28. С МЕНЯ ТЕБЯ ХВАТИТ
7 ноября 2021 г., 11:41
Из письма Лины Криз Коммандеру Шепарду, часть 2:
«Во-вторых, коммандер Шепард, почему я не хочу быть на вас похожей, не считая вашей дурацкой стрелки на волосах…эм… Скажу, как есть. У вас явно шиза. Ну потому что пережить столько дерьма невозможно, не став шизой. Вы надрали задницы батарианцам во время Блица, уничтожили Сарена и Властелина, потом Коллекционеров, ну и напоследок загеноцидили разумную расу машин, которые просто хотели узнать, как у нас дела... Шутка. Да, знаю, тупая».
Все было готово. Хейс снова сглотнула, ощущая какую-то странную нерешительность. Даже внедряясь на «Нормандию» под видом безобидной учительницы из Гриссомской Академии, она не испытывала такую странную дрожь, такой трепет. Тогда это была работа. Сейчас это была жизнь. От результата того, что сейчас произойдет, зависело очень многое, главное из чего – цель, которую преследует Джон Шепард. Если он хочет похоронить «Коммандера Шепарда» под слоем прошлых подвигов и неудач— хорошо. Хейс это решение не нравилось, но она смирилась с необходимостью принять это. Если так нужно Джону, она была готова помочь ему в этом, а потом…потом вернуться в Сантану и постараться забыть о том, что Шепард вычеркнул её из своей жизни. Сознавать это было чертовски больно, но лезть ему под кожу она не собиралась. Сцены с битьем посуды были не в ее стиле. Криз слегка повернула голову и посмотрела на мужчину, застывшего в неподвижной позе в паре метров от неё. Ветер, самый настоящий, а не искусственный, как на станции, при этом движении растрепал волосы, и Хестром нетерпеливо завязала их в тугой пучок. Она не хотела, чтобы что-то мешало обзору. Впрочем, смотреть пока было не на что. И Шепард наблюдал за всем слишком уж пристально, так что в её глазах надобности не было никакой. Вся поза Джона свидетельствовала о том, что он готов к бою, как и когда-то давно. Словно тигр, затаившийся перед прыжком. Нет. Не то. Грифон, притаившийся на крыше и вздумавший атаковать жертву в любую секунду. Интересно, на левом плече Джона по-прежнему сохранилась татуировка, изображающая этого мистического зверя? Клон имел подобную, и это выдавало его решимость стать Шепардом. А настоящий Шепард? Он её уже свёл? Или вся кожа на том месте была испещрена шрамами? Хейс вспомнила, как проводила по темным линиям на коже пальцами, изучая изгибы устрашающего рисунка. Было это на Цитадели, в той самой квартире Андерсона, когда, вспотевшие и уставшие от ласк, они просто лежали на постели и молчали… «Проклятье, Криз! Хватит сопли жевать! Пора за работу!» — раздался внутренний голос. — Линкс, доложить, — раздался голос Джона, очень сухой и сосредоточенный в периоды «перед прыжком». Пока они с Шепардом заняли позицию на одном из этажей довольно высокого заброшенного здания, расположенного неподалеку от места встречи, Шепард предпочел снять шлем. Здесь все равно никого не было, кто мог бы его узнать, а время ожидания тянулось невыносимо медленно. Квартал был полностью заброшен, городские власти не торопились его восстанавливать – слишком уж большой объем работы. Хестром же, увидев квартал в живую, была поражена до глубины души. Фото в Экстранете не передавали всего ужаса, что здесь творился. Она должна была быть с Шепардом на Земле, в тот день. Но теперь уже все равно ничего не исправить. Можно было лишь попробовать помочь ему сейчас. — Все в порядке, — ответила ему Картер, и её голос раздался так же спокойно. Хейс снова почувствовала укол ревности и разозлилась сама на себя. Какого черта?! Помнится, в поединке с Призраком по выдержке она всегда проигрывала, но то была своеобразная игра. Рядом с Шепардом ей приходилось постоянно напоминать себе, что дело прежде всего, призывать все свои силы, чтобы не проговориться, как тогда, насчет Санборна, не сделать какой-нибудь глупый жест, не расплакаться в конце концов снова, как размазня! Хестром попыталась сосредоточиться и еще раз прогнать в голове все детали плана, хотя знала их уже на зубок. Итак, встреча состоится примерно через тридцать минут. Аленко связался с клоном накануне, якобы по причине того, что Хейс наболтала ему лишнего и теперь он хотел поговорить с «Шепардом». Конечно, не будучи дураком, клон на это не купится. Рассчитано было как раз на то, что клон не купится. Аленко должен прибыть к зданию, где некогда располагался Штаб Альянса, и зайти в него. По крайней мере, это должно так выглядеть. На самом деле, по плану Кайден скроется в одной из полуразрушенных комнат, а дальше предоставит дело остальным. Его цель – дать наблюдателям клона понять, что он один и прибыл на место, и теперь ожидает встречи. Хейс осмотрелась, хотя стояла густая ночь, все равно ни черта не было видно. Она тут ж активировала режим ночного видения на визоре, долго всматривалась в улицу вокруг, в окна зданий и крыши, но все равно не увидела ни единого движения. Если у клона имелись снайперы, то спрятались они очень хорошо. Было бы лучше убрать их заранее, но Шепард отмел эту идею, опасаясь, что таким образом клон узнает о засаде. Пилот