутил, насколько ты лёгкий, маленький и слабый. Я решил, что выращу из тебя сильного и мудрого правителя, который сможет защищать свой народ и свою семью, а главное, будет верен своему народу и себе. Младший альфа стоял, смотря на своего отца с любовью. – Мне было немного тяжело совмещать правление и воспитание, но я старался быть хорошим отцом. Сейчас я думаю, что твой папа поступил так потому что... Я был его не достоин... Наверное... Может времени ему недостаточно уделял. Хосок подошёл к Намджуну и положил ему руку на плечо: – Скорее это он тебя был недостоин. И ты был хорошим отцом. Надеюсь ты найдёшь себе хорошего омегу, – он обнял старшего альфу и быстро вышел из комнаты.

***

Утром после очередных тренировок и конной прогулки двое альф сразу же перешли к делам, прямо в тронном зале. Они снова заговорили об улучшении школ и было решено, что детям из бедных семей будут бесплатно выдаваться принадлежности, да и вообще учёба теперь станет полностью бесплатной, полностью на поддержке государства. Проблема с водой была не такая серьёзная, но всё же. Родник, что стекал с одной из гор переходил в подземные воды, поэтому почти на всех главных и второстепенных улицах были колодцы. На дальних улицах пробовали копать, но, видимо, вода уходила либо глубже, либо куда-то круто сворачивала. Было решено построить не очень глубокие колодцы, а воду провести к ним от колодцев с главных улиц. – Хо, ты не мог бы пойти в библиотеку и найти там дневник первого правителя Сана. Там он что-то писал про то событие, о котором мы вчера говорили. Я бы хотел освежить всё в памяти, чтобы не молчать, когда приедут правители. Чон спустился в библиотеку, которая была настолько большая, что раскинулась на два этажа. Он знал, что более старые записи и книги хранятся на нижнем этаже. Долго искать ему не пришлось, ведь он сам часто любил почитать о былых временах и о том, что тогда происходило. Он знал этот дневник почти наизусть, знал какие ошибки были совершены, чего бы желал первый правитель видеть в будущем. Он хотел стать хорошим правителем, поэтому много читал и изучал. – Я нашёл отец. – Спасибо, – Намджун взял в руки старые свёртки, сшитые вместе.

***

– Повелитель, прибыл правитель Сольчигхана*. Старший Чон удивлённо встал с трона, поднялся и Хосок. Двери распахнулись и в зал входит молодой и очень красивый правитель. Длинный подол его розового, украшенного чёрными лентами, шёлкового халата красиво струился за идущим. Длинные тёмные волосы, хоть и были собраны в причёску, спускались почти по пояс. Голову украшала диадема с розовыми сапфирами. На вид ему было не больше двадцати. Рядом с ним шёл омега, очень красивый, видимо слуга, но одет тот был тоже роскошно – ханбок золотого цвета. Омега подошёл ближе и поклонился вставшему Намджуну, потом холодно кивнул Хосоку, который стоял с открытым ртом, даже не замечая это – уж слишком сильное впечатление произвёл на него прибывший правитель. – Правитель Сольчигхана, Мин Юнги, – объявил стоящий чуть позади омега. Намджун тоже кивнул головой. – Какими судьбами вы прибыли к нам? – Чтобы договориться о торговле, о экономических делах между нашими государствами усведомиться. А, и ещё... Так же напомнить вам о том, что вы уже как неделю должны привозить нам материал для строительства, – омега украдкой взглянул в окно, из которого открывался вид на гору, в которой добывали камень. – Камень добывается, и на это уйдёт не так мало времени, как вы думаете. А по поводу торговли могли послать... – начинает Хосок. – Я привык всё государственные дела самостоятельно или с братом решать, поэтому приехал сам. Это делу не мешает, – улыбнулся Юнги альфе. – Если вас не затруднит, выделите моей охране хорошие комнаты. А мне с Сокджином, – он кивнул в сторону омеги, – одни покои, если можно. – Конечно, – старший альфа тут же дал распоряжение слугам. Хосока он послал за всем проследить. Чон младший сам проводил Мина и его омегу в покои и сказал, что если что-то понадобится, он всегда к его услугам. – Вы очень добры, – только и сказал омега и закрыл двери, а альфа успел уловить тонкий аромат мёда, нежный и сладкий, как и сам Юнги.

***

Днём в покои Мина постучался молодой бета и сказал, что повелитель приглашает его к обеду. – Я возьму с собой Сокджина, так и передай. Юнги решил переодеться и Джину тоже дал наряд из белого шёлка, с вышитыми золотыми цветами. – Простите, вы меня слишком роскошно и богато одеваете для слуги, – Джин растерянно смотрел на красивую одежду. – Ты не слуга, ты – учитель и наставник, можно сказать, как папа мне, так что надевай, я хочу, чтобы ты выглядел хорошо. Может альфу хоть себе найдёшь. – Ты же помнишь, что я говорил, – вздохнул омега, одеваясь. – Боюсь я альф. – Это из-за того случая в детстве? Ким кивнул головой. – Взрослый альфа... Он начал ко мне приставать, когда я был на лугу – рвал цветы для папы. Он меня гладил, просил с ним пойти, чтобы он мне что-то показал, под одежду начал лезть, – голос Джина задрожал. – Тогда я словно окаменел, не мог пошевелиться. Но потом я будто проснулся, вырвался и убежал, а дома, бросив цветы, я плакал и неделю на улицу не выходил. Теперь альф и близко к себе не подпускаю. – Не все они такие. Встретишь хорошего, – Мин переоделся тоже в белое, взял Сокджина под руку и они стали спускаться в обеденный зал.

