На стыке двух миров.

- Смотри куда идешь, - руки Лайтвуда удержали ее от падения, позволив устоять на ногах, - прекрасно, у меня появилась возможность спросить, что ты такое? Не успев оправиться от всех потрясений, которые происходили с первых секунд пробуждения, как волна недовольства накрыла Кастро. Только сейчас, девушка позволила себе поднять взгляд выше, чтобы разглядеть потрепанные черные волосы и столкнуться с омутом голубых глаз, отражающих в себе весь холод Антарктиды. - Кто, - хриплый шепот сорвался с покрасневших губ, - ни что такое, а кто или у тебя проблемы с тем, чтобы отличить живого человека от предмета интерьера? Встречный вопрос, в таком случае. Вскинув брови, Алек резко убрал руки с ее плеч. Они стояли посреди коридора, пока с первого этажа не начали доноситься звуки очередной симфонии, которую Джейс временами прогонял по кругу, погружаясь в раздумья. Смерив взглядом незнакомку, охотник выпрямился, скрестив руки. - Александр Лайтвуд, - краткий кивок, - что насчет тебя, парашютистка? - Кэтрин Кастро, - представилась девушка, обведя взглядом окружающий их коридор, - что это за место? Но ответ на вопрос так и не прозвучал, уверенной походкой Изабель настигла их, облегченно выдохнув. - Так вот ты где, - просияв, девушка остановилась рядом, - значит Кэтрин. Я Изабель, но ты можешь обращаться ко мне Иззи. Черноволосая Лайтвуд обратила на себя все внимание, пока старший брат изучал чужачку. Совсем недавно они столкнулись с Клариссой, которая не вызывала никаких теплых чувств со стороны охотника, а возникновение незнакомки, которая позволила руне возродиться на ее запястье и вовсе сокрушило его представление о привычном покое. - Может быть, тогда это очаровательное создание расскажет нам из какой она семьи и почему мы не смогли найти ее в реестре охотников? Охотники…За всю ее сознательную жизнь в картеле, ей предлагали разные варианты имен, однако это было чем-то новеньким. - Не думала, что выходцев из картеля могут называть охотниками, - ей хотелось спросить, что он имел в виду, но Иззи коснулась ее плеча. - Дай ей прийти в себя, прежде чем выпытать все досье, - оглянувшись назад, охотница чуть улыбнулась, - до утра ты вряд ли дождешься, поэтому через час в моей комнате, Алек.

