Silent Cry

У Сынмина паника и ладони потеют. Когда он ехал в автобусе, всё больше кутался в шарф, стараясь согреть свои замёрзшие руки, хотя таким образом больше отвлекался от того, что его ждёт, он даже и представить себе не мог, кем окажется незнакомый, но такой невероятный парень. Нужный человек увидел номер говорившего и проводил Кима в зал, прося подождать начала представления, а когда Мин спросил где тот человек, что ему нужен, просто удалился, лишь на губах сверкнула загадочная улыбка. Сынмин в замешательстве. Он ищет глазами человека, которого никогда не видел, но никто не оборачивается в его сторону, не махает рукой, не зовёт к себе. А потом… Гаснет свет. Зал затаил дыхание в ожидание артиста, а Сынмин даже не смотрит на сцену, не знает того, кто будет сегодня выступать, не имеет понятия, что ему стоит сделать. Если он закричит, спрашивая имя звонившего ему, его может ожидать любая кара от фанатов данного исполнителя, поэтому ему остаётся только одно: ждать. Музыка начинает набирать обороты и со всех сторон овации привлекают внимание скучающего Мина, который начинает думать о том, что это всё было лишь розыгрышем и над ним просто посмеялись. Он поднимается со своего места и… Застывает, смотря в карие глаза напротив. Вишнёвые волосы, хитрый взгляд, та самая родинка под правым глазом и эти пухлые, отчего-то искусанные губы (что заметно даже сквозь слоя помады или Сынмину просто кажется). Хван Хёнджин! Осознанием бьёт под дых, особенно, когда тот подмигивает ему и кивает куда-то в сторону. Уже знакомый мужчина приветственно кивает, а Киму становится плохо. В голове картинка начинает прорисовываться. За два дня до этого. — Хэй, Джисон, ты не хочешь рассказать ему? — Чанбин сидит, положив голову на сложенные руки и наблюдает за весело улыбающимся младшим. — Конечно, иначе вся интрига пропадёт! Ты представь, такой шанс для нашего дорогого Мини! Да ещё и с таким красавчиком! — Со хмурится, а Джисон чмокает его в губы, как бы успокаивая, — Ты у меня лучше всех, поверь и никакие звёзды не заменят твоего сияния. — С каких пор ты стал таким романтиком? — улыбается Бини, притягивая блондина ближе к себе, — Или это моё влияние, м? — от того, как мурлычаще прозвучал голос брюнета, коленки Хана подгибаются и он падает в объятия старшего, касаясь его губ своими в более сладком и жадном поцелуе. Сынмин стоит за дверью, пытаясь осознать только что произошедшее. О ком говорили его друзья и почему ничего не рассказали? А самое главное, какого чёрта они скрывали от него то, что уже пара?! Нужно разобраться! Разбирается он только в одном: Ханбины уже как месяц и двенадцать дней стали парой. Настоящее время. В глазах разбиваются звёзды, рушатся планеты, уходят в небытие Вселенные. Выступление Хвана заканчивается, но не спешит спускаться, лишь смотрит, замечает ошарашенный взгляд и вдруг как — то весь поджимается. Все уходят, автографы розданы, они остаются один на один, но не делают ни шагу навстречу. Губы напротив манят, но разум идёт впереди сердца и Сынмин выдаёт: — Ну здравствуй, Хван Хёнджин…