Сайлас должен был заняться их устранением, когда операция уже будет активирована. Это и была засада для клона. Только не такая очевидная, как он мог подумать. Кайден был здесь для приманки, но брать клона они намеревались не в здании. Ну какой дурак не поймет, что там ловушка? Клон не был дураком. Он не пойдет на встречу, отправив туда какую-нибудь банду наемников. Поэтому-то Аленко нужно спрятаться и скрыться через запасной выход прежде, чем нагрянет компания. А когда компания нагрянет, начнется основная часть операции. Если она правильно оценила решимость клона избавиться от своего прототипа, то он, клон, непременно будет здесь. Наблюдать за операцией, спрятавшись где-нибудь в кустах. И вот тогда, когда часть его людей будет брать Аленко, Шепард и остальные возьмут клона. Жучок, вживленный под кожу последнему, подскажет его местоположение. Надо отдать должное Картер, справилась она хорошо: запудрила мозг Калиссе, напросилась на интервью и незаметно вживила жучок клону. Такой же, что был выделен из запасов Отдела для Аленко и его слежки за Хестром Криз. Кайден смог достать в обход системы новый экземпляр, он справился. Дальше дело за малым: тот самый малый по имени Гектор, который у Картер разбирался в технике, вместе с ней и инженером Кираном заранее запрограммировали жучок на нужный объект и кодовую фразу, а Аленко, связавшись с клоном, активировал жучок голосовой командой. Очень полезное изобретение. Спасибо Хоку. Альянс-таки скопировал эту разработку и внедрил её, начав, конечно же, с отдела, охотившегося на шпионов, и Разведки. Широкое применение, по словам Аленко, эти жучки не получили, иначе, если ими будет пользоваться каждый солдат, толку от них будет немного – какой-нибудь умник сразу же придумает специальный сканер. Это было одно из условий адмирала Саяки – внедрить жучок в Хестром Криз, и мысль о том, что Аленко и вообще Альянс на протяжении стольких лет «пасли» её передвижения и действия, Криз совсем не нравилась. Но вот теперь эта штука здорово им пригодилась. Кайдену, по его же словам, когда он связывался с ними недавно по кодированному каналу, пришлось здорово повозиться, чтобы заполучить по теневым каналам из Альянса, сбывающим списанную технику на черный рынок, этот экземпляр и при этом нигде не засветиться. Хейс надеялась, что списанная модель будет работать так же эффективно, как и прочие, но и здесь Аленко успокоил: «неработающая» техника не работала только по бумагам, поскольку компании-конкуренты платили огромные деньги, чтобы подкупить кого-то из персонала и заполучить заветные прототипы новейших разработок, пришедшие в «негодность». Хейс когда-то сама пользовалась таким жучком, но в отличие от её первичной разработки, Альянс изменил схему: теперь жучок передавал напрямую координаты цели, правда, радиус действия был не таким впечатляющим, как у разработки Хока. Он не шифровал сигнал, усилив его, но при этом была утеряна дальность. Так что засечь, где клон, можно было только на территории, равной нескольким кварталам и то при условии, что парный маячок, вживленный в Картер, находился рядом. — Надеюсь, этот твой жучок сработает, — проговорил Шепард задумчиво, сменив позу. Если пять минут назад он, сидя на корточках и копируя грифона, осматривал окрестности в поисках добычи перед большим проемом у окна, то сейчас, зайдя за высокую стену, где находилась Хейс, растянулся рядом с ней неподалеку и тоже активировал визор, отчего его лицо под полоской голографических данных приобрело голубоватый оттенок. Хейс, почувствовавшая волнение внутри от того, что Шепард находился слишком близко, хотя их разделяло почти два метра, тут же попыталась скрыть это предательское чувство на лице, обрадовавшись, что режим тепловизора все еще включен и частично скрывает её лицо. Она покачала головой, как будто отрицательно, а на самом деле прогоняя наваждение снова думать не о том. — Это не мой жучок. Санборна, — спокойно ответила она. — И он должен сработать, по уверениям Аленко. — Тебя с ним многое связывает, да? – усмехнулся Джон как-то странно. Хейс нахмурилась. — С кем? С Санборном или Аленко? Голова справа повернулась к ней, а взгляд острых глаз как-то непонимающе на неё уткнулся. — Я имел в виду жучок, — уточнил Джон, и Хейс едва себе язык не откусила. Думай, Криз, прежде чем открыть рот! Почему с Шепардом все её барьеры рухнули, словно карточные домики? – Ты такой же вживляла в Лину, насколько я помню. Хейс послушалась собственного совета и сначала подумала, прежде чем сморозить при Шепарде очередную глупость: — Почти такой же, — она постаралась придать голосу равнодушие, предпочтя не заметить свою оговорку. – Но действует по-другому. Альянс наверняка стащил идею у Хока. Джон не стал ничего спрашивать. То ли ему было все равно, то ли посчитал, что сейчас не время поддерживать разговор на сторонние темы, особенно про очень давний раздор. Хейс заметила, что желваки загуляли на его щеках, и это проявление эмоций, которое не скрыл визор, стало для неё открытием и в то же время всколыхнуло внутри дурацкий наивный