Усовершенствованный паразит

       Братья благополучно вышли из здания, Рафаэль нес Лео на руках, а Ди за плечи вел Микки, который все еще хлюпал носиком, потому что ему тоже было плохо от увиденного. Задира прижимал измотанного брата к себе, тот лишь продолжал тяжеловато вздыхать и сжиматься от боли в животе – он безумно голоден.        Они постарались быстро добраться до дома, Ди дал Майки успокоительного, а потом занялся Лео, которого Раф уложил на его стол.       — Какие мысли об этом?       — Нужно проверить, не осталось ли чего-то в нем, а потом нужно его накормить и увлажнить желудок.        Ди применил рентген, осматривая тело брата на компьютере.       — Повезло. Он сам от всего избавился. Осталось самое простое, — Раф закинул брата на спину и отнес в комнату, уложив в кровать и укрыв его.        Зрелище сегодняшнее было очень противным и отвратным, но каково было старшему все это ощущать на себе? Вряд ли он опишет все это приятными словами.        Микки приготовил ему кашу, потому что пицца хоть и еда Богов, но сейчас она будет не кстати, потом еще и суп сварганил. Все было нормальным и съедобным.        Задира положил холодную тряпку брату на лоб, ведь у него поднялась температура. Он поглядел на него и опустил брови, вглядываясь в его несчастное лицо. Теперь боялся отойти, но пришлось, дабы не давить своим присутствием.        Хотелось с братьями поговорить об этом, но в то же время не хотелось это особо обсуждать, дабы никому не напоминать, особенно Майки.       — Как он будет себя вести, когда проснется? — задира присел рядом с Донни и Микки перед телевизором.       — Думаю, он будет очень потерянным и напуганным, — он мял свои пальцы оттого, что им говорил ученый. — Еще зависит оттого, что он помнит. Если он помнит все, то это проблемно для его состояния, — Рафаэль насупился, заламывая пальцы незаметно. — Главное сейчас – дать ему понять, что все закончилось.

