Престольные зарисовки

Узнав о смерти своей возлюбленной королевы, Даарио молча покинул Зал Переговоров и направился прочь из Великой Пирамиды. В голове было совершенно пусто. Он и сам не знал, что чувствовал в этот момент. Боль? Опустошение? Злость на ту, что бросила Залив ради какого-то там трона, пусть даже на нём сидела задница ее отца? Обиду за то, что она не позволила ему направится с ней? Даарио крепко сжимал в руке рукоять любимого клинка, сожалея лишь об одном - что его холодная сталь не обогрилась кровью предателя. Джон Сноу, прошептал про себя ненавистное имя. Да, Даарио знал о том, что королева нашла какого-то болвана-северянина, возомнившего себя чуть ли не Защитником человечества. До капитана наемников долетали обрывки слухов и сплетен. В порту матросы рассказывали о том, что некий бастард с каплей благородной крови, якобы снизошел до королевской милости. Этот грязный сброд глумился над Дейнерис, считая её выбор не иначе как происком чёрной магии, ведь не могла же в самом деле Драконья Королева отдать своё сердце неотесанному кретину? Даарио морщился, слушая все эти россказни, напивался до беспамятства, шатался по улицам города, желая унять тоску, поселившуюся в его сердце. Если уж матросня так выражается о парне, который хоть каплю благородной крови да имел в крови, то что бы они сказали о нём? Тоже глумились бы или побоялись даже рты раскрыть, опасаясь что он раскроит им черепа? Безмозглые ублюдки. Ступеньки все не заканчивались. Мысли Даарио кружили вокруг прошлого, вокруг тех дней, когда на каждом ярусе Великой Пирамиды стояли бравые ребята в чёрном. Город без Безупречных словно утратил своё лицо. Жители Миэрина знали, что евнухи всегда защитят их, придут на помощь, не бросят в беде. Сейчас все изменилось. Город с уходом Дейнерис и Безупречных изменился. Он словно бы утратил прежний сияющий облик, как будто солнце и луна покинули эти места на вечно и над городом навис мрак, удушающий мрак безысходности. Теперь Даарио ощущал лишь полнейшую пустоту внутри себя, пустоту, граничащую с отчаянием. Он любил Дейнерис. Ему было плевать на ее корону, на ее знатное происхождение, на стул, который она так желала оседлать. Он любил ее, любил всем сердцем, если от него еще что-то осталось. Подлец, негодяй, мерзавец, предатель. У него имелась целая повозка из пороков и недостатков, но даже такой отъявленный бандит не был лишен возможности любить. Теперь же ему остался лишь ее образ, приходивший к нему во снах и терзавший душу. Больше не увидит он ни ее теплой улыбки, не отбросит с прекрасного лица серебристые пряди, не почувствует мягкость губ. Все, что ему осталось - только воспоминания, которые вскоре покроются паутиной времени и канут в пучине других воспоминаний. Нет, нельзя было этого допустить, решил Даарио, преодолевая еще один ярус. Даарио брел по гулким мраморным ступеням, все сильнее чувствуя, как разрастается в нем жажда мести. Намерения встретить мерзавца, который лишил этот мир сияющего лика его королевы обрели осознанную цель. Теперь Даарио знал, что должен сделать. Он должен убить Джона Сноу.