вопрос: может, Шепарду тоже не по себе находиться так близко к ней? Возможно, он сейчас предпочел бы надеть шлем и скрыть лицо, поддерживая статус каменной статуи? Хейс сжала челюсти. Нет, серьезно. Она на пороге крайне ответственной операции, а думает про то, какая морщинка легла на лоб Шепарда? Да пошел он! — Хороший план, — вдруг сказал он, так как тишина, установившаяся между ними, была просто невыносима, как будто воздух вокруг гудел от напряжения, завывающий на крыше ветер с большим усилием бил по лицу и кричал: «Хватит молчать, отморозки!» Тело затекло от долгого ожидания. Несмотря на то, что Лондоном завладела ночь, луна светила все же ярко. Хейс вспомнила, как перед тем, как занять свои позиции, Санборн, засмотревшись на чистый диск луны, заметил: — Как же красиво! А я видел фотки в Экстранете, что сразу после войны из телескопов можно было увидеть кучу разгромленного транспорта, если смотреть на луну. Обломков и мусора было так много, что Альянс и Совет потратили много месяцев, кредитов и дронов на то, чтобы расчистить хотя бы часть! Но это того стоило, да, Хейс? При этом он почти романтично улыбнулся, взглянув в её сторону. В этом было все его обаяние, но Шепарду вдруг это показалось неподходящим настроением перед операцией, и он грубо заметил: — Если бы мои солдаты так же сопли жевали перед боем, мы бы все сдохли уже давным-давно! – при этом острый взгляд скользнул по Хестром, как бы спрашивая, откуда она откопала такого бойца. — Извините, сэр… — стушевался Лест сразу же, густо покраснев, что не скрылось от глаз даже под стеклом его шлема, и Хейс ощутила возмущение от такой несправедливости: Санборн был просто самим собой! Хороший парень с хорошими намерениями, попавший в странную компанию с не очень ясными намерениями. Он чтил своего героя, обращаясь к нему всегда по-военному, с огромным уважением, а Шепард…черт, Шепард тоже был самим собой, только стал еще большим тираном и козлом! В воздухе пахло войной и трупами. По крайней мере, так показалось Хейс, когда она полной грудью втянула насыщенный запахами, среди которых ей почудился запах гари и гнилой плоти, воздух. Большая часть города была вычищена и отмыта, на улицах аккуратно пострижен газон, дома восстановлены, но эти запахи, казалось, впитались в почву, стены, даже растительность! Санборн рассказал так же, что в первые месяцы за городом жгли трупы: похоронить всех в земле не представлялось возможным, а трупов было очень много, как человеческих, так и уже переработанных Жнецами. В Экстранете даже бродили фотографии с тех времен: две большие горы в поле, от которых тянулся черный дым в небо, такое же черное и мрачное, как и сама мысль о назначении эти костров: левый сжигал останки хасков, тварей, каннибалов и баньши, всего, что осталось после Луча; справа горели останки солдат и гражданских. Ужасная картина из страшных времен. Оставшимся в живых жителям города приходилось прилагать максимум усилий, чтобы прийти в себя. Местные власти – или то, что от них осталось – приказали тащить все трупы, которые не были захоронены близкими, в эту кучу, чтобы воспрепятствовать распространению заболеваний. Даже Хейс, смотревшая фотографии с тех времен, прекратила это занятие, не в силах поверить, что такое вообще возможно! Ужасы Интай’Сей, которые переживали колонисты, не шли ни в какое сравнение с ужасами, свалившимися в те времена на Землю. Хаос, сотканный из трупов, разрушенных домов, потерянных близких и полной неразберихи был печальной платой за победу. Хейс покосилась на Шепарда. Он видел те фотографии? Знал ли он, что повлекла за собой победа над Жнецами, которой он добивался так долго? Чувствовал ли он за это ответственность? Несомненно, чувствовал. Хестром готова была отдать руку на отсечение, что чувствовал. И от этой мысли, от того, что он, скорее всего, где-то глубоко испытывал такую глупую вину за случившееся, ей стало жаль, что она больше не может прижаться к нему и прошептать, что он ни в чем не виноват, что он спас их всех, а не привел к хаосу, как об этом многие шептались. Больше не может. Она вернулась мыслями в реальность, решив больше не отвлекаться. Хватит уже! — Спасибо, — ответила она, хотя после его слов о «хорошем плане» прошло минуты три. Шепард с удивлением повернулся к ней. — Хестром, соберись, — сказал он строго, сразу же раскусив её состояние. – Мне сейчас нужна прежняя Хестром Криз, которая резала глотки фантомам. Против воли Хейс криво улыбнулась. — Если бы ты принял первую версию плана, в которой Картер вкалывает клону не жучок, а яд, никакие бы сложности не понадобились. — Это было слишком опасным, — отозвался он холодно. — В Башне много охраны, путь отхода был ненадежным. Я не хотел так рисковать, она бы попалась. — Можно было подложить яд ему в кофе, а потом свалить до того, как яд начнет действовать, — хмыкнула Хестром. — Все равно ненадежно. — А «надежно» — это только тот случай, когда ты сам его убиваешь? — Совершенно верно, — не изменился он в лице. — Поэтому я и выбрал вторую версию плана. — Ясно, сэр. — Перестань так меня