Квир-теории

Глава сорок седьмая ЯРМАРКА ТЩЕСЛАВИЯ Краткое содержание: Линдси и Гас приезжают в Лос-Анджелес с сюрпризом для Брайана. Июнь 2002 года. Линдси — Чем ближе мы к посадке, тем больше я думаю, что это была плохая идея. — Расслабься. Я думаю, это была прекрасная идея. Как только доберемся до Лос-Анджелеса, ты сам увидишь. Но Джастин был прав. И я нервничала не меньше его. А он очень нервничал. Первый этап путешествия был легким. Мы прилетели в Чикаго и довольно легко состыковались с нашим рейсом в Лос-Анжелес, у Джастина не было времени волноваться, потому что он был занят Гасом. И, конечно же, забота о Гасе была причиной его поездки. Конечно, так оно и было. Но как только Гас успокоился и проспал почти весь остаток пути, у него появилось время поерзать и посуетиться. Он был гораздо хуже ребенка. — Т что он может сделать? Он может убить меня, вот и все. Или решит НЕ брать с собой в Англию. Это было бы не хорошо. Но я заслуживаю этого за такой дурацкий трюк! К тому времени, как мы пролетали над Скалистыми горами, он уже просто бормотал что-то бессвязное. — Джастин! Пожалуйста! Если ты расстроишься, Гас подхватит твои эмоции и начнет кричать. Это правда. Так часто случалось. Иногда мне кажется, что у них есть какая-то экстрасенсорная связь. Когда я упомянула об этом Мел, она сказала, что я просто спятила. Это абсурд, потому что WASРы никогда не бывают чокнутыми — возможно, ненормальными или сумасшедшими, но никогда не чокнутыми. И ни Джастин, ни я не можем быть причислены к сумасшедшим за то, что попытались переложить вину на Брайана Кинни. Ненормальные — да, но не сумасшедшие, как я уже говорила. Последние два часа он играл со своим портативным DVD-плеером, вставляя и выключая фильмы, но никогда не досматривая их. А иногда просто потирал эту штуку пальцами и бормотал: «Он УБЬЕТ меня, мать твою!» — пока я наконец не велела ему заткнуться, или стюардесса посадит его на крыло. Не помогло и то, что мы обменяли билеты первого класса на эконом. У нас было три места подряд, что помогало, но дополнительное место в снобистской секции было бы очень кстати в такой долгой поездке с ребенком. Но когда Джастин пришел ко мне со своим предложением… как я могла сказать «нет»? Даже потеря первого класса стоила бы того, если бы я смогла успешно сыграть роль свахи. Да, оно того стоит. Казалось, мы в пути уже несколько дней, когда наконец прилетели в Лос-Анджелес. Была вторая половина субботы, и аэропорт был переполнен людьми, когда мы спустились в вестибюль и вошли в зал ожидания. Охрана тоже была усилена, повсюду я видела людей в форме, их было гораздо больше, чем в Питтсбурге. Это заставило меня немного нервничать, и я была рада, что мы оказались на земле. У меня была ручная кладь, а у Джастина — Гас, поэтому, когда Брайан увидел меня, он выглядел испуганным, не ожидая увидеть такое. Затем остановился и посмотрел за мое плечо. Первое, что он сделал, это улыбнулся. Я это видела отчетливо. Ах, ха! Но потом, казалось, понял, что мы провернули, и тогда его лицо окаменело. Он был зол. Сдержан, но зол. И обманут. Он посмотрел на меня так, будто я предала его, и от этого я действительно почувствовала себя плохо. Но он не произнес ни слова. Рядом с ним стояли две невысокие пухлые латиноамериканки. Кармел и Мария. Мне казалось, что я их знаю, поскольку много раз разговаривала с Кармел по телефону. Она протиснулась мимо Брайана, схватила меня и сжала так крепко, что чуть не задушила. — О, как прекрасна мисс Линдси! Я ждала этого дня! Она кивала и сжимала меня, и ее мама стояла рядом и тоже кивала и улыбалась. Брайан только помрачнел. — И ГДЕ же этот РЕБЕНОК? — требовательно спросила она. Потом она заметила Джастина, который пытался избегать взгляда Брайана. Бедный мальчик выглядел так, словно предпочел бы оказаться где-нибудь еще на этой планете, чем встретиться с