Мне "заказали" Вас, Святой Отец ... "Заказали" вы@@ать.

Видит Бог, как же он устал… Нет, нет, Вы не подумайте, Отец Даниил очень любит свою «работу». Помогать людям, доносить Слово Божие его истинное призвание. Диниил Морозов, чудо как хорош. Высокий, стройный, статный. Точеный профиль, высокие скулы, красиво очертанные губы, изумительные зеленые глаза, цвета изумруда в обрамлении густющих ресниц. Пепельные вьющиеся волосы всегда убраны в аккуратный хвост «а-ля Горец». Сутана по фигуре, выгодно подчеркивает достоинства тренированного тела. Вот из-за внешности то, у Отца Даниила и возникли проблемы. Его прихожане исправно посещают воскресные мессы, с упоением слушают его проповеди и… пожирают его глазами! Его! Представителя Церкви! А исповеди ! Чего он только не наслушался за последнее время! Прости Господи. Одни близнецы Даша и Саша Соболевы, чего только стоят. Хороши как ангелы, от их прожигающих взглядов и недвусмысленных улыбок, Святой Отец постоянно алеет ушами и сбивается с мысли. Смотрят то ли в душу, то ли в трусы, обещая то ли рай, то ли ад. А Фабио Джованни, главарь какой то группировки с итальянскими корнями, мафиозо, одним словом. Вечно эти его двусмысленные фразы, намеки, нечаянные невинные касания. Этот точно дьявол-искуситель. Смуглый, жилистый, с чернющими, горящими огнем, глазами… Ну чистый демон. Если от флирта и гляделок близнецов, Даниил полыхал лицом, то от смелости и настойчивости Фабио он просто охриневал. Простите мне мой французский. Не смотря на сан, Отец Даниил гомофобом не был. Ну и что, что содомия-это смертный грех. Когда живешь в деревне, в глубинке, много всего не обычного увидишь. И как петух на петуха залезет, и как бычек на бычка вскочет. И все, до безобразия, довольные. Если уж у животных все так запутанно, то что про людей то говорить. Бог создал людей разными, и любит их такими какие они есть. Предвзято он к геям не относился, но и э-ге-гейские браки освящать не собирался. Нравится мужикам в попки «любиться», это их личное дело. Его дело нести людям любовь и благоденствие. Но тут то дело коснулось его самого! И очень, так, настойчиво коснулось. *Как упоительны в России вечера … Детство и юность Отца Даниила. Данилке нравились девочки. Вот прям все — светленькие, темненькие, рыженькие. Девочкам Данилка то же нравился. А, что, мальчишка крепенький и симпатичный, вот Вам и " поповский сын ". Девочки в компании пацана кокетливо поправляли прически и открыто флиртовали, а парень млел и растекался лужицей, от всего этого внимания к его персоне. Учился он всегда хорошо, так что дружить с ним было не зазорно. Отец Даньки состоял священником, при крохотной деревенской церквушке. Мужчиной он был хозяйственным. Так, что дома у него было все основательно. К этому же и Даньку приучал. Как то в первом классе засек фингал на скуле у сына, и с тех пор зарядка каждый день, и САМБО, то же каждый день. Благо батя служил в ВДВ. Пару расквашенных носов и " поповский сын " больше не произносилось никогда. Когда Даниилу исполнилось лет 15, отец слег с не известной хворью. Местные фельдшера только разводили руками, и посылки в город на обследование. Но рекомендовали хорошо кушать. Было решено, что Данька каждый день после школы будет бегать на ферму за молоком. На ферме в это время работала дояркой тетя Катя. Тете Кате было 19 лет, она выскочила замуж в 17, а сейчас ее муж служил в армии, но скоро должен был уже приехать. Она была смешливой симпатичной девушкой с привлекательными округлостями и длинной косой темно — русого цвета. Данилка забирал молоко в бидоне, оставлял деньги и новый бидон на завтра. Исподтишка любовался на тетю Катю. — Ты подожди не много, не успела еще процедить, — сегодня сказала она и принялась за работу. Грудь в такт движениям колыхалась в открытом вырезе и Данька с ужасом осознал, что у него элементарно встал! Да еще как встал, каменно! Стояк топорщил ширинку, что делать, что бы не спалиться он не знал. — Вот, готово, забирай. Паренек бочком пробрался к столу, трясущимися руками положил деньги. И уже готов был дать стрекача, как был развернут к виновнице конфуза лицом. Девушка окинула его взглядом. Так он еще не краснел никогда. — Иди сюда, помогу. Как с колом то в штанах пойдешь? — его усадили на табурет, вжикнули молнией на джинсах и достали его хозяйство, которое радостно выпрыгнуло из трусов. — Ого, вроде маленький еще, а здесь уже все как надо, — хмыкнула Катя. — Мылся тут? — Утром в бане, — проблеял смущенно паренек. Тетя Катя черпанула ковшом молока, плеснула на тряпицу и обтерла его там. Потом устроилась удобней на коленях, но как то широко расставила их. Приказала Даньке гладить ей грудь в районе сосков и заглотила его член до самых гланд. Тетя Катя сосала Данькин член, вкусно причмокивая и иногда щекотала головку языком. Направляла его одной рукой, а второй что то постоянно теребила у себя в трусиках. Паренек оглаживал грудь девушки и уносился в небеса. Вдруг тетя Катя застонала, посылая вибрацию, от чего Даньку прострелило до копчика и он судорожно сжал соски девушки. От этого движения ее начало мелко трясти и она сбилась с ритма, а парень со стоном излился в горло. Мир расцвел фейерверками. — А ты вкусный, — промолвила доярка, отходя после оргазма. Той же тряпицей обтерла сначала себе рот, а затем и член парня. От нее