Песня тьмы

      Тьма.       Она повсюду.       Она — единственное составляющее моего разума, тела и души.       Я тонула в той жиже, что текла по стенам квадрата в моих кошмарах. Забыла, что значит свет. Эмоции. Чувства. Планы. Я разучилась жить.       Открываю и закрываю глаза, ничего не меняется. Всё так же, как и прежде. Темно, хоть глаз выколи. А что такое глаз? И кто такой выколи? Я знаю, но никак не могу вспомнить. Что-то важное крутится в моей голове, какая-то важная мысль.       Не помню.       Хочу вспомнить.       Всё равно не помню.       Темно, слишком темно.       Странно, но я чувствую себя       Хорошо. Даже слишком хорошо.       Что произошло? Как я здесь оказалась?       А разве это так важно?       Может быть…       Не знаю.       Темно.       Свет. Я увидела свет. Он был белым и синим по краям. Мой квадрат снов увеличился в десять раз, и я ждала… чего я ждала?       — Дэлариана.       Кто, где?       — Дэлариана. Дэлариана. Дэлариана.        Дэлариана. Дэлариана. Дэлариана.        Дэлариана. Дэлариана. Дэлариана.       — Замолчи. Хватит. Перестань.       Эти голоса звучали отовсюду. Я с криком осела на пол и закрыла руками уши. Они смешивались воедино. Женские, мужские, низкие, высокие, охрипшие, певучие и в целом все, что существовали и будут существовать во вселенной.       — Дэлариана. Дэлариана. Дэлариана.        Дэлариана. Дэлариана. Дэлариана.        Дэлариана. Дэлариана. Дэлариана.       — Прошу, хватит.       Моя голова раскалывалась. Дра… нет, не помню этого слова. Помогите мне, кто-нибудь! Здесь есть хоть кто-то? Вытащите меня.       — Дэлариана. Дэлариана. Дэлариана.       Дэлариана. Дэлариана. Дэлариана.        Дэлариана. Дэлариана. Дэлариана.        — ХВАТИТ!       Куда я попала? Почему я не во тьме? Там было так спокойно, так тихо. Хочу обратно. Верните меня туда. Помогите.       — Ты должна вспомнить.       — Вспомнить что?       — Ты должна вспомнить.       Прекратите. Кто вы? Что вам нужно? Я знаю… но не помню. Кто вы?! И что за странная штука пульсирует в моей голове?       — Что вспомнить?       — Вспомни, вспомни, вспомни.       Тысяча голосов звучали в моих ушах. Я думала, что умру.       Или я уже умерла? Но как?       Когда я умудрилась умереть?       Почему изо рта хлыщет вода? Откуда она?       — Помогите мне!       Моя голова… она разрывалась. Такое чувство, что на неё действовало сильнейшее давление. Но я же не под водой. Я на суше. Или…       — Сама. Сама. Сама. Вспомни, Дэлариана, вспомни. Скорее…       Дэлариана — моё имя?       Дэлариана, Дэлариана, Дэла.       Что дальше?       Кто я?       Дэлариана Кианайская… Эд…?       Дэлариана Кианайская Эд Эстекай.       — Меня зовут Дэлариана Кианайская Эд Эстекай.       — Мало. Вспомни, вспомни, вспомни. Ты должна. Время. Жизнь. Исход.       — Что ещё?       О драконы, я задыхалась. Но от чего?       Из носа потекла кровь. Она красная.       Солёная. Железная.       — Быстрее. Время. Исход.       В голову врывается фраза. Она такая сильная, звонкая и понятная, что на ней держался весь мир. Белый квадрат начал исчезать. Времени осталось мало.       — Шэйлэс хайл абэс эл грис. Фэим шахрен ту ликвiàф Эфрин твийлс, калэбин’эй Визэн найриф, Эрифейн!       Прокричала я в пустоту, оторвав ладони от ушей и выставив их перед собой.       Не эзнакомый мне язык слетел с губ легче, чем любые другие слова. А перевод явился сам собой:       Лунный свет застынет в мире.       Тьма хранится у ворот.       Скоро будет, соблазнение.       Мир изменится, падёт.       Из рук начинает стекать лунный свет. В глазах появляются звёзды, и в следующий миг весь свет падает. Всё белое уходит, и вспышка сине-чёрного света разрезает пространство.       Хлопнув глазами, я открыла их в воде. Пространство смутное, но сквозь него я увидела протянутую мне руку. Она была тёмная, как ночь. И из неё искрились звёзды. Серебряное одеяние скрывало всё туловище. Я схватила её.       Голова прошла сквозь воду, и я быстро глотала ртом воздух. Тело вновь начало работать и, приложив усилия, я поплыла к кораблю. Он ушёл на несколько десятков метров от меня. Дождь всё так же шёл, не прекращавшись. Все мышцы жгло, но я всё равно плыла. Сантиметр за сантиметр, лишь бы выжить. Даже мысль о том, что я могла умереть там, оставив ей всё наследство стихии: ужасала. Она-то и заставляла меня плыть дальше. Ещё и ещё. Пока я не услышала гомон моряков. Когда приплыла к стене, мне сбросили лестницу. Но ноги меня не слушались. Только сейчас до меня дошло, что половина конечностей окоченело и не двигалось. Зубы очень сильно тряслись, но сердцем этот холод я не чувствовала. Только томную мелодию внутри себя.       