Усовершенствованный паразит

      Леонардо поел, пока еда окончательно не остыла.       А Раф ведь просто хотел меня снова поцеловать, да? Хотя я немного вспомнил тот вечер... Мы действительно поцеловались, и мне это понравилось... Господи, Раф, кто бы мог подумать...       Он был смущен и даже не заметил, как спокойно все съел, не оставив и крошки. Начал мыть посуду.       Тоже, наверное, думает об этом сейчас, так убежал стремительно. Надо самому свыкнуться, а потом уже поговорить по существу. Не думаю, что кто-то из нас скажет "нет".       Лидер удалился к себе в комнату, взглянув на комнату брата разок, нужно было понять для себя, к чему приведут эти отношения и нужны ли они им вообще.       На следующий день утром как-то так вышло, что Лео и Раф вышли из комнаты одновременно, оба хлопали сонно глазами, пытаясь осознать ситуацию, им в один момент пришло осознание и они оба слегка покраснели. Лидер огляделся быстренько, чтобы убедиться, что никого нет, после подошел к Рафаэлю, затолкав его обратно в комнату. Тот удивился, затупив и чуть не упав, потому что начал спотыкаться о беспорядок на полу.       — Т-ты чего?! — задиру посадили на незаправленную кровать. Лидер встал между его ног, положив руки на плечи.       — Я все обдумал.       — Ты не мог это все после завтрака сделать?       — Не думаю, — старший наклонился и поцеловал холерика несколько раз в губы, что последний начал краснеть все сильнее и хмурится было сложно. Во время более длинного поцелуйчика задира пробубнил в него:       — Задолбал... — Лео отстранился. — Ты же любитель побалакать лишний раз, так что сейчас случилось?       — Я сам себе все высказал, судя по всему. Просто принимай, пока дают.       — Ну хоть немного скажи, придурок, — Лидер взял брата помладше за щеки и начал жмякать.       — Я понял, что все-таки поцелуи не были случайными и мне хочется больше. Ты оказался спасением твоей же жизни и я тебя люблю, — он снова его поцеловал, пока Рафаэль уже почти сломался под приятными утренними поцелуями.       — И ты серьезно не против?       — Нет, я за. Мы и так часто ссоримся и в целом расходимся во многом, я бы не хотел после всего пережитого быть в моральном отдалении. Особенно от тебя, ты много сделал, наверняка тут командовал.       — Пф, чуть-чуть.       — Ты мне очень дорог, Раф, во мне есть надежда, что я бы не смог тебя убить, даже если бы между нами не было близости тогда. До сих пор не понимаю, как так вышло.       — Ты чувствовал себя одиноко тогда и тебе всегда трудно было услышать, важен ли ты мне или нет, и слово за слово... Ну ты знаешь.       — Краснеешь ты смешно.       — Я хотя бы немножко краснею, а вот ты – нет.       Как вы поняли, Леонардо уже быстро идет на поправку, вскоре он совсем станет на ноги и забудет о прошлом, как о страшном сне. Непременно, все это заслуга Рафаэля, что так старался вернуть его всей семье, хоть и одним из радикальных методов, который обоим братьям пришелся по душе.