называть. С этим издевательским оттенком. — А как мне тебя называть? – с вызовом спросила она. — Ты знаешь. — Я не знаю, кто такой Блэквотерс, — возразила она упрямо. – И не знаю, куда делся Шепард. Так что буду называть тебя «сэром», «козлом» или «ослом». На выбор. Справа раздался тихий смешок. — Ты совсем не изменилась. — А ты изменился. Но при этом остался все таким же фирменным ослом, — улыбнулась она, вдруг ощутив странное удовольствие от этой спонтанной близости с ним. Казалось бы, они заняли позицию и должны были наблюдать за зданием, а вместо этого подкалывают друг друга, и, хаск побери, как это было здорово! Веселье, увы, быстро закончилось, когда Шепард, видимо, ощутив то же самое и снова решив отгородиться от неё за стеной сволочизма, с серьезным видом спросил, проигнорировав предыдущий тон: — Почему ты уверена, что он придет? Хейс сразу же поняла, кого он имеет в виду. Мимолетное веселье сразу же сменилось разочарованием и грустью, что он снова ставит её на место. — Потому что для него это тоже личное, — сказала она, снова вздохнув полной грудью, и снова ощутив налет запаха гари и гнили, который либо впитался даже в поверхность крыши этого старого здания, либо просто ей причудился. Бронекостюм Хейс был женской модели в легком исполнении, но даже в нем она сейчас чувствовала себя слегка скованно. Она отвыкла от такой экипировки за десять лет, в пустыне Интай’Сей было очень жарко, но приходилось снова привыкать. Картер снабдила её одним лишь «Палладином», имелся еще и эколайт с резотроном, но, по меркам капитана, она была почти налегке. Криз и не собиралась «мчаться лбом к кроганам», как намеревалась Картер, неодобрительно оценив её внешний вид перед заданием. Хейс планировала заходить с тыла и «резать глотки фантомам», как всегда и делала. Джон не оспаривал её выбор. И опять же: то ли ему было все равно, то ли он нашел, что сейчас не время для споров. То ли просто уважал её решение. Сейчас Хейс не могла бы сказать наверняка, да и десять лет назад она вряд ли что-то могла сказать наверняка относительно Шепарда! — Он хочет быть одним-единственным, — продолжила она тихо. – Хочет убить тебя и всех, кто может оспорить его право быть тобой. Такие люди не отсиживаются дома, пока вершится их судьба. Он будет здесь. — Это не человек, — с неожиданной жёсткостью возразил Джон. – Это всего лишь клон. Хейс метнула на него озадаченный взгляд. Для Шепарда это тоже было личным, как и для всех, кто решился помочь ему. Картер помогала, потому что не хотела, как призналась, «видеть на троне марионетку». Команда «Сибири» — из-за преданности своему капитану. Аленко – ради благих целей. Санборн – ради помощи Хестром и все тех же благих целей. А Хейс… Хейс находилась здесь и сейчас просто ради Шепарда. — То, что его создали, Джон, еще не значит, что он не человек, — отпарировала она спокойно, но тут же ощутила, как рука Шепарда, быстро преодолев расстояние между ними, сжала её локоть. Причем, больно. — То, что я так не думаю, еще не значит, что я не прав, — проговорил он в таком же тоне, не отпуская её локоть и сжимая его сильнее. – Его создали, чтобы заменить мне органы при необходимости. А не потому, что хотели создать. — Ушам своим не верю, — рассерженно пробормотала она, вперив в него недовольный взгляд. – Разве он виноват в этом? — Он виноват в том, что не всадил себе пулю в затылок, когда обо всем узнал, — зло прошептал Джон, и прикосновение его пальцев стало почти приносить мучение. Хестром дернула локтем. — Отпусти меня! Раньше ты не был таким… — Каким, Хестром? – прервал он её, но ответить ей не дали: по коммуникатору раздался голос Картер: — Блэквотерс! Аэрокар Аленко! Уже на подходе! — Принято, — Джон тут же убрал руку, снова сосредоточившись на деле и выглянув из-за стены. Слегка озадаченная, Хестром принялась тоже вглядываться в улицу, на которой не было ни души. Этот квартал Лондона власти решили не восстанавливать, сделав его своеобразным и довольно дешевым вариантом «музея», куда любой желающий мог вернуться и снова прочувствовать, что значит война на выживание. Хотели как лучше, но получилось как всегда. Вместо любопытствующих туристов, страдающих склерозом, квартал облюбовали криминальные личности, и теперь появляться здесь не то чтобы туристам было опасно, даже жителям окрестностей. Через пару минут над изрытой рытвинами дорогой, освещенной лишь парой фонарей, на средней скорости пронесся аэрокар, на вид довольно приличный. Даже слишком, по мнению Хестром, как будто Аленко всем хотел заявить, что это он едет, посторонитесь! Приземлившись возле здания, аэрокар отключил двигатели, и вскоре из нутра транспорта показалась знакомая фигура в генеральской форме. Нет, он это серьезно?! Что за неприсущие ему проблески бравады? Прежде чем Хестром открыла рот, чтобы спросить у Шепарда, а не рехнулся ли Кайден, заявляясь как на парад, по коммуникатору раздался знакомый голос: — Я на месте. — Хорошо, — кивнул головой Джон. – Третий этаж, там точка встречи. — Что? – не поняла Хейс, встревожившись. – Мы же планировали, что Аленко