ним в этом аэропорту. Кармел оттолкнула меня и потянулась к Гасу. Она посмотрела на Джастина. — Мисс Линдси, вы позволили этому мальчику нести ребенка? Мужчины бесполезны с детьми! Пусть твой брат несет сумки, а я понесу ребенка! Как тебя зовут, чико? — Кармел, это Джастин. — Привет, Кармел. — Отдай его мне! Джастин колебался, крепко прижимая к себе Гаса, как талисман. — Тебе лучше сделать это, или мы будем стоять в этом аэропорту, пока вам ВСЕМ не придет время уезжать, — сказал Брайан. То, как он подчеркнул ВСЕ, а затем посмотрел на меня, заставило меня почувствовать себя немного больной. Я улыбнулась ему. Джастин передал Гаса. Мы собрали наши сумки. Затем Брайан достал сотовый и позвонил. — Охрана не позволит машине долго стоять… значит, он заедет за нами. Подъехал белый лимузин, совсем как в кино. Брайан и водитель погрузили сумки на заднее сиденье, и мы все уселись. — Я могла бы к этому привыкнуть! Подождите, пока Мел не услышит с каким шиком мы путешествуем! — Ну, не слишком привыкай — это машина студии. С таким количеством людей и багажом, плюс парковка, я подумал, что это лучшее решение. Кармел и ее мать сидели рядом с Гасом, Брайан рядом со мной, а Джастин — впереди, рядом с водителем. — Итак, мисс Линдси, почему вы не сказали мне, что ваш брат тоже приедет? Мне нужно подготовить комнату для него. И я не знаю, что он любит есть! Я улыбнулась. — О, это было спонтанно. Вы же знаете, как это бывает. — Нет, почему бы вам не рассказать всем, как это бывает? — Брайан сжал мою руку. — Все в порядке. Я всеядный, — сказал Джастин, осмелившись заглянуть через сиденье. — Не говори им этого, ты даже представить себе не можешь, чем они могут тебя накормить, — сказал Брайан, — я серьезно. — Не обращай на него внимания. Он такой привередливый, мы никогда не видели такого придирчивого едока. — Они регулярно пытаются меня отравить убойными буррито. — Не слушайте его! Он сумасшедший! Пикировка продолжалась, пока мы ехали по бесконечной автостраде. Вскоре я узнала, что обмен оскорблениями был обычным способом общения между Брайаном и Кармел. Наконец мы съехали с автострады и двинулись по обсаженным пальмами улицам. — О, это Беверли-Хиллз? Правда? — Плавательные бассейны и кинозвезды. — Это так волнующе! — я была потрясена тем, насколько волновалась. Казалось нереальным, что мы находились в каком-то другом мире. Другом мире Брайана. Возбуждение было почти преступным. Мы ехали по каким-то извилистым дорогам, мимо домов всех стилей, одни огромные, но другие вполне нормальные. Мне вдруг захотелось одну из тех карт с пометками где живут кинозвезды. Хотелось спросить, но я знала, как отреагирует Брайан на такое предложение туриста. Я решила подождать и позже спросить Кармел. — Брайан, ты ВЕЛИКОЛЕПНО выглядишь! И я не шутила. Он выглядел в тысячу раз лучше, чем когда я впервые увидела его в Питтсбурге всего несколько недель назад. Он пожал плечами. — Я хорошо питаюсь. И снова тренируюсь. Это помогает. И у меня нет миллиона проблем, висящих над головой. И зубы наконец разжались. Я услышала, как Кармел громко фыркнула. — ОДНА из тех вещей, которые заставляют меня стискивать зубы. ТЫ, Кармел! — Такой большой мужчина и такой большой ребенок! Он всегда был таким большим ребенком, мисс Линдси? — В значительной степени. — Когда у тебя самого маленький ребенок, самое время повзрослеть. Вы меня слышите, мистер Брайан? — Я слышу тебя, но я научился не обращать внимания на шум. Джастин начал хихикать, а Брайан не сводил с него глаз. Тот быстро заткнулся, но потом бросил мне легкую улыбку. Я действительно понятия не имела, что произойдет, когда мы доберемся до дома. А потом мы оказались там. Интересно, ждет ли нас Рон? Но, похоже, его не было. Мы вышли, водитель выгрузил багаж и отнес сумки в дом. Это был не один из тех огромных домов. На самом деле со стороны он выглядел довольно