Слабое место Люцифера — его маленькая принцесса

Самый главный мужчина моей жизни это ты, папуля, и сколько бы мне ни было лет, я всегда останусь для тебя маленькой папиной дочкой, а ты — моим главным мужчиной, и тебя никто мне не заменит.

Я дочь самого лучшего папы во всех трёх мирах. — Лилиан Морнингстар.

***

      Стоит знать одно. Кем бы ты ни был. Будь ты владыкой Ада, князем преисподней или же слесарем, к примеру. Рядом с дочерью ты — папуля, неизменно. Так вышло и у грозного, властного Люцифера. Вики подарила ему прекрасную, неземной красоты и великого ума девочку. Малышка росла не по годам, а по часам. Её красота со временем отражалась буйным светом, заставляя всех поданных Ада умиляться при виде красавицы брюнетки с красными, как у папы, глазами. Она впитала в себя все достоинства обоих родителей. Строгость, любовь к власти, стальной упрямый характер, всё это в ней не воспитывалось с самого начала. Она уже была такой. Папина дочь с неземной красотой и дьявольским обаянием матери.       Было много хлопот и забот, как, собственно, и у любой пары с новорождённым дитя, но Вики даже не успела прочувствовать на себе бессонные ночи, режущееся зубки, а в их случае ещё и крылышки. Люцифер был истинным отцом. Тем, кого можно по праву назвать папой. Если ночью Лилиан подавала голосок, Вики даже не успевала проснуться. Люцифер уже склонялся над кроваткой малышки с бутылочкой в руках. Неважно, что она хотела и когда. Это будет исполнено. Хвостики — пожалуйста, маленькая леди, папа весь во внимании. Мама занята и некому накрасить ногти? «Пострадает» либо папа, либо крестный — Дино. Ну, а вы что хотели. В этом мире все склонили колено перед принцессой Лилиан. И неважно, кто это и какую должность занимает.       Люцифер принял все хлопоты на себя. Старался дать дочери всё, чего не было у него и Вики. И сделал даже больше. Вспомним пару моментов. От начала взросления до бодрого подросткового возраста, где по идее дети показывают характер, идут наперекор родителям, но не в случае Лилиан. Её мнение всегда спрашивали и учитывали, она жила так, как считала нужным. Рукоприкладство, так активно практикующиеся в Аду для воспитания детей, запрещено. И запрещено не только родителям. Любой, кто поднимет руку на Лилиан, встретится лицом к лицу с Дьяволом. И, увы, «гореть в Аду» обидчику придется гораздо раньше, чем планировалось. И совсем не в метафорическом смысле.       Лилиан уважала своих родителей, ценила их мнение и любила до кончиков пальцев. А с папой у них была особенная нерушимая связь. Когда ей было плохо, она шла к папе. Неважно, два часа ночи или уже совсем затемно, Люцифер всегда её выслушает и поможет. Когда Вики не могла повлиять на нее, это всегда удавалось Люциферу. Он знал подход к ней и всегда знал, что сказать. Люцифер — лучший пример настоящего отца во всех трёх мирах.       Для Люцифера Лилиан была олицетворением добра и справедливости, сердце его рядом с ней наполнялось любовью до краев. Он достал все самые положительные чувства из глубин своей дьявольской души, дабы упаси Шепфамалум его душу, не навредить дочери.       А когда она была совсем маленькой, когда головушка была меньше, чем ладонь Люцифера, он мог смотреть на неё ночами напролет, тихонько гладить её маленькие ручки и умиляться при чувстве, когда малышка обхватывала его палец своими крохотными ладошками. Они с Вики смогли создать, казалось бы, невозможное. Счастливую, настоящую семью. Где все друг друга уважают и любят. Учитывая детство и воспитание Люцифера, да и не совсем здоровое детство Вики, они действительно дали Лилиан то, чего у них не было. The first memory. Первое слово.

Любовь отца исключительна, она не похожа на любовь матерей, в ней мало слов, но она бесценна.