спрячется! Шепард, сволочь такая, проигнорировал её слова. — Как он прибудет на место, дай знать, — сказал он. – Конец связи. — Что происходит, Джон? – Хейс не на шутку взволновалась, почуяв, что что-то идет не по плану и что Шепард к этому причастен. — Мы подкорректировали план, — без тени сожаления ответил он, наблюдая через визор за передвижениями Аленко. Когда тот скрылся в здании, Шепард активировал тепловизор, чтобы видеть его местоположение, отчего и визор, и его лицо приобрели красноватые оттенки. — Кто это «мы»? — Я, Картер и Аленко. — И ты не сказал мне? – возмутилась она, почувствовав, как внутри закипает ярость. – Это был мой план! И ты недавно сказал, что он хороший! — Хестром, не будь дурой,— неожиданно зло ответил Шепард, скривив в гримасе раздражения лицо. –Аленко сам согласился! Потому что он понимает, что клон не дурак и отслеживает его перемещения так же, как и мы! Если вместо того, чтобы подняться к месту встречи, Кайден внезапно исчезнет с радаров и спрячется в кустах, мать твою, клон все поймет! — И ты готов пожертвовать Кайденом, чтобы этого не случилось? –вспылила она, почти обиженная на то, что её не посвятили в суть изменений. – Ты про это говорил: «Вывести из игры?» — Да, если нужно! – Ответил он, не раздумывая ни секунды. – К тому же, Аленко одобрил это. — Какого черта? – она, как разъяренная фурия, подтянулась к нему руками и буквально схватила за пластину плечевой брони. – Сейчас же туда нагрянет куча наемников, а он там один! — Переживаешь за него? Это не духе прежней Хестром Криз, которая мне нужна сейчас! — Да иди ты! Он на это подписался, потому что я попросила! Ты же знаешь это! — Тогда он остался таким же идиотом, каким был! Но могу тебя успокоить: с ним все будет в порядке, — он грубо отшвырнул её руку, все еще держащую его за наплечник. — С чего ты взял? Какого лешего ты это придумал? – Хейс рассердилась не на шутку, и сама не знала, что больше её возмутило: то, что изменили план, или то, что не сказали ей. Последнее особенно резануло по сердцу, но судьба Аленко её волновала не меньше, ведь она чувствовала себя ответственной за то, что втянула его во все это! – А если его убьют, Шепард? — Еще раз назовешь меня Шепардом, засуну в ящик и отправлю обратно в Интай’Сей! – тоже рассердился он. – Потому что мне уже осточертело, что ты оспариваешь каждое мое решение! — Да иди ты ко всем хаскам! – огрызнулась она, активировав эколайт, чтобы включить коммуникатор и связаться с Аленко. Она считала себя обязанной сделать это, а еще её просто взбесило, что Шепард не посвятил её в это, и более того – с такой легкостью, не присущей ему былому, готов был пожертвовать другом ради личной цели! Раньше он тоже совершал безумства, но все они совершались им во благо. Сейчас же…сейчас же это были обычные счеты! Еще не успев открыть рот, она почувствовала, как грубая мужская рука схватила её за запястье, пресекая попытку передать сообщение, и, обездвижив на какое-то время, вырвала с пластины брони чип эколайта. Быстро бросила его на пол. Тут же нога в тяжелом ботинке раздавила предмет, и Хейс даже на миг растерялась от такого оборота дела, с шокированным изумлением уставившись на Шепарда. Его лицо было наполнено холодной непримиримой яростью. Это было последней каплей. Кажется, несколько блюдец сегодня всё-таки пострадают! От былой выдержки Хестром не осталось ни следа. Ей дико захотелось сделать то, что она планировала сделать уже давно, и да, она это сделала – врезала ему по челюсти! Сильно, по её меркам, и должно быть очень ощутимо, но Джон даже не шелохнулся. Она сама не поняла, зачем это сделала. Но его холодность её просто взбесила, а то, что он обращался с ней как с ребенком, даже хуже – с ничего не значащим для него человеком! — просто вывело её из равновесия. Ей очень захотелось причинить ему хоть толику той боли, что причинял ей он! Джон разозлился. На этот раз серьезно – Хестром увидела это по глазам. Перехватив её запястье, уже улетающее назад, он резко дернул его к себе, чтобы она потеряла равновесие, перевернул её, а потом обхватил её руками сзади, полностью обездвижив и прижав к себе так, что она не могла и пошевелиться. Кажется, это был его метод усмирения, поскольку врезать ответно, к его чести, он все же не подумал. Такое положение вещей Хестром взбесило еще круче. Она принялась вырываться, посыпая его проклятиями, хотела применить несколько приемов, но Джон был настолько большим и слишком сильным для неё, предугадывал все её попытки, что это оказалось бесполезным! Вдруг он встряхнул её пару раз так сильно, что, казалось, аж кости захрустели, но это только разозлило ее куда значительнее! Разумом Хейс понимала, что пора прекратить, на носу операция и вообще – это так непрофессионально, а она ведь собиралась доказать всем, какой, мать её, она профессионал! Но то ли за годы в колонии она размякла, то ли просто поглупела, то ли присутствие Шепарда лишало её последних отголосков разума, однако она не собиралась уступать ему! Внезапно она почувствовала, как сильные руки Шепарда развернули её