маленьким. Мы вошли через кухню… но она, казалось, расширялась по мере того, как мы проходили. Внутри было темно и прохладно, пол выложен плиткой и шифером. А бассейн отгорожен от главного здания, образуя замкнутую зону с баром и бильярдной. — Этот бассейн похож на то, что доктор прописал. Я рада, что захватила с собой купальный костюм. — Будь моим гостем. Тем более, что ты, вероятно, долго не увидишь Гаса, пока не соберешься уезжать, так что можешь не ограничивать себя в удовольствии. — Я так и сделаю. Наверху было светлее и ярче. — Я подумал, что это будет лучшая комната для вас с Гасом. Здесь есть балкон с видом на бассейн, но я проверил, Гас не сможет просунуть голову сквозь решетку, и она слишком высокая, чтобы перелезть через нее. Не то чтобы ты вообще его увидишь, но на всякий случай. И новая кроватка для него рядом с твоей кроватью. А тут ванная. — Ты все продумал. — Я старался, — Брайан поставил мой чемодан и сумку Гаса на огромную кровать. — Не могу поверить, что мы наконец здесь. Он обернулся. — А я ни хрена не могу поверить, что ты притащила с собой Джастина! Чья ЭТО была идея? — Ну… это было сотрудничество. Как бы. — Действительно. А как насчет билетов на самолет? — Мы обменяли их на эконом. Я видела, как растет его разочарование. — Но я хотел, чтобы вы с Гасом летели первым классом! — У нас все было хорошо. Эконом был в порядке. Немного тесновато, но без проблем. — О чем вы оба думали? Верно — вы не думали! Он потирал лоб, как при головной боли. — Как же мне все это объяснить? Я понимала, что это значит — как объяснить все Рону. — Кармел и ее мать думают, что Джастин — мой брат, это хорошее объяснение, как и любое другое, тебе не кажется? — Я не хочу выдумывать какую-то дурацкую гребаную историю, чтобы потом выдумать ЕЩЕ больше дерьма, чтобы покрыть предыдущее! — Тогда просто ничего не говори. Зачем вообще объяснять? Брайан посмотрел на меня, как на сумасшедшую. Вот оно снова. — Ты даже не представляешь, Линдс! Я открыла свой чемодан. — Ну, пока ты будешь париться, я воспользуюсь шикарным бассейном. Если ты позволишь, — я вытолкнула его за дверь и закрыла ее, чтобы облачиться в свой новый купальный костюм. Первое, что я сделала, спустившись вниз, пошла на кухню проверить, как там Гас. Он ковылял вокруг, с большим восхищением следя за маленькой пушистой собачкой. Маленький зверек тявкал на него и вилял хвостом. — Он ведь не кусается, правда? — Армани? Только свою еду. наверное, он думает, что ребенок — это еще одна собака, — Кармел протянула мне блокнот, — напишите, что ему нужно. Хаггис? Какого размера? Что особенного хотите съесть? Я прикажу доставить. — У меня тут есть подгузники и кое-какие вещи, — я протянула ей дорожную сумку Гаса. Что ж, если вы не можете победить их, присоединяйтесь. Я написал несколько слов в блокноте и вернул его ей, — в пакете его хлопья и несколько коробок сока. — У меня тоже есть соки, молоко и фрукты. Много свежих фруктов. — Это хорошее начало. — Да, она кормит МЕНЯ консервированными фруктами и замороженным соком. Вижу, что Гасу достануться свежие, — Брайан вошел следом за мной, — почему бы тебе не оставить все здесь и не выйти на коктейль? — Звучит декадентски! — Как скажешь. Мы вышли к бассейну, и там было восхитительно тепло и свежо. — Я специально вызвал людей, чтобы вычистить эту штуку для тебя. Ты не поверишь, сколько дерьма с деревьев падает в этот бассейн. Слив постоянно засоряется. Этот разговор заставил меня рассмеяться, и я обняла его. — Я никогда не смогу забыть, что ты говоришь о стоках в бассейне! — Ты не из тех, кто должен всю ночь слушать, как журчит сток. — Я думала, ты к этому звуку привык. — Ха-ха-ха. Я огляделась. — Скажи, ты еще не упаковал бедного Джастина в коробку и не отправил его домой? Брайан вздохнул. — Он в домике у бассейна. Я подумал, что это будет лучшее место для