***

Комната Изабель была на удивление просторной и гармонично сочетала в себе все то, что могло лишь сосуществовать по отдельности. Кэтрин привыкла к темным оттенкам и минимальному набору предметов, однако здесь было спрятано слишком много вещей, начиная от всех оттенков помады вплоть до острых ножей. Натянув на себя черную майку и лосины, она в последний раз посмотрела на запястья, где едва уловимый облик татуировки становился тусклее. Вопросы. Это то, что объединяло их с тем незнакомым юношей, они хотели ответов, но сами не подозревали, в чем заложена, правда. - У меня не было татуировки, - это первое, что Кэтрин озвучила, вернувшись в спальню, - что я должна знать прежде, чем подписать договор на вписку в дурдом? - То, что это руна, - Алек бесцеремонно зашел в комнату, прикрыв за собой дверь, - как и то, что должно быть ты не имеешь ни единого понятия о том, где ты сейчас и кто тебя окружает. Ей не хотелось признавать, что он прав, но желание быть на шаг ближе к пониманию, было слишком велико. Кастро присела в небольшое кресло кофейного оттенка, пока Иззи откинула журнал, а Александр не прошел к окну. Гул автомобилей временами стихал за окном, пока незнакомка старалась совладать с собой. - Что ты можешь рассказать о себе? Успех Кэтрин в мире головорезов заключался в том, чтобы давать как можно меньше о себе информации. Только это годами спасало ее голову от всеобщей казни. Но сейчас у нее было мало выбора, как и понимание того, как ей удалось оказаться в Нью-Йорке, если свой последний вечер она провела в России. - Я внучка главы картеля, - выдох, - который существовал во Франции на протяжении последние трех ста лет. Свой последний день, который я помню, я провела в России и у меня не укладывается одно, как я оказалась в Нью-Йорке? Александру все меньше нравилось то, что он слышал, пока Изабель задумчиво смотрела на нее. Совсем недавно, черноглазая наблюдала за побледневшей девушкой, смирно лежащей на кровати, пока жизнь продолжала течь своим чередом. Другие охотники врывались в ночь и сокрушали нарушителей, обычные смертные засыпали, когда волшебный мир закипал и пестрил всеми цветами радуги в доме волшебника. То были удивительные вечеринки, казавшиеся Лайтвуд чем-то поистине экзотическим, совсем иным, нежели в мире смертных. - Мы видели, как ты летишь вниз, прямиком в ледяную воду и мне бы понравился вариант с тем, что тебя сбросили с самолета, - Александр приблизился к ней, - поэтому я задам один вопрос: ты никак не связана с миром сумеречных охотников? Кэтрин усмехнулась, пока вдруг руки юноши не уперлись в подлокотники кресла, а его лицо не оказалось достаточно близко. Выдох. Ощутив, как недовольство отразилось в каждом его действии, девушка осознала, что так и не научилась избегать опасность и лишь продолжила смотреть в лицо человека, который в любой момент мог, как ей казалось, оборвать ее второй шанс выжить. - Как понимаю, то мне лучше опустить шутки про секту и поинтересоваться, что значит быть сумеречным охотником? Алек несколько секунд смотрел на нее, словно видел впервые, а затем выпрямился. Некое оцепенение застало его врасплох. Слишком легко прозвучал вопрос, обыденно, будто бы они говорили на научные темы, а не касались вековой истории другой части мира. - Предлагаю избавиться от нее, - качнув недовольно головой. - Что же, должно быть удобно, избавляться от любых трудностей, чтобы было меньше препятствий, - Кастро поднялась на ноги, - но спешу огорчить, это неизбежно, иначе так и будешь ниже других на голову. Александр замер, пока Кастро преодолевало то небольшое препятствие между ними. Этой ночью они создавали пропасть между собой, а затем пытались скоротать расстояние. - Поэтому один вопрос: кто такие сумеречные охотники? Склонившись к ней, Александр тихо прошептал. - Если ты не знаешь, значит, у нас не будет проблем, чтобы разойтись каждый своими путями и не вспоминать этот ничем неприметный вечер, - после этих слов он отошел, зная, что вызвал тонну злости, - Изабель завтра проводит тебя. Кастро не успела ничего ответить, как юноша растворился за дверьми, хлопнув теми. Лайтвуд осторожно подкралась к ней, коснувшись плеча. Ее тонкие пальцы показались холодными, а спокойные нотки голоса попыткой успокоения. - Он идиот, - слабая улыбка, - но именно этот идиот и вытащил тебя. Не переживай, мы так просто не дадим тебе уйти. Блондинка замерла, прокручивая ту единственную фразу, о том, что в роли спасителя оказался несносный Александр, разбрасывающийся резкими словами на право и на лево. Девушка всегда ценила тех, кто когда-то делал что-то для нее и меньше всего, ей хотелось быть должницей человека, возведшего между ними стену непонимания. - Хорошо, расскажешь, о чем он только что говорил? – ей захотелось перевести тему как можно быстрее, чтобы хоть немного рассеять непонимание. Кэтрин устроилась на диванчике, положив под голову мягкую бархатную подушку. Она слышала, как конвой сирен завывал за окном, как слабо удаляющиеся аккорды пианино затуманивают сознание, но продолжала цепляться за реальность, чтобы ухватить хоть каплю событий, в которые ступила несколько часов назад. - Должно быть, ты повидала многое, раз сохраняешь спокойствие, - Изабель присела на край дивана, вытянув ноги вперед, - мой брат заикнулся про сумеречных охотников, о которых ты не узнаешь по телевизору или сочтешь вымыслом. По-другому нас называют нефилимы, - слабая улыбка коснулась ее уст, а руки потянулись к шее, где красовалась одна из рун, - казалось бы, обычные смертные, но наделенные ангельской кровью. - Кажется, демонические волки и клыкастые вампиры стоит отнести к ряду существующих, - Кастро захотелось засмеяться, но она слушала, пытаясь понять, как ей располагать новой информацией. - Это представители нижнего мира, а обычные люди – примитивные. Мы призваны в этот мир, чтобы сохранить баланс… Это последнее, что чужачке удалось услышать, прежде чем ее глаза сомкнулись, и сон захватил в плен. Укрыв девушку пледом, Лайтвуд поднялась на ноги, чтобы встретить с Ходжем.