на сто восемьдесят градусов, а потом, обхватив ладонями за лицо, притянули её губы к его губам. От неожиданности Хестром сразу же прекратила все попытки вырваться, как будто нажали кнопку, и на несколько секунд ей почудилось, что она снова на «Нормандии», а Шепард… Шепард снова целует её как прежде. Правда, этот поцелуй был крайне бесчувственным и почти грубым. А потом те же руки, резко отпустив её, уронили на поверхность пола. Криз показалось, что её безжалостно опрокинули из райского сада в мешок с дерьмом. Она широко раскрыла глаза, пораженная случившимся, и еще туго соображая, что это было. И тут же получила безжалостный ответ. — Успокоилась?! – почти гаркнул он, переводя дыхание и усмиряя собственную ярость. — Какого хрена? — Я точно знал, что шлюху «Цербера» можно успокоить только таким образом! — Иди к черту! –вспылила Хестром. Это была настоящая пощечина! Да он просто потешался над ней! Вспомнив все, чему учили, она молниеносно сделала резкий выпад и ударила его по подколенным ямкам ногой. От внезапности получить сдачу так быстро и рьяно Джон не удержался и упал навзничь, отчего громко выругался. Она же в это время взобралась сверху, словно амазонка на поверженного врага, и врезала ему по челюсти еще раз. А потом хотела еще раз, пока он не перехватил её запястья. — Ненавижу! – воскликнула она со злости. – Лучше бы ты и вправду сдох!.. Не пришлось бы видеть, каким ты стал бесчувственным уродом! — Хестром, хватит!! – прогремел он, пытаясь остановить её. В этот момент в коммуникаторе раздался голос Аленко: — Он на месте! Что там происходит в эфире? Хестром на мгновение замерла. Кто на месте? А потом прогремел страшный взрыв, сотрясший, казалось, весь город.***
Картер досадливо поморщилась, услышав звуки борьбы и, кажется, поцелуя в передатчике. В чем-то она даже позавидовала Криз: та могла назвать Блэквотерса ослом, врезать ему, затеять перепалку прямо в начале операции – и все как с гуся вода! Такие, как Криз, всегда выпутывались из дерьма, даже не замаравшись при этом. Алекс же все всегда доставалось огромным трудом. Пот, слезы и кровь – это как раз про неё. Так что она не позволяла себе таких вольностей, проявляя недюжинную выдержку, но, черт, иногда так хотелось выплеснуть эмоции и назвать Шепарда «сволочью» или «козлом»! На выбор. Вместо этого она неодобрительно покачала головой, сверяя показатели на радаре и отслеживая перемещения Аленко. То ли намеренно, то ли случайно Шепард забыл отключить эфир. Если случайно, то что стряслось с его самообладанием? Или эта женщина влияла на него таким образом, превращая в рассеянного тупицу? А если намеренно, то зачем? — Милые бранятся только тешатся, — вдруг раздалось сбоку, и Картер угрюмо посмотрела на напарника, этого Санборна. Он спокойно сидел на полу, прислонившись спиной к ограждению на крыше, неподалеку от большой дыры в центре, оставшейся еще с войны. Сидел и чистил армейский нож совершенно спокойно. На его губах играла печальная улыбка, даже романтическая, которая резко контрастировала с полной военной экипировкой: бронекостюм тяжелого класса, ранец с припасами, ожерелья гранат, среди которых имелись даже электромагнитные. На опытный взгляд Картер, вещь в предстоящей операции бесполезная. Если наемники клона и прикатят с собой тяжелых мехов или портативные турели, в условиях такой застройки гораздо легче убрать технику из тяжелых орудий, вроде ракетниц, которую с собой таскал Актор, чем использовать эми-импульс, создавая при этом риск загубить к чертовой бабушке и собственные приборы. Об этом она и сказала, когда они все собирались на операцию. Сержант лишь широко улыбнулся, да так, что она сразу же смягчилась, и ответил: — Привычка, мэм. В учениях заставляли брать все. Она только кивнула тогда, уставившись на Криз, которая надела легкий вариант брони и взяла с собой по минимуму. То ли она была слишком уверена в себе, то ли глупа. Хотя излишняя уверенность, по мнению Алекс, и была признаком глупости. Никогда не знаешь, чего ждать. И сейчас кто бы мог заранее предположить, что на северной позиции начнется локальная перепалка у двух идиотов, которые, казалось бы, должны сохранять профессионализм? Взгляд Алекс предательски метнулся на то здание, откуда через передатчик и доносился сначала спор, а потом звуки борьбы. Снова. — Эй, Гек, засек что-нибудь? – спросила она, решив сконцентрироваться на деле. Она проверила показания инструментрона, снова с облегчением подумав, как же приятно и удобно было избавиться от наклеенных ногтей, макияжа и этой конструкции на голове после собеседования. Хотя искусственные волосы были красивы – но Алекс не любила, когда ей что-то мешало, а длинные волосы всегда мешали. — Пока все чисто, — пожал плечами Гектор, устроившись поудобнее с небольшим переносным терминалом, для чего взял с «Сибири» и долгоиграющий сорт кофе, и припасы, и даже одеяло. Ну да, ему ведь не придется участвовать в активной фазе, но все же стоило запретить ему тащить лишние вещи. Однако к этому простаку Картер испытывала какую-то слабость, не основанную ни на