Да поебись уже хоть с кем-нибудь!

      В такси Мо Жань вспоминал всё, что произошло вчера ночью, и пытался сообразить, что же теперь делать. Он не особо переживал за себя, и был готов взять на себя всю ответственность и понести наказание. Его больше волновало состояние учителя. Он помнил, насколько жестоко обошёлся с ним. Боже, да это же было натуральное изнасилование! Учитель был определенно против, и не один раз пытался противостоять своему пьяному студенту, но… Но Мо Жань был сильнее. Его опять начало подташнивать от ненависти к себе, но усилием воли он заставил себя успокоиться. Сейчас важнее было не впадать в самобичевание, а вспомнить как можно больше. Вряд ли это могло бы помочь учителю, но Мо Жаню нужно было знать, к чему морально готовиться. Хотя чем больше он вспоминал, тем сильнее хотелось придушить себя.       Он помнил, что даже не пытался сдерживаться, делал всё грубо, резко. Ваньнин сначала пытался сопротивляться, но потом внезапно прекратил. И сейчас студент даже боялся представить себе, как в этот момент чувствовал себя учитель. Наверняка просто ужасно! Он постоянно пытался спрятаться, отвернуться, зарыться лицом в одеяло. Должно быть он чувствовал себя премерзко. Профессор даже перестал пытаться достучаться до его совести, просто молча лежал, давясь собственным сбитым дыханием. Иногда с его губ срывались болезненные стоны, но он быстро затыкал себя, закусывая губы. Но через какое-то время даже эти редкие звуки пропали, а тело профессора расслабилось. Мо Жань тогда не думал о причинах таких перемен, и просто продолжал услаждать себя бессознательным телом учителя. И только когда он полностью удовлетворил свои животные порывы, то смог заметить, что с профессором что-то не так. Он всё ещё не приходил в сознание, и когда его тело оставили в покое, тут же сжался в маленький комочек, обхватив себя руками, и мелко задрожал. Мо Жань часто сравнивал учителя с котом, но сейчас он как никогда был похож на маленького, несчастного, побитого жизнью котёнка. И студент совершенно не знал, что делать с этим хрупким зверьком. Казалось одно неловкое движение - и он сломает эту слабую жизнь. Он хотел как-то позаботиться об учителе, хотя бы накрыть его, но всё постельное белье было перемазано в их сперме. Не найдя ничего лучше он поднял с пола свою толстовку и укрыл профессора. И она полностью скрыла за собой сжавшуюся фигурку Ваньнина, оставив открытым только лицо. Так учитель выглядел ещё более маленьким и хрупким. Это напугало Мо Жаня. Он стоял и боялся даже дотронуться, хотя совсем недавно ни о чём не беспокоясь лапал, прижимал, вбивал, кусал. “Не достоин” - опять пронеслось в голове студента. Да, он был не достоин. Он, со своими грубыми повадками дикого зверя, мог только сломать этого хрустального котика. “Да ты его уже сломал, придурок!” - он испугался этой своей мысли и единственное, что он смог тогда - убежать.       После своего позорного бегства он направился прямиком в круглосуточный магазин. Он не хотел больше ни о чём думать, хотелось только приятной пустоты в голове. Он не помнил что пил, да и это было не важно. Зато помнил, что больше никуда не заходил, а просто накидался дома, значит хотя бы не мог наломать ещё больше дров. Но что было с Ваньнином? Когда он уходил тот был без сознания. Воображение сразу нарисовало самые ужасные картины. Он плохо разбирался в медицине, но уже представлял, как работники отеля поутру нашли полуживого учителя. Его наверняка уже ищут, в отеле знали его имя и лицо, но он и не собирался прятаться, он готов был добровольно сдаться полиции, лишь бы только с учителем всё было в порядке. Мо Жань даже не надеялся на прощение, он хотел только, чтобы Ваньнин был жив. Он продаст свою машину и отдаст все свои сбережения, лишь бы учитель поправился.       