***

       Леонардо проспал несколько дней, половину из них с температурой. Холерик очень часто его проверял, надеясь увидеть, что тот проснулся, но нет, ничего не случалось.        В один из таких дней он снова вошел к нему, чтобы поправить одеяло. Вдруг старший промычал, насупившись, и начал просыпаться. Еды в нем не было, энергию брать неоткуда, поэтому он спал, а ребята его поили, чтобы в нем совсем пусто не было. Раф дернулся, услышав это, и сразу присмотрелся к нему.        Лео резко проснулся и вскочил, а задира ринулся к нему и уложил за плечи обратно на кровать.       — Лео, лежи. Тебе нельзя так резко вставать, — и правда, у лидера поднялось давление и от этого его начало тошнить. Он был очень потерянным и напуганным, как какое-то маленькое, беззащитное животное, он еще схватился за руки брата, посмотрев на него. Старший, кажется, потерял голос, потому что приоткрывал рот, но ничего не говорил. — Все нормально, ты дома, — тот весь задрожал и начал тихо плакать, сжимая его руки еще сильней. Раф опустил брови, наклонился и обнял его, как смог, чтобы тому стало спокойнее. Леонардо обнял его, крепко прижавшись, и хлюпая носом у его плеча, пуская свои слезы на него.       — Р-Раф... — вдруг тихо проныл Леонардо, боясь отпустить. Он пережил настоящий кошмар. Это ему снилось на протяжении всех дней отключки. Лидер цеплялся, как мог за брата, пытаясь осознать, что все действительно нормально. — Э-это... Просто кошмар... Я так испугался... Я... Простите, мне очень жаль... — Рафаэль отстранился, вытерев ему слезы.       — Ну что ты несешь? Нашел момент для извинений. Ты ни в чем не виноват. Это мы должны извиняться, что медлили. Я могу позвать остальных?       — Стой, — он схватил его за плечи. — А все, что я помню, является правдой?       — Я не знаю, что ты помнишь, но, скорее всего, да..?       — А поцелуй... Был? — Рафаэль покраснел и отвёл взгляд.       — Давай... Давай потом поговорим об этом моменте подробнее, ладно? Не сейчас, тебе нужно поесть и в целом... — он снова посмотрел на старшего. Тот выглядел очень измотанно, несчастно и одиноко. Он совсем не отошел от произошедшего и вряд ли отойдет через неделю или две.        Вдруг заходит Микки.       — Раф, я там... Ой, — малыш затупил, а потом у него в глазкам слезки набежали, он просто запрыгнул на кровать, расставив колени по сторонам от ног Леонардо под одеялом и крепко обнял, прижавшись. — Лео, ты так меня напугал... — он шмыгнул, прижавшись сильнее. Лидер аккуратно обнял его в ответ, хлопая по панцирю.       — Я тоже соскучился, Микки... — холерик приулыбнулся и глянул вниз.       У Донни Лео прошел более подробный анализ мозга.       — У нас две новости: плохая и хорошая.       — Давай с хорошей.       — Мозг в порядке, червь с ним ничего не сделал особо, только вцепился как бы и управлял восприятием. То есть, не будет такого, что Лео переклинит и он резко захочет нас всех неконтролируемо прирезать.              — Выражения выбирай, — прошипел Рафаэль, волнуясь за состояние брата.       — Раф, все нормально, — монотонно успокоил его старший.       — А вот плохая... Из-за постоянного воздействия, физического и морального, у тебя теперь некоторое выгорание. Твой эмоциональный поток резко уменьшился: ты стал вялым и очень уставшим, а еще, скорее всего, последствием станет апатия. В общем... В плане физическом все замечательно, но в моральном... На твое восстановление уйдет больше трех месяцев активного лечения. Лео, как ты себя чувствуешь? — старший опустил голову, смотря на свои ладони.       — Я чувствую себя так, будто меня раздавили несколько раз, после намеренно восстановили и придавили снова. Мне снились кошмары и будут сниться постоянно, а еще... Я боюсь, что наврежу вам ненароком. Я боюсь, что снова случится что-то подобное и я... Я просто забуду себя, забуду вас, забуду отца...        Всем было его ужасно жалко и хотелось безумно помочь. Майки побежал за кашей, чтобы его накормить скорее, а Раф подошел к брату и помог ему слезть со стола, уложив на себя.       — Лео, не бойся. Мы же все тут.       — Да, теперь ты точно восстановишься. Не самым быстрым способом, но все получится. Сообщай о своих снах, записывай свое состояние. Это ускорит процесс. Главное – успокойся и привыкай к дому.       — Я принес тебе кашки, посмотри, — Микки подошел и показал. Это была вкусная каша на молоке. Это не сладкое, конечно, не пицца, но для состояния Леонардо и для его желудка, который все отторгает, будет отличным вариантом. — Если на молоке не подойдет, я сделаю на воде, тогда точно будет хорошо усваиваться, — он улыбнулся тепло, передав тарелочку в руки их лидера.       — Спасибо, Майки... Я и не думал, что ты умеешь готовить кашу.       — Честно, сначала у меня не очень получалось, но спустя время все вышло и стало вполне съедобно, — живот Лео заурчал, прося еды. Старшая черепаха зачерпнула ложкой каши и попробовала аккуратно. Он посмотрел на нее молча, а потом у него просто слезы на глаза навернулись и гроздьями полетели с щек прямо в кашу, которую он начал жадно есть, не успевая толком прожевать. — Э-эй, ты уже пытаешься ее сделать на воде, так нельзя!        Наконец, все было нормально, но Леонардо нужно было начать лечиться после личностного слома, ему было плохо, было много вопросов, которые он боялся задать и задеть остальных. Он хотел поговорить с Рафаэлем обо всем наедине, когда уже сможет трезво мыслить, когда он не будет нуждаться в трех бочках каши и супа и в тринадцати часовом сне, а сейчас ему нужен отдых.