дружбе, ни на чувствах определенного характера, боже упаси. Всего лишь сестринская забота. Когда-то у неё тоже были те, кого она считала братьями, пока их не постигла печальная участь в колонии Ахиллес. Возможно, этим и объяснялось её нежелание брать Гектора на вылазки с собой. Он был не приспособлен для реальной жизни. Все, что он умел – колдовать над техникой и приборами, помогать инженеру Кирану, не более. Даже грушу в «спортзале» не мог заставить отлететь назад, а нагловатым простофилей остался даже спустя десять лет, прошедших с того времени, как по его наивности СУЗИ с «Нормандии» загрузила в системы «Сибири» какой-то вирус. Давно это было. Почти в другой жизни, где Картер еще не чувствовала себя настолько… поглощенной. Странное сравнение, но оно отражало суть того, что творилось между ней и Блэквотерсом. Гек был единственным, кто умел, кроме самой Алекс, разбираться в электронике, и единственным, кого можно было оставить в стороне от происходящего. — Актор, Сайлас, Фина, докладывайте, — ровным голосом приказал Картер, пока Шепард, занятый выяснением отношений, был недоступен. — На месте, все чисто, — раздалось от Сайласа. Он вместе с Кираном занял позицию намного дальше, в тылу. Им было приказано зачистить территорию от возможных снайперов, и, если клону удастся вырваться из оцепления, перехватить его побег. Поэтому в активной части операции они не участвовали, лишь подстраховывали. — Тутава, — пробасил Актор, так и не научившийся отвечать по субординации. Да и ладно с ней, с субординацией. Картер не настаивала на ней и десять лет назад, а уж сейчас, когда загнала свою команду в пиратских рейдах, отчего «Сибирь» приобрела статус «дома», даже когда все получали увольнительную, и подавно не следовало начинать. Уже все, включая её саму, говорили что-то вроде: «Дома поговорим» или «Дома увидимся», имея в виду старый, трещащий по швам, но такой родной фрегат. Когда Блэквотерс только появился, он попытался внести свой устав в чужой монастырь, приказав команде соблюдать строгую иерархию и не лезть, куда не принято лезть, например, технику— в медпункт, а врачу – в командный. Тогда Картер, пожалуй, единственный раз с ним серьезно поругалась. Но без вспыльчивости, истерик и битья морд, так присущим Криз. Просто сказала, что это не «Нормандия», и это не его команда. Джона несколько отрезвили грубые, но такие прямые слова. Он, и не думая просить прощения, гаркнул «Хорошо!» и больше не предпринимал попыток настроить команду на свой лад. Хотя он постоянно намеревался переписать правила на чужом судне в других моментах, и терпеливая Картер на многое закрывала глаза. Даже на появление Криз! — Вы к нему неровно дышите, да? – вдруг раздался спокойный вопрос, заставивший Алекс нахмуриться и от неожиданности даже разозлиться. — Что? – переспросила она, хотя смысл уловила с первого раза. Санборн, убрав нож, кивнул в сторону здания и поднялся. — К коммандеру. Неровно дышите, — повторил он со знанием дела. – Постоянно туда смотрите, прислушиваетесь к их перебранке, даже сморщились, когда поняли, что там поцелуйчики творятся. — Разумеется, нет, — процедила она сквозь зубы, стараясь усмирить внезапно вспыхнувший румянец. Этот солдат, кажущийся таким простым, раскусил её чувства в два счета! Алекс взяла себя в руки, вперив в него сердитый взгляд. Тот усмехнулся. — Понял-понял, — проговорил он. – А я ведь вас понимаю, мэм. Мне вот Хестром небезразлична, но теперь, когда я прям шкурой ощущаю, какие искры летят, когда эти двое рядом друг с другом, я осознанно решил идти на попятную. Зачем мешать настоящим отношениям? — Нет там такого и в помине, — буркнула Картер, слишком поздно сообразив, что эти слова выдали её с головой. — Ну как сказать, — пожал Санборн плечами. – А вообще, я бы не стал увозить Хейс из Сантаны, если б знал, к чему это приведёт. Жила бы она там спокойненько, дочку воспитывала. — Такие, как она, спокойно не живут. — С чего вы взяли? – удивился он. – Ей это хорошо удавалось на протяжении многих лет. Благодаря её стараниям, колония выжила. — Да неужели? –скептически протянула Алекс, желая поскорее завершить этот разговор. В передатчике звуки по-прежнему чередовались: звуки поцелуя сменились новой борьбой, а потом и ссорой. — Ты ведь не очень хорошо знаешь её, да? — Хестром? — Да. Я насчет её прошлого, — Алекс нахмурилась, сознавая, что язык отчего-то перестал поддаваться разуму, но уже не в силах остановить себя. – Бывшая оперативница «Цербера», убивающая людей с такой же легкостью, с какой Призрак ел блинчики на завтрак. Она и на «Нормандию»-то проникла, чтобы Шепарда заменили на клона. Так что будь с ней осторожен. — Да ну, — выдохнул Лест пораженно, обдумывая сказанное и, кажется, оно ему не понравилось. Алекс же пожалела об этих словах, даже несмотря на чувство предательского удовлетворения. Раньше она себе такого не позволяла, но, очевидно, с кем поведешься – того и наберешься! Блэквотерс плохо на нее влиял, во всех смыслах. Но сказанное не воротишь. Так что она просто пообещала себе прекратить злиться. — Он на месте, — раздался голос Аленко, уже добравшегося к точке сбора. – Что там происходит в эфире? — Маленькая неприятность… — Картер не успела договорить, так как в этот момент прогремел взрыв, а её, находящуюся на ногах, оттолкнуло назад взрывной волной.***