С такими мыслями он доехал до больницы, на автопилоте узнал на ресепшене куда ему идти и неуверенным шагом поплёлся на четвёртый этаж. Он боялся туда идти, боялся узнать, что всё слишком плохо, но ноги сами несли его. На нужном этаже он сразу заметил Сюэ Мэна, который нервно расхаживал взад-вперёд по коридору. Тёти и дяди нигде не было видно. Заметив брата, Сюэ Мэн быстрым шагом подошёл к нему и скрестив руки на груди процедил:       - Нахрена припёрся, псина?!       Но Мо Жань смог лишь спросить единственное, что его сейчас волновало:       - Как учитель?       - Плохо! - коротко ответил Сюэ Мэн.       Мо Жань тут же поник ещё больше и, опустив глаза в пол, тихо прошептал:       - Это я во всём виноват…       - Конечно ты, идиот! Кто же ещё?! - Сюэ Мэна конечно же поразил такой потерянный вид брата, и это немного поубавило его гнев. Но только самую малость. Поэтому он отвернулся, намереваясь на этом закончить разговор. Но уже через минуту не выдержал и снова повернулся лицом:       - Ну вот скажи, какого хрена ты полез драться с тем пидором?       - А? - Мо Жань совсем не ожидал такого вопроса. Да он даже не понял, о чём Сюэ Мэн говорит.       - Ну тот пацан, как его… Жун Дун?       - Жун Цзю - машинально ответил Мо Жань, всё ещё не понимая, что от него хочет брат.       - Да похрен! Нахрена ты драку устроил? Он тебе в выпивку плюнул, что ли? Да и с каких пор ты бухаешь на работе?       - У меня были причины, но как это относится к учителю?       - Как? Он ещё спрашивает! Да если бы не учитель, ты бы так и сидел в обезьяннике! Это ведь он тебя оттуда вытащил. Тебе ведь наверняка бы срок впаяли за наркотики! А сегодня учитель должен был приехать в участок давать повторные показания, но те ублюдки на него напали!       - Что? - Мо Жань уже совсем ничего не понимал. Учитель вытянул его из участка? А сегодня на него напали? Но кто? И зачем? Видимо все эти вопросы отразились на его лице, потому что Сюэ Мэн, фыркнув, начал объяснять подробнее:       - Ты что, совсем ничего не соображаешь? Совсем мозги пропил? Учитель дал показания - тебя выпустили. А сегодня его подловили на подходе в участок и пытались заставить отказаться от своих слов, чтобы тебя посадили, а того Жуна выпустили.       - Кто? - только и смог выдавить Мо Жань. Он готов был порвать в клочья этих наглецов, что посмели навредить его учителю, уже совсем забыв, что сам принёс тому больше всего страданий.       - Да мне откуда знать? Повезло хоть, что офицер Наньгун забеспокоился, что учителя долго нет, и вышел его искать. И сразу на месте повязал тех ублюдков, и вызвал скорую. Хрен знает что было бы, если бы он не пришёл вовремя. Но если бы ты, псина тупая, не ввязывался в драки почем зря, ничего бы этого не случилось! - с этими словами Сюэ Мэн отвернулся и пошёл в другой конец коридора. Он всё ещё злился на брата, хоть тот и выглядел явно раскаявшимся, но разговаривать с ним он больше не хотел.       А Мо Жань остался один на один со своими мыслями. Оказывается, учитель его спас от тюрьмы. А он его так отблагодарил. И более того, после всего, что он сделал с профессором, тот поехал давать повторные показания, чтобы у него, неблагодарной псины, не было проблем! “Какой же я мудак!” Он вспомнил, как вчера Ся Сыни написал, что у него были важные дела. Так вот что он тогда имел в виду! А Мо Жань сразу понапридумывал себе всяких ёбырей. К тому же профессор, судя по всему, не написал на него заяву, иначе Сюэ Мэн не разговаривал бы с ним так любезно. Наверняка тогда бы его встретили не колкими словами, а как минимум кулаком в челюсть. Конечно, такой гордый человек как учитель никогда бы не признался, что его изнасиловал собственный ученик.       Мо Жаню стало ещё противнее от самого себя. Хотелось хорошенько вдарить по собственной глупой морде, но это никак не помогло бы Чу Ваньнину. Он мог бы пойти и сдаться полиции сам, но тогда бы он не смог узнать в каком состоянии учитель, и тем более как-нибудь помочь. Но и сейчас он ничего не мог сделать: раз даже Сюэ Мэна не пустили к учителю, то его и подавно не пустят. Он мог только ждать, прожигая себя чувством вины и закапываясь в собственных мыслях. “Я такой дурак! Учитель такой хороший, а я с ним так обошелся. Я действительно недостоин его!”