      Вики, Люцифер и малышка Лилиан по обыкновению разлеглись в кровати. Лилиан еще совсем маленькая, ей и года не было. Вики только покормила её, и они лежали с Люци, любовались непоседой дочерью, расположив её по середине кровати.       — Она так быстро растет, совсем не замечаю, — Люцифер держал пальцем малышку за ручку, а та активно тянула его в рот, ну, зубки чешутся, а папа — отличная чесалка для десен.       — Не успеем оглянуться, как она полетит, начнет говорить, а потом надерет тебе причинное место на тренировке, — Вики наблюдала за ними, подперев подбородок ладонями.       — Уже начинает говорить, — Люци улыбался, как истинный дурак. Старался разговаривать с дочкой, ведь она уже активно лепетала что-то себе под нос. Хоть и не могла еще соединить звуки в слова.       Лилиан активно дрыгала ножками, бормоча и выкрикивая звуки, елозила по Люциферу, как по матрацу, а Люцифер всё позволял, лишь бы она росла здоровой и счастливой.       — Па. Па-па, — Лилиан бухнулась на жопку и уставилась на родителей, — Папа!       — Мне показалось или она сказала первое слово? — Вики засмеялась.       — Моя девочка сказала первое слово! — Люцифер расхохотался, взял Лилиан на ручки и подкинул в воздух. — Доча, давай еще раз: Па-Па.       Сейчас Вики, наблюдая за мужем и красавицей дочкой, лежала в кровати, думая, что всё, что ей когда-либо удавалось пережить с болью, кровью, криками от усталости и тихими всхлипами по ночам в подушку, того стоило. Даже хотя бы ради таких моментов. Как первое слово или первый шажочек твоего дитя. The second memory.

А я рада, что похожа на него. Люблю тебя, Папа.

      Лилиан никто не заставлял упорно тренироваться. Да и незачем это уже было. В их мире наступило тихое и мирное время. Теперь обладание такими умениями, как, скажем, борьба на оружии, были незачем, но Лилиан — дочь своего отца. А значит, она с раннего детства поставила себе цель: — Быть не менее великой, чем её родители.       Лилиан выбрала в качестве оружия парные сабли. Оттачивала мастерство она либо с отцом, либо в одиночестве. Девять лет и дать в руки ребенку две острейших сабли. С ума сошли? — спросите вы. Но не тут-то было. Лилиан захотела и получила, а ещё прекрасно справилась.       Сегодня её тренировка проходила в одиночестве, хоть и пара наблюдателей за ней все же были поставлены. Ну, а как Люцифер оставит её без присмотра?       — Шаг. Ещё один. Теперь два оборота, — Лилиан повторяла все свои действия вслух. Так сказал делать ей отец. Лучше запоминается и меньший шанс допустить ошибку.       Люцифер тихонько зашел в зал понаблюдать хоть одним глазком за дочерью. Лилиан прекрасно фехтовала. Чувствовала оружие, как продолжение рук. Стремилась отточить мастерство до максимального уровня. Вики называла это её хобби — «Повадками Люцифера». Хорошо, что не выбрала в качестве оружия двурукий меч, как у отца.       Лилиан допустила ошибку и одна из саблей вылетела из её рук, звонко ударившись о паркет. Люцифер решил вмешаться.       — Здравствуй, малышка, — Люци прошел в зал, поцеловал дочь в макушку и поднял с паркета оружие. — Потренируемся вместе?       — Привет, пап. У меня не получается, я либо задеваю себя, либо она выпадает из рук, — Лилиан угрюмо выдохнула и снова встала в стойку.       — Ты слишком много думаешь. Отпусти все мысли, танцуй с ними, — Люций вложил в руку дочери рукоять сабли. — Давай попробуем вместе.       Они кружили по тренировочному залу вместе. Неважно, сколько раз упало оружие, неважно, сколько раз они оступились. Важно то, сколько времени они провели вместе и как. Лилиан заливисто смеётся, отточенно выполняет пируэты, позабыв об ошибках. А именно этого Люцифер и добивался. Чтобы Лилиан чувствовала себя в своей тарелке, легко и непринужденно. И тогда у неё всё обязательно получится. The third memory.

То, что требует дочка, должно быть исполнено. Точка.