него. Чем дольше он остается вдали от Рона, тем лучше. Кроме того, там есть телевизор, компьютер и всякое дерьмо. Он может занять себя. Мария там с ним, наверстывает упущенное. — Я рада, что ты не злишься, Брай. — Кто не злится? Я, блядь, в ярости! Но что мне теперь делать? Ты действительно поставила меня в тупик, Линдс, и я, черт возьми, не шучу. — Мне очень жаль. Я думала, ты удивишься. — Удивишься — не то слово, — он покачал головой. — И кстати, где… — Рон? На Гавайях. Скорее всего, вернется только в понедельник. Если нам повезет. — Мне не терпится с ним познакомиться. Он нахмурился. — Познакомишься. Он скоро будет здесь. И в восторге от этой маленькой домашней драмы, я уверен, — он подошел к бару и налил себе большую порцию водки, — думал, что начну позже, но мне это чертовски нужно прямо сейчас. — Брайан, мы хорошо проведем время здесь. — Я начинаю думать, что все это было полной ошибкой. Чувствую это нутром. — Ты уверен, что у тебя нет язвы? — Если у меня ее нет, то это просто чудо. — Тогда алкоголь только усугубит ситуацию. — Я расскажу об этом своему гастроэнтерологу. Я расхохоталась. — Ты такой смешной! — Ты думаешь, я шучу? У меня есть гребаный доктор для каждой части моей анатомии, включая мозгоправа. И ни один из них не приносит мне ни хрена полезного. — Брайан, ты становишься ипохондриком! — Если это ВСЕ, во что я превращаюсь, то это гребаное облегчение! — Почему бы тебе не поплавать со мной? — Нет, я приберег этот вечер для серьезной попойки. — Ну, не пей СЛИШКОМ много… — Пожалуйста… Линдси. Не могла бы ты оставить это на некоторое время в будущем? Я вроде как должен работать над этим, если ты не возражаешь? — Как скажешь, Брай, — ответила я, улыбаясь при мысли о том, что бедному Брайану придется «напрягать» нервы. Это было так мило. Но я не уеду из этого города, не сделав хотя бы одну попытку снова забеременеть, даже если для этого мне придется сначала напоить его. Я уже высказала эту мысль Мелани, и она не сказала «нет». Кроме того, я чувствовала, как тикают мои биологические часы, и я не собиралась ждать, пока Гасу стукнет лет пять или шесть. К тому времени, кто знает, что может случиться с миром? Я плескалась в бассейне, а Брайан сидел в шезлонге со своим напитком. Мария вышла из бильярдной, Джастин последовал за ней. Он делал все возможное, чтобы не смотреть на Брайана. Чтобы не давать ему объяснений. Чтобы избежать его гнева. Но Брайан сидел, пил свою водку и не казался таким уж злым. Казалось, он смирился. Джастин помогал Марии разжечь причудливый газовый гриль. Она не знает ни слова по-английски, а Джастин не говорит по-испански, но они как-то общались. — Линдси, если ты хочешь, чтобы твой бифштекс был приготовлен каким-то другим способом, кроме как подгоревшим до хрустящей корочки, тебе придется стоять рядом, пока они будут его жарить. Я вылезла из бассейна и завернулась в одно из больших полотенец, которые нашла в ванной. — Я могла бы к этому привыкнуть. — Именно на это они и надеются. Что вы с Гасом переедете к нам, и мы будем жить долго и счастливо, пока они будут готовить свою несъедобную еду и убирать за нами. — Продолжай! — Я уже говорил тебе. Это чертов заговор. Мария накрыла большой деревянный стол, слишком шикарный, чтобы быть просто столом для пикника, и принесла всевозможные фрукты, салат и бутылку вина. И стульчик для кормления Гаса. — Это я специально купил. — Прекрасно. Брайан действительно старался изо всех сил, и я была тронута. Он наблюдал за Марией и Кармел, как ястреб, пока они готовили бифштексы. Как он сказал, их блюда были обуглены до неузнаваемости, но наши были приготовлены идеально: средней прожарки для меня, чуть менее прожаренные для Джастина и с кровью для Брайана. — Не могу поверить, что с твоим чувствительным желудком ты можешь есть это кровавое мясо. — Мне это нужно, чтобы восполнить свои телесные