Я не смогу подняться. Ноги, они…       — Ваше величество. Мы пришли помочь. — Русалки. Я кое-как повернула голову. Эта та стая, которую я видела перед тем, как упала. — Доверьтесь нам. Мы вам не враги.       А что мне ещё оставалось? Без них я бы точно ушла на дно. И во второй раз такого чуда бы уж точно не случилось. Если это вообще можно назвать чудом, а не сказкой.       Русалы склонили головы, их руки скрестились на лбу. Они бубнили заклинания себе под нос, и вода их слушалась. Она постепенно подняла меня до самого верха, где осторожно перебросила на борт, превратившись для всех в волну. Русалок уже не было.       — Тэрая! Драконьи боги, Тэрая! — Сэмийас склонился надо мной и взял меня за руку. Какая горячая у него кожа… — У неё обморожение. Лекаря сюда, капитан!       Как мне надоел этот гомон. Столько голосов, и все склонились надо мной. Я закрыла глаза, чтобы хотя бы за этим не наблюдать. Но получилось так, что я, похоже, отключилась.       Подошёл ещё один человек.       — Что с ней?       Кто-то поднял меня на руки. Я отрубилась, только сквозь сон слышала голоса.       — Как вы могли это допустить?! Вы совсем не соображаете, безмозглые дурни.       Его прикосновения… мозоли на руках от меча, тёплые и сильные руки. Он присел рядом со мной на кровати. Если я вообще была на ней.       — Пошли вон отсюда!       Я окончательно провалилась к родной тьме. ***       Вокруг — ночь. Свет от лампочек не горел. Холодный воздух заставил сильнее укутаться в одеяло. Конечности не были обмороженными или, что ещё хуже, не движущимися. Вытащив руку из одеяла, я оглядела её несколько раз. Всё та же кожа, те же два кольца на разных руках. Голова была на удивление ясной.       Я услышала, как проурчал живот, — когда я в последний раз ела? — протёрла глаза, села на кровати и увидела нечто, очень сильно напоминающее человека. Белые, чуть длинные волосы были похожи на только выпавший снег. Он лежал на одном боку, а на левой стороне я рассматривала чёткие скулы, слегка разжатые губы и длинные ресницы. Жутко захотелось до тронуться до него. Моя рука почти прикоснулась к его волосам, когда он схватил меня за запястье.       — Ляг обратно. Ещё рано. — У голоса были низкие частоты, но определить, какой он нации, я не смогла.       Мне не хотелось ложиться обратно. Потому я аккуратно выдернула руку из его хватки и потихоньку начала слезать с кровати. На парне была белоснежная рубашка с золотыми узорами, чёрная мантия и тёмные штаны. Я так долго разглядывала его, что вся остальная картина отошла на второй план.       О том, что я чуть не умерла, думать не хотелось от слова совсем. И о том, что я магическим образом выплеснула стихию из своего тела — тоже. Оставим на потом.       — Как тебя зовут? — Он не ответил. Лежал всё в одной позе и не двигался. Дикая усталость сковала его тело и сейчас летала вокруг него. — Как. Тебя. Зовут.       Беловолосый всё же открыл глаза спустя пару минут. Явное раздражение было направлено на меня в этих… аметистовых глазах. Впервые видела этот цвет. Он такой красивый.       — Аринор. — Парень вытянул руки, размял их, и, облокотившись рукой об постель, начал смотреть на меня. — Аринор Веаниф Эд Мейн, миледи.       По законом вежливости надо было ответить ему, но слова застряли в горле. Каких драконов он здесь делал? А может, он — целитель? Или маньяк? Или маньяк тёти?!       — Что ты здесь забыл? — Я разговаривала с ним тоном, достойным королев, а не деревенщин. Хорошо хоть вообще вспомнила, кто я здесь для всех и какая у меня роль.       Кошмар, пора бы прекращать так часто впадать в состояние агонии. Мой организм мне явно за это спасибо не скажет. Да и сознание тоже. Но ведь… я прошла. Я снова прошла проверку своей магии и смогла выжить. Меньше чем через месяц это закончится, и я должна дожить до этого времени. Обязательно.       — Я лечил вас.       — А потом?       — Потом… извините, отключился. — Аринор думал и смотрел. — Я здешний лекарь, миссис…       — Тэрая.       Расслабив черты лица, я подошла к нему и села на кровать. Что-то не сходилось в лице лекаря, но я ни как не могла понять что. И вскоре забила на этот факт.       — Приятно с вами познакомиться, миссис Тэрая. Я буду осматривать вас в начале и в конце дня. Вы только чудом остались живы.       Аринор встал, взял с пола небольшой чемоданчик и двинулся в сторону двери.       — Давай на ты, — крикнула ему я так, что сама удивилась прорезавшемуся голосу.       Лекарь улыбнулся, и эта была самая милая улыбка из всех, что мне доводилось видеть. Что-то болезненно сжалось в сердце. Фиолетовые глаза посмотрели в окно, затем на меня.       — Хорошо отдохнуть, Тэрая. — Он вышел из каюты.       Этот парень очень странный и в то же время очень привлекательный. Я тут же одёрнула себя. Со времён Хэйлора мне никто не нравился. И больше — не понравится. Никогда.       Если Тётя хотела своими действиями искоренить во мне тягу к этому чувству, то могу ей с уверенностью сказать: у неё получилось.       За этот час я успела выкупаться, привести волосы и лицо в порядок. На кровати была расстелена карта, двое книг и заточка для лезвий. Я вытачивала кинжал и меч, на всякий случай, и смотрела на карту. Нужно узнать, сколько я проспала. И сколько пропустила. Отложив оружие, провела рукой по карте. Мне нужно к хранителю. Но прежде… встречусь-ка я с графом Горэ’нии и их капитаном королевской гвардии. Я даже знаю, кто мне в этом поможет.       Улыбнулась во весь рот. Посмотрела снова на руки. Потом на окно. И так несколько раз. Вопрос о том, как я смогла воспользоваться пятой стихией до бала Кристальной Луны — остался открытым. Попытки вспомнить заклинание, которое я говорила там — тоже оканчивались провалом.       Есть ещё один способ. И он мне не нравился.       Встала с кровати, руки расположила напротив друг друга в форме шара. Сосредоточившись, начала представлять, как из пальцев вытекала струящаяся звёздная тьма. Она обволакивала сознание, пространство и собиралась из всех тёмных уголков Слайэла. Та мощь и сила, что содержит тьма — разрушительна и созидательна.       «Всё зависит только от хозяина» — повторяла я себе раз за разом.       «Я её не боюсь»       «Я — хозяин, она — подчинённая. Потому тьма должна меня слушаться»       Мыслями я вернулась в один из дней на поляне.       — Папа, папа! Смотри, что я нашла. — Отец отрывает взгляд от коры деревьев.       Каждый год король и принцесса осматривают несколько видов деревьев для экспертизы. Смотрят, в каком они состоянии, нужна ли им магическая подпитка или ещё что.       Девочка подбежала к отцу, открыла ладонь и показала мерцающего сверчка. Днём он был не таким красивым и ярким, как ночью. Этот остров в принципе оживает только с заходом солнца. И мерцающее голубые огни можно увидеть на каждой улочке, кроме леса и набережной. Там всегда видны тысячи звёзд, потому в этом месте собираются почти все эстеи. Ведь лунные души — одно из самых прекрасных, что есть на этих землях.       С их полянки чувствуется мощь и сила. Там собраны основные силы жизни леса. И потому то место скрыто от чужих глаз, и девочка, ещё не знавшая бед, пообещала отцу никогда не рассказывать о ней людям, которым не будет доверять как самой себе. Без этой поляны вымрет лес, звёзды, магия. А сам остров превратится в твёрдую глыбу, где не будет ничего, кроме пыли и развалин.       — О драконы, Дэла, — Король распахнул глаза и хитро улыбнулся, — а ты знала, что эти сверчки садятся только на маленьких девочек, к которым ночью придёт при-и-израк.       Принцесса оказалась умна не по годам, и отец не ожидал, что через секунду сверчок окажется на его макушке.              — Вот как придёт, так к тебе и уйдёт! — Она засмеялась и побежала к обрыву. К морю с его солёным запахом»       Моё лицо озарила улыбка. Как хорошо, что у магов память лучше, чем у людей. И ради этих моментов, ради отца и матери, ради слуг и людей, которых она убила, я буду бороться.       Глаза распахнулись против воли, но вопреки моим ожиданиям, в промежутке между ладонями не было и намёка на магию. Я выдохнула с облегчением. Значит, всё-таки это было не то, что показалось тогда.       Сложив карту, в комнату полились первые лучи солнца. Живот жалобно заурчал, напоминая о диком голоде. Он готов был вместить в себя сразу пять порций второго и несколько литров воды. Сегодня я хотела выйти и позавтракать вместе с Рэм и Сэмийасом. Иначе, боюсь, пока та Служанка донесёт мне еду, я скрючусь здесь от голода. Ну а если лекарь меня здесь не найдёт — его проблемы.       Выждав ещё с полчаса, я уверенно распахнула дверь, и в тот момент мне показалось, что всё это — только начало. И большинство людей — не те, за кого они себя выдают.       Последняя, окончательная часть одного из пазлов встала на место. Теперь мой план окончательно завершён, не так ли, Аринор?