             Лилиан в том возрасте, когда ей нужно всё и сразу. И желательно побыстрее. Она везде залезет и всё увидит. Вики всегда старалась оградить её от зловонных заблудших душ, без цели скитающихся по их владениям. От Зигзы, вечно пытающимся напугать малышку. И от потоков лавы, которых предостаточно в преисподнии. Но сегодня она проглядела. Лишь на секунду отвернулась, а дочери след простыл.       Лилиан ушла искать папу, что сейчас восседал на троне во второй ипостаси, слушая все просьбы и жалобы князей кругов и разгребал дела навалившихся на его плечи грешников.       Тронный зал, потоки огнедышащей лавы, обрамляющие королевский трон. Тысячи и тысячи истерзанных грешных душ, пять князей. Ладно Маммон, близкий нам по облику — князь. А Абаддон? Он напугает и старца, и мудреца, но не малышку Лилиан. Она в милом бордовом платьице с бантиками, держа в руках резиночки для волос, мирно шагает к папе, а вся толпа перед ней расступается.       — Папа, пойдем косички заплетать? — дочка вышла из толпы и встала прямо перед Люцифером. Он восседал на троне в дьявольском обличье. Огромные крылья летучей мыши, громадные рога, горящие испепеляющие красные глаза. И в этом чуде природы вряд ли хоть один ребенок узнал бы своего отца. Ну, и Лилиан необычный ребенок, правда?       Следом за дочерью в зал забежала испуганная Вики, она встала в проем и попыталась отдышаться. Где бы Люцифер ни был, выпустите Лилиан, и она его найдет. *Люцифер агрессивно меняет облик на человеческий* — Пойдем, малышка, — Люци закатил глаза и ухмыльнулся. Ну, а как он ей откажет?       И как вы думаете, хоть один князь смог его попрекнуть? Сказать, что семья и работа — разные вещи и их нужно уметь разграничивать? Нет же, все видели в Люцифере владыку, которого давно не было. Справедливого, честного, властного, не прощающего ошибок. Но по прибытии в этот мир Лилиан он становился добрым плюшевым мишкой. И пусть так оно и будет. Это значит только одно — повелитель Ада способен на любовь, способен на милосердие и сострадание.       Вики в который раз убеждалась, что папа для Лилиан — особенный человек. Ну, вот же, у нее у самой длинные волосы. Заплетай хоть вечность, но нет же. Лучше состряпать папе пару тройку коротких хвостиков, завязав их разноцветными резиночками и жить себе счастливо.       Вынашивать девять месяцев. Терпеть поистине адский токсикоз. В муках рожать её почти сутки и ради чего? Чтобы её первое слово оказалось: — Папа!       Всё это шутки и лирика. Вики рада, что Люцифер стал таким, какой есть на данный момент. Воспитание его отца в нём не прослеживается абсолютно. И оно, разумеется, к лучшему.       — Я закончу тут, идите, — Вики смирилась с тем, что дочь не усидит на месте, пока не придет Люцифер. Поэтому проще поиграть по её правилам. Вики перевоплотилась в дьявольскую форму и села на трон вместо Люцифера. А счастливый отец, подняв дочку на руки, укатил во дворец на кухню есть со своей маленькой мадам клубнику.

***

      Вы можете стать для своего ребенка маяком, светом в конце тоннеля, который выведет его из поглощающей всё живое тьмы. Стать опорой и поддержкой. А можете изуродовать и искалечить его душу. Так, как когда-то сделал Самаэль, отец Люцифера.              Но Люцифер не сдался. Он смог научиться любить и принимать любовь в ответ. Лилиан залечила даже те раны, которые не смогла залечить Вики. Сейчас они дружная семья, любящая и уважающая друг друга. У Люцифера теперь не одна упрямая, своенравная, до коликов красивая женщина, а их целых две. Две любимых и неповторимых.       Лилиан и Люцифер — нерушимый союз отца и дочери. Пока бьется сердце Люцифера, никто не осмелится причинить ей вред. Он лучше сам умрет, чем с её головы упадет хоть один волосок по вине кого-то сильно смелого.

Любите и будьте любимы, живите без оглядки на кого-то и мечтайте. Мечтайте, как я когда-то мечтала о семье с Люцифером. Теперь это уже не мечта, а великолепная реальность, наполненная тысячами греющих душу воспоминаний. И у вас будет также.

Виктория Морнигстар.

Королева Ада. Мама чудесной девочки. Первая и единственная любовь Дьявола.