жидкости. — Брайан! Это отвратительно! — Это правда. Джастин издал икающий звук, как будто пытался не рассмеяться. Брайан сердито посмотрел на него, как раздраженный медведь. — Вот, чико, поешь еще, — Кармел положила еще еды на тарелку Джастина, — ты слишком худой, совсем как он, — она указала на Брайана, — все сумасшедшие англоязычные мужчины в этом городе слишком худые! — Она имеет в виду всех педиков. — Брайан! — Я просто перевожу. Господи. На десерт было ванильное мороженое. Гас, Джастин и я съели его, а Брайан выпил еще одну большую порцию водки. — Что у нас на повестке дня на этой неделе? — спросила я, растягиваясь на одном из шезлонгов и наблюдая, как темнеет. Определенно, я могла бы привыкнуть к такому обращению. — Делай, что хочешь. В понедельник у меня фотосессия — пожалуйста, приходите. Это может быть интересно. А Тесс Харди пригласила нас всех на ужин во вторник. — О! Настоящая кинозвезда! Я ТАК впечатлена. Может быть, мне и не понадобится эта карта кинозвезд. — Ну да… — он сидел в другом шезлонге, помешивая лед в стакане. Я слышала, как Джастин и женщины на кухне играют с Гасом и смеются. — Дай мне знать, если захочешь пройтись по магазинам. Я думал о Диснейленде, но Гас еще маленький. Когда я возил его в Kennywood, он, кажется, мало что понимал, думаю, в Диснейленде было бы похоже. — Главное — это мысль, Брай. Может быть, в следующем году. Он загадочно посмотрел на меня. — В следующем году? Ты хочешь сказать, что в следующем году будет еще один? Он продолжал водить пальцами по волосам, пока они не встали торчком то тут, то там. Я хотела пригладить их. Хотела сгладить все его острые углы, но знала, что это невозможно. Наконец вышел Джастин. — Я действительно устал. Пожалуй, пойду спать. Бедняга выглядел измученным. И, учитывая все путешествие и стресс, это было неудивительно. Он направился к бассейну, но остановился и обернулся, — спасибо, что не убил меня, Брайан. — Хм, — фыркнул он, не поднимая глаз. Джастин вошел в бильярдную и закрыл за собой дверь. Внутри зажегся свет. — Брайан, теперь, когда он здесь, пожалуйста, не делай его жизнь еще более несчастной! Он заерзал на стуле. — Я просто не люблю, когда меня загоняют в угол, Линдс! — Иногда ты просто не понимаешь, что для твоего же блага, а что нет! — я встала, наклонилась и поцеловала его в щеку. — Увидимся утром. — Только, блядь, не слишком рано. Сегодня воскресенье! — Сегодня День отца, если ты забыл. И мы с Гасом и Джастином возьмем тебя с собой. — О нет, ТЫ не вытащишь меня из дома. — Мы поспорим об этом завтра. Сейчас я забираю Гаса и иду спать. Я пошла на кухню, забрала сына и поднялась к себе. Положила Гаса в кроватку, он уже был сонный и сразу заснул. Дверь на балкон оставалась открытой, прекрасный ветерок, струился по дому, и приносил много деревенских ночных звуков. Трудно было поверить, что мы находимся в центре огромного города. Я стояла на балконе и смотрела на огни, уходящие далеко вверх по каньону. Свет в домике у бассейна погас — смена часовых поясов наконец-то догнала Джастина. В остальном доме тоже было тихо. Было чуть больше часа ночи по калифорнийскому времени, и я поняла, как поздно уже по Питтсбургскому. Брайан посидел еще немного, потом встал и потянулся. С такого расстояния он казался невероятно длинным и худым. Отнес свой стакан обратно в бар, и я услышала, как он возится с той маленькой собачкой, которая почти весь вечер провела свернувшись калачиком под его стулом или кружила у его ног. Брайан поднял его и отнес в дом, вероятно, чтобы закрыть на кухне. Через минуту он снова вышел. Медленно обошел вокруг бассейна, отодвигая стулья и глядя в землю, как будто что-то потерял. Потом остановился и оглянулся на дом. Он не мог видеть меня в тени балконного навеса. Казалось, он о чем-то задумался. Затем он подошел к гостевому домику, открыл дверь и вошел внутрь.