— Кайден! – воскликнула испуганно Хейс, вскакивая на ноги так быстро, что отголоски взрывной волны в виде горячего воздуха тут же неприятно обожгли ей лицо. Она хотела броситься к зданию, которое тут же поглотил прожорливый огонь, как кто-то остановил её, схватив за руку: — Стой! – Шепард не позволил ей убежать, и, чтобы не возникло еще одной перепалки, сразу же пояснил: — С Аленко все в порядке! Поверь же мне наконец! Он не дурак, и я бы его так не подставил!.. Хестром на миг задумалась, взвешивая его слова и не зная, доверять ему или нет, как вдруг в передатчике раздалось: — Блэквотерс? Вы все живы? – голос Картер был слегка хриплым, но она быстро прокашлялась. – Что это было, черт побери?! — Клон решил не мелочиться, — процедил Джон сквозь зубы, как вдруг их ожидала новая неприятность. — Наемники! Аэрокары у здания! Около двенадцати человек! – по тревожной нотке, скользнувшей в голосе Картер, Криз поняла, что дело серьезное. – Окружают здание! Что-что, а они явно не хотят оставлять Аленко в живых! — Ясно, — кивнул Шепард в пустоту. – Аленко, ты слышишь меня? У тебя гости, около двенадцати! Ты в порядке? Передатчик на том конце опасливо молчал, выдавая легкие помехи. — Хаск тебя дери, они глушат связь, — по привычке, появившейся словно по приглашению из прошлого, выругался Шепард и нахмурился. Но прежде чем он смог принять решение, из передатчика снова раздался голос Картер: — Блэквотерс, мы засекли жучок! В двух кварталах отсюда! Неподвижен! — Тогда берем его! — А как же Аленко? – Хейс схватила Джона за руку. – Ты не можешь оставить его просто так! — А я и не собираюсь, — огрызнулся тот, вырвав руку. – Актор, Фина – идите на помощь Аленко. Сайлас и Киран – прикрывайте нас. Остальные к точке нахождения сигнала. Мы не можем упустить его! Он схватил свой шлем и тут же натянул его на голову, потом занес руку за спину и быстро извлек винтовку, которая сразу же перешла в боевой режим. Потом взглянул на радар в инструментроне. — Две минуты. Я буду там через две минуты. — Стой, Блэквотерс! – голос Картер стал взволнованным. – Тут что-то не то!.. — О чем ты? — Отметка размножилась! Теперь мы видим свыше десяти отметок, и все движутся в разные стороны! Кто-то взломал нас! — Проклятье, — выругался Джон. –Твой парень уверял меня, что это невозможно! — Я… я… не знаю, как это возможно, мы защитили сигнал трижды! — пролепетал растерянно тот. — Гектор, ты можешь найти самую первую? Ту, что появилась раньше всех? — Да, постараюсь, — ответил тот и смолк, забарабанив по клавишам так, что Хестром, оцепенело ожидающая развязки, хотя её так и подмывало броситься к зданию, чтобы найти Аленко, даже услышала звук барабанной дроби пальцами по сенсорной консоли. – Вот! Нашел! Я выделю его красным цветом! Он в трех сотнях метров отсюда! — Давай, — торопливо проговорил Джон. — Он движется к зданию!.. – голос паренька слегка охрип от напряжения. В этот момент все вообще пошло к чертям. Внезапно раздался голос Аленко из-за густых помех: — Меня окруж…ли! Ше..ард, их куда боль.., чем я рассчитывал! .. нужна помощь, ил… мне конец! Я возле а…окара, но …не выбраться! Прежде чем Хейс успела спросить, как он вообще покинул здание и очутился возле аэрокара, Шепард быстро сказал, уже намереваясь двинуться с места. — Подкрепление уже в пути. Продержись пару минут! — Блэквотерс! Подожди!— снова раздался голос Картер. – Отметка движется очень быстро, слишком быстро для человека! Я ничего не понимаю! Это не похоже на какой-то транспорт! Он движется… прямо в нашу сторону! Эй, Санборн, — раздался её приказ, — немедленно закрепить позицию! — Где он сейчас? – непонимающе спросил Джон, сдвинув брови к переносице. — Сейчас… прямо здесь! Отметка где-то здесь, Джон! Я не понимаю!.. – произнесла капитан с огромным недоумением в голосе, а потом вдруг резко закричала «Нет!», и в эфире, словно взбесившиеся хлопки, прогремели звуки выстрелов. — Алекс? – Шепард серьезно встревожился. – Алекс, что там у вас происходит?! Никто не отвечал. Тогда, сжав винтовку крепче, Джон развернулся к Хейс. Лица она его уже не видела, так как шлем на голове скрывал его. — Я иду за ней. За ними. А ты возвращайся в Сантану! Это мое чертово условие, если не хочешь просидеть под замком! С меня хватит Хестром Криз! Хестром так и не поняла, что ей больше резануло по сердцу, словно лезвием: то, что он приказал ей убираться ко всем чертям, явно не желая принимать от неё помощь и прогоняя, как щенка, или эта его странная оговорка, что он идет «за ней», за Картер, а не за всеми остальными. Она молча извлекла пистолет, сжав от злости, разочарования и обиды челюсти, но при этом состряпав равнодушное лицо. — Я иду за Аленко. А ты возвращайся ко всем своим хаскам, Шепард! С этими словами она резко повернулась и, добравшись до лестницы, принялась быстро спускаться.