вкусно пахло молоком и пиченьками. - И что теперь ? - смущенно спросил Даниил. - А что б ты хотел? - на полном серьезе спросила девушка. - А можно еще так же ? - прошептал парень. - Постоянно так же не интересно. - Ну давайте по другому, я по всякому хочу попробовать. - Ну, а что ж, не попробовать, - философски молвила тетя Катя, - Тебе наука, мне радость. Но тогда ухаживать за собой будешь, там. Подстриги коротко, чтоб не мешалось ничего. И чистенький приходи завтра, чуть пораньше. На том и порешили. Так и началась наука для Даниила. Тетя Катя оказалась той еще затейницей. Она научила сначала целоваться - накрыла Данькины губы своими и пробралась в рот своим языком. Парень добросовестно повторял все движения. Затем, как ласкать заветный бугорок в лоне любой девушки. Пальцами и язычком. Как правильно посасывать грудь. Научила, что девушку нужно сначала зацеловать, заласкать, шептать ей на ушко всякие милые глупости, прежде чем в нее входить своим орудием. Познакомила со всеми позициями в которых можно предаваться страсти. Объяснила, что спускать в лоно нельзя, иначе детки могут быть. Уже через две недели обучения, Данька уверенно вдалбливался в лоно тети Кати, доводя ее до самых мощных оргазмов, членом, пальчиком, иногда язычком. Тете Кате особенно нравилось некоторые вещи. Ей нравилось, если она сосала, что бы ее держали за косу и почти грубо натягивали ртом на член, утыкая в лобковые волоски. Если трахаться, то рачком, с большим пальцем в попке, который двигался, в такт толчкам, косу нужно было намотать на кулак так, что б прогибалась в спине до хруста. Данька однажды краснея и смущаясь, спросил, если так нравиться пальчик в попке, почему членом не войти, это ж лучше? Девушка подробно объяснила, что для такого нужна специальная подготовка - промыть, растянуть и что нужно действовать все равно аккуратно, что бы не причинить излишней боли. А на следующий день парень все это получил. Девушка заставила довести себя до оргазма язычком. Потом встала рачком и попросила поиграть с ее звездочкой, опять же язычком. Она стонала и насаживалась глубже на язык, так это было кайфово. Потом последовал инструктаж по смазке - растяжке. Парень не подкачал. Входил он очень аккуратно. А когда девушка привыкла к размерам, попросила двигаться интенсивнее. - Глубже, ну же, до самых до яиц ... - хрипела тетя Катя. Данилка послушно таранил ее попку размашисто вколачиваясь. Было так офигительно узко! А когда он задел какую то волшебную точку, еще раз, и еще, девушка протяжно застонала, ее стала бить мелкая дрожь от оргазма, внутри все стало сокращаться, Данилка не выдержал и спустил. Туда можно, деток не будет. Колечко продолжало сокращаться, выдаивая из парня остатки семени. Так они и продолжали обучение, до самого октября. У тети Кати был потрясающе умелый ротик, упругое лоно и узкая попка. Но что очень огорчало парня, отцу становилось хуже. И вот в какой то день, Данилка придя за молоком, не нашел там свою любимую доярку. На смене была другая женщина. На заданный вопрос ему ответили: - Так съехали они, милок. Муженек ейный с армии вернулся, так в райцентр и подались. А тебе за какой надобностью она ... Но Данилка уже не слушал, он бежал не разбирая дороги, расплескивая молоко. Горло душила обида - могла бы и предупредить, попрощаться. Слезы застилали глаза. Все таки первая влюбленность ... А через неделю умер отец. Это был двойной удар. Двойное комбо. Похороны, поминки, как в черно-белом кино. Все потеряло краски. Мама и Данилка очень тосковали. Но жизнь не стоит на месте. Данилка стал подрабатывать чем мог, то крышу починит, то забор поправит, то сарай подлатает. Над первыми денежками мама плакала, утирая слезы уголком платочка. Потом привыкла, и стала только грустно улыбаться. Но что вот Данька реально плохо переносил, так это отсутствие секса. Тело привыкло получать разрядку, причем качественную. Он, как учила ухаживать когда то тетя Катя - тут букетик, там свидание, тут конфетки, там поцелуйчик. И до секса дело ненавязчиво так доходило. Он то парень опытный, знает как сделать хорошо девушке. А вот девушки все сплошь преснятина на преснятине. Секс только в миссионерской позе. Взять в рот? Секс рачком с пальцем а попке? Про анальный секс он и не заикался никогда. На все один ответ - Фи, как такое можно вообще ... Тетя Катя поставила планку на высоту к которой даже не подобраться. За любовными похождениями Даниил не заметил, как мама враз похорошела, стала задерживаться у соседки. Как то увидал он эту соседку, тракторист под метр девяносто, симпатичный, не старый еще мужик. Когда маму припер к стенке, она запричитала, что у них любовь - морковь, и все серьезно, аж съехать к нему хочет. Ну не будешь же насильно удерживать, тем более любофф. Вот и остался Данилка один. Мама съехалась со своим трактористом, от девок он отмахивался, надоели, школу он заканчивает через месяц. Что делать, куда податься, куда поступать ... Такие думки одолевали молодого парня, когда в один прекрасный день, на пороге не нарисовалась его бабуля, удачно вышедшая замуж за какого то фрица. Она без аппеляционным тоном заявила, что забирает свою кровиночку к себе в Германию. Кровиночка стоял и хлопал глазами, думая о том, что все же хорошо, что он учил немецкий, который преподавали в школе, хотя нравился ему английский.