***

– Странноватый он. «Я привык всё сам решать», – всё ещё удивлялся Намджун, повторяя слова Юнги. Он сидел в обеденном зале, за пока ещё пустым столом вместе с Хосоком. Послушался звук шагов и альфы увидели, как спускаются двое омег, облачённые в белое, словно ангелы, слишком прекрасные для этого мира. Хосок завороженно смотрел на Мина, который тоже на того несколько раз взглянул. Оба подошли к столу. – Ничего, что я Сокджина с собой взял? – Конечно нет, – сказал Намджун, который взгляда своего от Джина оторвать не мог. Альфы встали и помогли омегам сесть, отодвинув стулья. Ким хотел сам, потому что считал, что он здесь всего лишь слуга, но Чон старший его руки со стула убрал и сам его отодвинул: – Не волнуйтесь. Мин сел и тут же, не дожидаясь еды, начал разговор. – Простите, но я бы хотел после обеда приступит к делу, а к вечеру пусть мне подготовят лошадей – Вы только приехали, вам нужно отдохнуть... – напомнил Хосок. – Он прав, разве вы не можете задержаться? Сегодня отдохнуть, а все дела решить завтра? – Намджун накладывал себе рис и смотрел на омегу. – Тем более, через две недели, если вы не забыли, у нас приём и подписание мирного договора, я вам и вашему брату гонца с письмом посылал. Чтобы не таскаться туда-сюда, лучше останьтесь. – Я с радостью, но... – Останьтесь, – словно крик души, а не Чон младший это говорил. Мин удивлённо на него посмотрел. – Хорошо, только мне нужно кое-кого предупредить.

***

– Я должен предупредить Чимина о том, что я тут задерживаюсь, – сказал Юнги после обеда Сокджину, когда они вернулись в покои. – Да, напиши ему. Не волнуйся, он справится. Мин тут же сел за стол, на котором была стопка бумаги, чернила и прочие принадлежности. Он быстро написал письмо Чимину – своему брату, с которым они вместе правили Сольчигханом после смерти родителей. «Чимин, прости, мне придётся тут задержаться. Через две недели приём и проще будет, если я тут останусь, а не буду носиться из Гёльчона в Донбэк** и обратно. Следи, чтобы там был порядок. Я знаю, ты справишься. ~ Юнги» Короткое письмо омега положил в конверт и решил, что отправит гонца вечером. – Мне что-то не хорошо, – услышал он слабый голос. – Джини, – Мин подошёл к кровати, на которой лежал Ким с закрытыми глазами. – Возможно это из-за того, что мы в горах. Здесь климат другой и мы на высоте. Может поэтому... – Наверное... – Тебе нужно отдохнуть, – Юнги губами до лба старшего омеги дотронулся, оставляя лёгкий поцелуй. – Я пойду прогуляюсь, отдыхай. Сначала молодой омега думал по дворцу погулять, ведь он был очень большой и тут точно должно было быть что-нибудь интересное. Но потом в окно он увидел огромный сад, который распологался у дворца. У него тоже был сад, но этот был раз в семь больше. Он даже не видел, где он заканчивался, поэтому решил осмотреть его. В тени деревьев было прохладно, растения и цветы благоухали. Омега наслаждался природой, вдыхал аромат цветов, которых здесь было очень много. Если честно, он думал здесь будет скудная растительность: всё-таки здесь намного прохладней и даже холодней, чем в Донбэке. Подняв голову он увидел ступеньки и небольшую подстройку ко дворцу, на которую можно было подняться. Она тоже была усыпана зеленью, деревья разных пород окружали её. Вдруг Мин заметил как будто бы силует. Он подумал, ему показалось, поэтому замерил глаза и когда снова их открыл увидел, что никого кроме него здесь нет. – Похоже не только на Джина перепады высоты так влияют. Уже кажется непонятно что. Но всё же он поднялся по каменным ступеням и вышел на небольшую площадку со скамейкой. На скамейке он увидел Хосока. – А я подумал, что мне показалось, что я вас видел... – Нравится наш сад? – Чон улыбнувшись смотрел на омегу. – Вы тут уже долго гуляете. – Да, тут очень красиво и столько растений... – Мин присел рядом с альфой. – У вас и пруд есть! – воскликнул он совсем как ребёнок, увидев напротив пруд со множеством кувшинок и водяных лилий. Он побежал и спустился к водоёму, который до этого заметил. Омега присел на краешек. Юнги любовался цветами, а Хосок любовался им. Альфа спустился к Мину и сел рядом. – Они очень вкусно пахнут... Как Сокджин. Знаете, когда мои родители погибли нам с братом было по 15, а Джин был нашим учителем. В столь раннем возрасте мы уже взошли на трон. Сокджин помогал нам, оберегал нас, заменял родителей, я всегда находил в нём поддержку... Я люблю его... Он пахнет водяной лилией. Это такой родной запах – его запах. Когда мне было плохо, я приходил к нему, ложился рядом с ним, прижимался, а он меня успокаивал. Эти цветы красивые и нежные, как он. «И как ты», – подумал Чон и дотронулся пальцами до руки омеги. Тот даже не заметил, потому что был погружён в собственные мысли. Только очнувшись от них омега заметил чужую руку. – Извините, я наверное пойду, очень устал за сегодня, – Мин поспешно убрал чужую руку и поднялся. – Могу я вас проводить? – Юнги кивнул и Чон последовал за ним, наслаждаясь запахом мёда.